AUŠRA RIMKUTĖ

Институт литовского языка

НОРМИРОВАНИЕ РЕЛИГИОЗНОЙ ТЕРМИНОЛОГИИ В МАЛОМ КАТЕХИЗИСЕ ДЛЯ ДЕТЕЙ КСЯНДЗА ЮОЗАСА ЛАУКАЙТИСА

К столетию комиссии по молитвам

Juozas Laukaitis (1873–1952) – vienas svarbiausių XX a. pradžios lietuvių bažnytinės kalbos gaivintojų, puoselėtojų ir religijos terminijos normintojų. Į šį darbą jis įtraukė kunigus Alfonsą Petrulį ir Adomą Jakštą-Dambrauską, su kuriais beveik dvejus metus taisė poterių kalbą, kiek galėdami stengėsi apvalyti svarbiausių maldų tekstus nuo svetimybių ir keisti jas lietuviškais žodžiais. 1909 metais į Seinus susirinkę garsiausi ano meto kalbininkai – Jonas Jablonskis, Kazimieras Būga, Juozas Balčikonis ir Jurgis Šlapelis, kartu su J. Laukaičiu ir kitais kunigais per porą mėnesių apsvarstė daug pagrindinių lietuvių kalbos gramatikos ir rašybos taisyklių, sutvarkė svarbesnių lietuviškų maldų, giesmių, litanijų kalbą, patvirtino kai kuriuos religijos terminus. Vad(in)amosios Poterių komisijos nelengvo ir kruopštaus darbo rezultatai pirmą kartą buvo paskelbti 1909 m. 9-ame Vadovo numeryje.

Председатель комиссии по молитвам священник Ю. Лаукайтис был ревностным защитником языка исправленных молитв. После появления неблагоприятной критики он довольно резко ответил на статью Йонаса Тоторайтиса Новые молитвы (Ошибки комиссии по молитвам), в которой ставился вопрос, не стали ли «варваризмы уже непонятными и нельзя ли им уже ни в коем случае оставаться в молитвах? <...> Может, комиссия думает, что одним взмахом руки вырвет и выкорчует из сердца и души литовцев старую форму, а на её место всунет новую, как весной в саду вилами, лопатами¹, пиками и жердями выдирают из земли старый дуб, а на его место втыкают молоденькую яблоньку, которая ещё неизвестно, приживётся ли?» (Totoraitis 1909: 296)². В статье Доктору Йонасу Тоторайтису (О реформе молитв) Ю. Лаукайтис писал: «Тот, кто читал речи Пуришкевича в Русской думе в защиту старого государственного порядка, может узнать в статье „Вадоваса“ „Новые молитвы“ литовского Пуришкевича, только

¹x лопата – лопата, совковая лопата (LKŽ_e).

²Язык цитат в статье не исправляется.

A. RIMKUTĖ. Kunigo Juozo Laukaičio Mažojo Katekizmo vaikeliams religijos terminų norminimas

59

на другой почве — в жизни — старого, неудачного перевода возвышеннейших молитв»; а комиссия по молитвам работает так, как понимает и умеет (Laukaitis 1909^d: 415).

Деятельность по возрождению литовского самосознания Ю. Лаукайтис начал ещё во время учёбы в Сейненской духовной семинарии. Он состоял в тайном кружке литовских семинаристов (некоторое время был его руководителем), который стремился возродить родной язык и распространять литовскую печать. Священник Ю. Вайлокайтис в 1910 г. В источнике писал, что Ю. Лаукайтис черпал знания литовского языка у епископа Антанаса Баранаускаса, «из этого источника познания сокровищ нашего прекрасного языка», и так хорошо его знал, что «сегодня в Сувалкии ему нет равных» (Vailokaitis 1910: 422). Видимо, поэтому, когда в 1904–1905 учебном году в Сейненской семинарии начали преподавать литовский язык, Ю. Лаукайтис стал первым преподавателем литовского языка. Активная деятельность «профессора³ священника Ю. Лаукайтиса не нравилась ополяченным преподавателям семинарии. Его называли „литвоманом“, хотя Лаукайтис был терпим ко всем — и в национальном, и в политическом, и в религиозном отношении» (Vaičiūnas 1996: 8).

Ю. Лаукайтис был одним из основателей общества Святого Казимира, учреждённого в Каунасе в 1905 г. для издания христианской литературы. В том же году он также стал председателем издательского товарищества «Лаукайтис, Дваранаускас, Наряускас и компания», редактировал газеты и журналы, писал статьи, переводил на литовский язык гимны, псалмы и художественную литературу. Он редактировал еженедельник христианских демократов Источник (первые три номера подписал именем Казимераса Прапуолениса⁴, а с 4-го по 22-й — своим именем, позднее передал редактирование Юозапасу Вайлокайтису), а также был инициатором издания Родничок (1906), предназначенного для обучения детей литовскому языку. С осени 1908 г. начал выходить ежемесячный журнал для католических священников Наставник⁵, в котором на правильном языке публиковались проповеди и языковые рекомендации. Его основателем также был Ю. Лаукайтис. Кроме того, он написал несколько гимнов и катехизис Малый катехизис для детей. По словам Пранаса Скарджюса, Ю. Лаукайтис «один из немногих наших священнослужителей, который всю свою жизнь много заботился о совершенствовании литовского письменного языка, прежде всего церковного. Он не был

³ Ю. Лаукайтис с 1902 г. (после смерти епископа Антанаса Баранаускаса) был профессором Сейненской духовной семинарии.

⁴ Странное совпадение: Ю. Лаукайтис подписался именем жившего в то время каноника, общественного деятеля и работника печати Казимераса Прапуолениса (1858–1933). Каноник помог получить разрешение на издание газеты «Источника» и, как сказано в книге «В водовороте борьбы за литовскую самобытность: Виленский и Сейненский края в конце XIX — начале XX века», «некоторое время указывал себя его редактором». Он также участвовал в издании «Наставника». Подписывался различными псевдонимами (Kairiūkštytė, Gudonytė 2009: 223).

⁵ «Наставник» выходил до 1914 г. До двенадцатого номера его редактировал Ю. Лаукайтис, позднее — Юстинас Стаугайтис.

60

KALBOS KULTŪRA | 82

какой учёный лингвист-специалист, а лишь практик-любитель, довольно рано столкнувшийся с необходимостью использования литовского языка в письменности» (Skardžius 1997: 420). Монсеньор Альфонсас Сваринскас также упоминает Ю. Лаукайтиса как человека, особенно любившего литовский язык: «Оказывается, во время проповедей других священников он сидел у алтаря с блокнотом в руках и записывал языковые ошибки. Потом исправлял...» (Svarinskas 1996: 13).

Он был активным общественным деятелем. В 1912 г. Ю. Лаукайтис от Сувалкской губернии был избран в Четвёртую Государственную думу России, где работал до осени 1917 г. Живя в Санкт-Петербурге, он не забывал Литву. Во время Первой мировой войны был председателем петербургского отделения Литовского общества помощи пострадавшим от войны, основал Литовский народный католический союз. В 1918 г. вернулся в Литву, в 1936 г. был избран в Четвёртый Сейм Литвы. В 1946 г. советская власть арестовала Ю. Лаукайтиса и приговорила его к семи годам тюремного заключения. Умер во Владимирской тюрьме.

