PRANAS KNIŪKŠTA

Институт литовского языка

ЧТО СЛЕДУЕТ ЗА СЛЕДУЮЩИМ?

История причастия sekantis долгая и противоречивая; вспомнить о ней побудила статья Дайнюса Разавскаса «О sekančio вопросе». В ней обозревается, можно сказать, вся история исправлений этого причастия и высказано немало новых мыслей. Многие рассуждения автора заслуживают внимания, но есть и спорные моменты, которые нужно прояснить. Тем более нужно ответить на упрёки, высказанные в адрес языковедов.

Главная тема статьи — причастие sekantis. Начинается она с сомнений относительно допустимых и недопустимых значений этого причастия; далее они обсуждаются, а в конце настойчиво отстаивается его употребление в значении «последующий, идущий за кем-либо или чем-либо». Подобным образом рассматривается и глагол sekti. С него мы здесь и начнём свои рассуждения.

Глагол sekti действительно можно сопоставить с глаголом eiti, но не следует ставить между ними знак равенства и без разбора заменять один другим. Связи между их значениями запутанны и сложны.

В качестве первого (основного) значения глагола sekti указывается «идти, следовать за кем-либо» (DŽ 1993 и DŽ 2000 684), «идти следом, позади, по пятам» (LKŽ XII 338); лучше всего его иллюстрируют такие словарные примеры: Пожалуйста, следуйте за мной; Собака идёт за человеком (DŽ); Стоит мне только махнуть пальцем, как она оставит его и пойдёт за мной; А когда он спускался с горы, за ним следовало много людей (LKŽ). Глагол sekti здесь означает не просто движение следом за кем-то в пространственном смысле, но и своего рода зависимость от того, кто идёт впереди, подчинение его воле или следование за ним. Тот, кто впереди, идущих за ним ведёт, точнее — ведёт за собой. Возьмём пример: утка, идущая впереди утят, ведёт за собой утят; идущие за ней утята её следуют за ней, а утята, двигаясь друг за другом, просто идут, но не следуют друг за другом.

Ещё несколько значений этого глагола обладают подобной двойственностью, например: «идти по следам, чтобы исследовать их и постараться определить направление движения кого-либо»: Собака идёт по следу зайца (LKŽ XII 339); «наблюдать за движущимся предметом»: Дети притихли, только глазами следили за белочкой (там же). И здесь тоже есть или был движущийся «деятель», а за ним — другой

236

KALBOS KULTŪRA | 81

идёт следом. Второе значение здесь затмевает движение, становится важнее и выделяется как отдельное самостоятельное значение этого глагола. Можно сказать, что глагол следовать оправдывают побочные значения, присущие ему наряду со значением движения или отошедшие от него.

Однако к первому значению глагола следовать LKŽ приводит и такие примеры, в которых движение вслед за кем-либо описывается без дополнительного значения зависимости или это значение очень неясно: Лиса следовала за быком до двора; За телегами следовал белый щенок (LKŽ XII 338).

Иные примеры LKŽ иллюстрируют переносное значение глагола следовать: Беды [...] следуют одна за другой; Горе следует за горем (LKŽ XII 338). Здесь вообще нет пространственного аспекта движения следом, а описываются события, следующие одно за другим во времени. Можно усмотреть и причинную связь между явлениями, происходящими одно за другим, — беды и горести могут быть связаны и порождать друг друга. Это побочное значение здесь оправдывает глагол следовать. С этой точки зрения можно оправдать и значение «выводиться, проясняться»: Из этого следовал вывод... Но сейчас нас интересует не столько значение глагола, сколько возможность обозначать следование во времени.

Следует согласиться с Д. Разяускасом: основное пространственное значение глагола следовать — «идти следом» — легко может быть перенесено на время, поскольку глагол идти может обозначать и течение времени. Логичен и его риторический вопрос: «Но если горе может следовать за горем, беда за бедой, то почему радость не может следовать за радостью, счастье за счастьем, а какое-нибудь нейтральное событие — за другим таким же событием, или просто раз — за разом следовать? Значит, и собрание за собранием, заседание за заседанием, (ныне вышедший) номер газеты за (вышедшим ранее) номером газеты и т. д. следовать?» И далее: «На каком основании одни примеры отделяют от других аналогичных и считают нежелательными?» (см. в этом сб. с. 230).

