LIETUVIŲ KALBOTYROS KLAUSIMAI, XXXIV (1994)

LIETUVIŲ KALBOS TARMĖS IR JŲ TYRINĖJIMAI

ПИСЬМА АНТАНАСА САЛИСА УИЛЬЯМУ Р. ШМАЛЬШТЕГУ*

[1]

1966. XII. 30

Дорогой коллега,

Наша секретарь сейчас в отпуске. Поэтому пишу от руки и по-литовски. Думаю, Вы разберёте.

Спасибо за письмо от XII. 23 и за столь искреннее письмо. Но известие для всех нас печальное: ни Казлаускас, ни Мажюлис не могут «высунуть нос» за границу. А оба они так хотели бы осмотреться на Западе. Когда мы были в Вильнюсе, госпожа Казлаускене всё повторяла: «Кто знает, выпустят ли его, может быть, не разрешат читать лекции». Так и получается. Но, возможно, письмо Вашего президента Илютинас поможет. Не нужно ещё терять надежду. Мажюлис снова сам упомянул мне, что Сорбонна обратилась прямо в Вильнюс с просьбой прислать кого-нибудь преподавать литовский язык. А лучший кандидат, конечно, Мажюлис, поскольку он знает французский. — Меня только немного удивило, что ректор Кубилюс на торжествах по случаю начала учебного года в Вильнюсском университете в своём докладе (при мне и Гимбутене, а также при группе литовцев из Америки и Англии) назвал свершившимся фактом, что Казлаускас и Мажюлис едут в США и Францию. Видно, ректор здесь занимался политикой. Не имея согласия Москвы, он объявил обо всём публично и предал это огласке, чтобы Москве потом было неудобно не отпускать их. А отказ в выезде вновь показал бы глупое упрямство Москвы и её недоверие даже к официальным членам партии (и Казлаускас, и Мажюлис — члены партии, вероятнее всего, вступившие в неё из карьерных соображений). Если их всё-таки не отпустят, в Вильнюсе об этом будут много говорить и ругать «русских». Но ведь у них «шкура» крепкая, а литовская пословица гласит, что козёл от ругани жиреет... Кстати, в Вильнюсе мне все твердили: «Мы ничего не можем, всё решает Москва. Мы радуемся, если иногда удаётся что-нибудь выторговать или обвести русских вокруг пальца». — Будет очень интересно узнать, получите ли Вы какой-нибудь ответ от Илютина.

Одновременно посылаю и большую часть библиографических материалов MLA, которые мне поручили подготовить согласно Вашим письмам от V. 6 и 28.1969. На этот раз нагрузка была полегче. Надеюсь, что в следующий раз кто-нибудь аккуратно и разносторонне подготовит материалы по литературе из журналов. Где заметил, я включал и книги. Дочь заканчивает переписывать, и завтра я пошлю оставшиеся карточки. Кстати, у меня уже совсем заканчиваются карточки. Когда-то летом я просил прислать их, но ничего так и не получил. Хорошо, что с прошлого года осталось немало карточек. — Пересматривая библиографию за 1968 год, я с удивлением обнаружил, что белорусский раздел (White Russian) ведётся очень плохо. В Вильнюсе мне удалось раздобыть немало белорусских изданий. Всё, что я получил или о чём узнал, я включил.

*Орфография и пунктуация писем, написанных по-литовски, не исправлялись. Письма, написанные по-английски, перевёл на литовский Алгирдас С а б а л я у с к а с. — Ред.

51

Кто-нибудь обязательно должен взять на себя ведение белорусского раздела. Непростительная оплошность. Особенно важно балтистам знать, что издают белорусы. — Заканчиваю, пока не закончилась бумага. Желаю Вам и Вашей семье счастья в Новом году.

Ваш А. Салис

[2]

22 мая 1968 года

Дорогой профессор Шмальштиг:

Благодарю Вас за письмо от 17 мая. Я понимаю, что пора сдавать рукопись моей статьи, но последние несколько недель был занят написанием статьи о литовских диалектах для дополнительного тома «Литва» «Литовской энциклопедии». Теперь я закончил её и приступлю к работе над рукописью своей статьи. Надеюсь закончить её вместе с картой примерно за две-три недели. Надеюсь, что не опоздаю к очередному выпуску вашего журнала General Linguistics.

С наилучшими пожеланиями.

Искренне Ваш, А. Салис 22 мая 1968 г.

Дорогой профессор Шмальштиг,

Благодарю Вас за письмо от 17 мая. Я знаю, что уже пора сдавать рукопись своей статьи, но последние несколько недель был занят — писал статью о литовских диалектах для дополнительного тома «Литва» «Литовской энциклопедии». Теперь я закончил её и начну готовить рукопись статьи. Надеюсь закончить её вместе с картой примерно за две-три недели. Думаю, что успею к этому выпуску «General Linguistics». С наилучшими пожеланиями

Искренне Ваш А. Салис

[3]

2 августа 1968 г.

Уважаемый профессор Шмальштиг,

Подтверждаю получение Вашего письма от 30 июля 1968 года.

