REGINA KVAŠYTĖ

Šiaulių universitetas

Толковый словарь основных терминов языкознания

Sastādījis autoru kolektīvs V. Skujiņas vadībā, Rīga, 2007, 624 p.

В начале 2008 года в Латвии вышло долгожданное терминографическое издание, наконец позволяющее и языковедам почувствовать себя специалистами в области, располагающей современной терминологией. Valodniecības pamatterminu skaidrojošā vārdnīca — это первый толковый словарь терминов языкознания, подготовленный на латышском языке; как видно из названия словаря, в нем собраны основные термины этой отрасли науки. До сих пор коллеги пользовались почти 50-летним переводным словарем терминов русского и латышского языков, который уже не отвечал потребностям изменившегося научного языка (VTV 1963). Однако новый словарь

242

Regina Kvašytė

его авторы использовали как основу при отборе терминов и их русских эквивалентов. Под руководством доктора филологических наук, хабилитированного, известного латвийского терминолога Валентины Скуинии (Valentīna Skujiņa) словарь подготовили языковеды старшего и среднего поколений с широкими научными интересами — Оярс Бушс (Ojārs Bušs), Дайга Юома (Daiga Joma), Андра Калнаца, Илзе Локмане (Ilze Lokmane), Даце Маркус (Dace Markus) и Ивета Путеле (Iveta Pūtеле). Им помогали многие специалисты из других отраслей филологической науки. Средства на издание словаря выделило государственное агентство «Valsts valodas aģentūra» [Государственное агентство языка], а инициатива по его подготовке принадлежит агентству Латвийского университета «Latvijas Universitātes Latviešu valodas institūts» [Институт латышского языка Латвийского университета].

При обсуждении материала Словаря велось много дискуссий, согласовывались индивидуальные мнения. Как и в любой другой области, сначала необходимо было отобрать понятия, которые войдут в Словарь, затем выбрать из уже существующих терминов употребительные, усовершенствовать или создать новые, а также определить их и найти эквиваленты на иностранных языках. Как говорят сами авторы в Предисловии, главная цель словаря — собрать и объяснить наиболее актуальные термины языкознания и тем самым содействовать развитию латышской лингвистической терминологии. Адресат — языковеды, преподаватели латышского языка, преподаватели высших учебных заведений, студенты языковых специальностей и др.

Прежде всего хотелось бы подробнее охарактеризовать новое терминографическое издание. Основная часть общего объёма, то есть часть с толкованием латышских терминов, занимает страницы с 12-й по 463-ю (кстати, это можно определить и визуально — края страниц окрашены в серый цвет). В Словарь включено около 2000 латышских терминов языкознания, эквиваленты которых приводятся на английском, немецком и русском языках. Термины расположены в алфавитном порядке. В словаре имеются отсылки к связанным терминам, помогающие лучше понять уже определённое понятие (они сопровождаются отсылкой sk. arī [см. также]). В статьях о некоторых терминах приводится немало иллюстративных примеров, чаще всего при терминах, обозначающих различные типы письма, например, antīkua, glagolica, hieroglifas, piktogramma. Кроме того, в отдельных статьях Словаря встречаются различные схемы, помогающие лучше понять понятие, обозначенное термином (salikta vārdkopa¹ [сложное словосочетание], semantiskais trīsstūris [семантический треугольник], vienkārša vārdkopa [простое словосочетание] и др.). Словарь четырёхъязычный, поэтому для удобства

¹ Примеры на латышском языке переводятся на литовский язык и помещаются в квадратные скобки, за исключением случаев, когда в обоих языках употребляются международные термины или формы терминов совпадают. Если в литовском языкознании нет традиции употребления или так точнее отражается структура латышского термина, перевод может быть дословным. Это отмечено звёздочкой (кстати, подобным образом поступают и авторы рассматриваемого Словаря, например, neoloģi-ja* / a. neology / v. Neologie* / kr. неология*).

Terminoloģija | 2008 | 15 243

поскольку в нём приводятся указатели терминов на каждом иностранном языке. Они отличаются тем, что в каждом из них добавлены также переводы на латышский язык. В общем объёме Словаря указатели занимают около одной трети — начиная со страницы 464. Несомненно, такой способ практичен, поскольку больше не нужно искать латышский эквивалент в основной части Словаря. Следует также добавить, что много информации, облегчающей пользование Словарём, содержится в описании его структуры: имеются определённые условные обозначения, которые пользователь Словаря поймёт, только подробно ознакомившись с ним.