Различие можно усмотреть в том, что одни случаи могут одновременно указывать и на следование во времени, и на причинную связь (они могут быть связаны друг с другом — горести и беды, радости и счастье); другие указывают лишь на более поздний предмет или явление, не связанные между собой причинно, — например, несколько номеров газеты и нейтральные события. В первом случае глагол следовать уместен, во втором его употребление искусственно. Простое наличие или возникновение чего-либо после чего-либо, без побочных значений или связей, в живой речи обозначается глаголом идти или его синонимами: один номер газеты идёт (выходит) за другим, автобус идёт (едет) за автобусом, день идёт за днём, месяц за месяцем, год за годом. Так же и будущее идёт (наступает) за прошлым (и настоящим). В живой речи не говорят день следует за днём, тем более неестественно выражение будущее следует за прошлым.

P. KNIŪKŠTA. Ką seka sekantis?

237

Рассуждения о двух видах движения — в пространстве и во времени — ничего не доказывают и ничего не меняют. Стоят ли автобусы у дороги и проезжают мимо человека или же из окна едущего автобуса мимо мелькают придорожные столбы, всё равно они идут один за другим. Неважно, говорим ли мы метафизически, что движемся сквозь время (прошедшие годы), или что единицы времени пролетают мимо нас (минувшие годы): всё равно речь идёт о движении, а не о следовании. Вот строки из перевода стихотворения Рильке:...нам казалось, что проходят годы, а на самом деле прошли лишь мы (Rilkė 1975: 133). Нельзя сказать: не годы следовали за нами, а мы следовали за годами.

Когда говорят о двояком движении и следовании, значения этих действий (движения и следования) в сущности различаются: человек объекты или события наблюдает со стороны — подобно тому как мимо проезжают автобусы или мелькают придорожные столбы, как дни следуют один за другим, а годы — один за другим; наблюдаемые предметы или события следуют одно за другим. Не следует смешивать движение вслед за чем-либо с наблюдением со стороны за тем, что движется. Также не следует ставить наблюдателя в один ряд с наблюдаемыми объектами и на этом основании делать выводы о глаголе следовать и событиях, следующих одно за другим.

Не говоря уже о том, что глагол следовать не годится для обозначения следования во времени, речь не ограничивается и глаголом идти: его могут заменить более выразительные и образные синонимы. Например, годы за годами текут, дни за днями бегут или летят, облака за облаками плывут или плывут. А в «Замке Тракай» Майрониса (MairRR I 65) волна гонит волну гораздо образнее, чем волна идёт за волной, а выражение волна следует за волной было бы совсем убогим. Или строфа из стихотворения «Вечер на озере четырёх кантонов»:

Сколько воспоминаний, происшествий, Живших когда-то, Одно за другим проступали и сияли За гранью! (MairRR I 129)

Можно ли отсюда заключить, что воспоминания следовали за воспоминаниями, а происшествия — за происшествиями? Можно, но что это даст и что докажет? Искусственно построенные выражения с глаголом следовать нельзя считать решающими аргументами, которыми можно было бы оправдать причастие следующий.

Причастие следующий, конечно, образовано от глагола следовать, но не каждый случай его употребления можно сопоставить с этим глаголом или вывести из него. Значения причастия в не меньшей степени определяются и другими обстоятельствами.

Важно прежде всего различать два значения причастия следующий, точнее говоря, два способа его употребления. В одних случаях это причастие обозначает предмет, находящийся или идущий после чего-либо, когда этот предмет упомянут ранее или и так понятен: следующий день

238

KALBOS KULTŪRA | 81

на — это день после предыдущего дня, следующий автобус — автобус после предыдущего. В других случаях оно не связывается с предшествующими предметами, а лишь так, без особой причины, подчёркивается то, о чём говорится далее: Это показывает следующая (то есть приведённая ниже) таблица (до этого других таблиц не было); Состав комиссии следующий (о комиссии иного состава речь не идёт).