Конечно, я буду очень рад сопоставить текст Вашей статьи с текстом грамматики Казлаускаса. К сожалению, я еще не получил его грамматику. Мне сообщили, что ее отправили мне, и надеюсь, что вскоре она будет у меня.

Прошу простить меня за то, что я не закончил свою статью в срок. Вам придется перенести ее в следующий номер журнала. Я сломал запястье правой руки и теперь не могу даже писать. Надеюсь, что вскоре Вы отправитесь в Литву. Желаю Вам удачи в этом интересном путешествии. Надеюсь, Вы встретитесь со многими моими бывшими коллегами и учениками, например с Балчиконисом, Крупасом, Улвидасом, Сенкусом и многими другими. Передайте им мой привет. Также передайте мой привет директору Института Корсакусу.

Искренне Ваш, А. Салис

52

2 августа 1968 г.

Дорогой профессор,

Сообщаю, что получил Ваше письмо от 30 июля 1968 года.

Действительно, я с удовольствием сопоставлю текст Вашей статьи с текстом грамматики Казлаускаса. К сожалению, его грамматику я еще не получил. Мне сообщили, что ее отправили мне, и надеюсь, что вскоре она будет у меня.

Прошу простить меня за то, что я не закончил свою статью в срок. Вам придется перенести ее в следующий номер журнала. Я сломал запястье правой руки и теперь не могу даже писать. Надеюсь, что вскоре Вы будете направляться в Литву. Желаю Вам удачи во время интересного визита. Думаю, Вы встретитесь со многими моими бывшими коллегами и студентами, например с Балчиконисом, Крупасом, Улвидасом, Сенкусом и многими другими. Передайте привет также директору Института Корсакусу.

Искренне Ваш

А. Салис

[4]

9 августа 1968 г.

Уважаемый профессор Шмальштиг:

Благодарю Вас за письмо от 5 августа 1968 года. Тем временем я прочитал ксерокопию Вашей статьи и соответствующие страницы работы Й. Казлаускаса, которую получил несколько дней назад.

Вы и Казлаускас рассматриваете проблему с разных точек зрения, оба отвергая прежние объяснения. Поскольку Казлаускас цитирует авторов других теорий, ему следовало также процитировать Вашу теорию, ведь у него была возможность ознакомиться с ней по Вашему оттиску.

Книга Казлаускаса очень интересна и побуждает к размышлениям. Я полностью согласен с его подходом: первая задача филолога — объяснить формы исходя из внутреннего развития языка и только затем делать какие-либо выводы относительно прабалтийского или индоевропейского языка.

Однако название книги вводит в заблуждение и неверно. Следовало бы назвать её «Вопросы», или, как сказали бы немцы, «Beiträge» к исторической грамматике литовского языка. На самом деле эта работа — докторская диссертация. Этой весной ему присудили учёную степень, а степень доктора наук в Советском Союзе имеет большое значение с точки зрения зарплаты. Вводящее в заблуждение название, конечно, звучит внушительнее, чем «Вопросы», и, возможно, это было лучше для его карьеры.

Кстати, моя дочь Римгайла (сокращённо: Рима), ныне студентка последнего курса Пенсильванского университета, будет в Вильнюсе одновременно с Вами (то есть с 23 по 31 августа). Она получила стипендию Канзасского университета для изучения русского языка в Ленинграде. Она провела там шесть недель, а теперь вся группа из 170 американцев неделю осматривает достопримечательности Москвы. Они также посетят Одессу и Киев, а группа из Канзаса (49 студентов) неделю проведёт в советском молодёжном лагере. После того как остальные студенты 23 августа отправятся из Киева в Вену, она полетит в Вильнюс, а затем 2 сентября встретится с другими американцами в Амстердаме, чтобы вылететь домой. У моей жены и у меня есть родственники в Вильнюсе, и дочь навестит их. Если

53

Вы захотите воспользоваться гостеприимством литовской семьи — пожалуйста, навестите моих родственников Алдому и Витаутаса Виткаускасов в Вильнюсе. Адрес:

Vilnius 40 Naujakių g-vė 16—1

Они помогут Вам передвигаться по городу и осмотреть самые интересные места без официальных гидов. Я напишу Виткаускасам, чтобы предупредить их о Вашем приезде в Вильнюс. Но если у Вас не будет времени навестить их, просто не обращайте на это внимания. Они живут в Антакальнисе, недалеко от Института литовского языка.

В предыдущем письме Вы упомянули, что получили финансовую поддержку для поездки от Русского центра. Я планирую поехать в Литву следующим летом и, конечно, хотел бы получить от кого-нибудь финансовую поддержку. Возможно, Ваши сведения могли бы мне помочь.

С наилучшими пожеланиями,

Искренне Ваш, Энтони Салис 9 августа 1968 г.

Дорогой профессор,

Благодарю Вас за письмо от 5 августа 1968 г. Сейчас я читаю ксерокопию Вашей статьи и соответствующие страницы работы Й. Казлаускаса, которую получил несколько дней назад.