После рассмотрения активной языковой и общественной деятельности Ю. Лаукайтиса главная цель этой статьи — изучить религиозную терминологию трёх изданий Малого катехизиса для детей, опубликованных им в 1904, 1907 и 1914 гг., и её изменения; установить, какими принципами и критериями нормирования он руководствовался при нормировании религиозных терминов, а главное — оценить исправления религиозных терминов в катехизисах, изданных почти столетие назад, с точки зрения литературного литовского языка. Сам Ю. Лаукайтис писал, что «насколько необходимо единообразие католических молитв, лучше всего понимают священники, обучая детей катехизису, читая молитвы каждое воскресенье с церковной кафедры, обходя дома на Крещение и принимая заказы от тех, кто собирается вступить в брак» (Laukaitis 1907: 417). Итак, далее в статье будет рассмотрено, присутствует ли упомянутое единообразие в текстах изданных им катехизисов.

РЕЛИГИОЗНАЯ ТЕРМИНОЛОГИЯ КАТЕХИЗИСОВ

Катехизис Ю. Лаукайтиса вышел в трёх изданиях: в 1904 г. — Малый катехизис для детей, готовящихся к первой исповеди и Святому Причастию (на обложке указан 1905 г., Вильнюс), в 1907 и 1914 гг. — Малый катехизис для детей, готовящихся к первой исповеди и Святому Причастию (Сейны). Все катехизисы получили одобрение. Автор, составитель или переводчик катехизиса не указан, однако считается, что его написал Ю. Лаукайтис (Kairiūkštytė, Gudonytė 2009: 167). Объём катехизисов различается. Первое издание несколько короче — 105 страниц, а

A. RIMKUTĖ. Kunigo Juozo Laukaičio Mažojo Katekizmo vaikeliams religijos terminų norminimas

61

второе и третье — по 115 страниц. В первом нет текстов утренних и вечерних молитв.

По трём изданиям катехизиса собрано более 1800 религиозных терминов, их синонимов и вариантов. Поскольку тексты изданий катехизиса мало различаются, в каждом из них обнаружено около 600 разных однословных (почти треть) и составных религиозных терминов, их синонимов и вариантов. Рассмотрев три издания Малого катехизиса для детей Ю. Лаукайтиса, можно заметить определённые изменения религиозной терминологии, своеобразные этапы и принципы нормирования. Поэтому можно говорить о трёх этапах нормирования религиозных терминов: употреблении иноязычных слов, их замене литовскими соответствиями и переходном этапе, когда попеременно употребляются иноязычное слово и литовский термин.

В статье к религиозным терминам⁶ относятся слова и словосочетания, обозначающие основные истины христианской веры, религиозных деятелей, а также сверхъестественных существ, религиозные книги и тексты, связанные с верой действия и явления, таинства, грехи, пороки, добродетели, религиозные обряды, церковную утварь (одежду, её части, литургические сосуды и т. п.), церковные и религиозные праздники, праздничные дни и другие связанные с религией временные понятия, различные религиозные места и сооружения, а также административное деление и прочее. Терминами считаются не только собственно термины, характерные исключительно для религии, например: алтарь, ангел, апостол, Агнец Божий, исповедь, крещение, священник, грех, гостия, Страшный суд, ад, рай, таинство, Сын (Сын Божий), Пресвятая Троица, Пасха и т. п., номенклатурные названия, например: Католическая церковь, Святая Римская церковь и т. п., но и терминизированные слова общеупотребительного языка (используемые также в других сферах), например: овца, овечка, небо, хлеб, палка, мир, сад, чаша, уж, земля, человек и т. п. Содержание терминизированных слов отличается от значения обычных слов: например, термин овца в религиозных текстах употребляется в значении верующего, хлеб в религии является символом духовной пищи, Тела Христова, а значит, и Его искупительной жертвы, Великий четверг — день Тайной вечери, Великая пятница — день страданий и смерти Христа, воскресенье — не только седьмой день недели, но и святой день, предназначенный для поклонения Богу и отдыха. Слово сад как религиозный термин является символом целомудрия и чистоты, а также земным и небесным раем.

⁶ Apie religijos termino sampratą dar žr. Rimkutė 2009: 172–177.

62

KALBOS KULTŪRA | 82

Заимствования

В 1907 г. Ю. Лакайтис писал в журнале Draugijos: «Žyvatas, griešnas, griekas» — такие же по ценности слова, как и «abliubenyčia, tajemnyčia, apibrozyti, bliuznierstva, loska». Такой же мусор необходимо непременно выбросить, потому что он отвратительно режет ухо литовца» (Laukaitis 1907: 418). В катехизисах встречаются только griešnas, griekas и tajemnyčia, поскольку преобладают литовские соответствия. В рассматриваемых изданиях Mažojo katekizmo vaikeliams оставлены в употреблении следующие не вошедшие в литературный язык заимствования (однословные термины, выступающие также компонентами составных терминов), не имеющие литовских соответствий⁷:

x almužna⁸ MKV₁ 44, MKV₂ 36, MKV₃ 36 («милостыня», по-польски jałmużna);

x aniolas MKV₁ 17, MKV₂ 6, MKV₃ 6 («ангел», по-польски anioł): Angelas Sargas MKV₃ 6, Dievo Angelas MKV₃ 106, gerasis Aniolas MKV₃ 6, šventas Angelas Sargas MKV₃ 102, šventasis Aniolas MKV₃ 45;

x Arkaniolas MKV₁ 54, MKV₂ 47, MKV₃ 47 («архангел», по-польски archanioł): Arkaniolo Gabrijeliaus apreiškimas MKV₃ 48;

x čyščius MKV₁ 24, MKV₂ 13, MKV₃ 13 («чистилище», по-польски czyściec): čyščiaus kančios MKV₃ 88;

x čystata MKV₁ 10, MKV₂ XI, MKV₃ XI («чистота, опрятность, непорочность», по-польски czystota, ср. по-польски czystość);

x dūšia MKV₁ 7, MKV₂ 7, MKV₃ 62 («душа», по-польски dusza): dūšia čysčiuje kenčianti MKV₃ 46, dūšia mažo vaikelio MKV₃ 65, žmogaus dūšia MKV₃ IX;

x grabas MKV₁ 35, MKV₂ 26, MKV₃ 25 («гроб»⁹, белор. гроб, по-польски grób);

x griešnas MKV₁ 5, MKV₂ VI, MKV₃ VI («грешный», белор. грешный, по-польски grzeszny, ср. также по-русски грешный);

x karunka MKV₁ 54, MKV₂ 47, MKV₃ 47 («молитва такого рода», по-польски korunka);

x nečystata MKV₁ 79, MKV₂ 76, MKV₃ VIII («непристойность, распутство», по-польски neczystota);

x pakūta MKV₁ 30, MKV₂ 20, MKV₃ 20 («покаяние», по-польски pokuta): didelė pakūta MKV₃ 84, išpildymas pakūtos MKV₃ 82, Pakūtos Sakramentas MKV₃ 70;

⁷ При установлении происхождения (и значения) терминов используются исследование А. Сабаляускаса Lietuvių kalbos leksika (1990), словарь сочинений Мартинаса Мажвидаса Д. Урбаса Martyno Mažvydo raštų žodynu (1998), выборочный словарь литовских письменных памятников XVI–XVII вв. Ю. Палёниса XVI–XVII a. lietuviškų raštų atrankiniu žodynu (2004), Lietuvių kalbos žodynu, а также Słownik etymologiczny języka polskiego А. Брюкнера (1974) и Słownik etymologiczny języka litewskiego В. Смочиньского (2007). Термины приводятся в алфавитном порядке, в оригинальном написании, в форме именительного падежа единственного числа.