Эти значения лингвисты чётко различают и оценивают по-разному. Й. Яблонскис начал исправлять это причастие: он упоминает оба значения и исправляет их — первое заменяя местоимением kitas, второе — местоимениями šis, toks, štai kas. Например, «в следующую субботу» он исправлял на «в другую субботу» (JablR IV 107; J.JablRR II 108), а «лечить свиней следующим способом» исправлено на «лечить этим способом» (JablR V 159, 161; J.JablRR II 448, 450). Позднее, написав заметки о «Словарике ошибок речи» Виктора КамантаускасаKalbos netaisyklingumų žodynėlis, он цитирует этот словарик, где приведены обе эти правки, но сам для «собственных нужд» признаётся, что привык употреблять первое значение в смысле «идущий дальше по порядку» (kitas добавлено в скобках, видимо, возникли сомнения, достаточно ли этого слова) (JablR V 202).

Второе значение считают ошибочным все языковеды и единодушно исправляют. Его неоднократно исправляли в издании «Культура речи». Оба этих значения упоминают в опубликованных в «Культуре речи» статьях Клементине Восилите (KK 35 50) и Казис Улвидас (KK 51 6), но оценивают их там по-разному: первое признаётся допустимым (следующий номер газеты, следующая остановка), исправляется лишь второе: Это показывает следующая (= эта) таблица; Порядок работ следующий (= такой). Подчёркнутое значение этого причастия считается несомненной ошибкой.

В другой, написанной ранее статье К. Улвидас показал, что причастие с подчёркнутым значением следующий употребляется даже субстантивно (без определяемого слова), либо от него образуется наречие, употребляемое с подчёркнутым значением: следующим образом: Это показывает следующее, исправляется на: Это показывает вот что; Работы распределены следующим образом, исправляется на: Работы распределены так (KK 23 26). Это серьёзные ошибки, показывающие, к чему может привести слепое употребление этого причастия по образцам других языков (в данном случае русского).

Не отвергая первого значения, причастие следующий в подчёркнутом значении исправляют «Советы по практике речи»: В Вильнюсе сейчас действуют следующие (= эти) выставки; Лечить можно следующим (= этим, таким, таким) способом (KPP 256–257). Там же исправляется субстантивное употребление этого причастия и образованное от него наречие: В ответ на ваше письмо сообщаю следующее (= сообщаю вот что); Средства израсходованы следующим образом (= так). Такие ошибки в употреблении причастия следующий и наречия следующим образом внесены в утверждённый языковой комиссией список грубых

P. KNIŪKŠTA. Ką seka sekantis?

239

(KKN 145). В отношении подчёркивающего значения причастия sekantis не должно быть никаких сомнений — такое его употребление неоправданно. Дискуссия возможна лишь об употреблении причастия sekantis в значении «находящийся непосредственно после чего-либо, следующий непосредственно за чем-либо». Об этом и спорят или, если спор и не ведётся, существуют разные мнения. Одни считают такое употребление этого причастия ошибкой, другие признают и защищают его, третьи умалчивают о нём.

Такое употребление этого причастия исправлял не только Й. Яблонскис, но и один из наиболее влиятельных языковедов Юозас Бальчиконис. Прежде всего следует отметить, что в 1935 году в «Gimtojoje kalboje» он исправил «следующую неделю» на «другую неделю» (J.BalčRR I 145) и по этому поводу спорил с Эдвардасом Вискантой, который на следующий день и на следующей неделе отстаивал эту форму, считая, что этого требует «точность языка» (там же, 155–156). Подобно Э. Висканте, об этом причастии в 1939 г. писали составители и редакторы «Kalbos patarėjo» Леонас Дамбраускас, Антанас Салис и Пранас Скаржюс (только они писали не «следующий», а «следующий по счёту», «следующая по счёту»); по их словам, оно «не может быть заменено местоимением другой», поскольку «другой день может быть и не тем, который наступает сразу после упоминаемого» (KP 111). Позже, в 1959 г., записывая замечания о правках Й. Яблонскиса, подобную мысль повторил Йонас Пальёнис (J.JablRR II 522–523). Однако Й. Бальчиконис остался при своём мнении и продолжал исправлять это причастие (J.BalčRR I 225, 288).