Вы и Казлаускас критикуете проблему с разных точек зрения, оба не соглашаясь с прежними объяснениями. Поскольку Казлаускас цитирует авторов других теорий, ему следовало указать и Вашу теорию, так как у него была возможность ознакомиться с ней по Вашему оттиску.

Книга Казлаускаса очень интересна и побуждает к размышлениям. Я полностью согласен с его методикой исследования: первоочередная задача филолога — объяснять формы, опираясь на внутреннее развитие языка, и лишь затем делать какие-либо выводы, касающиеся балтийских или индоевропейских языков в целом.

Однако название книги вводит в заблуждение и неверно. Следовало бы назвать её «Вопросы исторической грамматики литовского языка» или, как говорят немцы, «Beiträge...». Работа фактически является докторской диссертацией. Он защитил её этой весной, и в Советском Союзе докторская степень имеет большое значение для размера зарплаты. Вводящее в заблуждение название действительно звучит внушительнее, чем «Вопросы», и, возможно, это было важнее для его карьеры^*

Кроме того, моя дочь Римгайле (краткая форма: Рима), в настоящее время студентка последнего курса Пенсильванского университета, будет в Вильнюсе в то же время (то есть с 23 по 31 августа), что и Вы. Она получила стипендию Канзасского университета для изучения русского языка в Ленинграде.

* Примечание переводчика. Возможно, на выбор Й. Казлаускасом такого названия книги повлияло то обстоятельство, что в то время и диссертации, и монографии должны были рассматривать только «широкие» проблемы. Например, книга З. Зинкявичюса, в которой исследовались записи о взаимоотношениях и крещении жителей города Вильнюса начала XVII века, также должна была называться «Литовская антропонимика» (В., 1977); монография А. Валецкене, посвящённая категории рода, называлась «Грамматическая система литовского языка» (В., 1984) и т. п.

54

Она провела там шесть недель, и теперь вся группа из 170 американцев неделю путешествует по Москве. Они также посетят Одессу и Киев. Группа Кензо (49 студентов) проведёт неделю в лагере российской молодёжи. После того как остальные студенты 23 августа выедут из Киева в Вену, она полетит в Вильнюс, а затем 2 сентября встретится с другими американцами в Амстердаме, чтобы лететь обратно домой. У моей жены и у меня есть родственники в Вильнюсе, и дочь навестит их. Если Вы захотите погостить в литовской семье, навестите в Вильнюсе моих родственников Альдону и Витаутаса Виткаускасов. Их адрес:

Вильнюс 40, ул. Нуйакурю, 16–1.

Они могли бы помочь Вам познакомиться с городом и без официальных гидов посетить самые интересные места. Я напишу Виткаускасам, чтобы они знали о Вашем пребывании в Вильнюсе. Но если у Вас не будет времени навестить их, забудьте об этом предложении. Они живут в Антакальнисе, недалеко от Института литовского языка. В предыдущем письме Вы упоминали, что получили финансовую поддержку для своей поездки от Русского центра. Я планирую следующим летом поехать в Литву и, конечно, хотел бы где-нибудь получить финансовую поддержку. Возможно, Ваша информация окажется мне полезной.

С наилучшими пожеланиями

Искренне Ваш, Антанас Салис

[5]

15 октября 1968 г.

Дорогой коллега!

Спасибо за Ваше письмо от 6 октября 1968 года. Я совсем не против провести субботнее утро за работой над Вашей записью. Предлагаю 19 или 26 октября. Во второй половине дня мы будем рады принять Вас у себя дома, и, конечно, Остраускасы тоже будут приглашены. Сообщите, какая суббота Вам удобнее. Если Вы захотите позвонить, в четверг, 17 октября, я буду на кафедре с 9:00 до 16:30. По пятницам я обычно остаюсь дома. Мои телефонные номера: служебный — 594—8704, домашний — KI-4—1285.

Если Вы решите приехать 26 октября, у нас, конечно, будет достаточно времени, чтобы обменяться письмами.

В ожидании нашей интересной встречи остаюсь,

Искренне Ваш, Энтони Салис

15 октября 1968 г.

Дорогой коллега,

Спасибо за письмо от 6 октября 1968 года. Я с удовольствием проведу субботнее утро, работая над Вашей записью. Предлагаю 19 или 26 октября. После обеда мы будем рады принять Вас у себя дома; разумеется, Остраускасы тоже будут приглашены. Сообщите, какая суббота Вам удобнее. Если Вы захотите позвонить, в четверг, 17 октября, я буду на факультете с 9 до 16³⁰ часов. По пятницам я обычно бываю дома. Мои телефонные номера: рабочий — 594—8704, домашний — KI-4—1285.

55

Если Вы решите приехать 26 октября, у нас, конечно, будет достаточно времени для переписки.

С нетерпением ожидая нашей интересной встречи

Искренне Ваш

Antanas Salys

[6]

70.II.9

Дорогой коллега,

Благодарю Вас за любезное письмо. И впрямь — заколдованный круг с Казлаускасом. Впервые от Вас услышал, что Государственный департамент не хочет его впускать. Напишите, каковы эти препятствия для въезда: дело в том, что он член партии, или в чем-то другом? Или препятствием является то, что США не признают включение стран Балтии в состав Советского Союза? Одним словом, хочу услышать от Вас более точные сведения.

