LIETUVIŲ KALBOS GRAMATINĖ SANDARA

LIETUVOS TSR MOKSLŲ AKADEMIJA

ОБ ОДНОМ СЛУЧАЕ НЕОТТЯГИВАНИЯ УДАРЕНИЯ В СЕВЕРО-ЗАПАДНЫХ ДУНИНИНКСКИХ И ЮГО-ЗАПАДНЫХ ДОУНИНИНКСКИХ ГОВОРАХ

B. ROKAITĖ ir V. VITKAUSKAS

Об оттягивании ударения в жемайтских говорах, характере этого оттягивания и его колебаниях написано много; давно уже проведены достаточно точные изоглоссы оттягивания ударения¹. Однако при дальнейшем изучении говоров по программе «Атласа литовского языка» обнаруживаются до сих пор не замеченные и не зафиксированные случаи оттягивания или неудержания ударения. Здесь хотелось бы поговорить об одном случае неудержания ударения в части жемайтских говоров.

Как известно, говоры окрестностей Юдренаи, Вейвирженаи, Ретаваса и Швекшны относятся к зоне повсеместного оттягивания ударения: в них ударение обычно оттягивается как с краткого, так и с циркумфлексного окончания. Однако в последние годы при исследовании этих говоров было замечено, что в двусложных словах ударение не оттягивается с краткого окончания на долгую основу. Например: eˈtė (a dâˈr vės eˈtė malóudâˑms²), la.ukòs (viˈtâˑuc [toks upelis] b́ieg pa.r tôs la.ukòs), maˈrtė (mėˈšùos maˈrtė na-dôud) — Юдренаи, деревня Йоцю; nadeˈrlė leisa, maˈšòs (iˈsediejaˑu maˈšòs âˑusˑte), meˈrgà (dėktėˑ meˈrgà bọ.va navėsprūote), šeˑltà truobà (šeˑltà truobà-siedo žėimūoms trūobūo), šˈveisa (ēˑt reivˈjūota šˈveisa, maclˈaų) — Юдренаи, деревня Лелену; ọˈntrà deinà (ọˈntrà deinà kãˈp nier nómėi), kˈa.ulės (kˈa.ulės dãˑ ėzdyasˈnse), pę.lnà (pę.lnà šõlėˈne võˈnldėˑnc), žmuogòs (pašę.mėre žmuogòs tėˑp stãˈgėˑ) — Вейвирженаи, деревня Упитену; ga.lvà (apsę.ṣok ga.lvà sọ tãˑs klã.usęnėˑs), kˈa.ušlòs (žọ.ncuˑn kˈa.ušlòs ṣọriˑnks), kiˈmbòs (tãs īˑ tioks kiˈmbòs, jõuc), miˈnkštà (miˈnkštà meˈsė.ke bọ.va), stọ.ngàs (stọ.ngàs [ienas] nupljãˑusˑte e palėˈda), žọ.nlcės (aš tioks bọvãˑu kãˑp žọ.nlcės), žmuogòs (važėˈva žmuogòs sọ šlãˑudūˑn vėžėmò) — Ретавс, деревня Кадагыну (хотя здесь в нескольких случаях приходилось слышать и оттягивание ударения, например: glọudėˑnc īˑ ẹˑlks, lėišˈtė lėiz ọ.nc; ka.lbà (la īˑ vėjo ka.lbà), slę.nkṣl-člòs (pa.r slę.nkṣl-člòs kiˈk às priˈšežàˈrgūojo), vaˈkọs (pa.r vaˈkọs gavãˑu lėjuos nuˑ tėva) — Швекшна, деревня Скоманту; darˈbọs (darˈbọs vˈrs ba gãˈla), maˈsà (sa-nọˑm žmuogùˑ maˈsa našvaˈk), pę.lnė (priˈskiˑd pę.lnė la.ukãˑ vėštãˑlo), puˈròs

¹ „Archivum Philologicum“, t. 4, Kaunas, 1933, p. 33; V. Grinaveckis, Šiaurės vakarų dūnininkų kirtis, LKK, t. 1, Vilnius, 1957, p. 109; Kirčio atitraukimas ir nukėlimas lietuvių kalbos tarmėse, LKK, t. 4, 1961, p. 117—119.

² Примеры с предложениями приводятся для того, чтобы яснее показать всю систему оттягивания и неудержания ударения в этих говорах. Знаком (ˑ) обозначается мягкость согласного.

10*

147

(purõs kõ·r siesė – slā·pes dė·rvas), sta·gò, še·rdės (sta·gò merė, raše še·rdės anõ im plì·ša) — Швекшна, деревня Будвичю.

Подобное явление зафиксировано и в самом южном говоре зоны повсеместного оттягивания ударения — в Паюрисском говоре (Шилальский район). Там не наблюдается оттягивания ударения с краткого окончания на долгую основу двусложного слова (например: ka.lbà ė·t, ka gerà ė·sas; tuorà stẽprà ėš mi·to), хотя с долгого окончания на основу любого типа и с краткого окончания на краткую основу ударение оттягивается довольно часто (например: aš patė padarìsu·t; žal·uos mė·šuos pǫšė kelìuograma dã·vę).

