Научные направления: язык права, юридическая терминология, обозначение социально уязвимых лиц, теория концептуальной метафоры.
https://doi.org/10.35321/term32-06
АННОТАЦИЯ
В статье исследуются и сопоставляются юридические термины и их адъективные компоненты, зафиксированные в литовских словарях иностранных слов, изданных в 1936 и 2013 годах (СИС 1936 и СИС 2013). Цель изучения собранного материала — оценить значение этих словарей для языка права соответствующих периодов независимой Литвы. В обоих словарях зафиксировано сопоставимое количество юридических терминов и их адъективных компонентов (СИС 1936 — 738, СИС 2013 — 748). В статье делается вывод, что СИС 1936 был тщательно составленным и ценным для своего времени источником юридической терминологии, тогда как влияние и значение СИС 2013 для языка права существенно меньше, поскольку, во-первых, относительная частотность юридической терминологии в СИС 2013 снизилась по сравнению с СИС 1936, а во-вторых, в более поздний период юридическая терминология уже широко фиксировалась и распространялась в многочисленных общедоступных специализированных источниках. КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: юридический термин, язык права, словарь иностранных слов, источник терминологии.
АННОТАЦИЯ
В статье анализируются и сопоставляются юридические термины и их адъективные компоненты, зафиксированные в литовских словарях иностранных слов, изданных в 1936 и 2013 годах (DIW 1936 и DIW 2013). Цель изучения собранного материала — оценить значение этих словарей для юридического языка соответствующих периодов независимой Литвы. В обоих словарях зафиксировано сопоставимое количество юридических терминов и компонентов прилагательных (DIW 1936 — 738, DIW 2013 — 748). Можно заключить, что
DIW 1936 был тщательно подготовленным и ценным для своего времени источником юридической терминологии, тогда как влияние и значение DIW 2013 для юридического языка существенно меньше, поскольку, во-первых, относительная частотность юридической терминологии в DIW 2013 снизилась по сравнению с DIW 1936, а во-вторых, к этому более позднему периоду юридическая терминология уже широко фиксировалась и распространялась в разнообразных специализированных источниках, доступных широкой публике.
КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: юридический термин, юридический язык, словарь иностранных слов, источник терминологии.
ВВЕДЕНИЕ
К изучению и сопоставлению юридических терминов, зафиксированных в двух литовских словарях иностранных слов, разделённых почти восемью десятилетиями, побудило одно общее обстоятельство, связанное с изданием этих словарей: как в период первой независимости, называемый межвоенным временем, когда в 1936 г. вышел Tarptautinių žodžių žodynas (далее — TŽŽ 1936), так и в период восстановленной независимости (с 1990 г. по настоящее время), когда в 2013 г. вышел Tarptautinių žodžių žodynas (далее — TŽŽ 2013), не был издан толковый многоязычный словарь юридических терминов. С точки зрения этого обстоятельства, значимого для терминологии, цель настоящей статьи — на основе материала, найденного в словарях (юридических терминов и их адъективных компонентов), оценить значение двух литовских словарей иностранных слов как одних из источников юридической терминологии своего времени для юридического языка и исследований истории юридических понятий. Для достижения этой цели поставлены следующие задачи: 1) сопоставить юридические термины обоих словарей и способы их подачи, рассчитав: а) количество юридических терминов и их компонентов, а также его отношение к общему числу словарных заголовков; б) количество юридических терминов и их компонентов с учётом формы выражения (структуры терминов, частей речи); в) количество юридических терминов и их компонентов по языкам происхождения и различия в обозначениях языков происхождения; 2) выделить массивы общих и различающихся юридических терминов и их компонентов в обоих словарях и на их основе установить существенные изменения в форме выражения терминов и их дефинициях. Таким образом, объектом исследования в статье является один из источников юридической терминологии — два словаря иностранных слов, изданные в разные периоды, а зафиксированная в этих словарях юридическая терминология служит исследуемым материалом, позволяющим определить значение источника терминологии для юридического языка того времени, развития юридических понятий и их изучения. Юридические термины из обоих словарей собирались вручную; в статье применялись методы подсчёта, сопоставления и описательно-аналитический метод.
Важно отметить, что словари иностранных слов в целом не являются основными источниками юридической терминологии по двум причинам. Во-первых, наиболее надёжными источниками юридической терминологии служат нормативные правовые акты разных уровней, словари юридических терминов, научные труды по праву и специализированные базы данных; во-вторых, словари иностранных слов являются источниками не всей юридической терминологии, а лишь её определённой специфической части — международных юридических терминов. Тем не менее в статье выдвигается гипотеза, согласно которой в первый период независимости, когда не существовало опубликованного литовского словаря юридических терминов, а тем более корпуса текстов или базы данных, TŽŽ 1936 на протяжении по меньшей мере нескольких лет (до оккупации страны), наряду с литовскими нормативными правовыми актами и научными трудами по праву, мог быть одним из главных источников юридической терминологии.
2
Page 3
Вышедший в 1936 г. Словарь иностранных слов (ТЖЖ 1936) не является первым литовским словарём иностранных слов1, однако это первая работа такого объёма (1 064 с.), профессионально подготовленная коллективом специалистов в соответствующих областях. Словарь составил писатель Казис Борута, известный историк и энциклопедист Пранас Чепенас вместе со своей женой Альбиной Сирутите-Чепенене; редактором был историк и литуанист Юозас Жигжда, а проверяли и исправляли юрист, библиофил проф. Вацловас Биржишка и философ проф. Пранас Довидайтис. Всего в словаре объяснено около 22 000 различных слов, терминов и выражений. Таким образом, этот словарь был выбран объектом исследования первого периода благодаря своему объёму, почти в десять раз превосходящему объёмы предшественников, и тому, что его составили интеллектуалы того времени. В период восстановленной независимости также вышло несколько словарей иностранных слов2. Из них вторым объектом данного сравнительного исследования был выбран подготовленный коллективом авторов и изданный в 2013 г. Словарь иностранных слов (ТЖЖ 2013). В нём в отдельных статьях объяснено около 28 000 слов. Этот словарь составлен на основе Словаря иностранных слов, изданного в 2004 г.
До сих пор вопрос о том, как термины фиксируются в словарях иностранных слов, подробно не исследовался. Некоторые особенности представления юридических терминов в ТЖЖ 2013 рассмотрела Даля Гедзявичене (2023). Среди отдельных областей, терминология которых собиралась из словарей иностранных слов и анализировалась с той или иной точки зрения, следует упомянуть полиграфию (Petretienė, Mikalajūnaitė 2010) и медицину (Briaukienė 2004). Также изучались изменения семантики иностранных слов, употребляемых в административной речи (Vladarskienė 2004; Rudaitienė 2006; Vladarskienė 2014; Vladarskienė 2019), и употребление некоторых иностранных слов в речи юристов (Koženiauskienė 2004). Положение литовской юридической терминографии в разные периоды подробно исследует в своих публикациях Альвидас Умбрасас (2001; 2008; 2010; 2021; 2024 и др.).