⁸ Знаком «x» обозначены слова, не употребляемые в современном литературном языке.

⁹ Гроб — также заимствование, ср. белор. корста.

A. RIMKUTĖ. Kunigo Juozo Laukaičio Mažojo Katekizmo vaikeliams religijos terminų norminimas

63

x слиубас MKV₁ 7, MKV₂ 61, MKV₃ VIII («церковный обряд венчания», польск. ślub);

x веселия MKV₁ 7, MKV₂ 61, MKV₃ 61 («свадьба», белор. вяселле, польск. wesele; есть и литовский термин vestuvės MKV₃ VIII) и др.

Синонимы и варианты

Следует упомянуть и заимствования, входящие в состав сложных терминов (основных или второстепенных), но не употреблённые в катехизисе отдельно в качестве однословных религиозных терминов, например:

x асаба («лицо», польск. osoba, рус. особа): Dievo Asaba arba Ypata MKV₁ 15, MKV₂ 4, Dievo Ypata arba Asaba MKV₃ 4 (asaba употребляется как синоним неологизма ypata);

x четвергас («четверг», белор. четве́рг, польск. czwartek): didysis Četvergas MKV₁ 71, MKV₂ 66, didysis ketvergas MKV₃ 23;

x киеликас («чаша», польск. kielich, нем. Kelch): kielikas vyno MKV₁ 100, MKV₂ 99, MKV₃ 99, pakylėjimas kieliko MKV₁ 99, MKV₂ 98, MKV₃ 98;

x петныча («пятница», белор. пятніца, польск. piątek): didžioji Pėtnyčia MKV₁ 34, MKV₂ 24, MKV₃ 24;

x Трайце («Троица», польск. Trójca, ср. также лат. Trinitas): Švenčiausia Traicė MKV₁ 13, Švenčiausioji Traicė MKV₂ 1, MKV₃ 1;

x желабнас («траурный», ср. польск. żałoba): заупокойные мессы (желабнос) MKV₁ 100, траурные мессы (желабнос) MKV₂ 100, MKV₃ 100;

x жыватас («утроба», польск. żywot): плод утробы MKV₁ 5, MKV₂ VI, MKV₃ VI и др.

В молитвах, опубликованных комиссией молитв, перечисленных заимствований (за исключением аниола и душя) нет. Почему Ю. Лакайтис даже в последнем издании катехизиса употребляет эти нелитовские термины, неясно. Возможно, его мнение не совпадало с предложением языковедов.

В журнале Vadovo Ю. Лакайтис довольно много писал о языке. В разделе Kalbos dalykų он старался «рассмотреть ценность наиболее необходимых теологических и философских терминов, употребляемых в наших письменных текстах, и указать на часто встречающиеся ошибки» (Laukaitis 1914: 201). Ю. Лакайтис не боялся признавать свои ошибки: например, сначала он писал, что заменять аниола на ангела нельзя «во-первых, потому что все литовцы-католики по всей Литве с детства молятся аниолу, а во-вторых, заменив аниола ангелом, люди были бы этим страшно возмущены, полагая, что это подражание литовским лютеранам и кальвинистам, которые…

64

KALBOS KULTŪRA | 82

…ангел. В конце концов, если исходить из первоначального источника angelos, angelus, по-литовски получилось бы angelius, -iaus, как стилиус или имя, употребляемое людьми: Теофилиус. Поэтому слово «ангел», вероятнее всего, заимствовано из русского языка» (Laukaitis 1908₍b₎: 413). В 7-м номере «Вадуваса» Й. Laukaitis призывал оставить аниолас, поскольку это слово иностранного происхождения якобы столь же древнее, как папа, епископ, настоятель, прабощюс¹⁰, приход и т. д., и что всё же нет необходимости навязывать вместо него слово ангелас (Laukaitis 1909₍a₎: 300). Однако в следующем номере он уже писал, что следовало бы употреблять слово ангелас (Laukaitis 1909₍c₎: 102). К сожалению, сам он этому предложению не следовал: в «Малом катехизисе для детей» термина ангелас нет.

Заимствованные слова: apiera («жертва», ср. польск. ofiara), birmavonė («таинство Миропомазания», польск. bierzmowanie), griekas («грех», польск. grzech, ср. рус. грех), kora («наказание», польск. kara), mylista («благодать», белорус. мілацӯ, польск. miłość), nodeja («надежда», белорус. надзея, польск. nadzieja), pekla («ад», польск. piekło), smertis («смерть», белорус. смерть, польск. śmierć), spaviednis («исповедь», польск. spowiedź), sūdas («суд», белорус. суд, польск. sąd), sumenija («совесть», белорус. суменне, польск. sumenie), svietas («мир», белорус. свет, польск. świat), tajemnyčia («тайна», польск. tajemnica), а также некоторые другие употребляются во всех изданиях катехизиса. Из примеров видно, что их пытались устранять, однако непоследовательно, поскольку встречаются как отдельно употребляемые слова, так и их употребление в качестве синонимов литовских терминов (чаще всего они пишутся в скобках или после союза либо).

Во многих случаях Й. Laukaitis отдавал предпочтение литовским терминам, например:

apiera MKV₁ 73, ср. жертва или apiera MKV₂ 69, MKV₃ 69: жертвоприношение мессы MKV₁ 74, жертва мессы или apiera MKV₂ 69, MKV₃ 69, жертвоприношение святой мессы MKV₁ 44;

исповедь (spaviednis) MKV₁ 81, MKV₂ 78, MKV₃ 78, также ср. святая исповедь MKV₁ 66, MKV₂ 78, святая исповедь (spaviednis) MKV₁ 74, MKV₂ 70 – святая исповедь MKV₃ 61, святая исповедь (spaviednis) MKV₃ 83, пасхальная исповедь (spaviednis) MKV₃ 60;

грешник MKV₁ 5, MKV₂ VI, MKV₃ VI, ср. согрешивший MKV₁ 84, MKV₂ 81, MKV₃ 81;

благодать MKV₂ 9, MKV₃ 9 – myl ista MKV₁ 5, MKV₂ V, MKV₃ V, благодать Божия MKV₁ 67, MKV₂ 9, MKV₃ 62 – Божия mylista MKV₁ 7, MKV₂ VIII, MKV₃ VIII, благодать Божия (mylista) MKV₂ 61, MKV₃ 61, благодать Божия или mylista MKV₁ 68

¹⁰ Прабощюс (польск. proboszcz < нем. Probst, чеш. probošt < лат. propositus), прабощюс (белорус. probašč) — управляющий католическим приходом, настоятель (LKŽₑ). Это название настоятеля латинского происхождения, ныне устаревшее и не рекомендуемое к употреблению заимствование (подробнее см. Klimavičius 1998: 10).