Для многосложных слов упомянутое правило не действует: в этих словах ударение всегда оттягивается с краткого окончания на долгую основу. Например: jáuni·s'lė (jáu-ni·s'lė nieka navà·z), krù·mal·òs (sma·kstà·u kà·r|vę puo tõs krù·mal·òs) — Швекшна, деревня Будвичю; ìlerokọ (kõ·n aš ėšvė·rso tuok·ọ mažọ pap·jūovęs ìlerokọ), kà·r|vekės (vė·do kà·r|vekės gãnieu si·k·ọ) — Юдренаи, деревня Лелену; brọ·nges·nė (soselã·kė vėsė, lā·uke k·ọ·l brọ·nges·nė [javai] bū·s) — Вейвирженаи, деревня Упитену; mė·lžūo-nės (tuoks ka.imì·nc ir mė·lžūonės), žė·r|n·ọkọs (ànà vė·rp ę vės kọ·nd tõs žė·r|n·ọkọs) — Ретавс, деревня Кадагыну.

Как же объяснить, что в упомянутых говорах ударение с краткого окончания не оттягивается только на долгую основу двусложных слов?

Можно было бы предположить, что это один из колеблющихся вариантов в говорах на окраине зоны повсеместного оттягивания ударения. Различные нарушения закономерности оттягивания ударения встречаются на южных окраинах северо-западных дунининкских говоров³, в южной части Куршеная⁴; нарушения закономерности оттягивания ударения отмечены также к югу от Ужвенчиса. Однако там колебания оттягивания ударения (особенно в окрестностях Куршеная, Шаукеная и Ужвенчиса) касаются многосложных слов, и ударение ни в коем случае не сохраняется на кратких окончаниях, тогда как в описываемом выше случае ударение не оттягивается только в двусложных словах (с долгой основой) — с краткого окончания.

Таким образом, хотя говоры, не относящиеся к зоне повсеместного оттягивания ударения, могли в некоторой степени повлиять на сохранение ударения на окончании в описываемых говорах, у этого явления могут быть и другие причины, тем более что территория неудержания ударения с краткого окончания на долгую основу двусложного слова довольно обширна и далеко отстоит к северо-западу от границы оттягивания ударения.

Одной из таких причин, по-видимому, может быть удлинение первого компонента предударных дифтонгов в упомянутых говорах⁵. Например: ge.ltūona, la.ukà·les, pa.r pėc·òs, pra.us·s, žė.l·vė.tes (Юдренаи), ata.ugì·n·te, sọtru.m·pėje, spro.n·dė·les, va.ik·lọkà (Швекшна), ga·lvūoja·u, ka.rtọ·ma, la.ukà·ms, napsoga.l·vios, pę.rkà·u, še·r|gė·ms (Вейвирженаи). Подобное удлинение наблюдается и в Паюрисском говоре, находящемся у границы зоны повсеместного оттягивания ударения (например: b'ja.urì·bę, kal·vì·s'lę, ma.r·tė·le), а также в Вайнутском говоре, где ударение вовсе не оттягивается (например: a.lgà, pa.r·nọgara, ža.n·ciena). Это

³ V. Grinaveckis, Šiaurės vakarų dünininkų tarmių fonetinės ypatybės ir jų raida, „Vilniaus Valstybinio pedagoginio instituto Mokslo darbai“, t. 11, 1960, p. 46.

⁴ Vyt. Vitkauskas, Kuršėnų tarmės kirtis ir priegaidė, LKK, t. 3, Vilnius, 1960, p. 64.

⁵ Долгие предударные гласные в говоре сохраняются как долгие, а в данном случае они, по-видимому, ещё несколько длиннее.

448

удлинение компонента дифтонга в предударном слоге, произошедшее, по-видимому, до оттягивания ударения (на это указывает такое же удлинение в говорах Шилутского района — Шаугу и Рамучю, ср. dra'ugūs, me'rgą, sa'ugās, va'ikų, — а также в говоре Вайнутас, где ударение вовсе не оттягивается), вероятно, вследствие выравнивания долготы заударных и предударных слогов, и могло обусловить неоттягивание ударения с краткого окончания двусложных слов.

Говоры Швекшны, Юдрена и Вейвиржена, позднее всех получившие импульс к оттягиванию ударения и уже имевшие удлинённый предударный слог, ограничились лишь этим удлинением.

Таким образом, этот случай неоттягивания ударения в юго-западных жемайтских говорах показывал бы, что помимо общих закономерностей оттягивания или неоттягивания ударения в говорах существуют закономерности оттягивания ударения, свойственные только одному говору или одной группе говоров.

ОБ ОДНОМ СЛУЧАЕ СОХРАНЕНИЯ УДАРЕНИЯ В КОНЦЕ СЛОВА В ГОВОРАХ СЕВЕРО-ЗАПАДНЫХ ДУНИННИКОВ И ЮГО-ЗАПАДНЫХ ДОУНИННИКОВ

Б. РОКАЙТЕ и В. ВИТКАУСКАС

Резюме

В жемайтских говорах окрестностей Юдренай, Вейвирженай, Ретавас, Швекшна, входящих в зону всеобщей оттяжки ударения, в двусложных словах ударение не оттягивается с краткого окончания на долгий корень. В статье предполагается, что одной из основных причин, определивших данный случай, можно считать удлинение гласного звука в предударном слоге.

149