Хотя в литовской терминологии сложилась традиция считать терминами только существительные и именные словосочетания, в языке науки и практики, где функционируют термины, таких форм недостаточно: прежде всего здесь невозможно обойтись без глаголов со специальным значением (Umbrasas 2010: 14), поэтому в данной статье глаголы также рассматриваются как самостоятельные термины. Прилагательные в этой публикации не считаются самостоятельными терминами и изучаются как зависимые компоненты составных терминов. Таким образом, исследуемый материал данной работы составляют зафиксированные в ТЖЖ 1936 и ТЖЖ 2013 существительные, глаголы и их сочетания (составные термины), обозначающие правовые понятия, а также прилагательные, употребляемые в специальном значении в области права, то есть самостоятельные юридические термины и их возможные зависимые компоненты, зафиксированные в словаре как отдельные слова. Далее весь этот исследуемый материал обобщённо именуется юридическими терминами.
1 Ankstesni žinomi lietuviški tarptautinių žodžių žodynėliai: Šlapelis Jurgis 1907: Svetimų ir nesuprantamų žodžių žodynėlis: skaitytojams palengvinimas, Tilžė: Šviesa, 110 p.; M. ir S. 1923: Svetimų ir tarptautiškų žodžių žodynėlis, Šiauliai: „Vilties“ dr-jos leidinys, 84 p.; Norkus Jonas 1924: Svetimų ir nesuprantamų žodžių žodynėlis, Kaunas: „Vaivos“ b-vė, 95 p.
2 Pvz.: Mackevičienė Aldona 1999: Tarptautinių žodžių žodynas, Vilnius: Gimtinė; Vaitkevičiūtė Valerija 2007: Tarptautinių žodžių žodynas, Vilnius: Žodynas; ir kt.
3
Page 4
Для отбора юридических терминов из рассматриваемых словарей прежде всего необходимо было установить критерии распознавания и отбора юридического термина. Поскольку «термин — это не какое-то особое слово или устойчивое словосочетание, а номинативная языковая единица, содержание которой раскрывает определение термина» (Gaivenis 2002: 13), в данной статье значение слова, приведённое в ТЖЖ 1936 и ТЖЖ 2013, условно приравнивается к определению терминологического значения. Руководствуясь этим положением, основным критерием распознавания юридического термина и его признаком было выбрано наличие в словаре определения, или значения, правового понятия. При отборе юридических терминов из словарей иностранных слов стремились охватить как можно больше лексики, связанной с областью права: собрать термины из различных отраслей права, используемые в правовых системах других стран (например, bestas), а также устаревшие (например, abjudikacija) и термины церковного права (например, konkordatas).
TEISĖS TERMINŲ KIEKIS 1936 M. IR 2013 M. TARPTAUTINIŲ ŽODŽIŲ ŽODYNUOSE
В данной статье термин понимается как наименование понятия в области науки, техники, искусства или иной сфере. На основе толкований значений иностранных слов, условно приравненных здесь к определениям терминов, установлено, что в ТЖЖ 1936 738, а в ТЖЖ 2013 — 748 иностранных слов обозначают правовые понятия либо употребляются в области права в специальном значении. Обнаруженные в ТЖЖ 1936 738 юридических терминов и их компонентов составляют 3,35 проц. всех заголовочных слов этого словаря (22 000), а выявленные в ТЖЖ 2013 748 юридических терминов и их компонентов — около 2,67 проц. всех заголовочных слов этого словаря (28 000). Сравнение числа заголовочных слов в обоих словарях (22 000 в ТЖЖ 1936 и 28 000 в ТЖЖ 2013) показывает, что во втором словаре, изданном 77 лет спустя, их стало на 6 000 больше, то есть на 27 проц.; тем не менее абсолютное число юридических терминов практически не изменилось, а относительное даже уменьшилось. Это свидетельствует о том, что внимание составителей ТЖЖ 2013 к области права не возросло в той же мере, что и к понятиям других областей. Отчасти такое положение можно рассматривать как продолжение ситуации, сложившейся ещё в советское время: в подготовленных тогда словарях иностранных слов3 крайне мало внимания уделялось таким социальным наукам, как социология и психология, тогда как другие направления, например экономика и политология, были сильно идеологизированы. С другой стороны, словари иностранных слов составляются, помимо прочих источников, на основе терминологических словарей, поэтому крайне ограниченное число понятий социальных наук в ТЖЖ 2013 могло быть обусловлено также недостатком терминологических словарей соответствующих областей.
3 В период советской оккупации оригинальный литовский словарь иностранных слов был подготовлен лишь в позднесоветский период — в 1985 г. (Kvietkauskas Valdemaras 1985: Словарь иностранных слов, Vilnius: Vyriausioji enciklopedijų redakcija); до этого на практике пользовались русскими словарями иностранных слов либо словарями, переведёнными с русского и в некоторой степени адаптированными к употреблению в литовском языке, например: Lemchenas Chackelis 1951: Словарь иностранных слов, Vilnius: Valstybinė politinės ir mokslinės literatūros leidykla; Lemchenas Chackelis 1969: Словарь иностранных слов, Vilnius: Mintis.
4
Page 5
Из 738 юридических терминов и их компонентов, обнаруженных в СИС 1936 и СИС 2013, 562 слова зафиксированы в обоих словарях и обозначают одно и то же юридическое понятие, различаясь лишь некоторыми формальными особенностями выражения. Это массив юридических терминов, общих для обоих словарей. Следует отметить, что лексем с одинаковой формой гораздо больше, однако к общим терминам не относятся те, которые в 1936 г. ещё не имели или в 2013 г. уже утратили значение юридического понятия. Установлено, что за почти восемь десятилетий сохранилось по меньшей мере 77% основы литовской международной юридической терминологии, а оставшиеся 178, или 23%, юридических терминов составляют:
1) термины, зафиксированные лишь в одном из словарей: a) в СИС 2013 есть такие юридические термины, которых ещё не было в СИС 1936; такая ситуация обусловлена появлением как новых социальных явлений, являющихся объектами правового регулирования, так и новых юридических понятий, например: alimentinis, diskriminuoti, genocidas, lobizmas, preambulė, resocializacija и т. п.; b) в СИС 1936 были такие юридические термины, которых уже нет в СИС 2013; эта ситуация обусловлена изменениями правового регулирования, изменением юридических понятий и терминов, обозначающих их, утратой актуальности понятий и т. п., например: akriniminacija, areštantas, azilis, egzekutyva, ilegališkas, impunitetas, nunkupuoti, observancija, perifakcija и т. п.;
2) слова, зафиксированные в обоих исследуемых словарях, но имеющие терминологическое значение лишь в одном из них: a) в словаре 2013 г. слова, уже имевшиеся в словаре 1936 г., но не обозначавшие юридического понятия, получили значение юридического понятия, например, kolizija в СИС 2013 имеет второе значение — «противоречие между законами, регулирующими одни и те же или близкие общественные отношения», тогда как в СИС 1936 зафиксировано единственное значение kolizijos — «борьба, столкновение противоположных сил, интересов, условий, мнений, чувств»; также одно из значений nacionalinis в СИС 2013 — «принадлежащий всему государству, общегосударственный», тогда как в СИС 1936 nacionalinis означало только «национальный»; b) слова или словосочетания, зафиксированные в словаре 1936 г. как обозначающие юридическое понятие, но уже не имеющие такого значения в словаре 2013 г., например, в СИС 1936 degradacija означало «понижение в звании, лишение степени или иных прав», а в СИС 2013 degradacija определяется только как постепенное исчезновение каких-либо положительных качеств, ухудшение, порча; одним из значений retrakcijos в СИС 1936 было «изменение судебного решения ввиду его ошибочности», тогда как в СИС 2013 retrakcija означает лишь сокращение, уменьшение;
3) в списке заглавных слов СИС 1936 зафиксировано 53 составных юридических термина, например: administracinė teisė, civilinė teisė, fizinis asmuo, juridinis asmuo, kasacinis skundas, notarialinės sutartys и т. д. Большинство этих составных терминов из СИС 1936 стало неотъемлемой частью современной литовской юридической терминологии.