Если этим путем — по приглашению Вашего университета — ничего не выйдет, возможно, найдется другой способ, а именно частное приглашение. Только, возможно, будет труднее уладить финансовый вопрос. Частное приглашение было бы туристическим. Для этого Вы выписали бы личное приглашение — как знакомому другу-ученому, чтобы он навестил Вас. Такие разрешения в Литве дают без ведома Москвы. А по приезде, возможно, Вы все-таки смогли бы выплатить Казлаускасу то, что было предусмотрено, или хотя бы часть этой суммы, чтобы ему было выгодно поехать без собственных расходов. Попробуйте выяснить, нельзя ли как-нибудь обойти эти препятствия. Нужно пробовать всячески. А чтобы он, приехав к Вам, прочитал лекции, кажется, препятствий быть не должно. Ведь ученые из разных стран приезжают из-за границы и читают лекции даже в нескольких местах. Важно только, чтобы это учреждение или организация нашли возможность заплатить ему.

По гостевой визе (visitor’s visa) люди обычно приезжают на три месяца. Потом ее продлевают еще на более долгий срок. Если бы его можно было пригласить по частному приглашению, выделенные деньги не пропали бы. И при таком приглашении он наверняка успел бы приехать к началу осеннего семестра.

Я тоже ездил в Литву, минуя московский порядок обменов и без ведома Москвы, но все же имел стипендию American Council of Learned Societies. Поездку я устроил в частном порядке через Корсакса.

Кстати, я выписал личное приглашение одному приятелю, хирургу из Вильнюсского университета. И сообщили, что разрешение дано им обоим, ему и жене. Расходы на поездку они оплатят сами. А здесь мы уже позаботимся о них вместе с литовскими врачами. Если бы Казлаускас был уверен, что здесь ему заплатят, он мог бы сам купить билет на самолет туда и обратно. Бумага заканчивается, поэтому заканчиваю. Попробуйте.

Ваш А. Салис

P. S. О деле Казлаускаса лучше никому подробно не рассказывайте, то есть литовцам. Потом пойдут всякие слухи.

A. S.

[7]

70. III. 30

Дорогой коллега,

Спасибо за фотографии обоих писем. Итак, теперь у меня есть последние новости.

56

Вывод: ректору Кубилюсу не удалось прорвать московскую «стальную» завесу. И, конечно, лбом стену не пробьёшь. Хорошо хотя бы, что Москва наконец ответила. Это выражение в ближайшей (!) будущем как будто позволяет предположить, что позднее, быть может, что-нибудь и получится. Или же так лишь пытаются утешить Вас, разочарованного. Письмо Л. Владимирову (заведующему Библиотекой Организации Объединённых Наций, моему хорошему знакомому; его жена была моей студенткой) напомнило мне о деле Казлаускаса. И он считает, что ошибка была допущена, когда приглашение было отправлено официально по обмену (идущему через Москву). Если бы Вы пригласили его частным образом, то он, вероятно, приехал бы. Но, конечно, Вам было бы нелегко уладить финансовую сторону.

Если этим летом Вы будете в Союзе и примете участие в запланированной конференции по балтистике (вероятно, она будет всесоюзной + для демократических стран), у Вас будет возможность всё обсудить с Казлаускасом и выяснить, как миновать бюрократические препоны.

Буду ждать дальнейших известий, если Вы их получите.

С наилучшими пожеланиями

Ваш А. Салис

[8]

70. IV. 1

Дорогой коллега,

Куда-то задевал адрес проф. Мезероле. Прошу передать ему корректуру.

Кстати, Вы спрашивали о сотрудниках для библиографии белорусистики. Напишите проф. Charles E. Bidwell (Питтсбургский университет). Возможно, он согласится. Ведь белорусы избрали его в «Вучоны ў Беларусавядзе інтернацыянальнага інстытута Беларусаведы пад апекай святой Еўфрасінні Полацкай».

С наилучшими пожеланиями

Ваш А. Салис

[9]

70. IV. 10

Дорогой доктор,

Спасибо за письмо и всю информацию.

Я тоже слышал, что Bidwell болен раком. Возможно, лучше поискать другого сотрудника. Лучше всего было бы найти кого-нибудь в Минске. Ведь белорусские издания часто остаются неизвестными другим. Если Вы решите остановиться на Минске, я мог бы порекомендовать того или иного белорусского языковеда. Но, конечно, мы никогда не можем быть уверены, согласится ли приглашённый человек, даже если очень захочет. Ведь только партийные органы решают, кому разрешено поддерживать связи с зарубежными учёными. Хотя сейчас политические гайки затягивают довольно сильно, приглашение к сотрудничеству в «Библиографии» не было бы для приглашённого опасным. Если «вышестоящие» решат, что нельзя, он откажется, придумав какую-нибудь причину.