Из отбора терминов видно, что в Словаре немало новых терминов по языкознанию различной структуры: kods, diskurss, korpuss, makrosociolingvistika, kon-situācija, kultūraizguvums [культурное заимствование*], viltusdraugs [ложный (переводческий) друг*], tekstveide [создание текста], jauniešu slengs [молодёжный сленг], komunikatīvā kompetence [коммуникативная компетенция] и др. Часть из них — международные заимствования, другие — исконные или смешанные образования (подобные встречаются и в работах литовских языковедов). Следует отметить, что терминология некоторых отраслей языкознания, в том числе новых, в Словаре довольно широко разработана и представлена. Особенно выделяются ономастика, социолингвистика, транслятология, или теория перевода. Например, в новый Словарь вошли актуальные для социолингвистики термины, нередко имеющие синонимы: alohtonā minoritāte [аллохтонное меньшинство], aizstājošā divvalodība, aizstājošais bilingvisms [замещающее двуязычие*, замещающий билингвизм*], а также термины, необходимые теории и практике перевода, — среди них немало латышских образований, чаще всего сложных слов: assvaloda, galvenā starpniekvaloda [осевой язык*, основной язык-посредник*], avotvaloda [исходный язык*], mērķvaloda [целевой язык*]; atulkojums, pretvirziena tulkojums [обратный перевод*, перевод в противоположном направлении*], čuksttulkošana [перевод шёпотом*] и др.

Большое внимание уделяется терминологии, употребляемой в области терминоведения². В рассматриваемом Словаре представлено целых 19 терминов этой области с корнем term- (для сравнения можно отметить, что в литовском Kalbotyros terminų žodyne с этим корнем упоминаются только три — terminas, terminija и terminologija (Gaivenis, Keinys 1990)), например: простые термины — terminēma, terminelements [составная часть термина], terminogrāfija, termzinātne [терминоведение*], terminoloģija и составные двухсловные термины — termina noteikšana, termina identificēšana [определение термина, идентификация термина], terminoloģiskā funkcija [терминологическая функция], некоторые составные многословные термины — terminu pieņemamības vērtēs

² На литовском языке издан отдельный словарик, в котором приведено около 200 терминов, используемых в терминоведении (Kvašytė 2005).

244 Regina Kvašytė

skala [шкала приемлемости терминов*]. Немало терминов этой отрасли языкознания встречается также в алфавитном порядке (apakštermins [видовой термин], virsjēdziens [родовое понятие] и др.); кроме того, иногда это могут быть термины других отраслей языкознания, которые, судя по их определениям, относятся к терминоведению.

Некоторые термины, включённые в рассматриваемый Словарь, свидетельствуют о деятельности латышских терминологов по созданию терминов в целом. Например, созданный вместо английского заимствования и успешно внедрённый в области информатики термин dators, вытеснивший английское kompjūters [компьютер], которое употребляется преимущественно лишь в разговорной речи, был адаптирован в языкознании. Это обусловлено тем, что данное образование в целом (производное от корня слова латинского происхождения dati [данные] и международного суффикса -ors [–ор], подходящего для образования названия прибора) удобно с точки зрения словообразования. Обилие новообразований латышской терминологии с корнем dator- или образованных от него прилагательных подтверждает эту точку зрения, например: datorklase [компьютерный класс], datorprogramma [компьютерная программа], datortīkls [компьютерная сеть]. Новейшую лингвистическую терминологию пополнили такие термины, как datorizētā tulkošana [компьютерный перевод], datorlingvistika [компьютерная лингвистика]. С корнем dat- образован и термин, форма которого обсуждается уже некоторое время, — datubāze [банк данных*] (интересно, что латыши и литовцы для обозначения сходного понятия выбрали в качестве основы разные интернациональные слова: одни — bazę (< гр.), другие — banką (< ит.)). Изначально употреблявшийся как составной двухсловный термин datu bāze, в Словаре он зафиксирован с учётом особенно характерной для латышского языка тенденции — превращения составных терминов в простые, поскольку сложные слова как один из продуктивных типов терминов позволяют выразить значение более абстрактно, чем сочетания двух (или более) слов.

В Словаре есть и другие подобные примеры, когда простые термины, образованные по определённым моделям, стремятся шире употреблять вместо составных терминов: etnosemantika, etnolingvistika, etnotoponīms; apakšjēdziens [видовое понятие], apakšnozare [подотрасль], apakštermins [видовой термин]³; defiskopa [сочетание, пишущееся через дефис*] (ср. также трёхкомпонентное сложное слово defiskoptermins [дефисный термин (термин, пишущийся через дефис)*]), defisrakstījums [написание через дефис*], defissavienojums [сочетание через дефис*]; hibrīdtermins [гибридный термин], hibrīdvārds [гибридное слово], hibrīdvaloda [гибридный язык], а также некоторые другие типы языков: avotvaloda [исходный язык*], cilmvaloda [язык происхождения*], aizguvējvaloda [заимствующий язык*]. Хотя такой способ не чужд и литовской терминологии (о чём свидетельствуют некоторые из упомянутых

³ Все эти термины в латышском языке образованы с компонентом apakš-, основное значение которого соответствует значению слова apakšā «внизу, ниже»; на литовский язык они переводятся по-разному.