ФОРМЫ ВЫРАЖЕНИЯ МЕЖДУНАРОДНЫХ ЮРИДИЧЕСКИХ ТЕРМИНОВ
Прежде чем рассмотреть, какие по форме выражения термины обнаружены в словарях иностранных слов, следует отметить, что компонентами или возможными компонентами юридических терминов в данной статье называются прилагательные, употребляемые в юридической сфере в специальном значении и зафиксированные в списках заглавных слов словарей иностранных слов не как компоненты словосочетания (составного термина), а как отдельные лексические единицы, терминологическое значение которых выявляется из толкования их значений или
5
Page 6
приведённых примеров употребления. В соответствии с формальной формой выражения (составом термина) далее в статье такие прилагательные относятся к компонентам терминов; точнее, их следовало бы называть адъективными компонентами составных терминов.
Из всех 738 юридических терминов и их компонентов, зафиксированных в СИС 1936, 53 являются составными терминами, а 685 — однословными терминами и их компонентами. 52 из 53 составных терминов двухсловные, 1 термин — трёхсловный (aktyvi renkam oji teisė). Главный компонент всех этих составных терминов — существительное; зависимые компоненты бывают двух типов: большинство из них — a) согласованные определения, выраженные прилагательным (35), например: administraciniai aktai, komercinis teismas, servitutinė teisė, verbalinė nota, или причастием (1), например kaltinamasis aktas; либо b) несогласованные определения, выраженные родительным падежом существительного (17), например: akredityvo raštas, egzilio teisė, garantijų sutartis, policijos priežiūra. Эту группу составных юридических терминов, зафиксированную в СИС 1936, невозможно сопоставить с соответствующей группой терминов в СИС 2013, поскольку в последнем словаре среди заглавных слов нет словосочетаний, обозначающих юридические понятия, то есть составных терминов4.
Būtina atkreipti dėmesį, kad TŽŽ 1936, be jau minėtų 738 tarptautinių teisės terminų ir jų dėmenų, pateikta ir 10 lietuviškų teisės terminų: 3 iš jų yra vienažodžiai (akistata, antstolis, nepakaltinamumas) ir 7 – sudėtiniai terminai (asmens neliečiamybė, ypatingi įstatymai, karo lauko teismas, lygtinis nuteisimas, netesėjimo mokestis, tarptautinė teisė, trečiųjų teismas). Nors iš pirmo žvilgsnio tai atrodo kaip žodyno rengėjų darbo nenuoseklumas, vis dėlto iš žodyno redaktoriaus J. Žiugždos (1936: 6) parašytos „Prakalbos“ („Greta tarptautinių žodžių žodyne <...> paaiškinti ir kai kurie lietuviški mokslo terminai“) matyti, kad tai buvo sąmoningas ir anuomet, trūkstant terminų žodynų, itin reikalingas žodyno rengėjų sprendimas – kai kuriuos lietuviškus (netarptautinius) terminus pateikti ir paaiškinti leidžiamame tarptautinių žodžių žodyne.
В СИС 2013 все 748 юридических терминов и возможных компонентов являются однословными. По форме выражения они относятся к трём частям речи: существительным, глаголам и прилагательным.
Подсчитано, что из 738 юридических терминов и их компонентов, обнаруженных в СИС 1936, однословных терминов, выраженных существительным, — 566, или 76,7% всех юридических терминов в словаре; глаголом — 69, или 9,8%; компонентов терминов, выраженных прилагательным, — 45, или 6,4%; составных терминов — 53, или 7,1%. Из 748 юридических терминов и их компонентов, обнаруженных в СИС 2013, существительных терминов — 573, или 76,6% всех терминов в словаре; глагольных терминов — 92, или 12,1%; компонентов терминов, выраженных прилагательным, — 83, или 11,3%; составных терминов в списке заглавных слов — 0 (рис. 1).
4 Следует добавить, что в СИС 2013 составные юридические термины приведены в качестве примеров употребления при 21 из 83 прилагательных, используемых в юридической сфере, например: при juridinis – juridinis adresas, juridinis asmuo, при kriminalinis – kriminalinis nusikaltimas, при operatyvinis – operatyvinė informacija и т. п. Всего приведено 27 таких примеров составных терминов. Поскольку из обоих словарей собирались только юридические термины, зафиксированные в заглавных словах, и возможные адъективные компоненты, эти примеры составных терминов не включаются в общее количество юридических терминов СИС 2013 — учитываются только прилагательные, зафиксированные в качестве заглавных слов.
6
Page 7
Рисунок 1. Выражение международных юридических терминов и их компонентов в зависимости от частей речи в ТЖС 1936 и ТЖС 2013
МЕЖДУНАРОДНЫЕ ЮРИДИЧЕСКИЕ ТЕРМИНЫ — ДИЛЕММА ЗАИМСТВОВАНИЯ И СЛОВООБРАЗОВАНИЯ
Прежде чем представить статистику отсылок к языкам происхождения юридических терминов и их компонентов, обнаруженных в обоих словарях, необходимо определить критерии, на основании которых рассчитываются эти отсылки, поскольку в обоих словарях у части слов язык происхождения не указан (в ТЖС 1936 — у части однословных именных и глагольных терминов, компонентов-прилагательных и составных терминов, а в ТЖС 2013 — у части глагольных терминов и компонентов-прилагательных); кроме того, в ТЖС 2013 у некоторых слов стрелкой даётся отсылка к другой статье, заголовочное слово или этимология которой должны помочь установить происхождение толкуемого слова. Хотя составители ни одного из словарей не объяснили, почему у части слов не указан язык происхождения, можно предположить, что слова с литовским суффиксом, для которых не приведена отсылка к языку происхождения, вероятно, рассматриваются не как заимствования, а как производные, образованные от другого международного слова. Вероятно также, что в некоторых случаях составители ТЖС 1936 не располагали достаточными данными, чтобы установить происхождение отдельных слов; кроме того, часть слов могла остаться без отсылки к происхождению и по ошибке.