A. RIMKUTĖ. Kunigo Juozo Laukaičio Mažojo Katekizmo vaikeliams religijos terminų norminimas

65

и милость или благодать Божия MKV₁ 67, милость святых таинств MKV₁ 23 – благодать святых таинств MKV₂ 12, MKV₃ 12, отпущения¹¹ благодать MKV₁ 84, MKV₂ 81, MKV₃ 81;

смерть (смярць) MKV₁ 19, MKV₂ 9, MKV₃ 9, ср. также смерть MKV₁ 19, MKV₂ 8, MKV₃ 8, час смерти MKV₁ 5, MKV₂ VI и час смерти MKV₃ VI;

неверие (забобоны) MKV₁ 58 – суеверия (забобоны) MKV₂ 51, MKV₃ 51;

согрешение (грех, грех) MKV₁ 88, MKV₂ 86, MKV₃ 86; в составных терминах употребляется согрешение (чаще всего) или грех: плотское согрешение MKV₁ 91, MKV₂ 89, MKV₃ 89, первородное согрешение MKV₁ 20, MKV₂ 64, MKV₃ 86, первородное согрешение или грех MKV₁ 19, MKV₂ 86, MKV₃ 86, согрешение прародителей MKV₁ 20, MKV₂ 9, MKV₃ 9, тяжкое согрешение MKV₁ 67, MKV₂ 62, MKV₃ 81, закоснелость в согрешениях MKV₁ 9, MKV₂ X, MKV₃ X, однако – прощение грехов MKV₁ 6, MKV₂ 36, MKV₃ VI и прощение согрешений MKV₁ 45, MKV₂ 76, MKV₃ 76;

мир MKV₂ 29, MKV₃ 29 – свиетас MKV₁ 12, MKV₂ 39, MKV₃ 39, конец мира MKV₁ 42, MKV₂ 34, MKV₃ 38 – конец свиетаса MKV₁ 46;

тайна (таемнича) MKV₁ 55, MKV₂ 48, MKV₃ 48, ср. тайна Искупления MKV₁ 13, MKV₃ 1, тайна Пресвятой Троицы MKV₁ 13, MKV₂ 1, MKV₃ 1;

ад или пекло MKV₁ 24, ср. пекло или ад MKV₁ 9, MKV₂ X, MKV₃ X, см. также ад MKV₁ 24, MKV₂ 13, MKV₃ 13 – пекло MKV₁ 8, MKV₂ 13, MKV₃ 13, врата ада MKV₂ 33, MKV₃ 33 – врата пекла MKV₁ 41, адский плен MKV₁ 22, MKV₂ 11, MKV₃ 11, заслужение ада MKV₁ 81, заслуживание ада MKV₂ 78, MKV₃ 78;

совесть (суменя) MKV₁ 75, MKV₂ 71, MKV₃ 71, ср. совесть MKV₁ 70, MKV₂ 65, MKV₃ 65, Счисление совести (Рокунда суменйос) MKV₁ 77, MKV₂ 73, MKV₃ 73; чужое слово рокунда (польск. rachunek) употребляется только в составных терминах;

суд (судас) MKV₂ 38, MKV₃ 38; в катехизисе 1904 г. есть только судас MKV₁ 46, слова суд еще нет, ср. суд Божий (судас) MKV₂ 13, MKV₃ 13 – судас Божий MKV₁ 23, Последний Суд MKV₂ 38, MKV₃ 38 – Последний Судас MKV₁ 23 – Последний Суд (Судас) MKV₂ 13, MKV₃ 13, всеобщий суд MKV₂ 39, MKV₃ 39, Всеобщий Последний Суд (Судас) MKV₂ 38, MKV₃ 38 – Всеобщий Последний Судас MKV₁ 46;

надежда (нодея) MKV₁ 48, MKV₂ 41, MKV₃ 41, надежда MKV₁ 58, MKV₂ 52, MKV₃ 103 и др.

Хотя неологизм, употреблявшийся в катехизисе 1904 г., неверие MKV₁ 58, Ю. Laukaitis заменил словом суеверия MKV₂ 51, MKV₃ 51, однако в скобках оставил

¹¹ «Отпущение — „прощение (грехов)“ — калька с польского; ср. польск. rozgrzeszenie (Palionis 2004: 157), см. также išrišti – lenk. rozwiązać.

66

KALBOS KULTŪRA | 82

польскость забобоны. Один литовский термин имеет синоним, который следует считать гибридом¹², например, paaukojimas (apieravojimas) MKV₂ 49, MKV₃ 49 («aukojimas», по-польски ofierować, ofiarowanie). В первом издании есть только apieravojimas MKV₁ 56, ср. также Viešpaties Jezaus apieravojimas MKV₁ 55 и Viešpaties Jezaus paaukojimas (apieravojimas) MKV₂ 48, MKV₃ 48. Обнаружено и больше гибридных терминов, не употребляемых в литературном языке, например, nepakūtojimas MKV₁ 9, MKV₂ X («непокаяние», ср. по-польски pokutować) и др.

В «Малом катехизисе для детей» встречаются случаи, когда сначала приводится иноязычное слово или недопустимый гибридный термин, а уже за ним — литовский эквивалент (иногда составной термин), например: Birmavonė arba padrūtinimas¹³ šventam tikėjime MKV₁ 7, MKV₂ VIII, MKV₃ VIII, Birmavonė arba Padrūtinimas tikėjime MKV₁ 67, MKV₂ 62 (Birmavonė arba Patvirtinimas tikėjime MKV₃ 62); во всех изданиях употребляется также однословный термин Birmavonė MKV₁ 70, MKV₂ 65, MKV₃ 65; nedėldienis arba sekmadienis MKV₂ 53, MKV₃ 53; в первом издании слова sekma dienis нет, есть только гибрид nedėldienis MKV₁ 59 («sekma dienis», ср. белор. нядзеля); во всех изданиях употребляется составной термин Velykų nedėldienis MKV₁ 36, MKV₂ 27, MKV₃ 26.

Сопоставив религиозную терминологию разных изданий «Малого катехизиса для детей», можно заметить, что Ю. Laukaitis пытался придерживаться принципа замены иноязычных слов собственными, сформулированного, по-видимому, сложившейся традицией очищения языка, особенно активно выдвигавшейся и обсуждавшейся в печати того времени. Из рассмотренных примеров видно, что некоторые заимствования, употреблявшиеся в «Малом катехизисе для детей» 1904 г., уже отсутствуют в изданиях 1907 и 1914 гг. или используются как синонимы литовских эквивалентов, обычно отдавая предпочтение словам родного языка. Синонимия в катехизисах Ю. Laukaitis показывает, что религиозная терминология еще не устоялась и велся поиск наиболее подходящего термина для обозначения понятия. Во многих случаях синонимию религиозных терминов различного происхождения, то есть литовского и нелитовского, можно считать обоснованной, поскольку таким образом стремились очищать язык от терминов иноязычного происхождения или устранять их, употребляя литовские слова.

Хотя место и мир в катехизисах употребляются как синонимы, стоит упомянуть небольшую статью, опубликованную в 8-м номере «Вадуваса» за 1909 г. «Языковые вопросы», в которой Ю. Лакайтис объяснял, что «[о]шибочно употреблено слово мир»

¹² В статье гибридами считаются слова, содержащие словообразовательные элементы собственного происхождения и заимствованных слов (Keinys 1984: 115; Gaivenis, Keinys 1990).

¹³ Padrūtinimas — «укрепление» (ср. по-польски potwierdzenie). В издании 1914 года употребляется термин patvirtinimas.