Terminologija | 2008 | 15

2 4 5

(эквивалентов примеров), для латышского языка особенно характерны производные такого типа — это можно считать влиянием немецкого языка (Keinys 1994: 89).

В словаре также имеется немало многословных составных терминов, хотя их не так много. Четырёхсловные термины встречаются редко: augsta mēles pacēluma patskanis [гласный высокого подъёма языка], salikta teikuma struktūras shēma [схема структуры сложного предложения], salikts kombinēta saistījuma teikums [сложное предложение с комбинированной связью]; несколько чаще встречаются трёхсловные термины: pārejošs darbības vārds [переходный глагол], vārda formālais variants [формальный вариант слова], indoeiropiešu valodu saime [индоевропейская языковая семья], latgaliešu rakstu valoda [латгальский письменный язык] и т. п.

Достаточно распространённым способом фиксации и употребления терминов является синонимия. Новое издание латышской терминографии не исключение: в нём представлены разные типы синонимов, то есть случаи, когда синонимичны однословные термины или основные либо зависимые компоненты составных терминов. Это могут быть абсолютные или словообразовательные синонимы латышского и международного происхождения, например: galotne, fleksija [окончание], divvalodība, bilingvisms [двуязычие], līdzartikulācija, koartikulācija [коартикуляция], devējvaloda, donorvaloda [язык-источник*, язык-донор], diahroniskā valodniecība, diahroniskā lingvistika [диахроническое языкознание]. Встречаются также термины, рядом с которыми приведены латинские эквиваленты: saliktā nākotne, futūrum II [сложное будущее время], darbības lietvārds, nomen actionis [*отглагольное существительное]. Для некоторых понятий имеется по три варианта (обычно это составной термин, его сокращённый вариант и международный термин): atvasināts vārds, atvasinājums, derivāts [производное слово, производное, дериват], bahuvrihi, bahuvrihi saliktenis, citnozīmes saliktenis [бахуврихи, бахуврихи-композит, композит с иным значением*]. В словаре имеются и термины, по-прежнему вызывающие дискуссии, которые приводятся как синонимы, например, anglisms, anglicisms⁴. Основная проблема связана с компонентом -ic-, который, как неоднократно утверждала В. Скуиния, не несёт никакой семантической нагрузки и потому излишен.

Говоря о многозначности, следует отметить, что таких лингвистических терминов немного, хотя в словаре всё же встречаются некоторые многозначные термины. Это термины, употребляемые как в разных, так и в одной и той же отрасли языкознания: akomo-dācija — и в фонетике, и в социолингвистике; anafora — фигура, употребляемая и в стилистике, где она обозначает отношение между словом и предшествующим ему словом, и в терминологии; alonīms в ономастике — и как вариант имени собственного, и как псевдоним.

Важная часть словаря — определения. Они бывают разными: краткими и подробными. Некоторые определения очень краткие, похожи на синонимы или позволяют разграничить одно

⁴ В латышском языке нет собственного языкового производного, подобного литовскому anglybė.

246

Regina Kvašytė

понятие от другого: semasiologs – semasioloģijas speciālists; sintaksists – sintakses speciālists; reģionālais dialekts – teritorijai raksturīgs dialekts atšķirībā no sociolekta [региональный диалект — диалект, характерный для определённой территории, в отличие от социолекта]. Другие определения дополнены иллюстративным материалом, что положительно оценивается с точки зрения пользователя словаря: порой один-другой пример рассматриваемого явления помогает понять его лучше, чем одно лишь теоретическое описание. Встречаются и более подробные определения, содержащие много дополнительной информации о том или ином явлении, например, lietiško rakstu valodas stils, lietiškais stils [стиль деловой письменной речи, деловой стиль] — Функциональная разновидность языка, или стиль, используемый в официальных документах. Для делового письменного стиля характерны эмоционально нейтральные средства выражения, стандартизированная, максимально унифицированная форма, строгие и медленно меняющиеся нормы, экономия средств выражения, использование специальной терминологии и стандартизированных конструкций, высокая доля существительных. Для делового письменного стиля латышского языка характерно влияние других языков. [Функциональная разновидность языка или стиль, употребляемый в официальных документах. В деловом письменном стиле используются эмоционально нейтральные средства выражения; для него характерны стандартизированная, максимально унифицированная форма, строгие и медленно меняющиеся нормы, экономия средств выражения, использование специальной терминологии и стандартизированных конструкций, высокая доля существительных. Для делового письменного стиля латышского языка характерно заметное влияние других языков]. Такое определение равнозначно описанию признаков стиля в издании энциклопедического или учебного характера. Разумеется, не все определения в этом словаре лингвистических терминов столь подробны. Настоящие энциклопедические сведения содержатся в определении термина ātrraksts, stenogrāfija [скоропись*, стенография], где рассказывается, когда возник этот способ письма, кто его изобрёл и т. п.