Разногласия языковедов, конечно, смущают общественность, но больше всего её запутывает то, что нормативные труды по-разному оценивают такое употребление этого причастия: «Kalbos patarėjas» (1939) и первые два издания DŽ (1954, 1972) его признают, а начиная с третьего издания DŽ (1993) исправляют на местоимение «другой».

Все, кто защищает это причастие, указывают одну и ту же причину: местоимения kitas может оказаться недостаточно, чтобы заменить его, поскольку местоимение может обозначать не то, что следует непосредственно за чем-либо. Никто из лингвистов не упоминает о том, что причастие употребляется по образцу соответствующего глагола sekti; такое значение причастия не выводится из значения глагола. Здесь не глагол определяет такое значение причастия, а, напротив, значение глагола восстанавливается из причастия. Выражения «следующий автобус», «следующий день» нужнее и приемлемее, чем «автобус следует», «день следует».

Подытожив и оценив всё, мы должны признать, что причастие «следующий» в значении «идущий сразу за кем-либо или чем-либо» не следует считать речевой ошибкой. Но это и не естественная традиционная форма литовского языка. Она появилась в литовском языке под влиянием других языков и впервые встречается в старых письменных памятниках. Как пишет «Kalbos patarėjas», такое употребление «определило практику не народного, а письменного языка» (KP 111). Кстати, как видно из примеров в LKŽ, в старых письменных памятниках встречаются и совершенно неподходящие случаи употребления этого причастия, когда оно употребля-

240

KALBOS KULTŪRA | 81

для выражения смысла: И Господь помогал им и подкреплял слово последующими чудесами (LKŽ XII 318).

В живой речи это причастие не употребляли ни для обозначения того, что следует после чего-либо, ни тем более для выделения предмета. LKŽ не приводит ни одного примера такого причастия, записанного в диалектах. Почти нет их и в фольклоре. И в живой речи, и в сказках в этом значении обычно употребляется местоимение kitas («другой»). Значение этого местоимения «следующий за чем-либо» с примером Ar lipsite kitoje stotelėje? приводят позднейшие издания DŽ (1993, 2000: 308). LKŽ также приводит примеры такого значения: Kitus metus ar eisi (mokyklon)?; Cit neverk, neraudok, jaunoji mergele, aš tave parvesiu kitą rudenėlį (LKŽ V 902).

Хорошие примеры употребления этого местоимения находим в переведённых Й. Бальчикони сказках Братьев Гримм, где его можно понять только в значении «ближайший, первый по порядку»: Atėjo kitą dieną žmogelis, ir jį pradėjo spėti jo vardą (Pasakos 1966: 278); Kareivis sutiko ir visą kitą dieną nuo širdies dirbo (там же, 302); Kitą rytą karalius išsiuntė žmones ieškoti pėdsako... (там же, 305).

Подобные предложения есть и в сказках, подготовленных к печати Саломеей Нерис: Kitą dieną Jonukas vaikščiojo lyg durnaropių apsivalgęs (S.NėrR III 190); Kitą naktį saugojo kitas tarnas (там же, 226). В этих сказках то, что происходит сразу после чего-либо, обозначается иными способами, но причастием sekantis и не пахнет. Когда перечисляется несколько предметов, их называют числительными antras, trečias: Antrą dieną griovakasys lieka pietų virti; Trečią dieną virtuvėje lieka jau kalvis (там же, 218). Такое же значение имеет выражение rytojaus dieną: Rytojaus dieną <...> bernas, pasiėmęs rožančių, išėjo į pakelę ir laukia (там же, 269).

Интересно и показательно, что не sekantį, а rytojaus dieną («на следующий день») находим в административном тексте — Гражданском кодексе: Terminas prasideda rytojaus dieną nuo nulis valandų nulis minučių (ст. 118).

Для этой цели есть и другие способы выражения. Таково слово tolesnis, которым в словарях поясняется соответствующее значение местоимения kitas (слово ateinantis для этой цели не подходит, поскольку обозначаемое явление могло уже наступить и пройти). Возможно и слово paskesnis («последующий»), но, вероятно, лучше подойдёт artimiausias: lipsiu artimiausioje stotelėje, terminas prasideda artimiausią dieną.