Наименьшие трудности при подсчёте терминов по языкам их происхождения вызывает группа однословных именных терминов, поскольку в обоих словарях у большинства таких терминов указан язык происхождения (в ТЖС 2013 он указан у всех 573 существительных, а в ТЖС 1936 не указан лишь у 12 из 566 существительных, например: falsifikatas, rasizmas). Это свидетельствует о том, что составители словарей считают их заимствованиями. Все морфемы этих существительных, кроме окончания, имеют иноязычное происхождение. Вероятно, эти существительные вошли в литовский язык уже в готовом виде, и лишь здесь к ним добавили окончания, адаптируя их к грамматической системе литовского языка. Если считать такие слова заимствованиями5, нет
5В литовском языкознании часть учёных считает такие существительные заимствованиями, однако другие исследователи существительные с нелитовскими окончаниями, рядом с которыми в литовском языке имеется также соответствующее семантически
7
Page 8
целесообразно разбирать по словообразовательной структуре и анализировать по словообразовательным категориям. С точки зрения морфемного анализа видно, что большинство этих существительных пришло в литовский язык с международными суффиксами. Среди однословных международных юридических терминов-существительных, зафиксированных в обоих словарях, чаще всего встречаются международные суффиксы -acija (около 20% всех терминов-существительных) и -ija (около 19% всех терминов-существительных); примерно 40% терминов-существительных имеют один из следующих суффиксов иноязычного происхождения: -alas, -(i)antas, -aras, -(i)atas, -ažas, -ektas, -enas, -entas, -eris, -ė, -esas, -etas, -ika, -istas, -ė, -istika, -itas, -izmas, -yva, -yvas, -(t)orius, -ė, -(i)umas, -utas, -ūra; по одному или два термина обнаружены с каждым из следующих суффиксов: -ada, -anas, -antas, -endas, -eris, -eta, -ezė, -ėja, -idas, -ierė, -ierius, -iktas, -ina, -inas, -ingas, -ionas, -isas, -izė, -yras, -olas, -onas, -oras, -ulas, -usas. Около 20% оставшихся международных юридических терминов-существительных составляют термины а) с иноязычной приставкой и суффиксом, например, koalicija; б) только с иноязычной приставкой, например, preambulė; или в) не имеющие ни приставки, ни суффикса, например: aktas, cenzas, faktas, nota, pasas, renta, stigma. Подводя итог, следует отметить, что рассмотренные в статье термины-существительные считаются заимствованиями, а их классификация и подсчёт по языкам происхождения не вызвали затруднений.
Несколько иная картина выявляется при рассмотрении морфемного состава глагольных юридических терминов и прилагательных, употребляемых в специальном значении в юридической сфере: значительно большая доля этих лексем, в отличие от рассмотренных выше терминов-существительных, образована из одного международного компонента (основы) и одного литовского компонента (суффикса), не считая окончания, поэтому часть таких терминов и их компонентов вполне обоснованно можно считать не заимствованиями, а производными. О том, что составители обоих словарей рассматривали именно таким образом группу глагольных терминов и прилагательных, то есть пытались установить, какие из них пришли в литовский язык в готовом виде, а какие были образованы уже в литовском языке, свидетельствует отсутствие указания языка происхождения у значительной части глаголов и прилагательных, а также наличие у части глаголов и прилагательных ТЖС 2013 стрелочной отсылки к другому слову.
Все 69 глагольных терминов, обнаруженных в ТЖС 1936, имеют суффикс -uoti, например: apeliuoti, justifikuoti, proroguoti. 91 из 92 глагольных юридических терминов, найденных в ТЖС 2013, имеют литовский суффикс -uoti, например: amnestuoti, inkriminuoti, reglamentuoti, suspenduoti; у одного глагола суффикс -auti: advokatauti. В литовском языке такие суффиксы, добавляемые к иноязычной основе, прежде всего выполняют функцию морфологической адаптации: с их помощью слово включается в систему словоизменения; кроме того, в некоторых случаях, когда «в язык может быть заимствовано не одно слово с той же основой, и тогда, если одно из них морфологически сложнее, уже можно усмотреть синхронную словообразовательную связь» (Pakerys 2013–2014: 2). Таким образом, когда лексему невозможно расчленить по словообразовательной структуре, поскольку в литовском языке у неё нет производящего слова, а суффикс выполняет лишь функцию морфологической адаптации заимствования,
а также формально связанное слово, считают коррелятивными производными. Двойственную трактовку таких существительных подробнее рассматривает Jolanta Vaskelienė в Praktinėje bendrinės lietuvių kalbos gramatikoje (Balčiūnienė ir kt. 2024: 366–371).
8
Page 9
Даже если в литовском языке обнаруживаются соотносительные существительные или прилагательные, можно предположить, что такой суффикс выполняет не только функцию адаптации слова в грамматической системе литовского языка, но и словообразовательную функцию, и такой глагол уже можно рассматривать как производное слово. В статье предполагается, что именно у таких глаголов, которые составители словаря трактуют как производные, указания на происхождение не приводятся, а у тех, которые трактуются как заимствования, приводятся. В DIW 1936 из 69 глагольных юридических терминов указание на происхождение приводится при 60 словах, например: aprob uoti, notifikuoti, а при 9 не приводится, например: bankrutuoti, kodifikuoti, kontroliuoti, legalizuoti. Хотя сейчас было бы сложно предположить, какие слова составители DIW 1936 считали производящими в случае таких глаголов, как kodifikuoti и kompensuoti, далее, при подсчете терминов по языкам происхождения, это решение составителей словаря не будет оспариваться, и эти слова будут отнесены к тем, при которых язык происхождения не указан.
Из 92 глагольных юридических терминов в DIW 2013 язык происхождения также не указан у 36 слов, например: advokatauti, konfiskuoti, licencijuoti, patentuoti. В статье эта группа слов отнесена к тем, при которых язык происхождения не указан. Вероятно, составители словаря считают эти глаголы производными. Следует подчеркнуть, что «к словообразовательному статусу так называемых интернациональных глаголов в литовском языкознании обычно относятся с осторожностью, поскольку исторически они и соотносительные существительные могли быть заимствованы независимо друг от друга, так что самого акта словообразования в литовском языке могло и не произойти, и лишь при синхронном рассмотрении мы усматриваем эту связь» (Pakerys 2013–2014: 9). В DIW 2013 при некоторых глаголах, где при синхронном рассмотрении также можно было бы усмотреть словообразовательный процесс, стрелкой приводится отсылка к предполагаемому производящему слову, например: amnestuoti [↑ amnestija], konvojuoti [↑ konvojus]. В DIW 2013 таких глаголов 13. В статье язык происхождения этих глаголов будет определяться по языку происхождения предполагаемого производящего слова, приведенного в скобках.
О том, что анализ происхождения и словообразования интернациональных глаголов является сложной и дискуссионной областью, свидетельствует также нередко различное отношение составителей обоих словарей к происхождению одного и того же слова: например, в DIW 1936 при слове falsifikuoti указание на происхождение отсутствует, тогда как в DIW 2013 указано, что оно происходит от латинского слова falsificare; и наоборот — в DIW 1936 написано, что vizuoti является заимствованием из французского языка, а в DIW 2013 при vizuoti вообще не приводится никаких указаний на происхождение, по-видимому, предполагая, что это может быть производное от viza.
С точки зрения морфемного состава группа адъективных компонентов юридических терминов делится на две части. К первой группе относятся прилагательные, состоящие из иноязычной основы и литовского окончания. При более внимательном рассмотрении таких основ можно выделить два интернациональных суффикса -yvus, -i и -alus, -i. Эти суффиксы отчетливо видны и в этимоне, приведенном рядом с термином в DIW 2013, поэтому очевидно, что словообразовательный процесс с этим суффиксом, если таковой вообще имел место, происходил не в литовском языке, а в языке-источнике или языке-посреднике: preventyvus (фр. preventif), imperatyvus (лат. imperativus), legalus (лат. legalis). В DIW 1936 зафиксировано всего 8 прилагательных первой группы из 45, или 18% всех адъективных компонентов: 3 из них имеют интернациональный суффикс -yvus, -i, например objektyvus, а 5 — суффикс -alus, -i, например eksteritorialus. В DIW 2013
9
Page 10
к первой группе относится 21 прилагательное из 83, или 20%; 9 из них имеют интернациональный суффикс –yvus, –i, например dispozityvus, а 12 — суффикс –alus, –i, например kolegialus.
