LIETUVIŲ KALBOTYROS KLAUSIMAI XXXVIII (1997)

Algirdas SABALIAUSKAS

НАУЧНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ПРАНАСА СКАРДЖЮСА В ИЗГНАНИИ

Пранас СкарДжюс — самый продуктивный языковед второго десятилетия независимой Литвы. После смерти Казимераса Буги и Йонаса Яблонскиса Пр. СкарДжюс и Антанас Салис были наиболее известными литовскими языковедами, которых в равной мере занимали как научные, так и практические вопросы литовского языка. Начав учёбу в Литовском университете, они не только слушали лекции К. Буги и Й. Яблонскиса, но и тесно общались с этими исследователями и развивателями литовского языка; позднее они прошли превосходную лингвистическую школу в Лейпцигском университете, где их главным учителем был Юргис Герулис. Можно сказать, что эти два языковеда представляют отдельный период в развитии литовского языкознания. Формирование литературного литовского языка в этот период также теснейшим образом связано с их именами.

В 1944 г. Пр. СкарДжюс, как и огромное множество других учёных и деятелей культуры, покинув Литву, вступил на трудный путь изгнанника. Доля изгнанника была особенно горькой, поскольку Пр. СкарДжюс как учёный сразу оказался оторван от главного объекта своих исследований — живого литовского языка, его диалектов, различных письменных источников, а также от педагогической работы. Правда, несколько лет ему довелось заниматься этой работой в Германии, хотя и в очень тяжёлых условиях. Благодаря заботам искреннего друга литовцев, французского языковеда и выдающегося политического и военного деятеля Раймона Шмиттлена (Раймонас Шмитленас) при Тюбингенском университете была учреждена кафедра балтийских языков, где в 1946–1949 гг. преподавали и поочерёдно руководили ею Пр. СкарДжюс и А. Салис. Кроме того, здесь получили возможность завершить начатые ещё в Литве литианистические занятия будущие известные деятели культуры литовской диаспоры: Александрас Дундулис, Антанас Мажюлис, Домас Величка и др.

Насколько позволяли условия, в Германии Пр. СкарДжюс занимался и другой научной работой. Поощрённый выдающимися немецкими балтистами Эдуардом Германном и Францем Шпехтом, он переводил на немецкий язык свой труд «Словообразование литовского языка» (В., 1943). Вместе со Стасисом Барздукасом и Йонасом Мартинюсом Лауринайтисом он написал крайне необходимый и важный для литовцев-эмигрантов того времени труд «Путеводитель по литовскому языку» (Билефельд, 1950).

Это объёмная книга (606 с.), изданная Общиной литовских изгнанников тиражом целых 5 тысяч экземпляров. Во вводной части рассматриваются такие вопросы, как литовский язык и его древность, характер современного литовского языка, развитие письменного языка, литературный язык и его употребление, литературное произношение, орфография, нормативные формы. Первая часть книги посвящена практическим вопросам орфографии, пунктуации и ударения. Большую часть книги составляет словарь литовского языка. В нём — не только нарицательные

3

слова, но и географические названия, фамилии деятелей литовской культуры и науки, а также даже популярные латинские выражения. Значения слов иногда объясняются и на иностранных языках. По-видимому, бо́льшую часть словаря подготовил Й. М. Лауринайтис. Ст. Барздукас трудился главным образом над первой частью труда. Пр. СкарДжюсу досталось дополнить словарь, написать вводную часть и отредактировать весь труд. Понятно, что это была тяжёлая работа, а условия труда авторов были незавидными. В письме Винцасу Креве-Мицкявичюсу от 6 января 1949 г. Пр. СкарДжюс писал: «В последнее время я работал по 16–18 часов каждый день, и часто мог спать всего 3–4 часа. Ведь я решил закончить „Путеводитель по литовскому языку“. Сначала мы работали над ним втроём, но у одного моего сотрудника, полковника Й. Лауринайтиса, случился сердечный приступ, и вот уже четвёртую неделю он лежит в больнице; думаю, он больше не сможет мне помогать. Но общество с нетерпением ждёт этой работы [...]. Подписка уже почти собрала шестую тысячу» (Ostrauskas 1983: 176–177). Или вот отрывок из письма от 14 мая 1950 г.*: «Я обычно работаю на скотобойне по 8, а иногда даже по 10 или 11 часов. Дорога до предприятия занимает у меня целый час; столько же времени уходит на возвращение домой. Вернувшись домой, до сих пор я должен был править довольно сложные корректуры „Путеводителя“, кроме того, написать для газет ту или иную небольшую статью, наскоро составить самое необходимое письмо — и всё. На сон остаётся лишь неполных 4–5 часов» (Ostrauskas 1983: 184).