Из-за письма Бажанова не ломайте себе голову. Можете взять его и отвезти показать Казлаускасу (сам оригинал!). Это публичный документ, поэтому никто не сможет предъявить никаких претензий. Можете также сейчас коротко написать в письме Казлаускасу, что сожалеете о том, что Бажанов сообщил Вам, будто Казлаускас так «загружен» работой в Вильнюсе. Посоветуйте ему беречь здоровье и не переутомляться, ведь хороших лингвистов так мало.

Всего доброго,

Ваш А. Салис

57

[10]

70. VI. 1

Дорогой доктор,

С благодарностью принимаю Ваше любезное предложение и воспользовался Вашей услугой. Сегодня Special Delivery отправил от Вашего имени посылку с теми подарками для вильнюсцев. В пластиковом пакетике находятся вещи для Виткаускасов. Поскольку Вы, несомненно, зайдёте и к Корсаксу, чтобы воспользоваться чем-нибудь из собраний Института, я положил несколько пустяков и для его семьи (куклу его обожаемой внучке!), а ему самому — запрошенную книгу по литературе. Предметы для Корсаксов лежат в посылке отдельно. Может быть, найдёте место в своих чемоданах, чтобы прихватить эти подарки. Мне даже неловко обременять Вас этой посылкой. Но, возможно, когда-нибудь, снова побывав в Литве (примерно через пару лет), я смогу что-нибудь привезти Вам.

Кстати, я очень поздно получил письмо Я. Казлаускаса (очень любезное), написанное 30 марта. Подозреваю, что наша секретарша где-то его затеряла. Он, разумеется, приглашает и на ту конференцию балтистов. Сердечно поблагодарите его. Однако даже кошелёк не позволил бы каждый год летать в Литву. Придётся подождать и подкопить на поездку на более позднее время.

Я сам вскоре напишу ему обо всём. А пока передайте от нас обоих самые сердечные приветствия. Они оба такие милые, простые, душевные. Если Вам удастся каким-либо способом пригласить их погостить в Америке, скажите, что у нас им будут рады. Сейчас у нас гостит профессор А. Марцинкявичюс (хирург) с женой. Он побывал и в том чудесном центре операций на сердце в Хьюстоне. Они улетают в Литву 29. VI. Вернувшись, они должны повидаться с Казлаускасами.

К. Корсаксом в своём Институте правит «твёрдой рукой». Если Вам что-нибудь понадобится, обращайтесь прямо к нему. Ведь в Институте начали готовить к печати и Библию Бреткуна. Значительная часть работы уже выполнена, но потом что-то помешало. Корсакс сам Вам расскажет. Эта копия поможет Вам легче разобраться в довольно трудной рукописи Бреткуна. Желаю Вам и Вашей супруге счастливого путешествия и приятного пребывания в Литве.

Ваш А. Салис

[11]

70. XII. 28

Дорогой доктор,

Посылаю бо́льшую часть своего библиографического вклада. Ещё наберётся около дюжины дополнительных карточек, которые я пришлю через несколько дней. Baltistikos мой последний номер — V(2), 1969, а Kalbos kultūros — № 17. Больше у меня нет. Если у Вас есть более поздние номера, включите

Спасибо за письмо с копией Сабаляускаса и Вашей выпиской, предназначенной для Linguistics. Список выступавших на похоронах Казлаускаса примечателен. Говорили только «младшие» (самый значительный — декан Палионис). Не было ни ректора Кубилюса, ни Корсакса, а также ни одного русского, работающего в области литуанистики (а таких ведь несколько). О Степанове я тоже ничего не знаю. Их несколько, но ни один не связан с литуанистикой. Ведь вообще-то смерть Казлаускаса хотели оставить незамеченной. Только, видно, когда стали распространяться слухи, уже не могли молчать, и «Tiesa» XII. 4 опубликовала эту сфабрикованную версию смерти. Итак, молчали целых два месяца!

58

Посылаю Вам фотографию статьи К. Брадюнаса. Он был в Калифорнии и, возможно, что-нибудь узнал от Кожелиса.

Вы что-нибудь слышали от редакторов AP? Через ту госпожу, договорившись о шифре, я проверил бы слухи о смерти К. Она возвращается в Литву 13 января и вскоре напишет мне. Если американские информационные агентства не захотят ничего публиковать, мы подробно изложим всю историю (без подписи или под псевдонимом) в литовском журнале, например, Aiduose. Молчать нельзя. Как Вы думаете, не согласились бы американские балтисты и слависты публично выступить с каким-нибудь заявлением или протестом, когда у нас будут проверенные сведения? Я договорился с той госпожой, что если кто-нибудь заслуживающий доверия вскоре поедет в США, он привезёт и более подробные сведения из первых рук. Постараемся, чтобы об этом сообщили также «Голос Америки», Ватиканское и Мадридское радио.

