ACTA LINGUISTICA LITHUANICA

XLVIII (2003), 97–103

Степени оценки языковых явлений

RITA MILIŪNAITĖ

Институт литовского языка, Вильнюс

Цель статьи — представить систему степеней оценки языковых явлений, применение которой в прескриптивной лингвистике могло бы повысить последовательность нормотворческой работы и эффективность языковых рекомендаций. Степени оценки отражают различные типы отношений между рассматриваемыми языковыми явлениями и кодифицированными нормами литературного языка. При их установлении учитываются особенности этих норм, а именно вариативность, стабильность, изменение языка, функциональная и стилистическая дифференциация и т. д. Автор рассматривает четыре степени оценки, определяет их основные признаки и анализирует, как они проявляются на практике.

1. ВВОДНЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ

В теории и практике культуры речи одни из важнейших вопросов — как оценивать те или иные языковые явления, какими принципами и критериями руководствоваться при нормировании, как показать неодинаковую значимость явлений и особенности их употребления. Последний вопрос — о системе различных степеней оценки — становится особенно актуальным и возникает прежде всего потому, что литовский литературный язык уже достиг такого уровня развития, когда способен развиваться самостоятельно, опираясь на собственные возможности, но вместе с тем заметно подвергается внешнему воздействию, причем в последнее время весь этот процесс значительно усилился.

Другое обстоятельство — современное употребление литовского литературного языка все больше дробится на различные жанры и сферы, а границы функциональных стилей, прежде считавшиеся достаточно четкими, существенно размываются. Особенно трудно определить разновидность разговорного литературного языка, в которой нередко переплетаются элементы самого литературного языка, диалектов и жаргона. Таким образом, разнообразие употребления литературного языка побуждает нормировщиков к более активному и осознанному воздействию на процесс его развития, чтобы стихийность не взяла верх, поскольку это в корне противоречило бы природе самого литературного языка.

Меняются и пользователи литературного языка. На протяжении не одного десятилетия в работе по нормированию литовского языка весьма важную роль играли авторитет (нормировщика языка) и традиция нормирования. В последнее время пользователей языка уже не удовлетворяет простой ответ на вопрос, можно ли употреблять то или иное явление. Они просят обосновать — почему. От языковых рекомендаций ждут последовательности, системности и логичности; выражается недовольство тем, что одно и то же явление по-разному оценивается в различных нормативных источниках.

В нормативных изданиях последнего времени, различных сборниках рекомендаций по языку, статьях о языковой практике, рецензиях и т. п. отсутствует единая и ясная система оценки языковых явлений. Оценочные определения языковых норм и ошибок…

98 |

RITA MILIŪNAITĖ

Оценки значительно варьируются, и не всегда можно понять, считает ли автор какое-либо явление языковой ошибкой или лишь нарушением стилистических норм и т. п. Поэтому представляется целесообразным рассмотреть хотя бы важнейшие особенности возможной системы оценки языковых явлений.

Учитывая всё это, к оценке языковых явлений следует подходить уже несколько иначе, чем было принято около десяти лет назад: пользователям литературного языка начинает не хватать — не только количественно, но и качественно — той информации, которая публиковалась в прежних нормативных трудах (например: Kalbos praktikos patarimuose, 1985; Dabartinės lietuvių kalbos žodyne, 2000; Dabartinės lietuvių kalbos gramatikoje, 1994 и др.²). Иными словами, необходимо не только учитывать самые последние изменения в литературном языке (появление новых заимствований, новых значений слов и целых конструкций, исчезновение из употребления некоторых явлений, функционально-стилистическое расслоение различных средств выражения), но и искать способы совершенствования системы оценки варьирующихся явлений.

Замысел этой статьи возник ещё в 1998 году, когда в Государственной комиссии по литовскому языку обсуждались основы и принципы нового издания Kalbos praktikos patarimų³. Нужно было обосновать выбранную для этого издания систему оценки языковых явлений, и было предложено применять четыре степени оценки⁴.

Прежде чем приступить к характеристике степеней оценки языковых явлений, необходимо кратко рассмотреть основные связанные с этим понятия. Важно сразу подчеркнуть, что степень оценки — величина производная. Она зависит от того, как мы определим норму литературного языка.