Следует отметить, что в этом труде были предложены и некоторые новшества в орфографии (bjaurus, pjauti, galbūt), которые значительно позднее были приняты и в Литве. Хотя в целом предложенные здесь орфографические новшества некоторые языковеды оценивали довольно скептически. Так, А. Салис, обозревая историю литовской лексикографии, отмечал: «Он (то есть „Путеводитель по литовскому языку“, А. С.), хотя и очень полезный, отойдя от привычной яблонсковской орфографии, внёс в печать литовцев за рубежом некоторую путаницу, которая до сих пор не устранена» (Salys 1985: 237).

Авторы посвятили свой труд памяти выдающихся литовских языковедов Й. Яблонскиса и К. Буги.

В Соединённых Штатах Америки Пр. СкарДжюс смог посвятить себя полноценной научной работе лишь после выхода на пенсию в 1971 г. По крайней мере поначалу материальное положение Пр. СкарДжюса также было довольно тяжёлым. Хотя его пригласили посвятить себя работе над «Литовской энциклопедией» в Бостоне, условия работы и там, по-видимому, его не удовлетворили. Настроения Пр. СкарДжюса и обстоятельства его жизни того времени особенно ярко отражены в письме от 13 апреля 1953 г. писателю Стасису Сантварасу, занимавшемуся привлечением сотрудников энциклопедии:

«Я уже всё подсчитал до минимума и иначе просто не знаю, как выжить. У меня нет ни автомобиля, ни развлечений, я не принимаю гостей, и всё же едва свожу концы с концами на 3000 долларов. Например, купил этимологический словарь русского языка Преображенского и заплатил больше 16 долларов. Ещё дороже мне обходятся подписки на газе

* С 1949 г. СкарДжюс жил в Соединённых Штатах Америки.

4

…изучавший этимологический словарь Васмера. Фотокопирование диссертации В. Фенцлау также обошлось более чем в 16 долларов и т. д. Таким образом, чтобы хотя бы отчасти заниматься научной работой и не отставать от научного прогресса, я хотел бы поначалу получать не менее 3 500 долларов в год; из этой суммы я уже мог бы уплачивать и государственные налоги» (Keturakis 1995: 14). Несмотря на неблагоприятные условия для работы, Пр. Скаржюс на протяжении всего периода изгнания интенсивно трудился в области литовского языкознания.

Как известно, ещё работая в Литве, он уделял большое внимание проблемам литовского ударения. Его интересовали как вопросы истории ударения, так и практические аспекты. Хабилитационной работой Пр. Скаржюса в Университете Витаутаса Великого была «Dauksos akcentologija» (K., 1935). Практическим вопросам ударения посвящена его книга «Bendrinės lietuvių kalbos kirčiavimas» (K., 1936). В основном опираясь на эти труды, Пр. Скаржюс по просьбе Чикагского педагогического института литуанистики написал книгу «Lietuvių kalbos kirčiavimas» (Chicago, 1968). В ней систематически изложены вопросы ударения литературного языка. Однако автор не ограничивается лишь их констатацией. Явления ударения и интонации в литовском языке здесь сопоставляются также с фактами других языков; показаны вариативность ударения в литовских диалектах и различия между ударением в современном языке и в более ранний период (в сочинениях М. Даукши). Правда, как и в предыдущей книге, здесь признаётся краткая интонация, хотя это противоречит и определению интонации, предложенному самим Пр. Скаржюсом. Современные исследователи литовской акцентологии не согласны и с традиционным описанием интонации в послеударных слогах, приводимым Пр. Скаржюсом. Вызывают сомнения и некоторые предлагаемые в книге, также традиционные, варианты ударения, плохо согласующиеся с современным употреблением (Laigonaitė 1971: 209–211; Vidžiūnas 1990: 90–102).