A. RIMKUTĖ. Kunigo Juozo Laukaičio Mažojo Katekizmo vaikeliams religijos terminų norminimas

67

вместо свиетас, поскольку свиетас, согласно этимологии и представлениям людей, означает только место или предмет под солнцем, то есть нашу землю (ср. pakriausis, pakaušis, pakinkis, pastogė, padangė, pakalnė, pažandė, panosė и т. д.). Люди говорят: к святому Отцу собирается множество народа со всего мира; <...>. Что касается литовского происхождения слова свиетас, то, мне кажется, в этом не может быть никаких сомнений: оно того же общего происхождения, что и слова sniegas, sėmens, stiklas, sėdėti, sietas, sakalas, sábalas[,] saldus и т. д.» (Laukaitis 1909_b: 403). Как видно, такое объяснение неудачно. Из перечисленных примеров стиклас, сакалас и сабалас имеют славянское происхождение. Это древние заимствования, а свиетас — варваризм, без которого литовский язык может обойтись. Другие слова следует считать индоевропейскими либо общими для балтийских и славянских языков. О термине пекла Ю. Laukaitis писал: «г-н Буга научно доказал, что никакого Поклюса или Пеклюса не существовало и что слово „pekla“ было непосредственно заимствовано из польского языка» (там же, 406). В Руководстве (1908) Ю. Laukaitis утверждал, что душиос не может заменить ни вяле, ни сяла, поскольку «vėlė, или velė, от которой произошли велинас (у Даукши) и велняс, как можно убедиться и по живой речи, означает то же, что латинское manes, польское cienie zmarłych», а «сяла, как видно из старинных письменных памятников и живой речи, означает то же, что латинские animus, mens, <...> поэтому мы можем употреблять сялу лишь в тех случаях, когда поляки употребляют „dusza“ sensu metaphorico, например: dusza narodu, towarzystwa..., а также когда латинские animus, mens означают человеческий дух» (Laukaitis 1908_b: 413–414). Однако позднее (1925) «для него сяла уже имела то же значение, что и лат. anima, и казалась однокоренным словом с нем. Seele, подобно тому как Sohn – сын, Tochter – дочь и т. д. Но в действительности эти слова не имеют ничего общего» (Skardžius 1997: 424). Из этих нескольких объяснений хорошо видно, как Ю. Laukaitis судил об употреблении и значении рекомендуемых слов по аналогии с известными примерами и исходя из собственного понимания, опираясь на труды лингвистов. Очевидно, что не всегда ему удавалось дать правильное лингвистическое объяснение (свиетас — славянизм), однако его усилия заслуживают внимания. П. Скарждюс писал, что прелат Ю. Laukaitis, хотя и был лишь лингвистом-любителем, «не имея широкого и глубокого взгляда на употребление литературного языка, а также часто испытывая недостаток в исторических и этимологических знаниях и обычно опираясь лишь на один-два известных примера», тем не менее многое сделал для культуры церковного языка: одним из первых стал заботиться об этом языке, первым сумел вызвать к нему большой интерес и желание его совершенствовать (Skardžius 1997: 425).

В изданном в 1904 г. «Малом катехизисе для детей» употреблявшийся переводной термин mielaširdystė в MKV₁ 11 (ср. польск. miłosierdzie, лат. misericordia) в последующих изданиях катехизиса заменяется термином gailestingumas в MKV₂, 13, MKV₃

68

KALBOS KULTŪRA | 82

XIII, ср. также милосердие Божие MKV₁ 9 – милосердие Божие (милосердие) MKV₂ X, MKV₃ X.

Следует упомянуть и термин ražančius¹⁴ MKV₁ 54, MKV₂ 47, MKV₃ 47 (по-польски różaniec), употребления которого в литературном языке избегают¹⁵ (хотя существует слово škaplieriai, ср. польск. szkaplerz), заменяя его словом rožinis. Примечательно, что в 1940 г. Ю. Лаукатис предлагал вместо rožančius употреблять неологизм rožynys, а А. Салис — rožinis¹⁶.

Помимо всего рассмотренного, в «Малом катехизисе для детей» употребляются однословные литовские религиозные термины, имеющие однословные литовские синонимы, например: apžadas (ižadas) MKV₁ 59, MKV₂ 53, MKV₃ 53, apžadas (prižadas, ižadas) MKV₁ 59, MKV₂ 52, MKV₃ 52, nusiturėjimas (užsilaikymas) MKV₁ 10, ср. susiturėjimas (užsilaikymas) MKV₂ XI, MKV₃ XI. Как видно из примеров, nusiturėjimas MKV₁ 10 заменено словом susiturėjimas MKV₂ XI, а синоним užsilaikymas оставлен без изменений. Термин dievogarbumas MKV₁ 10, употреблявшийся в первом издании, заменён более удачным с точки зрения словообразования термином dievotumas MKV₂ 93, MKV₃ 93. По-видимому, не устроило и слово pagundymas MKV₁ 5, которое в том же издании катехизиса употребляется как синоним слова pagunda MKV₁ 14, MKV₂ 2, MKV₃ 2 (во втором и третьем изданиях pagundymo отсутствует).

Синонимами можно считать производные с суффиксами -ystė и -ybė, употребляемые в изданиях катехизиса, например: dievystė MKV₁ 35 – dievybė MKV₂ 26, MKV₃ 51, šventvagystė MKV₁ 73 – šventvagybė MKV₂ 68, MKV₃ 68. Как видно, Ю. Лаукатис почти повсеместно последовательно заменял производные с суффиксом -ystė, обычно обозначающие определённые качества или состояние человека, на производные с суффиксом -ybė, обозначающие качества либо определённое состояние или положение. Термин с суффиксом -ybė, употреблявшийся в катехизисе 1904 г., — malonybė MKV₁ 23 — в других изданиях заменён термином с суффиксом -umas — maloningumas MKV₂ 13, MKV₃ 13. В журнале Vadovas Ю. Лаукатис писал, что началось искоренение из «нашей письменности исконного исконного окончания -ystė¹⁷ и насильственное внедрение на его место -ybė. Так поступают будто бы потому, что заметили сходство между литовским -ystė и славянским -stwo (brolystė – braterstwo, dievystė – bóstwo и т. д.), <...>. В живом языке окончание -ybė означает совсем не то же, что -ystė, и одно ни в коем случае нельзя заменять другим» (Laukaitis 1908_a: 202).

¹⁴ Обычно употребляется rožančius.

¹⁵ Plačiau žr. Rimkutė 2005: 54.

¹⁶ Plačiau žr. Klimavičius 2002: 109.

¹⁷ Выделено Ю. Лаукатисом (должно быть не окончание, а суффикс. — А. Р.).