2. ПРИЗНАКИ НОРМ ЛИТЕРАТУРНОГО ЯЗЫКА

Не вдаваясь сейчас подробно в теоретические рассуждения, следует привести наиболее приемлемое для нас определение нормы литературного языка и охарактеризовать те её признаки, которые важны для дальнейшего обсуждения степеней оценки языковых явлений. Это непросто, поскольку в теории культуры литовского языка в данном случае имеются и терминологическая путаница, и различные представления о норме, особенно если учитывать соотношение нормы и употребления (ср.: Girdenis, Pupkis 1978: 56; Knūkšta 1979: 85; Pupkis 1980: 20; Gaivenis, Keinys 1990: 134; Ambrazas, red., 1999: 295–296; Klimavičius 2002: 19).

Наиболее нейтральным и универсальным представляется определение в «Энциклопедии литовского языка»: kalbos norma (лат. norma ‘мера, установление’) — «совокупность языковых фактов и способов их употребления, признаваемая в том или ином обществе в определённое время» (Amb-

¹ Это издание по существу повторяет издание 1993 года.

² Ср. также утверждение из школьного учебника, уже не отвечающее современным потребностям: «Норма литературного языка достаточно строга, она опирается на два критерия оценки: правильно — неправильно, чисто — нечисто» (KOŽENIAUSKIENĖ R., DOBROVOLSKIS B., ZINKEVIČIUS Z. Lietuvių kalba. Vadovėlis IX klasei, Kaunas: Šviesa, 2001, 3-iasis leidimas, 15).

³ Эти принципы были утверждены Комиссией и опубликованы в журнале Gimtoji kalba (1998, 12, 4–6).

⁴ Развивая и обобщая мысли по этой теме, фрагментарно изложенные в своих предыдущих статьях, автор также опирается на опыт, приобретённый при рассмотрении рекомендаций нормативных трудов по языку, а также при обсуждении грамматических явлений в Lietuvių kalbos komisijoje Kalbos patarimų и неоднократных дискуссиях о сущности этой системы степеней оценки и принципах её применения на практике.

KALBOS REIŠKINIŲ VERTINIMO LAIPSNIAI

99

razas, red., 1999: 295). Iš čia išvedamas ir bendrinės kalbos normų apibrėžimas: „bendrinei kalbai būdingų ir joje vartojamų kalbos faktų bei taisyklių visuma“ (ten pat). Čia galima įžvelgti du normų aspektus: normas kaip visuotinai pripažintą vartoseną ir normas kaip kalbos dėsnių ir taisyklių visumą. Pirmuoju atveju galima kalbėti apie REALIĄSIAS (funkcionuojančias) normas, antruoju – apie KODIFIKUOTĄSIAS (idealizuotas).

Второй аспект норм литературного языка — кодификация — является существенным и отличает нормы литературного языка от языковых норм вообще. Однако ошибочно полагать, что к нормам литературного языка можно относить только то, что кодифицировано. Во многих случаях кодификация может устареть и быть неполной, не отражая реального положения дел, поскольку обычно она следует за реальными нормами. Например, в DLKŽ₄ нет слов aplinkosauga, jogurtas, rankinė, žiniasklaida и др., хотя в употреблении литературного языка они уже полностью закрепились, а значит, являются реальной нормой.

Нормы литературного языка можно охарактеризовать также по нескольким другим признакам:

1) в зависимости от того, образуют ли нормы ядро литературного языка или его периферию, они бывают ОСНОВНЫМИ и ВТОРОСТЕПЕННЫМИ;

2) с точки зрения времени нормы литературного языка могут быть ОТСТУПАЮЩИМИ (устаревающими), СОВРЕМЕННЫМИ и БУДУЩИМИ (начинающими закрепляться) (ср. динамическую теорию нормы: Pupkis 1980: 21–24);

3) в зависимости от принадлежности к общему (всеобщему) употреблению или к тем или иным функциональным стилям литературного языка — ОБЩИЕ и СПЕЦИАЛЬНЫЕ (ср. Klimavičius 2002: 23).

Как уже отмечалось, степень оценки — величина производная и относительная; она зависит от понимания норм литературного языка, поэтому система степеней оценки должна отражать многообразие норм литературного языка (вариативность, устойчивость, развитие, соотношение реальной и кодифицированной нормы, функционально-стилистическое расслоение норм и др.).

3. СТЕПЕНИ ОЦЕНКИ И ИХ ВИДЫ

О том, что языковые явления оцениваются неодинаково и что их отношение к нормам литературного языка описывается по-разному, свидетельствует сравнительно недолгая история нормирования нашего литературного языка.

