LIETUVIŲ KALBOTYROS KLAUSIMAI XXXVII (1997) LEKSIKOGRAFIJOS IR LEKSIKOLOGIJOS PROBLEMOS

Алгирдас САБАЛЯУСКАС

КАЗИМЕРАС БУГА И ЛИТОВСКАЯ ЛЕКСИКОГРАФИЯ

История литовской лексикографии — часть сложной и часто трагической истории нашей культуры. Уже четвертое столетие сами литовцы и их иноземные друзья (а порой и враги) составляют словари литовского языка. Для одних словари были средством обучения. Другие составляли их, желая лучше объяснить слова Библии. Для третьих словарь литовского языка был памятником умирающего народа и языка. Вспомним мысль, высказанную Фердинандом Нессельманом в 1846 г.: «Через пятьдесят лет составление словаря литовского языка станет уже невозможным делом» (Nesselmann 1846: 149) — то есть, литовский язык уже исчезнет... Словари литовского языка составляли священники, врачи, профессора зарубежных университетов, просто более или менее образованные литовцы. Динизас Пошка просил прощения у будущих читателей своего словаря:

Не сердись, читатель, на мои писанья! Ведь я пишу сохой, а не пером писарским (Poška 1959: 86).

Тридцать лет посвятил словарю литовского языка, но, увы, не увидел плодов своего труда Якоб Бродовский. Как красивая легенда, также не увидевший плодов своего труда, вошел в историю литовской лексикографии Антанас Юшка. Лишь трудолюбивый Фридрих Куршайт успешно завершил великий труд и с удовлетворением в последнем своем лексикографическом произведении, «Словаре литовского и немецкого языков», изданном в 1883 г., смог написать: «Так я завершаю свой литературный труд для литовского языка, желая благословения своему народу, к которому принадлежу по рождению и которому долго и добросовестно служил» (Kurschat 1883: XII).

Проблемами литовской лексикографии очень интересовались, а порой и сами составляли словари пробудители литовского национального возрождения конца XIX — начала XX в. Возможно, о том, насколько глубоко идея словаря проникла в сознание литовской интеллигенции того времени, свидетельствует следующий факт. Знаменитый деятель литовского национального возрождения, учитель Мариямпольской гимназии Пятрас Кряучюнас, сам, к слову, составлявший словарь литовского языка, вспоминает в 1903 г. в «Varpas» (9/10, с. 229), что его бывший ученик, писатель Антанас Вилкутайтис-Кетуракис, уже смертельно больной и с расшатанными нервами, писал ему, будто выиграл в лотерею огромную сумму денег и «за свой счет возьмется учредить литовские газеты в каждом крупном городе Литвы, щедро оплачивая редакторов и писателей; также обещал на свои деньги напечатать хороший литовский словарь и другие важные литовские книги» (Kuzmickas 1981: 213–214).

Материал для словаря литовского языка собирал будущий президент Литвы

1

Казис Гриниус, будущий архиепископ, блаженный Юргис Матуляйтис и многие другие просветители Литвы того времени.

Вспоминая исследователей литовского языка XIX — начала XX в., мы, вероятно, невольно делим их на две группы: иноземных профессоров известных европейских университетов, обладавших прекрасным лингвистическим образованием, но недостаточно хорошо знавших живой литовский язык или даже вовсе с ним не знакомых, и своих — больших энтузиастов своего дела, хорошо владевших родным языком, порой неплохо знавших его диалекты, но не имевших хорошей лингвистической подготовки. Первым исследователем литовского языка, которому ничто не было в недостатке — ни превосходная школа, ни удивительное чувство родного языка и владение им, ни способности, ни энтузиазм, — был Казимерас Буга.

К. Буга, еще не имевший даже аттестата об окончании средней школы, уже собрал несколько тетрадей материалов для словаря литовского языка. В 1902 г. он начал записывать словарные материалы «уже не в тетради, а на карточках». Эта дата обоснованно считается началом картотеки академического «Словаря литовского языка».