Ко второй группе относятся прилагательные, которые с точки зрения морфемного состава можно назвать гибридными: они состоят из иноязычного корня и одного из четырех литовских суффиксов: –inis, –ė; –uotas, –a; –iškas, a; –ingas, –a. В DIW 1936 зафиксировано всего 37 прилагательных второй группы из 45, или 82% всех адъективных компонентов: 18 — с суффиксом –inis, –ė, например: mažoritarinis, privatinis; 17 — с –iškas, –a, например: ilegaliskas, legitimiškas; 1 — с –ingas, –a, например kreditingas; 1 — с –uotas, –a, например patentuotas. Во второй группе DIW 2013 насчитывается 60 прилагательных из 83, или 78%: 49 — с суффиксом –inis, –ė, например: konkliudentinis, suspensyvinis; 3 — с –iškas, –a, например identīškas; 2 — с –ingas, –a, например kompetentingas; 6 — с –uotas, –a, например terminuotas. Словообразовательный анализ прилагательных второй группы и определение производящего слова в литовском языке довольно затруднительны; например, неясно, что считать производящим словом в случае таких прилагательных, как generalinis, nacionalinis или kriminogeninis. Можно предположить, что некоторые прилагательные с суффиксами –inis, –ė и –iškas, –a, вероятнее всего, образованы от существительных с суффиксом –ija вследствие дезинтеграции производящей основы (Umbrasas 2010: 123), например: konstitucinis (ср. konstitucija), administracinis (ср. administracija). Краткий обзор морфемного состава прилагательных был предпринят с целью установить определенные критерии указания или неуказания языка происхождения в обоих словарях, однако четкой последовательности обнаружить не удалось (например, сложно понять, почему в DIW 2013 не указан язык происхождения таких прилагательных, как konspiratyvus, oficialus и др.). Поэтому при подсчете прилагательных по языкам происхождения будут применяться положения, изложенные в абзаце о глагольных терминах: прилагательные, для которых язык происхождения не указан, будут отнесены к группе с неуказанным языком происхождения без оспаривания в каждом конкретном случае причин, по которым он не указан (слово ли трактуется как производное, не пропущено ли указание по ошибке, не удалось ли установить язык происхождения и т. п.; в DIW 1936 таких прилагательных 2, а в DIW 2013 — целых 18), а прилагательные с указанным происхождением будут отнесены к соответствующей группе по языку происхождения. Кроме того, в DIW 2013 при некоторых прилагательных, как и при глаголах, стрелкой приводится отсылка к предполагаемому производящему слову, когда при синхронном рассмотрении можно было бы усмотреть словообразовательный процесс, например: akcesinis [↑ akcesas], kolizinis [↑ kolizija], motyvuotas [↑ motyvas]. В DIW 2013 таких прилагательных 27. Язык происхождения этих прилагательных будет подсчитываться по языку происхождения предполагаемого производящего слова, приведенного в скобках.
КЛАССИФИКАЦИЯ МЕЖДУНАРОДНЫХ ЮРИДИЧЕСКИХ ТЕРМИНОВ ПО ЯЗЫКАМ ПРОИСХОЖДЕНИЯ
Из 738 международных терминов и их компонентов, обозначающих юридические понятия и зафиксированных в Словаре иностранных слов 1936 года, большую часть — 465, или 64 процента, — составляют слова, происходящие из латинского языка, например: абъюдикация, диспе́нс, экзекуция, криминальный, легализация, плебисцит, пророгация, валидация. Из французского языка происходят 87, или 11,7 процента, международных юридических терминов, например: арест, контрагент, мажоритарный, ордонансы, регламентировать, из греческого — 54, или 7 процентов, например:
10
Page 11
амнистия, аноним, аутентичный, монополизировать; из итальянского — 20, или 2,7 процента, например: бандитизм, консулта; из английского — 18, или 2,4 процента, например: генерал-атторней, констебль; из немецкого — 5, или 0,6 процента, например: иммунитет, вексель. По 3 термина (по 0,4 процента) пришли из испанского (например, эмбарго) и русского (например, каторга) языков. Зафиксировано также 2 юридических термина арабского происхождения (0,25 процента), например адат. Из польского (сейм), китайского (хулиган), турецкого (пай), румынского (герло), персидского (бест) и нидерландского (бургомистр) языков происходит по одному термину (по 0,1 процента). Для 52 составных терминов (один компонент в каждом из них — литовское слово, а другой — международное) и 23 однословных терминов и их компонентов (12 существительных, 9 глаголов, 2 прилагательных) происхождение не указано (10 процентов всех юридических терминов).
Существенное различие в указании языков происхождения в обоих словарях состоит в том, что в ТЖЖ 1936 рядом с заглавным словом в скобках приводится только сокращённое обозначение языка происхождения, например: адвокат (лат.), монополия (греч.), тогда как в ТЖЖ 2013 этимология слова объясняется гораздо подробнее: рядом с заглавным словом в скобках приводится не только сокращённое обозначение языка, но и сам этимон с его переводом на литовский язык (если значение этимона совпадает со значением, определённым в статье, перевод не приводится), например: кассация [лат. cassatio — отмена, аннулирование], трасология [фр. tracer], криминогенный [лат. crimen (род. п. criminis) + греч. genos — род].
Tiek TŽŽ 1936, tiek TŽŽ 2013, žvelgiant kilmės aspektu, gausiausios tos pačios trys grupės – iš lotynų, prancūzų ir graikų kalbų kilę teisės terminai. Taigi, iš 748 teisės sąvokas įvardijančių tarptautinių terminų ir jų dėmenų, užfiksuotų TŽŽ 2013, didžiąją dalį – 449, arba 60 proc., – sudaro iš lotynų kalbos kilę žodžiai, pvz.: civilinis, deliktas, derogacija, egzekvatūra, imperatyvus, inkriminuoti, prejudikatas, uzufruktas. Antrą vietą pagal gausą užima prancūziškos kilmės tarptautiniai teisės terminai – jų esama 131, arba 17,5 proc., pvz.: abandonas, departamentas, fakultatyvus, garantija, kontrolė. Tačiau tiek šiuo, tiek ir kitais atvejais, kai bus pateikiami iš vokiečių, anglų, italų ir lenkų kalbų kilę terminai, atkreiptinas dėmesys, kad nemažos dalies šių terminų etimonų ištakos yra lotynų arba graikų kalbos (rečiau – kitos kalbos), tad prancūzų kalbą (taip pat atitinkamai vokiečių, anglų, italų ir lenkų kalbas) reikėtų vertinti kaip kalbą tarpininkę, kurioje lotyniško ar graikiško (ar kitos kalbos⁶) pamato žodžiui buvo suteikta teisės sąvokos reikšmė ir iš kurios terminine reikšme jis buvo pasiskolintas kitų kalbų, tarp jų – ir lietuvių. Pabrėžtina, kad TŽŽ 1936 ties antraštiniais žodžiais pateikiama tik viena kilmės kalba. O TŽŽ 2013 ties 46 iš 131 minėtų prancūziškos kilmės terminų nurodyta, kad į prancūzų kalbą šie žodžiai atėjo iš lotynų kalbos, tai sudaro apie 35 proc. visų aptariamų prancūziškų skolinių, pvz.: akreditacija [pranc. accréditation < lot. accredo – išreiškiu pasitikėjimą], reglamentas [pranc. règlement < lot. regula – taisyklė] ir kt. 3 iš prancūzų kalbos pasiskolintų terminų šaltinis – graikų kalba, pvz., kadastras [pranc. cadastre < gr. katastichon – lapas, sąrašas]. Iš graikų kalbos kilę 48 iš 748,
6 Французский — 5, например: абонент [нем. Abonnent < фр. abonner — подписываться], ордер [нем. Order < фр. ordre < лат. ordo — порядок], квитанция [польск. kwit < фр. quitte (de dettes) — свободный от долгов]; немецкий — 2, например: бургомистр [польск. Burmistrz < нем. Bürgermeister], герб [польск. herb < нем. Erbe — наследство]; итальянский — 2, например, картель [фр. cartel < ит. cartello < carta — бумага, документ].