Уже в практике исправлений Йонаса Яблонскиса начинает проявляться тенденция не только проводить строгую границу между нормой и ошибкой, но и различать более многочисленные и разнообразные отношения нормы и ошибки. Это связано как с рассмотренной многогранной природой норм литературного языка, так и с особенностями их функционирования. Различные нормативные издания тем или иным способом стремятся показать, что недопустимо, разграничить незначительные ошибки и то, что в большей или меньшей степени приемлемо для литературного языка (например, о системе степеней оценки в «Kalbos patarėjas» (1939) см. Miliūnaitė 2000: 24–35). В этом отношении большой шаг вперёд был сделан при подготовке первого издания Kalbos praktikos patarimų (1975) (см. Labutis 1972: 12–16; здесь говорилось о трёх различных степенях нормирования, или нормативности, хотя в самом издании нетрудно обнаружить четыре).

100 |

RITA MILIŪNAITĖ

Степень оценки показывает отношение оцениваемого языкового явления к норме литературного языка. Чтобы определить степень оценки явления, прежде всего нужно ответить на вопрос: ЯВЛЯЕТСЯ ЛИ ЯЗЫКОВОЕ ЯВЛЕНИЕ НОРМОЙ?

Поскольку из-за постоянных языковых изменений и возникающих вследствие них промежуточных случаев, различных исключений и т. п. не всегда можно точно определить границы ошибок и нормы, возможны как минимум четыре ответа: (1) это общепризнанная языковая норма (если она вариативна — её варианты равноправны); (2) это норма, но лишь один (периферийный) из конкурирующих вариантов; (3) это не общепринятая норма, но и считать её грубой ошибкой нельзя; (4) это не норма, а общепризнанное её нарушение (то есть ошибка).

Это можно представить в виде схемы:

Таким образом, различают четыре степени оценки языковых явлений, показывающие, что допустимо в литературном языке, что может употребляться в определённых случаях, чего следует избегать и что недопустимо. Условно их записывают (a — оцениваемое явление, b — нормативное явление) так: (1) a+ или a | b; (2) a || b; (3) a нежел. – b, (4) a недоп. = b.

3.1. a+, a | b

Эта степень оценки показывает, что оцениваемое явление является нормой (a+) или, если норма вариативна, оцениваемые явления с точки зрения нормы ПОЛНОСТЬЮ РАВНОПРАВНЫ (a | b), то есть чаще всего представляют собой абсолютные синонимы (дублеты) разных уровней, например: Kažkas pasibeldė (| pabeldė) į duris⁵. Такие явления составляют ядро нормы и положительно кодифицированы, то есть считаются правильными.

С точки зрения функционирования, если норма вариативна, эти явления могут иметь некоторые, сравнительно незначительные функционально-стилистические оттенки, которые обычно обусловлены происхождением явлений, традицией употребления, распространённостью, сферой употребления и т. п. Со временем, конкурируя в употреблении, они могут приобрести дополнительные признаки и перестать считаться дублетами либо один из них выходит из ядра нормы.

⁵ Поскольку в статье рассматриваются сами признаки степеней оценки и принципы их разграничения, конкретных примеров сознательно приводится немного; примеры, представленные в соответствии с рассматриваемой системой степеней оценки, можно найти в серии брошюр «Рекомендации по языку» (см. Kalbos patarimai I. Gramatinės formos ir jų vartojimas. Отв. ред. A. PUPKIS, Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidybos institutas, 2002; Kalbos patarimai II. Sintaksė: 1. Linksnių vartojimas. Отв. ред. A. PUPKIS, Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidybos institutas, 2003).

KALBOS REIŠKINIŲ VERTINIMO LAIPSNIAI | 101

3.2. a || b

Šiuo vertinimo laipsniu žymimi NORMOS VARIANTŲ santykiai (plg. Miliūnaitė 2002: 38–39), kai gerėlesni, labiau bendrinės kalbos polinkius ir vartosenos poreikius atitinkantys kalbos reiškiniai teikiami vietoj ne pačių gerųjų, bet nelaikomų klaida reiškinių. Tokie variantai dažniausiai santykiauja kaip normos branduolys (neutralioji, visuotinė norma) ir periferija (šalutiniai normos variantai), pavyzdžiui: vieneri (II vieni) metai; čia pirmasis variantas vieneri yra sistemiškesnis, bet dirbtinis, o antras nuo seno tradiciškai vartojamas ir teikiamas kaip pagrindinė norma. Palaikant bendrinės kalbos grynumą, šiuo laipsniu vertintini dalis tarptautinių žodžių (ypač turint galvoje visuotinę, ne specialiąją vartoseną) – tada, kai jiems esama visiškai lygiaverčių pakaitų, pavyzdžiui: siurprizas (II staigmena, netikėtumas).