Среди отдельных статей Пр. Скаржюса, посвящённых проблемам литовской акцентологии, следует упомянуть его статью «Lietuvių kalbos kirčiavimo senumas» (Aidai, 1965, 6, p. 260–265), в которой он, кратко рассмотрев историю изучения этой проблемы, фактически рецензирует труд русского лингвиста В. Илича-Свитыча «Vardažodžio akcentuacija baltų ir slavų kalbose» («Imennaja akcentuacija v baltijskom i slavjanskom». Moskva, 1963). Указав, что «в целом вся эта работа автора производит хорошее впечатление», Пр. Скаржюс всё же убеждён, что В. Илич-Свитыч лишь отчасти достиг своей цели, поскольку немалая часть предполагаемых им соответствий между отдельными акцентными парадигмами литовского языка и древним индоевропейским ударением «сомнительна, недостаточно обоснована ясными аутентичными данными или не получила более глубокого исторического истолкования».

Спорные проблемы исторической акцентологии литовского языка Пр. Скаржюс рассматривает и в весьма подробной рецензии на книгу Й. Казлаускаса «Lietuvių kalbos istorinė gramatika» (Lituanistikos darbai. III. Brooklyn, 1973. p. 269–280). Он не согласен с мнением Й. Казлаускаса о том, что восточные аукштайты не различают остроконечную и циркумфлексную интонации. Он также не склонен соглашаться с Й. Казлаускасом в том, что современная подвижная акцентная парадигма литовского языка могла быть унаследована от древнего индоевропейского ударения.

5

Одним из наиболее значительных трудов Пр. Скаржюса, опубликованных в эмиграции, является исследование «Ankstyvesnė ir dabartinė lietuvių bendrinės kalbos vartosena» (Чикаго, 1971). Оно состоит из следующих разделов: I. Употребление литовского литературного языка, его критерии и нормы. II. Ранняя работа над культурой литовского литературного языка и её оценка в Литве. III. Заметные современные тенденции в Литве. IV. Проблема употребления существительных с суффиксом -imas, образованных от глаголов. V. Наречия на -iniai, их образование и употребление. VI. Отношения литературного языка с народным и языковая правка в Литве. VII. Влияние русского языка на литовский литературный язык и дальнейшее развитие этого языка.

Из этого исследования видно, что Пр. Скаржюс очень внимательно следил за развитием литовского языка в Литве. Он понимал, в каком довольно тяжёлом положении тот находится. Он положительно оценивал усилия литовских языковедов по борьбе с влиянием русского языка.

Живя в Соединённых Штатах Америки и замечая склонность многих литовцев этой страны реже употреблять в своей речи интернациональные слова, Пр. Скаржюс написал книгу «Lietuviški tarptautinių žodžių atitikmenys» (Чикаго, 1973). Это интересный труд, в котором действительно предлагается много удачных замен для различных так называемых интернациональных слов, употребляемых более или менее широко. Пр. Скаржюс категорически не возражает против употребления этих слов. «Ко всем приводимым здесь словам, — пишет он в предисловии к книге, — следует относиться не как к каким-либо предложениям автора, а как к материалу, которым читатели могут индивидуально пользоваться по мере необходимости и по своему вкусу» (p. 7). Пр. Скаржюс указывает, что в литовском языке имеется немало новообразований, созданных более самобытным образом, чем, например, в латышском, русском или немецком языках. Здесь он имеет в виду такие слова, как вещь, диаметр, учебник, равновесие. Лучшим и крупнейшим источником литовских новообразований в настоящее время, по мнению Пр. Скаржюса, является «Lietuvių rašomosios kalbos žodynas» М. Нидерманна, Ф. Брендерио, А. Сенна и А. Салиса (Heidelberg, 1926–1968). Вот несколько предлагаемых Пр. Скаржюсом соответствий: абзац — отступ, адаптация — приспособление, анэстезия — бесчувствие, бокс — кулачный бой, депо — паровозное депо, экскурс — отступление, фарш — начинка, набивка, замес, жмых — ребро, термин — название, витрина — торговое окно. Многие соответствия очень удачно подобраны или созданы самим Пр. Скаржюсом. Однако вряд ли кто-нибудь сейчас стал бы менять бокс на кулачный бой или термин — на название.