11
Page 12
или 6,4 процента, международных юридических терминов, например: амнистия, хартия, гипотеза, каторга. Из английского языка происходят 26 юридических терминов, или 3,5 процента, например: аффидевит, блокада, хулиган, лоббизм. У 5 из них этимон восходит к латинскому языку, например, доминия [англ. dominion < лат. dominium — владение]. Из итальянского языка происходят 17 юридических терминов, или 2 процента, например: банк, карантин, контрабанда, риск. 18, или 2,4 процента, международных юридических терминов происходят из немецкого языка, например: паспорт, субсидиарность, вексель. Истоки 11 из них восходят к латинскому языку, например: арест [нем. Arrest < лат. arrestum — судебное постановление], юрист [нем. Jurist < лат. jus (род. п. juris) — право]; один термин восходит к греческому языку, например, полиция [нем. Polizei < греч. politeia — управление]. Найдено 4 термина рассматриваемой области испанского происхождения, или 0,5 процента, например, каско. Из шведского, арабского, нидерландского, турецкого и персидского языков заимствовано по одному слову (по 0,15 процента), например: акция (нидерл.), бестас (перс.), кадий (араб.), омбудсмен (швед.), пай (тур.); из польского языка — 4 термина (0,5 процента), три из них восходят к латинскому языку, например, метрики [польск. metryka < лат. matricula — список]. Следует особо упомянуть небольшую группу терминов (6), этимология которых в ТЖЖ 2013 связывается сразу с несколькими языками, без предпочтения какого-либо одного языка, например: федеральный [англ., фр. federal], конвой [нидерл. konvooi, фр. convoi], расизм [ит. razzismo, фр. racisme], забастовка [англ. strike, нем. Streik]. Для 52 юридических терминов и их компонентов, или 7 процентов, происхождение не указано (из них 36 глаголов, 16 прилагательных). Если для слова указано несколько языков происхождения, при подсчёте количества терминов по указаниям языков происхождения учитывается первый из указанных языков.
Рисунок 2. Данные о происхождении международных юридических терминов и их компонентов в ТЖЖ 1936 и ТЖЖ 2013 (в абсолютных числах)
12
Page 13
Этимологические объяснения некоторых одинаковых слов в обоих словарях совпадают, а некоторых — различаются, например: ТЖЖ 1936 кадастр (лат.) и ТЖЖ 2013 кадастр [фр. cadastre < греч. kataschion]; ТЖЖ 1936 аргумент (греч.) и ТЖЖ 2013 аргумент (лат. argumentum); ТЖЖ 1936 хулиган (кит.) и ТЖЖ 2013 хулиган (англ. hooligan); ТЖЖ 1936 паспорт (фр.) и ТЖЖ 2013 паспорт (нем.); ТЖЖ 1936 полиция (фр.) и ТЖЖ 2013 полиция (нем.) и т. д. В статье подсчитано, что из 562 общих для обоих словарей юридических терминов и их компонентов этимологические объяснения различаются у 47 слов, то есть примерно у 8 процентов общих юридических терминов и их компонентов.
Из представления указаний на язык происхождения видно, что составители обоих словарей решали вопрос о том, как, указывая этимологию слова, не оставлять без внимания и язык, в котором слово приобрело именно такое значение — юридического понятия. В ТЖЖ 2013 для части терминов это сделано посредством указания как языка происхождения слова (латинского, греческого и т. д.), так и языка-посредника (немецкого, французского и т. д.), где, вероятно, слово приобрело значение юридического понятия. Составители ТЖЖ 1936 указывали только один язык происхождения, иногда отдавая предпочтение происхождению слова, а иногда — происхождению понятия. О том, что здесь также учитывалось происхождение понятия, свидетельствует указание, данное для одного составного термина: конституционная монархия (фр.), хотя далее в том же словаре указано, что конституция (лат.), а монархия (греч.).
Анализ происхождения международных юридических терминов показывает, что приведённые в ТЖЖ 1936 и ТЖЖ 2013 указания на происхождение юридических терминов и различающиеся интерпретации происхождения представляют собой значимые и информативные данные не только для терминологов и исследователей этимологии, но и для исследователей истории юридических понятий, изучающих их развитие.
МОРФОЛОГИЧЕСКИЕ И ОРФОГРАФИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ ЮРИДИЧЕСКИХ ТЕРМИНОВ В TŽŽ 1936 И TŽŽ 2013
Число. В ходе исследования выявлено 9 однословных юридических терминов-существительных, которые в обоих словарях приводятся во множественном числе; некоторые из них являются pluralia tantum. Эти термины не употреблялись и не употребляются в единственном числе, например: алименты, центумвиры, декреталии, дигесты, финансы, институции7, креденциалы, пандекты, репрессалии. Однако при сравнении массива общих для обоих словарей однословных юридических терминов-существительных видно, что в TŽŽ 1936 в качестве заголовочных слов во множественном числе были зафиксированы как минимум ещё 5 однословных юридических терминов-существительных, которые в TŽŽ 2013 уже внесены в единственном числе: TŽŽ 1936 apatridai, artikulai, kanonai, kondicijos, ordonansai > TŽŽ 2013 apatridas, artikulas, kanonas, kondicija, ordonansas. В настоящее время 4 из этих терминов употребляются в обеих числовых формах, а kondicija — только в единственном числе. Ещё 2 термина, внесённые в TŽŽ 1936 во множественном числе (rekognicijos и revers alijos), в TŽŽ 2013 вообще не зафиксированы.
Несклоняемые и неадаптированные термины. В TŽŽ 2013 найдено только 4 несклоняемых юридических термина: alibi, damno, kasko, veto. В TŽŽ 1936, помимо этих четырёх, зафиксировано гораздо больше терминов, которые составители словаря, вероятно, считали несклоняемыми, а с современной точки зрения и при сравнении с соответствиями, зафиксированными в TŽŽ 2013, следует считать неадаптированными, например:
7 В значении римских учебников, в которых гражданское право изложено через отдельные правовые институты.
13
Page 14
ambargo, embargo (TŽŽ 2013 embargas), aviso (TŽŽ 2013 aviza), best (TŽŽ 2013 bestas), kadi (TŽŽ 2013 kadijus), kazus (TŽŽ 2013 kazusas) и т. д. В целом сложно точно подсчитать количество несклоняемых и неадаптированных терминов в TŽŽ 1936, поскольку здесь, в отличие от TŽŽ 20138, в качестве заголовочных слов в алфавитном порядке приводятся как адаптированные термины, так и несклоняемые термины, а также различные слова и выражения на латинском и других языках, которые в тогдашнем литовском языке функционировали как иноязычные цитаты9, например, Common-law (англ.), в Англии обычное право, получившее силу закона. Для слов французского, английского и некоторых других языков, произносимых не так, как они пишутся, приводится также приблизительное литовское произношение, например, charter (англ., произн. čarter). Чтобы отделить несклоняемые юридические термины, приведённые в TŽŽ 1936, от однословных иноязычных цитат и подсчитать количество таких терминов, необходимо провести отдельное подробное исследование.