A. RIMKUTĖ. Kunigo Juozo Laukaičio Mažojo Katekizmo vaikeliams religijos terminų norminimas

69

Кроме того, в катехизисах чаще всего варьируют зависимые компоненты составных терминов, выраженные простыми и местоименными формами прилагательных. Местоименные формы нехарактерны для терминов катехизиса 1904 г.; обнаружено лишь несколько примеров, например: Dvasia šventoji MKV₁ 30, šventoji Bažnyčia MKV₁ 64, однако и они употребляются наряду с простыми формами, например: Dvasia Šventa MKV₁ 6, šventa Bažnyčia MKV₁ 6. В первом издании катехизиса употреблялись простые формы прилагательных, а в катехизисах 1907 и 1914 гг. они уже выражаются местоименными формами, например: amžina prapultis MKV₁ 21 – amžinoji prapultis MKV₂ 11, MKV₃ 105, amžina ugnis MKV₁ 46 – amžinoji ugnis MKV₂ 38, MKV₃ 38, amžinas gyvenimas MKV₁ 21 – amžinasis gyvenimas MKV₂ 11, MKV₃ 102, amžinas išganymas¹⁸ MKV₁ 49 – amžinasis išganymas MKV₂ 41, MKV₃ 41, dvasiška Švento Tėvo valdžia MKV₁ 40–41 – dvasiškoji Šventojo Tėvo valdžia MKV₂ 32, MKV₃ 32, geras Aniolas MKV₁ 17 – gerasis Aniolas MKV₂ 6, MKV₃ 6, krikščioniškas mokslas MKV₁ 94 – krikščioniškasis mokslas MKV₂ 93, MKV₃ 93, paskutinė šventa išpažintis MKV₁ 76 – paskutinė šventoji išpažintis MKV₂ 72, MKV₃ 72, paskutinė Vakarienė MKV₁ 33 – paskutinioji Vakarienė MKV₂ 23, MKV₃ 23, Švenčiausia Ostija MKV₁ 99 – Švenčiausioji Ostija MKV₂ 98, MKV₃ 98, Švenčiausia Traicė MKV₁ 13 – Švenčiausioji Traicė MKV₁ 16, MKV₂ 1, MKV₃ 1, Švenčiausias Sakramentas MKV₁ 7, MKV₂ VIII – Švenčiausiasis Sakramentas MKV₂ 66, MKV₃ 66, šventa Komunija MKV₁ 71 – šventoji Komunija MKV₂ 66, MKV₃ 66, šventas Tėvas MKV₁ 42 – šventasis Tėvas MKV₂ 34, MKV₃ 32, šventos Mišios MKV₁ 73 – šventosios Mišios MKV₂ 69, MKV₃ 69 и др. Во втором и третьем изданиях катехизиса простые формы прилагательных редки и варьируют с местоименными, например: Dvasia Šventa MKV₂ VI, MKV₃ VI – Dvasia šventoji MKV₂ 21, MKV₃ 21, pikta dvasia MKV₂ 2, MKV₃ 2 – piktoji dvasia MKV₂ 7, MKV₃ 7, šventa Bažnyčia MKV₂ 32, MKV₃ 32 – šventoji Bažnyčia MKV₂ 12, MKV₃ 12. Хотя простые и местоименные формы прилагательных имеют разные значения, в приведённых терминах ими обозначались одни и те же религиозные понятия, а различие заключалось только в грамматической форме. Эти варианты можно считать псевдовариантами. Попытка употреблять местоименные формы прилагательных (пусть даже вперемешку с простыми) там, где они ныне являются обычными, когда речь идёт о разновидности или отличительном признаке, свидетельствует о стремлении Ю. Лаукатиса совершенствовать язык катехизиса.

Отдельно следует упомянуть употребляемые в катехизисах термины, которые при формальном рассмотрении нельзя было бы считать терминами: это прилагательные и причастия, выполняющие функции существительных. Чаще всего в текстах употребляются два термина:

¹⁸ Išganymas «спасение» — калька, ср. польск. zbawienie.

70

KALBOS KULTŪRA | 82

живой MKV₁ 6, MKV₂ VI и numerės MKV₁ 6, MKV₂ VI; следует также упомянуть термин griešnas. Употребляются также местоименные формы этих терминов (обычно компоненты составных терминов), например: gyvųjų Sakramentai MKV₁ 67, MKV₂ 62, numirusiųjų Sakramentai MKV₁ 67, MKV₂ 62, prikėlimas iš numirusiųjų MKV₂ 23.

В катехизисах употребляется немало синтаксических вариантов составных (преимущественно двухсловных) терминов, различающихся порядком компонентов, например: Bažnyčia šventa MKV₁ 7, MKV₂ VIII, MKV₃ VIII – šventa Bažnyčia MKV₁ 6, MKV₂ 32, MKV₃ 32, Dorybė Dieviškoji MKV₁ 93, MKV₂ 91, MKV₃ 91 – dieviškoji dorybė MKV₁ 48, MKV₂ 41, MKV₃ 41, Mišios šventos MKV₁ 7, MKV₂ VII, MKV₃ VII – šventos Mišios MKV₁ 73, nusidėjimas svetimasis MKV₁ 92, MKV₂ 90, MKV₃ 90 – svetimasis nusidėjimas MKV₁ 92, MKV₂ 90, MKV₃ 90 и др. Как видно, почти все приведенные варианты конкурируют в одном и том же катехизисе. Составных религиозных терминов с несвойственным литовскому языку порядком компонентов значительно меньше. Таким образом, порядок компонентов большинства составных терминов является правильным.

Обнаружены случаи употребления нескольких орфографических вариантов термина (или его синонима), например, с краткими и долгими гласными: artymas MKV₁ 7– artimas MKV₂ VII, MKV₃ VII, с прописной и строчной буквами: Apsirijimas MKV₁ 8, MKV₂ VIII – apsirijimas MKV₁ 10, MKV₂ 76 – apsirijimas MKV₃ XI, Dangus MKV₁ 9, MKV₂ 93, MKV₃ 93 – dangus MKV₁ 5, MKV₂ 36, MKV₃ 36, Godulys MKV₁ 8, MKV₂ VIII, MKV₃ VIII – godulys MKV₂ 88, MKV₃ 88, Meilė MKV₁ 9, MKV₂ X, MKV₃ X – meilė MKV₁ 56, MKV₂ 49, MKV₃ 49, Tikėjimas MKV₁ 9, MKV₂ X, MKV₃ X – tikėjimas MKV₁ 14, MKV₂ 2, MKV₃ 2 и др. Написание многих приведенных терминов с прописной буквы — вопрос стиля: так пишут то, что особенно свято, важно для верующих и достойно величайшего почтения.

Литовские термины и старые заимствования

Различия вариантов всех рассматриваемых религиозных терминов в Mažojo katekizmo vaikeliams, а также неустоявшийся характер терминологии и наличие синонимов можно объяснить тем, что в тот период литовская религиозная терминология упорядочивалась. Хотя наряду с такими литовскими¹⁹ религиозными терминами, как atlaidai MKV₁ 44, MKV₂ 36, MKV₃ 36, atpirkimas MKV₁ 22, MKV₂ 12, MKV₃ 12, avinėlis «Христос» MKV₁ 33, MKV₂ 23,

¹⁹ Старые заимствования в этой статье рассматриваются как исконная лексика, поскольку синхронно чужеродность многих из них обычно уже не осознается (есть и такие иноязычные слова, чужеродность которых может быть непредсказуема). Они составляют очень важную часть лексики и считаются нормативными.