В 1912 г. К. Буга окончил Санкт-Петербургский университет и был оставлен для подготовки к профессорскому званию на кафедре сравнительного языкознания, которой руководил профессор Ян Бодуэн де Куртенэ. Эта дата связана и с деятельностью К. Буги как лексикографа. Именно в этом году вышел его первый лексикографический труд: «Litovsko-russkij slovarčik k pervym 20-ti litovskim skazkam v izdanii “Lietuvių pasakos” (Vilnius, 1905), sostavlennyj K. K. Bugojų pri učastii I. A. Boduèna-de-Kurtenė» (S.-Peterburg, 1912). Это было учебное пособие, предназначенное для сугубо практических нужд — курса литовского языка, который Я. Бодуэн де Куртенэ преподавал в Санкт-Петербургском университете и на Высших женских курсах. Разумеется, сегодня это лишь важная деталь: фамилия К. Буги здесь указана рядом с фамилией его великого учителя. Гораздо более значительным событием в жизни К. Буги в 1912 г. было поручение Санкт-Петербургской академии наук отредактировать и издать II том словаря Антанаса Юшки. Теперь К. Буга, можно сказать, всецело посвящает себя этой работе. Подробно работу К. Буги над этим произведением литовской лексикографии описала Бируте Толутене (Tolutienė 1961: 261–272). Это было начало большой лексикографической работы К. Буги. Б. Толутене оценила этот труд так: «К. Буга значительно дополнил словарные статьи А. Юшки новыми материалами. Вновь введенные значения и указанные источники письменных текстов дали много важных данных для изучения истории и употребления заглавного слова. К. Буга не пожалел ни собранных им материалов, ни знаний, ни сил и из некоторых статей А. Юшки создал целые небольшие исследования» (Tolutienė 1961: 263). Разумеется, после таких редакционных изменений словарь значительно отдалился от оригинала А. Юшки, чем Академия наук осталась недовольна. К. Буга хотел создать совершенный словарь литовского языка на основе материалов словаря А. Юшки. Однако вскоре он убедился, что это невозможно, поскольку материалов недостаточно, они не везде надежны и, кроме того, собраны лишь в небольшой части Литвы. Проверки и дополнения отнимали чрезвычайно много времени. Работу тормозил и главный редактор

2

медлительность работы редактора Филипа Фортунатова. К. Буга работал в Пермском и Томском университетах. В 1918 г. ему присвоили звание профессора. Он очень интенсивно собирал материал для своего будущего словаря. В 1920 г. он вернулся в Литву с картотекой словаря весом в четыре пуда. Вскоре его картотека увеличилась вчетверо. 13 мая 1923 г. К. Буга приступил к написанию собственного словаря, в котором решил обо всём, что было известно тогда науке о языке, написать применительно к каждому слову. Работа К. Буги трагически оборвалась. Второй выпуск словаря был издан уже после смерти автора.

Сам К. Буга отзывался о своём словаре очень критически: «В “Словаре литовского языка” пусть никто не ищет совершенства, последовательности. Всего этого, работая второпях, вряд ли кому удастся достичь [...] “Словарь литовского языка” следует считать черновиком, который при более благоприятных условиях жизни в Литве я не осмелился бы опубликовать, предварительно как следует его не переработав и не выправив. Я полагал, что наши потомки не осудят меня за этот черновик, ибо и черновик даст немало материала» (Būga 1961: 696).

В 1930 г. была заново организована редакция словаря. Руководить ею Министерство просвещения назначило Юозаса Балчикониса. Секретарь редакции Напалис Григас, человек без учёных степеней и диплома о высшем образовании, принимая в Университете картотеку словаря К. Буги, даже напугал своего бывшего профессора Винцаса Креве-Мицкявичюса: «Теперь-то мы будем знать, кто продолжит редакторскую работу над Словарём, за которую после Буги до сих пор никто не осмеливался взяться» (Grigas 1981: 23).