Орфографические различия. Со временем написание части юридических терминов и их компонентов, общих для обоих словарей, изменилось. Эти изменения, или различия, условно можно разделить на несколько групп: 1) различия в основе слова, то есть в части слова без окончания и словоизменительного суффикса; 2) различия в окончании; 3) различия как в основе, так и в окончании. К первой группе относятся изменения фонетической формы, затрагивающие как один звук основы (он либо заменён другим, либо пропущен, либо добавлен), например: TŽŽ 1936 neitralitetas, delikventas, obdukcija, ipoteka, prezumuoti, prezumpcija, observancija > TŽŽ 2013 neutralitetas, delinkventas, abdukcija, hipoteka, preziumuoti, prezumpcija, observacija; а также нескольких звуков, например: TŽŽ 1936 dezertuoti, nekrofija, oktroiruoti > TŽŽ 2013 dezertyruoti, nekrofilija, oktrojuoti. Ко второй группе относятся только различия в окончаниях, например: TŽŽ 1936 Eklogė, novelė > TŽŽ 2013 Ekloga, novela. К третьей группе относятся случаи, когда при сопоставлении вариантов одного и того же термина, зафиксированных в обоих словарях, видны различия как в основе, так и в окончании, например: TŽŽ 1936 analisis, ekspert yza, ministeris > TŽŽ 2013 analizė, ekspertizė, ministras. Можно предположить, что часть таких различий фонетической формы, обусловивших и различия в написании слов, возникла вследствие особенностей адаптации заимствований. Одной из таких особенностей является заимствование в литовский язык в разные периоды с ориентацией на термин, функционирующий в разных языках; например, видно, что некоторые юридические термины, зафиксированные в TŽŽ 1936, были адаптированы с учётом фонетической формы заимствования в русском языке: neitralitetas — рус. нейтралитет, ipoteka — рус. ипотека, ekspertyza — рус. экспертиза.
ВЫВОДЫ
На основании словарных толкований значений интернациональных слов, условно приравниваемых в данной статье к определениям терминов, установлено, что в TŽŽ 1936 насчитывается 738, а в TŽŽ 2013 — 748
8 В TŽŽ 2013 такие слова и выражения, употребляемые на языке оригинала, приведены в размещённом в конце словаря разделе «Слова и выражения на других языках».
9 В «Предисловии» к TŽŽ 1936 указано, что здесь, помимо прочего, «также объяснено немало выражений на разных языках, часто встречающихся в печати» (Žiugžda 1936: 6).
14
Page 15
международные слова обозначают правовые понятия или употребляются в сфере права в специальном значении. В СИС 1936 обнаружено 738 правовых терминов и их компонентов, что составляет 3,35% всех заголовочных слов этого словаря (22 000), а в СИС 2013 выявлено 748 правовых терминов и их компонентов — около 2,67% всех заголовочных слов этого словаря (28 000). Сопоставив количество правовых терминов и их компонентов с общим количеством слов в словарях, установили, что в СИС 2013 по сравнению с СИС 1936 относительное число правовых терминов уменьшилось. В статье выдвигается предположение, что такая ситуация могла быть обусловлена продолжением сложившихся ещё в советское время тенденций — идеологизации социальных наук и недостаточного внимания к их терминологии.
Из 738 правовых терминов и их компонентов, обнаруженных в СИС 1936, и 748, обнаруженных в СИС 2013, 562 слова — это общие для обоих словарей термины или их компоненты, обозначающие одно и то же понятие. Поэтому можно сделать вывод, что за почти восемь десятилетий сохранилось стабильное ядро литовской международной правовой терминологии, составляющее около 77%. В обоих словарях зафиксировано сходное количество именных и глагольных правовых терминов, а также адъективных компонентов, однако только в СИС 1936 среди заголовочных слов приведены также 53 составных правовых термина.
Большинство международных правовых терминов и их компонентов, зафиксированных в обоих словарях, восходит к одним и тем же трём языкам: латинскому (СИС 1936 — 64%, СИС 2013 — 60%), французскому (СИС 1936 — 11,7%, СИС 2013 — 17,5%) и греческому (СИС 1936 — 7%, СИС 2013 — 6,4%). В толковании происхождения 47 слов из 562 терминов и их компонентов, общих для обоих словарей, имеются расхождения; это составляет около 8% правовой терминологии, общей для обоих словарей. В обоих словарях для части правовых терминов и их компонентов язык происхождения вообще не указан: в СИС 1936 — для 10% (12 из 566 именных терминов, 9 из 69 глагольных терминов, 2 из 45 адъективных компонентов, 52 из 53 составных терминов), а в СИС 2013 — для 7% (36 из 92 глагольных терминов и 18 из 83 адъективных компонентов). В статье предполагается, что происхождение большей части глагольных терминов и адъективных компонентов с литовскими суффиксами не указано потому, что составители словаря трактовали их не как заимствования, а как дериваты. В остальных случаях происхождение могло быть не указано по ошибке или из-за невозможности его установить. Существенное различие в указании языков-источников в обоих словарях состоит в том, что в СИС 1936 после заголовочного слова в скобках приводится только сокращённое обозначение языка-источника, тогда как в СИС 2013 этимология слова раскрывается подробнее: после заголовочного слова в скобках приводится не только сокращённое обозначение языка, но и сам этимон, а часто также его перевод на литовский язык. В целом указания на происхождение правовых терминов, приведённые в обоих словарях, и различия в интерпретации их происхождения представляют собой значимые и информативные данные не только для специалистов по языкознанию, но и для исследователей истории конкретных правовых понятий.
При исследовании правовых терминов и их компонентов, общих для СИС 1936 и СИС 2013, были обнаружены различия в формах слов, приводимых в словарях. В СИС 1936 в качестве заголовочных слов в форме множественного числа были зафиксированы как минимум 5 однословных именных правовых терминов, которые в СИС 2013 уже внесены в форме единственного числа. В СИС 2013 обнаружено лишь 4 несклоняемых правовых термина, однако точное количество несклоняемых и неадаптированных терминов в СИС 1936 подсчитать сложно, поскольку здесь, в отличие от СИС 2013, в алфавитном порядке среди заголовочных слов приводятся как адаптированные термины, так и несклоняемые термины, а также различные латинские и другие
15
Page 16
языковые слова и выражения, которые в литовском языке того времени функционировали как иноязычные цитаты. Зафиксировано также немало терминов с различным написанием.
СИС 1936 был качественно подготовленным, ценным и полезным словарём, который в первый период независимости, когда не было опубликованного литовского словаря правовых терминов, а тем более корпуса или базы данных терминов, наряду с литовскими правовыми актами и трудами по правоведению мог на протяжении нескольких лет (до оккупации страны) оставаться одним из основных источников правовой терминологии. Влияние и значение СИС 2013 для языка права значительно скромнее, поскольку относительное число правовых терминов, рассчитанное по отношению к общему количеству слов в словаре, меньше, чем в СИС 1936; кроме того, во второй период независимости правовая терминология фиксировалась, публиковалась и систематизировалась во многих других общедоступных специализированных источниках (в Банке терминов Литовской Республики, базе данных IATE, двуязычных словарях правовых терминов и др.).