Для исследователей литовских гидронимов чрезвычайно важно исследование Пр. Скаржюса «Lietuvių vandenvardžiai su -nt. Jų daryba, kilmė ir reikšmė» (Lituanistikos darbai. III. Brooklyn, 1973, p. 7–70). В этом исследовании подробно рассматриваются такие литовские гидронимы, как Álantas, Gáilintas, Sálantas, Šlavaṅtas, Viekšintas. Автор приходит к выводу, что «литовские гидронимы на nt- образованы подобно топонимам, антропонимам или нарицательным словам с тем же суффиксом. Первоначально они в основном были нарицательными (апеллятивными) словами либо образовывались от нарицательных слов с помощью суффиксов; некоторая их часть происходит или может происходить от собственных имён» (p. 64). В исследовании очень положительно отзываются о гидронимических трудах ещё молодых в то время литовских языковедов Брониуса Савукина, Александра Ванагаса

6

исследования. Работы Р. Шмиттлейна в этой области оцениваются скептически; отмечается, что он «немало древних, подлинно литовских собственных имен без каких-либо более ясных оснований, иногда совершенно искусственно, выводит из германских языков» (с. 9). В целом следует согласиться с рецензентом исследования А. Ванагасом, который пишет: «С этим исследованием должна быть окончательно похоронена гипотеза, защищаемая почти исключительно Р. Шмиттлейном, согласно которой большинство литовских названий водоемов с -nt- могут быть германизмами» (Vanagas 1976: 103).

А. Ванагас обратил внимание еще на одну важную особенность этого исследования: «П. Скарджюс — один из немногих исследователей литовской ономастики, осознавших, что значение гидронима — не то, что означал апеллятив, от которого он произошел, а то, что означало это слово в момент превращения в nomen proprium. Не корень или основа слова, а весь гидроним — с его исходным и производным (словообразовательным) значением» (Vanagas 1981: 17).

Minėtinas Pr. Skardžiaus straipsnis „XVI amžiaus lietuvių asmenvardžiai“ (Aidai, 1954, 1, p. 27–33), kuriame nagrinėjami K. Jablonskio „Istorijos archyvo“ pirmajame tome (K., 1934) paskelbtų inventorių asmenų vardai ir pavardės.

Имена прусских и жемайтских богов Пр. Скарджюс рассматривает в статье «Литовские мифологические имена» (Aidai, 1954, с. 218–226). Значительное место в этой статье отведено диссертации В. Яскявичюса «Исследование литовской мифологии» («A Study in Lithuanian Mythology»).

Labai vertinga yra Pr. Skardžiaus studija „Dievas ir Perkūnas“ (Aidai, 1963, 6, p. 253–257; 7, p. 311–318). Čia aiškinama šių žodžių daryba ir kilmė. Pr. Skardžius nepritaria A. Senno nuomonei, jog suom. taivas ‘dangus’ turėtų būti kilęs iš baltiškos formos *daivas – taivas šaltiniu galėjusi būti ir forma *deivas. Taip pat jis, remdamasis latvių liaudies dainų pavyzdžiais, linkęs manyti, jog lat. dievs yra dar išlaikęs senąją reikšmę ‘dangus’. Pr. Skardžius nepritaria aiškinimui, jog. liet. perkūnas yra sietinas su lot. quercus ‘ąžuolas’ ir kitais šios šaknies žodžiais. Jam atrodo paprasčiau būtų slavų Perun sieti *per- ‘mušti, trenkti’ o liet. Perkūnas su tos pačios reikšmės išplėstine šaknimi *perk-, kuri, nors ir nepaliudyta baltų kalbose, gali būti pateisinama, plg. liet. jaũti: jaũkti ir kt. Semantiškai tokį siejimą patvirtintų liet. dundūlis ‘perkūnas, griaustinis’: dundėti, vok. Donner: skr. tānvati ‘ošia, dunda, griaudžia’, lot. tonāre ‘griausti’ ir kt.