Причастие sekantis не так необходимо, как утверждают его горячие защитники, а местоимение kitas не настолько неопределённо, чтобы мешать пониманию. Во многих случаях и так ясно (это следует из контекста), что предмет, обозначенный этим местоимением, идёт непосредственно за другим таким же или подобным предметом. Таковы все приведённые выше примеры: lipsiu kitoje stotelėje, kitą dieną vaikščiojo, kitą naktį saugojo. Sekantis reika-

P. KNIŪKŠTA. Ką seka sekantis?

241

...нее уместно разве что тогда, когда один за другим перечисляются несколько предметов, например, когда подряд куда-либо приглашают нескольких людей. В остальных случаях оно, даже если не считается ошибкой, излишне. Можно согласиться, что выражение ar lipsite sekančioje stotelėje не является языковой ошибкой. Но ничто не мешает спросить: Ar lipsite kitoje stotelėje? O sekanti stotelė не была изгнана из транспортных объявлений — она там никогда и не была распространена. Просто выбрали более литовский, более подходящий языку вариант — kita stotelė.

Что слово sekantis без надобности вставляют куда попало, хорошо видно на примерах, исправленных Й. Бальчикони. Искусственные выражения с этим причастием он заменял соответствиями из живой речи с местоимением kitas, и к этим заменам нельзя предъявить никаких претензий из-за неясности или двусмысленности: Sekančių (= kitų) metų pavasarį barkūnas buvo patręštas (J.BalčRR I 307); (bitė) palypėjo žemyn prie sekančio (= kito) žiedo (там же, 288); dar sekančią (= kitą) dieną dvidešimt vyrų <...> turėjo stoti į dvarą (там же, 292). Здесь замены не только привычнее, но и понятнее, чем исправляемые выражения: весна, когда донник (так называется луговая трава) был удобрен, может быть не любой следующей, а ближайшей прошедшей; пчела перебралась с одного цветка на другой, то есть на первый по порядку цветок. Во втором примере неудачно не только выражение sekantis žiedas, нелогично и palypėjo žemyn — подняться можно только вверх. Столь же нелогично и неоправданно употребление sekantis с частицей dar: dar sekančią dieną, – dar sekantis не означает «непосредственно следующий за другим». Здесь как раз подходит более свободное по значению выражение dar kitą dieną.

Употребление причастия sekantis в значении «непосредственно следующий за чем-либо» нельзя рассматривать в отрыве от вопросов, возникающих в конкретных случаях: зачем нужно это причастие, что оно даёт, как сочетается с контекстом и стилем. Его горячие защитники склонны забывать об этих вопросах; им кажется, что всё очень просто, а языковеды либо не понимают этого, либо уклоняются от ответа. С другой стороны, вряд ли удачно поступили позднейшие издания DŽ. Лучший выход нашли в издании Kalbos praktikos patarimai: здесь исправляется признаваемая всеми ошибка в употреблении этого причастия, напоминается о его традиционном употреблении, а спорное значение дипломатично оставляется без внимания — его не берутся исправлять, но и не стремятся распространять.

Можно пожелать, чтобы справочник рекомендаций отвечал на все вопросы, но нельзя требовать этого от утверждённого Государственной комиссией литовского языка перечня грубых языковых ошибок. В нём указаны лишь грубые ошибки, связанные с этим причастием; то, что к ним не относится, там отсутствует и отсутствовать должно. Мнение Комиссии по языку следовало бы изложить в брошюре Kalbos patarimų, посвящённой значениям слов.

242

KALBOS KULTŪRA | 81

ЛИТЕРАТУРА И ИСТОЧНИКИ

J.BalčRR I – J. Balčikonis. Избранные сочинения 1, Вильнюс: Mokslas, 1978.

DŽ – Словарь современного литовского языка, Вильнюс: Государственное издательство политической и научной литературы, 1954; 3-е исправленное и дополненное издание, Вильнюс: Издательство науки и энциклопедий, 1993; 4-е издание, Вильнюс: Институт издательства науки и энциклопедий, 2000.

JablR IV, V – Сочинения Яблонскиса 4, 5, Каунас: Министерство просвещения, 1935, 1936.