ŠALTINIAI
TŽŽ 1936: Tarptautinių žodžių žodynas, K. Boruta, P. Čepėnas, A. Sirutytė-Čepėnienė, [Kaunas]: Sakalas.
TŽŽ 2013: Tarptautinių žodžių žodynas, A. Kaulakienė, S. Keinys, B. Kurkulis, V. Račiūnaitė, V. Žalkauskas, Vilnius: Alma littera.
LITERATŪRA
Balčiūnienė Asta, Drukteinis Albinas, Kazlauskaitė Rūta, Vaskelienė Jolanta 2024: Praktinė bendrinės lietuvių kalbos gramatika [Practical Grammar of Common Lithuanian Language], Vilnius: Vilniaus universiteto leidykla.
Bendorienė Aldona, Bogušienė Virginija, Dagytė Emilija, Daržinskaitė Toleina, Grigas Gintautas, Gudžinskas Zigmantas, Jukna Feliksas, Kinderys Algimantas, Kurkulis Bronislovas, Kvietkauskas Valdemaras, Morkūnas Vaidotas, Mudėnienė Regina, Skirmantas Petras 2004: Tarptautinių žodžių žodynas [Dictionary of International Words], Vilnius: Alma littera.
Briaukienė Birutė 2004: Medicinos terminai Tarptautinių žodžių žodyne [Medical Terms in the Dictionary of International Words]. – Žmogus kalbos erdvėje [elektroninis išteklius]: tarptautinės mokslinės konferencijos mokslinių straipsnių rinkinys, 2003 m. gegužės 8–9 d., Kaunas, 3(1), 559–565.
Gaivenis Kazimieras 2002: Lietuvių terminologija: teorijos ir tvarkybos metmenys [Lithuanian Terminology: Outline of Theory and Regulating], Vilnius: Lietuvių kalbos instituto leidykla.
Gedzevičienė Dalia 2023: Dėl teisės terminų pateikimo „Tarptautinių žodžių žodyne“ [On the Submission of Legal Terms in the Dictionary of International Words]. –
Koženiauskienė Regina 2004: Tarptautinių žodžių vartojimas teisininkų kalboje [International Words in the Language of Lawyers]. – Skoliniai ir bendrinė lietuvių kalba, Vilnius: Lietuvių kalbos instituto leidykla, 189–196.
Kv鋪tkauskas Valdemaras 1985: Tarptautinių žodžių žodynas [Dictionary of International Words], Vilnius: Vyriausioji enciklopedijų redakcija.
Lemchenas Chackelis 1951: Tarptautinių žodžių žodynas [Dictionary of International Words], Vilnius: Valstybinė politinės ir mokslinės literatūros leidykla.
Lemchenas Chackelis 1969: Tarptautinių žodžių žodynas [Dictionary of International Words], Vilnius: Mintis.
Mackevičienė Aldona 1999: Tarptautinių žodžių žodynas [Dictionary of International Words], Vilnius: Gimtinė.
M. ir S. 1923: Svetimų ir tarptautiškų žodžių žodynėlis [Dictionary of Foreign and International Words], Šiauliai: „Vilties“ dr-jos leidinys.
Norkus Jonas 1924: Svetimų ir nesuprantamų žodžių žodynėlis [Dictionary of Foreign and Incomprehensible Words], Kaunas: „Vaivos“ b-vė.
Pakerys Jurgis 2013–2014: Naujųjų skolinių duomenų bazės veiksmažodžių morfologija [Verbal Morphology in the Database of New Borrowings into Lithuanian]. – Taikomoji kalbotyra 3, 1–26. Prieiga internete: https://www.zurnalai.vu.lt/taikomojikalbotyra/article/view/17480/16652.
Petrėtienė Angelika, Mikala jūnaitė Živilė 2010: 1936 m. „Tarptautinių žodžių žodyno“ poligrafijos terminai [Printing Trade Terms in International Words’ Dictionary of 1936]. – Santalka. Filologija. Edukologija 18(4), 93–106. Prieiga internete: https://www.ceeol.com/search/articledetail?id=125445.
Rudaitienė Vida 2006: Dėl tarptautinių žodžių semantinių pokyčių administracinėje kalboje [On the Semantic Variation of International Words in the Language of Management]. – Specialybės kalba: tyrimas ir dėstymas, Vilnius: Mykolo Romerio universiteto Leidybos centras, 123–133.
Šlapelis Jurgis 1907: Svetimų ir nesuprantamų žodžių žodynėlis: skaitytojams palengvinimas [Dictionary of Foreign and Incomprehensible Words: Help for Readers], Tilžė: Šviesa.
Umbrasas Alvydas 2001: Teisės terminijos padėtis Lietuvoje 1918–1940 metais [The State of the Terminology of Law in Lithuania in 1918–1940]. – Terminologija 8, 76–94. Prieiga internete: https://journals.lki.lt/terminologija/article/view/698/789.
Umbrasas Alvydas 2008: Lietuvių teisės terminografija: nuo rankraščių iki duomenų bazių [Lithuanian Terminography of Law: from Manuscripts to Databases]. – Specialybės kalba: terminija ir studijos: mokslinių straipsnių rinkinys, Vilnius: Mykolo Romerio universitetas, 100–109.
17
Page 18
Umbrasas Alvydas 2010: Lietuvių teisės terminija 1918–1940 metais: pagrindinių kodeksų terminai [Lithuanian Legal Terminology in 1918–1940: Terms of the Main Codes], Vilnius: Lietuvių kalbos institutas.
Umbrasas Alvydas 2021: Teisės terminijos tvarkyba Terminologijos komisijoje (1921–1926): Terminologijos komisijos 100-mečiui [The Ordering of Legal Terminology in the Terminology Commission (1921–1926): on the Occasion of the 100th Anniversary of the Terminology Commission]. – Terminologija 28, 225–238. Prieiga internete: https://journals.lki.lt/terminologija/article/view/2102/2227.
Vaitkevičiūtė Valerija 2007: Tarptautinių žodžių žodynas [Dictionary of International Words], Vilnius: Žodynas.
Vladarskienė Rasuolė 2004: Dėl teisės aktų vertimo [On Translations of Legal Acts]. – Skoliniai ir bendrinė lietuvių kalba, Vilnius: Lietuvių kalbos instituto leidykla, 177–188.
Vladarskienė Rasuolė 2014: Naujos tarptautinių žodžių reikšmės administracinėje lietuvių kalboje [New Meanings of the International Words of the Administrative Lithuanian Language]. – Taikomoji kalbotyra 3, 1–16. Prieiga internete: https://www.zurnalai.vu.lt/taikomojikalbotyra/article/view/17482/16654.
Vladarskienė Rasuolė 2019: Tarptautinių žodžių semantikos pokyčiai administracinėje kalboje [Changes in the Semantics of International Words in Administrative Language]. – Bendrinė kalba 92, 1–13. Prieiga internete: http://www.bendrinekalba.lt/?92.
Žiugžda Juozas 1936: Prakalba [Preface]. – Tarptautinių žodžių žodynas, [Kaunas]: Sakalas, 5–7.