A. RIMKUTĖ. Kunigo Juozo Laukaičio Mažojo Katekizmo vaikeliams religijos terminų norminimas

71

MKV₃ 23, Dievas MKV₁ 8, MKV₂ IX, MKV₃ IX, dvasia MKV₁ 14, MKV₂ 3, MKV₃ 3, geiduliai MKV₁ 64, MKV₂ 58, MKV₃ 58, nusidėjėlis MKV₁ 84, MKV₂ 81, MKV₃ 81, pakylėjimas MKV₁ 99, MKV₂ 98, MKV₃ 98, palaiminimas MKV₁ 37, MKV₂ 28, MKV₃ 28, persižegnojimas MKV₁ 5, MKV₂ 2, MKV₃ 2, vanduo MKV₁ 32, MKV₂ 22, MKV₃ 22, velnias MKV₁ 12, MKV₂ 6, MKV₃ 6 и др., а также рядом со старыми заимствованиями, например: apaštalas MKV₁ 37, MKV₂ 28, MKV₃ 28 (польск. apostol), Bažnyčia MKV₁ 29, MKV₂ 18, MKV₃ 18 (белорус. бажніца, польск. bożnica), gavėnia MKV₁ 79, MKV₂ 75, MKV₃ 75 (белорус. гавенне), krikščionis MKV₁ 39, MKV₂ 30, MKV₃ 30 (польск. chrześcijanin), Krikštas MKV₁ 7, MKV₂ 37, MKV₃ VIII (старорус. кръсть, ср. также польск. chrzest), kryžius MKV₁ 13, MKV₂ 1, MKV₃ 1 (белорус. крыж, польск. krzyż), kunigas MKV₁ 33, MKV₂ 24, MKV₃ 24 (верхненем. kunig), Mišios MKV₁ 64, MKV₂ 59, MKV₃ 59 (польск. msza), parapija MKV₁ 7, MKV₂ VIII, MKV₃ VIII (белорус. напафія, польск. parafia), Popiežius MKV₁ 39, MKV₂ 31, MKV₃ 35 (польск. papież), poteriai MKV₁ 53, MKV₂ 46, MKV₃ 46 (польск. pacierz), Rojus MKV₁ 19, MKV₂ 8, MKV₃ 8 (белорус. рай, польск. raj), šėtonas MKV₂ 6, MKV₃ 6 (польск. szatan), Velykos MKV₁ 73, MKV₂ 68, MKV₃ 68 (белорус. вялік (азень)), vynas MKV₁ 32, MKV₂ 22, MKV₃ 22 (белорус. віно, польск. wino), vyskupas MKV₁ 33, MKV₂ 24, MKV₃ 30 (польск. biskup, wiskup) и др. Во всех изданиях катехизиса Ю. Лаукайтиса употребляются иноязычные слова, однако во многих случаях предпринимаются попытки заменить их.

Интернациональные слова

Следует упомянуть, что интернациональные термины, например: altorius MKV₁ 95, MKV₂ 94, MKV₃ 94 (лат. altus, ср. польск. ołtarz), diakonas²⁰ MKV₁ 39, MKV₂ 30, MKV₃ 30 (греч. diakonos), Epistola MKV₁ 98, MKV₂ 97, MKV₃ 97 (лат. epistola < греч. epistolē), Evangelija MKV₁ 32, MKV₂ 22, MKV₃ 22 (польск. ewangelia < греч. euangelion), katalikas MKV₁ 13, MKV₂ 1, MKV₃ 1 (лат. catholicus < греч. kathолikos, ср. польск. katolik), Katekizmas MKV₁ 24, MKV₂ 14, MKV₃ 14 (лат. catechismus < греч. katēchismos), Komunija MKV₁ 66, MKV₂ 60, MKV₃ 60 (лат. communio, ср. польск. komunia), Ostija MKV₁ 99, MKV₂ 98, MKV₃ 98 (лат. hostia), Psalmė MKV₁ 100, MKV₂ 100, MKV₃ 100 (греч. psalmos, ср. польск. psalm), Sakramentai MKV₁ 25, MKV₂ 14, MKV₃ 14 (лат. sacramentum) и др. оставлены без изменений. Найден один пример, когда довольно редкое интернациональное слово ministrantūra (лат. ministrans, род. п. ministrantis) объясняется простым образом—

²⁰ Теперь — diakonas.

72

KALBOS KULTŪRA | 82

более понятным для читателей катехизиса сложным термином: Министрантура, или служение во время святой мессы MKV₁ 95 – Министрантура, или служение во время святых месс MKV₂ 94, MKV₃ 94. Следовательно, Ю. Laukaitis не был сторонником крайнего пуризма. Возможно, он придерживался выдвинутых Й. Яблонскисом принципов нормирования: нормировать, или заменять, следует только несомненные варваризмы, а укоренившиеся, широко распространённые заимствованные слова, не нарушающие систему языка, а также интернационализмы заменять необязательно (Jablonskis 1935: 307–308; Palionis 1959: 19–25; Piročkinas 1977: 102–105). Интернационализмы необходимы религиозной лексике, когда нет исконных соответствий, а понятия обозначаются на основе церковной латыни.

Хотя в «Малом катехизисе для детей» заимствования устранялись непоследовательно, общие принципы нормирования религиозных терминов (особенно чистоты, живой речи и правильности) прослеживаются достаточно ясно. Священник Ю. Laukaitis, не будучи специалистом-лингвистом, довольно профессионально оценивал употребление заимствований.

ВЫВОДЫ

Юозас Laukaitis — один из важнейших и наиболее активных возродителей и хранителей церковного литовского языка начала XX века, создателей и нормализаторов литературного литовского языка, в том числе религиозной терминологии; он первым занялся реформой молитв и их литуанизацией. Он подготовил и издал три выпуска «Малого катехизиса для детей». По ним собрано около 600 различных однословных (почти треть) и составных религиозных терминов, их синонимов и вариантов.

Во всех изданиях катехизиса используются исконно литовские религиозные термины: Dievas, dvasia, velnias и др., а также заимствования, которым в то время не были найдены эквиваленты или, возможно, их чужеродность не была осознана: almužna, aniolas, arkan(i)olas, čyščius, čystata, dušia, grabas, griešnas, karunka, pakūta, šliūbas и др. Многие термины употребляются как синонимы: auka – apiera, išpažintis – spaviednis, nusidėjimas arba nuodėmė – griekas, bausmė – kora, malonė – mylista, mirtis – smertis, paslaptis – tajemnyčia, pragaras – pekla и др., обычно отдавая предпочтение литовскому религиозному термину. Очищение религиозной терминологии Ю. Лакайтиса можно считать наиболее общей тенденцией нормирования терминологии этого катехизиса.

В изданиях «Малого катехизиса для детей» много орфографических и синтаксических вариантов. Их наличие, как и синонимия, свидетельствует о том, что религиозная терминология всё ещё находилась в процессе упорядочения.

A. RIMKUTĖ. Kunigo Juozo Laukaičio Mažojo Katekizmo vaikeliams religijos terminų norminimas

73

Создание литовской религиозной терминологии, совершенствование терминов, поиск наиболее подходящего для понятия слова — долгий и кропотливый труд, с которым священник Ю. Laukaitis справлялся довольно успешно. Это было нормирование не только религиозной терминологии, но и формировавшегося литературного литовского языка.

ŠALTINIAI

MKV₁ – Mažasis katekizmas vaikeliams, prisiruošiantiems į pirmą išpažintį ir šventą Komuniją. Išdavė kun. J. Laukaitis. Vilnius: Juozapo Zavadzkio spaustuvė, 1905 (antraštiniame lape 1904). – 105 p.

MKV₂ – Mažasis katekizmas vaikeliams, prisiruošiantiems į pirmąją išpažintį ir šventąją Komuniją. Išleido kun. J. Laukaitis. Antrasai išleidimas. Seinai: Laukaičio ir B-vės spaustuvėje, 1907. – 115 p.