Не думаю, что Ваша некрологическая статья удовлетворительна. Создаётся впечатление, что Вы верите версии смерти, опубликованной в „Tiesos“. Это было бы на руку советской пропаганде. Они сказали бы: американцы принимают официальную версию смерти за чистую монету, только «буржуазные националисты» распространяют клевету и выдумки. — Не думаю, что Казлаускене нуждается в материальной помощи. Если советские власти кого-то убивают и хотят это скрыть, то семью особенно хорошо обеспечивают материально. Кроме того, ей было бы трудно что-либо передать через незнакомого человека, поскольку она побоялась бы принять, чтобы потом её не обвинили.

С наилучшими пожеланиями, А. С.

P.S. Может быть, у Вас есть более чёткие фотографии Казлаускаса? Желательно покрупнее. Я верну. Заодно возвращаю и конверт.

[12]

71. I. 5

Дорогой доктор,

Мою часть библиографии Вы, вероятно, уже получили. Посылаю ещё несколько листков. На этом на нынешний год всё. Я ещё не получил VIII том академического словаря и № 18 журнала «Культура речи». Если Вы их получили, внесите в библиографию. Кстати, в моей карточке исправьте запись Kalbos kultūros. Номер должен быть 17 (а не 16, как ошибочно напечатано).

Я говорил по телефону с г-ном Дамбрюнасом. Он сказал, что 22 декабря «Голос Америки» передал ему сообщение о Й. Казлаускасе. Взяли то, что было написано в литовских газетах США. Вы получили от меня оттиски этих сообщений (за исключением «Науенос»). Он также рассказал мне, что через Польшу пришёл ещё один слух: Казлаускас предчувствовал, что его могут арестовать, и попросил двух своих друзей следить за ним издалека на улице. Эти друзья и наблюдали, как его арестовали. Один из них был специалистом по литературе Умбрасас (он преподавал в Вильнюсском педагогическом институте). Он тоже внезапно умер в Литве, ещё молодым (он был моим студентом). Внезапно умер и молодой историк искусства Будрис. Только позднее станет ясно, связаны ли эти смерти как-нибудь с гибелью Казлаускаса. Дамбрюнас хотел получить ещё больше сведений о Казлаускасе. Я послал ему ту информацию, которую Вы отправили в NYT и AP. В Вашингтоне они попробуют через знакомых распространить сообщение о Казлаускасе в Washington Post или какой-нибудь другой газете. Так, возможно, мы прорвём молчание и в американской прессе.

От возвращающейся в Литву 13 января госпожи я надеюсь к концу этого месяца получить подтверждение или опровержение слухов. Сразу же сообщу Вам. От Клима никаких известий.

59

не получаю. Он Вам писал, как там обстоят дела с ответом Кожелиса?

В прошлый раз я упоминал, что мне не нравится часть Вашего некролога Казлаускасу, где Вы цитируете Tiesą. Такого же мнения и Остраускас: советские сразу же использовали бы Вас в пропагандистских целях. Пока дело окончательно не прояснилось, думаю, в некрологе можно было бы лишь написать: died in unknown circumstances (возможно: mysterious or unclear?).

Интересно, кто теперь будет ответственным редактором «Балтистики». Похоже, им должен стать В. Мажюлис. Ведь он тоже член партии, а З. Зинкявичюс — нет. Мажюлис писал Вам в последнее время? Должно быть, о Сорбонне он теперь боится даже думать. Да и вообще храбростью он не отличается.

Если у Вас появится или будет что-нибудь новое, пришлите и мне фотографии (Xerox). Есть ли у Вас фотография Казлаускаса получше?

С наилучшими пожеланиями, Ваш А. Салис

[13]

71. V. 24

Дорогой доктор,

Благодарю за все письма и другие присланные фотостатические материалы. Ваша переписка и впрямь обширна. По окончании семестра отвечаю сразу на все поставленные Вами вопросы.

Прежде всего — о покойном Йонасе. Его смерть до сих пор остается загадкой, которая со временем всё же должна проясниться. Та дама, с которой я договорился поддерживать тайную связь с помощью шифра, до сих пор молчит. Почему она молчит, мне непонятно. Думаю, что и у неё нет ясных доказательств (кроме слухов) того, как погиб Йонас. Иначе она так или иначе дала бы мне знать (подтвердив или опровергнув распространяющиеся слухи). Впрочем, другие приехавшие из Литвы люди, связанные с режимом, пытаются распространять версию, будто Казлаускас переутомился, был психически расстроен и потому покончил с собой. Одному из этих людей я дал прочитать статью в «Акирачяй» и прямо сказал, что мы, судя по всем обстоятельствам его смерти (особенно по странному соблюдению Tiesos), не верим, что он ни с того ни с сего покончил бы с собой. В конце концов, прижатый к стенке, он согласился, что смерть Йонаса остается загадкой. Кроме того, подтвердилось, что примерно на третий день после исчезновения Йонаса по телевидению показали его фотографию, описали его внешность и попросили сообщить, не видел ли его кто-нибудь. Первое сообщение д-ра Клима, будто бы конфиденциальное, о том, что в телевизионных новостях сообщили о тяжелом ранении Йонаса в автомобильной катастрофе, было неверным. Ничего подобного не сообщалось. Остается выяснить лишь слух о черной «Волге», о котором писали «Драугас» и журнал «Į Laisvę». Однако и его пока нельзя принимать за чистую монету. С этими слухами нужно быть очень осторожными. Ведь, например, «Драугас» писал, что советские уничтожили (убили) также Ю. Лебедиса, Умбраса и Ю. Сенкуса. Что касается Сенкуса, это чистая ложь. Будучи в Литве, я сам видел, что он уже был развалиной (тяжело болел болезнью Паркинсона).