Кроме того, такие варианты могут иметь функционально-стилистические различия и в таком случае соотносятся как стилистически немаркированные и маркированные явления, например: diega šonas (II šoną); именительный падеж в данном случае — периферийная норма, характерная для непринуждённых стилей, а винительный падеж — нейтральная норма.

Таким образом, отдавая предпочтение более удачным вариантам, менее удачные также ДОПУСКАЮТСЯ, а пользователи могут выбирать — в зависимости от функционального стиля, собственных языковых привычек и т. п. (например, более удачные варианты рекомендуются для престижной речи и приводятся как основные при обучении литовскому языку нелитовцев).

Второй степенью оцениваются варианты a, составляющие подвижную часть нормы. Со временем периферийный вариант нормы может вытеснить основной, то есть поменяться с ним местами, либо выйти из употребления и перестать считаться нормой литературного языка.

3.3. a vngt. – b

По этой степени оцениваются такие языковые явления, которые находятся на границе нормы и ошибки, в так называемой серой зоне, где лишь формируются те или иные языковые тенденции, поэтому их не всегда легко обнаружить и определить.

Такие языковые явления не получили всеобщего признания (то есть могут быть отрицательно кодифицированы или вообще не включены в нормативные издания ни как норма, ни как ошибка). Во многих случаях эти явления следует считать отклонениями от нормы, нежелательными языковыми тенденциями, например конкуренцией составных и синтетических форм степеней сравнения: Dabar atliksime labiau sudėtingą (–sudėtingesnį) pratimą.

Это промежуточные случаи между ошибкой и нормой, возникающие по разным причинам: 1) вследствие развития языка и вытекающих из него противоречий на стыке системы и подсистемы или нескольких подсистем (например, явления одного и того же типа, но с разным лексическим выражением могут укорениться в языке в неодинаковой степени); 2) вследствие недостаточного изучения сущности явления и отсутствия дискуссии о его оценке; 3) вследствие стилистического варьирования и т. п. Эта степень оценки также может указывать на положение формирующейся или уходящей (бывшей, утратившей перспективу) нормы — например, десять лет назад ошибочно пытались возродить форму множественного числа spalių mėnuo. Поэтому рекомендуется избегать таких вариантов и выбирать более подходящий способ выражения, надеясь таким образом сдержать распространение явлений, нежелательных в современном употреблении литературного языка.

102 |

RITA MILIŪNAITĖ

3.4. а нтп. = б

Это явные ОШИБКИ РЕЧИ, чаще всего нарушения системы. Такие явления вообще не рекомендуются к употреблению в литературном языке и строго исправляются. В нормативных трудах их обычно обозначают сокращениями нтп., неупотр. В эту группу входят и все случаи из списка грубых речевых ошибок⁶. Кроме того, сюда относятся нарушения норм специальной лексики (терминов).

Чаще всего это явления, возникшие под влиянием иностранных языков: заимствования в лексике, калькированные слова или чуждые значения слов, калькированные выражения и синтаксические конструкции и т. д., например: имидж (=образ), состав комиссии (=состав), союзы kad, jei(gu) с инфинитивом для выражения цели и т. п.

Кроме того, сюда могут быть отнесены неправильные речевые явления, возникшие в самом языке, узкие диалектизмы, совершенно устаревшие и нехарактерные для современного употребления элементы — то, что противоречит системе литературного языка и идет вразрез с ее законами и правилами.

4. ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ

Связь признаков нормы с системой оценочных степеней можно было бы конкретнее описать следующим образом.

1. Противопоставлению положительно и отрицательно кодифицированных явлений соответствуют I, II и III, IV оценочные степени. Реальные нормы могут совпадать (и во многих случаях совпадают) с кодифицированными; если же они еще вовсе не кодифицированы, им нередко соответствует III оценочная степень.