Новая редакция сразу столкнулась с проблемой: какой словарь готовить. Можно было продолжить издание материала, собранного К. Бугой. Но кто, выражаясь словами Яниса Эндзелинса, сможет заменить дух К. Буги, столь глубоко постигавшего и объяснявшего этот материал? (Endzelīns 1979: 669). Характер словаря в корне изменился. Его картотека выросла. Автором словаря, можно сказать, стал весь народ. Сегодня мы радуемся, что у нас уже есть семнадцать томов словаря. Этот словарь, несомненно, — важнейший труд литовских языковедов нашего столетия. Это, по словам литовского драматурга и критика из Соединённых Штатов Америки Костаса Остраускаса, «пожалуй, самая замечательная литовская книга», которую нужно читать «страница за страницей, а не только, когда припрёт, искать в ней слово и его значение» (Ostrauskas 1989: 7–8). Броне Восилите, исследовавшая лексикографическую деятельность К. Буги и посвятившая немало лет своей жизни академическому «Словарю литовского языка», справедливо утверждала, что «словарь Буги положил начало новому этапу развития литовской лексикографии — этапу издания большого “Словаря литовского языка”» (Vosylytė 1956: 113).

Словарь пишут уже несколько поколений литовских лексикографов. Однако больше всего для этого труда сделали две выдающиеся личности — Казимерас Буга и Юозас Балчиконис.

LITERATŪRA

Būga K. 1961: Rinktiniai raštai 3, Vilnius: Valstybinė politinės ir mokslinės literatūros leidykla.

Endzelīns J. 1979: Darbu izlase 3, 1 d., Rīga: Zinātne.

Grigas N. 1981: Kaip aš tapau žodynininku. – Mūsų kalba 1, 21–25.

Kurschat F. 1883: Littauisch-deutsches Wörterbuch, Halle A. S.: Verlag der Buchhandlung

3

des Waisenhauses.

Kuzmicka S. V. 1981: Antanas Vilkutaitis-Keturakis, Vilnius: Mokslas.

Nesselmann G. H. F. 1846: Zum littauischen Lexikon. – Neue Preussische Provinzial-Blätter B. 2, H. 2.

Ostrauskas K. 1989: “Žodžiai, žodžiai, žodžiai...” – Metmenys 56, 3–15.

Poška D. 1959: Raštai, Vilnius: Valstybinė grožinės literatūros leidykla.

Tolutienė B. 1961: Antanas Juška leksikografas. – Literatūra ir kalba 5, 87–377.

Vosyl y tė B. 1956: K. Būga žodynininkas. – Literatūra ir kalba 1, 84–113.

KAZIMERAS BŪGA AND LITHUANIAN LEXICOGRAPHY

Summary

Kazimieras Būga (1879–1924) was the first specialist in the Lithuanian language who lacked neither excellent training nor the knowledge of and feeling for his mother tongue. Būga’s life and the history of the Academic Lithuanian Dictionary are two things which are inseparable. In 1902 Būga, still a secondary school student, began to rewrite his collections of words on special slips. This date is considered to be the beginning of the card index of the Academic Lithuanian Dictionary.

In 1912 Būga got his degree from the University of St. Petersburg and started preparing for a professorship in the department of comparative linguistics headed by Jan Baudouin de Courtenay. In 1918 he was granted the rank of professor. In 1920 Būga returned to Lithuania. He brought with him a large file of cards for his future dictionary. On May 13, 1923, Būga began to write the dictionary. He tried to record everything that was known up to that time about each word. In 1924 the first book of his dictionary was published. On December 2, 1924, Būga’s untimely death was a tragedy for Lithuanian linguistics.

In 1930 the Ministry of Education directed Juozas Balčikonis to continue Būga’s work. It was decided to increase as much as possible the card of index accumulated by Būga and to write the dictionary anew. In 1996 the seventeenth volume of the Academic Lithuanian Dictionary was published. All in all, there will be twenty volumes of the dictionary. The Academic Lithuanian Dictionary is the most important work of Lithuanian philology of our century. It has been prepared by several generations of Lithuanian linguists. But the greatest contribution to this work was made by Kazimieras Būga and Juozas Balčikonis.

4