MKV₃ – Mažasis katekizmas vaikeliams, prisiruošiantiems į pirmąją išpažintį ir šventąją Komuniją. Išleido kun. J. Laukaitis. Trečiasai išleidimas. Seinai: Laukaičio ir B-vės spaustuvėje, 1914. – 115 p.

LITERATŪRA

Brückner A. 1974: Słownik etymologiczny języka polskiego, Warszawa: Wiedza Powszechna.

Gaivenis K. 2002: Lietuvių terminologija: teorijos ir tvarkybos metmenys, Vilnius: Lietuvių kalbos institutas.

Gaivenis K., Keinys St. 1990: Kalbotyros terminų žodynas, Kaunas: Šviesa.

Jablonskis J. 1935: Raštai 4, Kaunas.

Kairiūkštytė N., Gudonytė A. 2009: Lietuvybės kovų verpetuose: Vilniaus ir Seinų kraštai XIX a. pabaigoje – XX a. pradžioje, Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidybos institutas.

Keinys St. 1984: Lietuvių kalbos hibridai (sąvoka, rūšys ir normiškumas). – Lietuvos TSR Mokslų Akademijos darbai. A serija, t. 3 (88), Vilnius, 113–125.

Klimavičius J. 1998: Kas ta Vytauto fara? – Gimtoji kalba 8, 8–10.

Klimavičius J. 2002: Katekizmo kalba – kalbos katekizmas. – Kalbos kultūra 75, 105–119.

Klimavičius J. 2005: Leksikologijos ir terminologijos darbai: norma ir istorija, Vilnius: Lietuvių kalbos institutas.

Laukaitis J. 1905: Mūsų bažnytinė kalba. – Vilniaus žinios 178, 4.

Laukaitis J. 1907: Apie poterių vienodumą. – Draugija 4, 417–420.

Laukaitis J. 1908_a: Kalbos dalykai. – Vadovas 2, 202–205.

Laukaitis J. 1908_b: Kalbos dalykai. – Vadovas 4, 413–414.

Laukaitis J. 1909_a: Kalbos dalykai. – Vadovas 7, 296–301.

Laukaitis J. 1909_b: Kalbos dalykai. – Vadovas 8, 402–406.

74

KALBOS KULTŪRA | 82

Laukaitis J. 1909_c: Kalbos dalykai. – Vadovas 9, 102.

Laukaitis J. 1909_d: Dr. Jonui Totoračiui (Dėl poterių taisymo). – Vadovas 12, 413–415.

Laukaitis J. 1914: Kalbos dalykai. – Vadovas 76, 201.

LKŽ_e 2005: Lietuvių kalbos žodynas 1–20 (1941–2002): elektroninis variantas, Vilnius: Lietuvių kalbos institutas. – Prieiga per internetą: www.lkz.lt

Palionis J. 1959: J. Jablonskio kalbiniai taisymai. – Jonas. Jablonskis. Rinktiniai raštai 2, Vilnius: Valstybinė politinės ir mokslinės literatūros leidykla, 5–54.

Palionis J. 2004: XVI–XVII a. lietuviškų raštų atrankinis žodynas, Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidybos institutas.

Piročkinas A. 1977: Prie bendrinės kalbos ištakų, Vilnius: Mokslas.

Rimkutė A. 2005: Nelietuviški XIX a. galo–XX a. pradžios katalikų katekizmų religijos terminai. – Terminologija 12, 42–66.

Rimkutė A. 2009: 1883–1916 m. katekizmai ir jų religijos terminų reikšminės grupės. – Terminologija 15, 156–179.

Sabaliauskas A. 1990: Lietuvių kalbos leksika, Vilnius: Mokslas.

Skardžius P. 1997: Prel. J. Laukaitis kalbininkas. – Rinktiniai raštai 2, Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidybos institutas, 420–428.

Smoczyński W. 2007: Słownik etymologiczny języka litewskiego, Wilno: Uniwersytetu Wileńskiego.

Svarinskas A. 1996: Prelatas, mylėjęs žmones ir kalbą. – Dienovidis 16, 13.

Totoraitis J. 1909: Nauji poteriai (Poterių Komisijos klaidos). – Vadovas 11, 294–305.

Urbas D. 1998: Martyno Mažvydo raštų žodynas, Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidybos institutas.

Vaičiūnas A. 1996: Prelato šlovės ir kančių keliai. – Apžvalga 17 (273), 8.

Vailokaitis J. 1910: Kunigas Juozapas Laukaitis. – Šaltinis 27, 422.

Gauta 2009 06 15

A. RIMKUTĖ. Kunigo Juozo Laukaičio Mažojo Katekizmo vaikeliams religijos terminų norminimas

75

STANDARDISING RELIGIOUS TERMS IN PASTOR JUOZAS LAUKAITIS’S CATECHISM MINOR FOR CHILDREN

S u m m a r y

At the beginning of the 20^th century Juozas Laukaitis (1873–1952) was among those outstanding figures who cherished the Lithuanian church language and who was very much concerned about standardising Lithuanian religious terms. He was chair of the so-called Prayer Commission and one of the first to take care of the language of prayers and to promote their Lithuanian version.

The paper aims at discussing the terms and their evolution in the three editions (1904, 1907 and 1914) of J. Laukaitis’s Catechism Minor for Children (Mažasis katekizmas vaikeliams). The paper also aims at identifying principles and criteria of standardising religious terms, evaluating amendments made in catechisms published almost one hundred years ago in reference to standard Lithuanian.

From the three editions of the Catechism there were about 600 different one-stem (almost one third of all terms) and compound religious terms, their synonyms and variants collected. All editions contained some Lithuanian religious terms, e.g. Dievas (‘God’), duona (‘bread’), dvasia (‘spirit’), Kraujas (‘blood’), Kūnas (‘body’), našlė (‘widow’), Sūnus (‘son’), vanduo (‘water’), velnias (‘devil’), žaltys (‘grass-snake’) etc., some borrowed terms which had no equivalents at the time or their foreign origin might have been overlooked, e.g. almužna (‘alms’), aniolas (‘angel’), arkaniolas (‘archangel’), čyščius (‘purgatory’), čystata (‘chastity’), dušia (‘soul’), grabas (‘coffin’), griešnas (‘sinful’), karunka (‘canticle’), pakūta (‘repentance’), šliūbas (‘wedding’), veselija (‘marriage’) etc. Most terms were used synonymously, e.g. auka – apiera (‘offering’), išpažintis – spaviednis (‘confession’), nusidėjimas or nuodėmė – griekas (‘sin’), bausmė – kora (‘punishment’), malonė – mylista (‘mercy’), mirtis – smertis (‘death’), paslaptis – tajemnyčia (‘secret’), pragaras – pekla (‘hell’), pasaulis – svietas (‘world’), teismas – sūdas (‘trial’), viltis – nodieja (‘hope’) etc. (preference was usually given to the Lithuanian term).

The standardisation of religious terms by J. Laukaitis could be treated as the most general approach to standardising the terms of the field. Spelling and syntactic varieties of the terms as well as their synonyms found in the three editions of the Catechism Minor for Children suggest that religious terms were still rather inconsistent.

AUŠRA RIMKUTĖ

Lietuvių kalbos institutas

P. Vileišio g. 5, LT-10308 Vilnius

[email protected]

76

KALBOS KULTŪRA | 82