J.JablRR II – J. Jablonskis. Избранные сочинения 2, Вильнюс: Государственное издательство политической и научной литературы, 1959.

KKN – Kalbos komisijos nutarimai 1977–1998. 3 pataisytas ir papildytas leidimas, Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidybos institutas, 1998.

KKP – Рекомендации по языковой практике. Составитель Aldonas Pupkis. 2-е исправленное и дополненное издание, Вильнюс: Mokslas, 1985.

KP – Советник по языку. Подготовил L. Dambrauskas, редакторы A. Salys и Pr. Skardžius. Каунас: Общество литовского языка, 1939.

LKŽ V – Словарь литовского языка 5, Вильнюс: Государственное издательство политической и научной литературы, 1959.

LKŽ XII – Словарь литовского языка 12, Вильнюс: Mokslas, 1981.

MairRR I – Maironis. Избранные сочинения 1, Вильнюс: Государственное издательство художественной литературы, 1956.

S.NėR III – Salomėja Nėris. Сочинения 3, Вильнюс: Государственное издательство художественной литературы, 1957.

Pasakos – Brolių Grimų pasakos. Vertė J. Balčikonis. Vilnius: Vaga, 1966.

R i l k ė R. M. 1975: Поэзия, Вильнюс: Vaga.

U l v y d a s K. 1972: Netaisyklinga gerų žodžių vartosena. – Kalbos kultūra 23, 12–30.

U l v y d a s K. 1986: Penkiasdešimt „Kalbos kultūros“ sąsiuvinių. – Kalbos kultūra 51, 3–6.

V o s y l y t ė K. 1978: Значения глагола sekti. – Культура языка 35, 48–50.

Поступила 2008 09 01

P. KNIŪKŠTA. Ką seka sekantis?

243

ЧТО СЛЕДУЕТ ЗА «СЛЕДУЮЩИМ»

Резюме

Причастие sekantis (англ. «следующий») вызвало и продолжает вызывать множество дискуссий. Есть немало вопросов, связанных с его отношением к глаголу sėka (sėkti), которые еще предстоит решить.

Глагол следовать многозначен: он означает движение вслед за кем-либо или чем-либо и зависит от того, кто или что идет впереди. Поэтому за кем-либо или чем-либо можно следовать в пространстве или во времени, например: Собака следует за человеком (букв. англ. «Собака следует за человеком»); Беды следовали одна за другой (одна вслед за другой) (букв. англ. «Беда следует за другой_NomSgбеда_AccSg/одна за другой»). Движение друг за другом без отношения зависимости или причинно-следственной связи выражается глаголом идти или другим глаголом с тем же значением, например: дни идут (тянутся) день за днём (букв. англ. «Дни идут/тянутся вслед за днями»), автобус идет (едет) за автобусом (англ. «Автобус идет за автобусом» <один за другим>).

Причастие sekantis не вполне соответствует нормативному употреблению исходного глагола sekti. Причастие может также обозначать кого-либо или что-либо, идущее вслед за другим, но причинную связь при этом можно исключить, как в следующих примерах: sekanti diena (англ. «следующий день»), sekantis autobusas (англ. «следующий автобус»). Встречаются и случаи, когда речь не идет о предшествующих событиях, а внимание сосредоточено на дальнейшем развитии, например: Darbu tvarka sekanti (англ. «Последовательность работ следующая»). Такое употребление явно отклоняется от нормы и единодушно исправляется. Однако первые два примера (sekanti diena и sekantis autobusas) вызывают споры: одни лингвисты заменяют причастие местоимением kitas (autobusas) (англ. «другой автобус»), другие склонны оправдывать такое употребление при отсутствии подразумеваемой причинной связи, поскольку местоимение kitas может обозначать как непосредственно следующий, так и любой последующий элемент последовательности. Традиционная практика употребления никогда не принимала причастие sekantis в таких высказываниях; в официально-деловой речи оно недопустимо. Однако и считать его грубой и бесспорной ошибкой не следует.

PRANAS KNIŪKŠTA

Институт литовского языка

ул. П. Вилейшио, 5, LT-10308 Вильнюс

244

KALBOS KULTŪRA | 81