В 1954 году в Литве были переизданы «Литовские песни» Антанаса Юшки. В этом издании его составитель А. Моцкус наряду с фотокопиями текстов представил также своеобразные литературные тексты. Л. Куодис опубликовал довольно строгую критику этих текстов (Kuodys 1958: 555–578). Это побудило Пр. Скарджюса написать интересную статью «Языковые особенности наших народных песен» (Metmenys, 1962, 5, с. 91–99). В статье показано, с какой осторожностью следует литературно обрабатывать тексты песен, и раскрыта специфика народных песен. Пр. Скарджюс не во всем согласен и с замечаниями Л. Куодиса.

Последнее исследование Пр. Скарджюса, опубликованное уже после смерти автора, — «Ново

7

jojo Testamento vertimo lietuvių kalba“ (Lituanistikos darbai. IV. Chicago, 1979, p. 63–110). Joje analizuojama Č. Kavaliausko iš senosios graikų kalbos versto ir V. Aliulio redaguoto, 1972 m. Lietuvoje išleisto Naujojo testamento kalba. Autorius šį vertimą lygina su ankstesniuoju J. Skvirecko vertimu, kur vertėjas, anot prelato L. Tulabos, „virš visko statė minties tikslumą ir šiam aukojo kalbos elegantiškumą“. Palyginęs abiejų vertimų rašybos, žodynines, linksnių vartosenos, sintaksines ir stilistines, sakinių sandaros skyrybes, jis padaro išvadą, jog „Kavaliausko vertimo kalba yra pasigėrėtinai taisyklinga, sklandi, lengvai suprantama ir tikslinga, nors kartais ir savotiškiau išreiškianti originalinę mintį (p. 109). Pr. Skardžiaus nuomone „Č. Kavaliausko vertimas, V. Aliulio redaguotas, yra pirmas drąsus žygis visoje Šv. Rašto vertimo lietuvių kalbos istorijoje“ (p. 109).

Очень интересны так называемые юбилейные статьи Пр. Скарджюса, в которых рассказывается о различных исследователях литовского языка, его хранителях и деятелях культуры. Они особенно интересны тем, что Пр. Скарджюс здесь не только оценивает их вклад в литовское языкознание, но и часто вплетает в текст свои воспоминания. Главным образом в журналах „Aidai“ и „Gimtoji kalba“ он опубликовал статьи об А. Баранаускасе, Й. Яблонскисе, Й. Бальчиконисе, Й. Герулисе, П. Йоникасе, Й. М. Лауринайте, Й. Лаукатисе, Б. Ларине, М. Васмере, Э. Френкеле, Э. Германе и др.

Пр. Скарджюс рецензировал множество работ по литуанистике и балтистике в целом, опубликованных в Литве и за ее пределами. Особенно следует отметить его подробные рецензии на такие труды, как «Литовская диалектология» З. Зинкявичюса (В., 1966), «Литовский литературный язык в XVI–XVII веках» Й. Пальониса (В., 1967), «Историческая грамматика литовского языка» Й. Казлаускаса (В., 1968), «Стилистика литовского языка» Й. Пикчилингиса (В., 1971–1975), академическая «Грамматика литовского языка» (В., 1965), «Хрестоматия диалектов литовского языка» (В., 1970), «Формирование литовского общего письменного языка во второй половине XIX века» П. Йоникаса (Чикаго, 1972), «Gramatyka języka litewskiego» Й. Отрембского (Варшава, 1956–1965), сборник «Donum Balticum», посвященный К. С. Стангу (Стокгольм, 1970), «An Old Prussian Grammar» У. Р. Шмальстига (Юниверсити-Парк и Лондон, 1974) и др.

Множество статей по вопросам литовского языкознания Пр. Скарджюс опубликовал в «Литовской энциклопедии» (Бостон, 1953–1969) и «Encyclopedia Lituanica» (Бостон, 1970–1978).

Живя в Соединенных Штатах Америки, Пр. Скарджюс, как и прежде в Литве, много писал о различных вопросах культуры литовского языка. Преимущественно по его инициативе в Соединенных Штатах Америки было возобновлено общество литовского языка, действовавшее в Литве в 1935–1941 годах. Пр. Скарджюс — один из самых активных сотрудников печатного органа этого общества, журнала «Gimtoji kalba».