2. Основным и второстепенным нормам соответствуют I и II оценочные степени.

3. Важно, что и основная норма (I степень), и ошибка (IV степень) защищены от слишком резких изменений: их разделяют две переходные степени (II и III).

4. Для отражения динамики уходящих (устаревающих) и будущих (начинающих закрепляться) норм подходит III оценочная степень («нежелательно»). Со временем одни из таких явлений могут перейти в разряд ошибок (IV степень), другие — быть признаны нормой (то есть могут быть кодифицированы) (II и I степени).

5. Функционально-стилистическое расслоение норм литературного языка (по существу — разграничение общих и специальных норм) может быть лишь дополнительным признаком оценочных степеней. Его целесообразно указывать соответствующими пометами при оцениваемом явлении а. Например, если оцениваемое явление считается функционально устаревшим, можно обозначить: а устар. нежел. — б; если диалектное: а диал. нежел. — б и т. п. Следует подчеркнуть, что в литературном языке необходимым условием существования явлений различных функциональных стилей является их правильность, поэтому можно говорить лишь о принадлежности явлений, оцениваемых I и II степенями, к какому-либо функциональному стилю или их группе⁷. Например, если явление характерно для непринуж-

⁶ Lietuvių kalbos komisijos nutarimai 1977–1998, Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidybos institutas, 1998, 123–176.

⁷ Здесь не имеются в виду мотивированно употребляемые ненормативные явления, например в художественном стиле, который лишь отчасти можно считать сферой употребления литературного языка.

KALBOS REIŠKINIŲ VERTINIMO LAIPSNIAI

103

Для всех стилей (публицистического, художественного, разговорного), то есть в противопоставлении официальным (информационному, административному, научному), это можно обозначить так: a своб. || b или a своб. || b. В таких случаях явление b считается основным, стилистически нейтральным, характерным для общеупотребительной речи.

Рассмотренная система степеней оценки языковых явлений позволяет реализовать не только принцип изменения норм литературного языка, но и принцип их устойчивости, то есть помогает сократить разрыв между кодифицированной нормой и реальным употреблением. Это своеобразный предохранитель устойчивости норм, препятствующий их необоснованному и безоглядному изменению или, по крайней мере, смягчающий неизбежные колебания. Вместе с тем эта система степеней оценки является и механизмом изменения норм, поскольку с учетом развития языка позволяет при необходимости менять нормы и делать это только через варианты, не перепрыгивая через несколько ступеней (a ntk = b → a vngt. – b → a || b → a или в обратной последовательности). Таким образом можно сократить расхождения, встречающиеся в настоящее время в различных нормативных трудах. Поэтому именно оценка явления, основанная на системе степеней оценки и применении принципов и критериев нормирования литературного языка, должна быть главным предметом языковых споров нормализаторов.

LITERATŪRA

AMBRAZAS, V., red. 1999: Lietuvių kalbos enciklopedija, Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų leidybos institutas.

GAIVENIS, K., KEINYS, S. 1990: Kalbotyros terminų žodynas, Kaunas: Šviesa.

GIRDENIS, A., PUPKIS, A. 1978: Bendrinės kalbos norminimo ir kodifikavimo principai. Baltų kalbos ir jų tyrinėjimo metodai, Vilnius, 53–66.

KLIMAVIČIUS, J. 2002: Lietuvių bendrinė kalba: ribos ir beribiškumas, sistema, norma ir kodifikacija. Terminologija 9, 7–25.

KNIŪKŠTA, P. 1979: Lingvistinis ir socialinis kodifikacijos santykis su norma. Lietuvių kalbotyros klausimai 19, 85–91.

LABUTIS, V. 1972: Leksikos ir žodžių darybos norminimo principai. Mūsų kalba 8, 12–16.

MILIŪNAITĖ, R. 2000: Kalbos reiškinių vertinimo laipsniai „Kalbos patarėjuje“. Kalbos kultūra 73, 24–35.

MILIŪNAITĖ, R. 2002: Gramatikos normų variantai ir jų vertinimo ypatumai. Kalbos kultūra 75, 35–46.

PUPKIS, A. 1980: Kalbos kultūros pagrindai, Vilnius: Mokslas.

Rita Miliūnaitė Lietuvių kalbos institutas P. Vileišio g. 5, 2055 Vilnius, Lietuva [email protected]

Gauta 2003 03 28