То, что Вам пишут о новой квартире для Казлаускене и государственной премии за книгу Йонаса, свидетельствует о нечистой совести и о желании успокоить Вас и «замять» грязную историю. Это обычная советская тактика — так улаживать неприятные истории. То, что партия считала Йонаса виновным, ясно показывает «Тиеса»

60

молчание о его похоронах и отсутствие на них высокопоставленных лиц. Когда я подчеркнул это своему собеседнику, он не смог мне объяснить. То, что коллеги покойного помогли Казлаускене переехать в новую квартиру, вполне понятно. Они, конечно, сделали это искренне, выразив уважение семье покойного. А то, что режим (слишком поздно!) решил почтить память Йонаса и обеспечить семью, не представляет опасности и для его коллег — проявить благосклонность и услужливость к вдове. Если кто-то из коллег и знает истинные обстоятельства смерти, официально он будет молчать об этом как земля. Вот такая, по словам Сабаляускаса, «советская действительность». Если и Вы когда-нибудь снова побываете в Литве, вряд ли кто осмелится сказать правду. Каждый дрожит за свою шкуру.

То, что я пишу Вам здесь по поводу Йонаса, считайте личной информацией, и не ссылайтесь на мою фамилию. Аргументы можете использовать от своего имени, где сочтете нужным. Ведь некоторые «ура-патриоты» считают меня прокоммунистом (после моей поездки в Литву).

Теперь о языковых вопросах. — Прежде всего о бреткуновском rupinais. Выражение взято из Книги Премудрости (Buch der Weisheit) 12:13. С Вашим переводом я согласен. Я проверил английскую Jerusalem Bible. Там переводится: For there is no God, other than you, who cares for every thing (вариант: all men). Сквирецкас перевел на литовский: Nes be tavęs nėra kito Dievo, kurs rūpintųsi visais dalykais. Я не сомневаюсь, что rūpinąis — это 3-е лицо ед. числа настоящего времени; такая же форма известна у прибрежных жемайтов (Дарбенай, Кретинга): rūpinąis (в диалекте: rūpėnās) = rūpinasi. Здесь у нас конечная частица ai, как и у прибрежных жемайтов, где говорят: yrāi, eināi, sākāi = yrā, einā, sākō. Кстати, Беззенбергер в Geschichte (Beiträge) пишет wissu. Это значило бы «всех» (род. п. мн. ч.), то есть visais (= all men). То, что Бреткунас пишет 2 sg. pažįstai (Geschichte 193), возможно, пруссизм или, может быть, pažįstai. То, что такая форма 2 sg. показалась рецензентам необычной, видно и по исправлению ne mekstais į nesimeksti. О том, что Бреткунасу нельзя полностью доверять, свидетельствуют и его формы 3 pl. pres.: randosi, randose, randos вместо randasi, randas (Gesch. 193 f). Ведь в своем родном диалекте он имел ā и, записывая по-литовски, допускал гиперкорректные формы: eidomas, bilodoms, turėdomi etc. (Gesch. 223 f) = eidamas, bylodamas, turėdami, а также Tiewomus, senome, kalbom = tėvamus, sename, kalbam(e), dowonots, Wakoro = dovanotas, vakaro (Gesch. 59 f.). Только позднее, в переводе Библии, он начинает последовательнее правильно употреблять окончания -damas. Еще о формах типа uraisin и т. п. Не помню, чтобы кто-нибудь объяснял их так, как Вы. Похоже, преимущество здесь за Вами. Но на всякий случай проверьте по подробной библиографии исследований прусского языка, составленной той полькой и указанной в нашей библиографии PMLA. В литовском языке такие формы, как упомянутая Вами pirmās, отмечены, например, в диалекте Гедрайчяй. Там ведь местоименные прилагательные почти исчезли, и pirmaasis склоняется как neįvardžiuotinis. Семантически местоименные формы несколько напоминают сравнительную степень. Ваше объяснение ничуть не хуже старого традиционного.

Пора уже заканчивать это длинное письмо. Кстати, в Чикаго нам не удастся встретиться, потому что по семейным обстоятельствам я не смогу участвовать в съезде. Моя дочь пополнила семью. Возможно, на съезде выберете и нового заведующего отделением литовского языка. Я отказался, уступив место более молодому.

Было бы приятно как-нибудь увидеть Вас в Филадельфии. Нам было бы о чем поговорить. Ведь в 1973 году я уже ухожу на пенсию. Если когда-нибудь приедете, я пригласил бы Вас остановиться у нас

61

на ночь.