Лингвист подготовил также большой «Орфографический словарь литовского языка», который до сих пор не издан. А. Дундулис, бывший ученик Пр. Скарджюса, передал копию этого труда библиотеке Вильнюсского университета.

Интенсивно работать в Литве Пр. Скарджюсу довелось всего пятнадцать лет. Вдвое больше времени он провел в изгнании. Сначала он зарабатывал на жизнь физическим трудом. Позднее работал

8

В Библиотеке Конгресса в Вашингтоне. В письме американскому балтисту W. R. Schmalstiegui от 14 января 1973 г. Пр. Скарджюс писал: «Я всегда жил заботами о науке, но в последней четверти века мне удалось заниматься настоящей научной работой совсем немного: несколько задуманных и отчасти начатых мной научных трудов остались незавершёнными из-за неожиданной катастрофы». Любимой лингвистической работе Пр. Скарджюс смог полностью посвятить себя лишь после выхода на пенсию, увы, всего за четыре года до смерти. Однако, несмотря на столь неблагоприятные условия для работы, и в изгнании он сделал многое.

Приятно, что в Литве в качестве одной из частей программы развития языка планируется издать «Избранные труды» нашего выдающегося лингвиста. Их готовит профессор Альбертас Росинас. Первый том трудов — «Словообразование литовского языка» — уже вышел. В нём опубликована и подробная статья А. Росинаса о научной деятельности Пр. Скарджюса. Особенно будем ждать томов, в которых будут опубликованы наименее известные нашим читателям работы Пранаса Скарджюса, написанные в изгнании.

LITERATŪRA

K e t u r a k i s R. 1995: Bostono dienoraštis – Nemunas 2, 12–19.

K u o d y s L. 1953: A. Juškos „Lietuviškos dainos“. – Literatūra ir kalba 3, 555–578.

L a i g o n a i t ė A. 1971: Rec.–Baltistica 7(2), 209–211.

O s t r a u s k a s K. 1983: Iš laiškų Vincui Krėvei-Mickevičiui. – Metmenys 46, 164–186.

S a l y s A. 1985: Raštai 3, Roma: Lietuvių Katalikų Mokslo akademija.

V a n a g a s A. 1976: Rec. – Baltistica 12(1), 102–104.

V a n a g a s A. 1981: Lietuvių hidronimų semantika. – Lietuvių kalbotyros klausimai 21, 4–153.

V i d ž i ū n a s A. 1990: Pr. Skardžiaus kirčiavimo norminimo pagrindai. – Kalbotyra 41(1), 90–102.

THE SCHOLARLY ACTIVITY OF PRANAS SKARDŽIUS IN EXILE

Summary

Pranas Skardžius (1899–1975) was one of the most prominent Lithuanian linguists of the twentieth century. In 1929 he graduated from the University of Leipzig. In 1929–1939 Pr. Skardžius gave lectures at Vytautas Magnus University in Kaunas, in 1939–1943 – at the University of Vilnius. He worked in various fields of Lithuanian linguistics; he also made an important contribution to the standardization of Lithuanian. Like many workers of culture and science, he left Lithuania in 1944. For some time he taught at the University of Tübingen in Germany. From 1947 up to his death Pr. Skardžius lived in the USA.

In spite of unfavourable conditions for scholarly activity he published many important works in the field of Lithuanian studies. Special mention should be made of „A Reference book of Lithuanian“ („Lietuvių kalbos vadovas“, 1950; co-authors Stasys Barzdukas and Jonas Martynas Laurinaitis), „Accentuation of the Lithuanian Language“ („Lietuvių kalbos kirčiavimas“, 1968), „The Past and Present Usage of Standard Lithuanian“ („Ankstyvesnė ir dabartinė lietuvių bendrinės kalbos vartosena“, 1971), „Lithuanian Hydronyms in -nt-. Their Formation, Origin

9

and Meaning“ („Lietuvių vandenvardžiai su -nt-. Jų daryba, kilmė ir reikšmė“, 1973), „Lithuanian Equivalents of International Words“ („Lietuviški tarptautinių žodžių atitikmenys“, 1973), „On the Translations of the New Testament in Lithuanian“ („Dėl Naujojo Testamento vertimų lietuvių kalba“, 1979).

10