При всестороннем рассмотрении словаря и сведений, связанных с его подготовкой, обнаруживаются связи с Литвой. В предисловии к словарю упоминается, что его экспертом был Axel Holvoet (кстати, его имя и фамилия латышизированы в соответствии со всеми правилами латышского языка — Akselas Holvutas) из Института литовского языка. В самом словаре иногда упоминается литовский язык; например, включены такие термины, как lietu viešu filoloģija [литовская филология], lietuviešu valoda [литовский язык] и синонимичные термины liet uvisms, lituānisms [литувизм, литуанизм], lietuvistika, lituānistika [литуанистика], а также термины, по значению охватывающие литовский язык: baltisms [балтизм], baltistika, baltu filoloģija [балтийская филология], baltu valodas [балтийские языки]. В библиографическом списке, насчитывающем 113 работ на разных языках, упомянуты и несколько трудов литовских лингвистов: Dabartinės lietuvių kalbos gramatika (1996), Lietuvių kalbos enciklopedija (1999), Lithuanian Grammar (1997), а также работа А. Паулаускене Lietuvių kalbos

Terminologija | 2008 | 15 247

morfologija (1994), Vinco Urbučio Žodžių darybos teorija (1978), Adelės Valeckienės Funkcinė lietuvių kalbos gramatika (1998), Zigmo Zinkevičiaus Kalbotyros pradmenys (1980). Tiesa, pastebėtas netikslumas – lietuvių Kalbotyros terminų žodynas minimas be autorių (žr. 27-ą poziciją), todėl į abėcėlinį literatūros sąrašą pagal pavadinimą pateko prie K raidės, o ne prie G, kaip turėtų būti pagal autorius).

Следует признать, что и в Словаре не удалось избежать некоторых неточностей. Структура не вполне упорядочена: например, отсутствуют некоторые термины, на которые есть ссылки при связанных терминах: синекдоха поэтическая [поэтическая синекдоха], синекдоха лексическая [лексическая синекдоха], однако ни одного из последних нет ни на букву P, ни на L. Включение в Словарь ещё нескольких терминов также может вызвать сомнения: подходят ли для словаря терминов этой области однофамилец [однофамилец], однофамилица [однофамилица], образ [образ], народ. Однако ни отсутствие некоторых соответствий в Словаре, составленном в алфавитном порядке (они упоминаются лишь при связанных терминах как возможные для сопоставления), ни некоторая неточность в библиографическом списке, ни наличие отдельных ненужных или сомнительных терминов не умаляют его содержания, значения и важности для развития языка латвийской науки и латвийского языкознания.

Издание по латвийской терминографии превосходно подготовлено как по содержанию, так и с визуальной и полиграфической точки зрения. Выход такого издания по языкознанию, соответствующего принципам терминографии, важен; оно появилось вовремя, когда в жизни в целом и в языке возникает множество новых явлений, поскольку язык науки меняется и совершенствуется. Это могло бы стать серьёзным стимулом для литовских языковедов, которые почти два десятилетия пользуются имеющимся у них Словарём терминов языкознания (Gaivenis, Keinys 1990), последовать примеру соседей и коллег — развивать литовскую лингвистическую терминологию и подготовить новое издание.

LITERATŪRA

Gaivenis K., Keinys S. 1990: Kalbotyros terminų žodynas, Kaunas.

Keinys S. 1994: Latvių terminologijos tvarkymo principai. – Terminologijos vagos, 87–90.

Kvašytė R. 2005: Mokomasi terminologijos žodynėlis, Šiauliai.

VTV 1963: Valodniecības terminu vārdnīca. Sast. R. Grabis, Dz. Barbare, A. Bergmane, Rīga: Latvijas Valsts izdevniecība.

Gauta 2008-12-23

Regina Kvašytė Šiaulių universitetas P. Višinskio g. 38, LT–76352 Šiauliai E. paštas: [email protected]

248

Regina Kvašytė