С наилучшими пожеланиями

Ваш А. Салис

P.S. Сообщили, что сотрудникам библиографии не придется платить членский взнос MLA. В соответствии с этим я сообщил, что являюсь членом комиссии, как указал проф. Мессероле. Но PMLA перестал приходить ко мне еще в конце прошлого года. Я не получил даже программу прошлого съезда. Что-то не в порядке. Может быть, Вы напомните профессору, чтобы он уладил этот вопрос.

А. С.

[14]

72. I. 12

Дорогой доктор,

Посылаю весь библиографический материал, который смог составить по материалам библиотеки и имевшихся у меня журналов. Среди них Вы найдете и Kalbotyra 22, iii. У нас был только этот один номер.

Что удалось найти, добавил также из книг — кое-что и из белорусских. Пока не предвижу никаких дополнений. Спасибо за фотографии писем. Мне все интересно. Еще одна мелочь. В «Метраштисе печати» я нашел отдельную библиографическую запись:

Skausmas [Памяти доктора филологических наук Й. Казлаускаса. Выступления: Й. Палёнис, В. Мажюлис, Альф. Мальдонис, Г. Андрашюнене, А. Лана, А. Сабаляускас, Й. Степановас, С. Каваляускас] Tarybinis Studentas 27 ноября 1970 г.

По-видимому, это речи, произнесенные на похоронах покойного Йонаса. Ведь и Сабаляускас упоминал эти речи в письме. Странно, что он не прислал Вам этот номер T. S. Возьмите инициативу в свои руки и попросите его прислать. Если этот номер сейчас нельзя достать, пусть сделает фотографию Eros (это их ксероксом). Эти речи могут быть очень интересными, и, возможно, между строк удастся вычитать что-нибудь любопытное.

Недавно я был в Вашингтоне и еще разговаривал с той дамой, которая летом была в Вильнюсе. Она вновь подтвердила, что госпожа Т. Катиленене (моя бывшая студентка) в тот день, когда Йонас исчез, видела, как он ехал (сидел) в автомобиле, и он будто хотел ей что-то сказать, но автомобиль уехал.

На следующий день Катиленене рассказала об этом жене брата той вашингтонской дамы (они вместе работают). Но позднее Катиленене отрицала, что видела его. Мол, она ошиблась, перепутала Йонаса с другим человеком. Мое предположение: когда органы безопасности узнали, что рассказала Катиленене, видно, тут же схватили ее и запугали, чтобы она отреклась от своих слов о том, что видела его. О том, что я здесь написал, никому не говорите, даже д-ру Климу. Клим или кто-нибудь другой возьмет да и напишет об этом в печати, а тогда Советы прибегнут к репрессиям против Катиленене и, возможно, других лиц. Нужно быть очень осторожными.

С сердечным приветом

Ваш А. Салис

P.S. Интересно, сколько стоит грамматика Эндзелина? Может быть, мы закажем ее для книжного магазина.

А. С.

62

[15]

72. III. 27

Дорогой доктор,

Заодно отвечаю по всем делам и вопросам. Сегодня я отправил эту рекомендацию в Philosophical Society. Надеюсь, она окажется чем-нибудь полезна. Хорошо, что Вы сами собираетесь встретиться и обсудить вопросы прусского языка с Топоровым и Мажюлисом. Обмен мнениями, несомненно, будет полезен. Но не надейтесь разгадать все «прусские загадки». И в прошлом уже было придумано достаточно «бумажных» теорий. Нужно помнить, повторяю, хорошо помнить, что тексты записаны на немецком языке, с учетом местных письменных традиций и орфографических привычек той эпохи. Тексты приходится интерпретировать примерно так же, как интерпретируются старинные памятники латышского языка, написанные по-немецки. Желаю успеха. Другое дело — сами литовские писатели! Мне интересно, будет ли у Вас возможность встретиться с госпожой Казлаускене, когда Вы будете в Вильнюсе. Дело очень щекотливое. Но если Вы ее не навестите, можете ее обидеть. С другой стороны, помня о том, что за ней следит советская госбезопасность, она и сама может избегать встречи с Вами. Ведь режим, чтобы «замять» трагедию Йонаса, обеспечил ее достатком, в том числе и премией. Полагаю, Вам, скорее всего, посоветуют навестить ее в сопровождении кого-нибудь. Тогда режиму будет спокойно: вдова ничего лишнего не скажет, а разыграет официальную версию. Иное дело, если бы с ней удалось поговорить с глазу на глаз и не у нее дома. Но и в этом случае сомнительно, что она рискнула бы что-нибудь сказать.

Что касается разрешения на перевод грамматики покойного, дочь сказала, что уже три месяца нет никакого ответа. Ей сообщили из Индианы, что запрос повторят. Посмотрим, когда дойдем до дела.

Что касается Ромувы, я остаюсь при ранее сообщенных сведениях. Она находится в 120 милях от Торонто, в направлении Васага-Бич. Клим, должно быть, промахнулся.

Когда будете в Вильнюсе, конечно, навестите Корсакасов. Я еще не закончил переписку с ним по поводу задержанного материала со списком фамилий. Если дело повернется в положительную сторону, передам небольшую подарочную вещь его жене.

С сердечным приветом

Ваш А. Салис

63