LIETUVIŲ KALBOS LEKSIKOS RAIDA LIETUVOS TSR MOKSLŲ AKADEMIJA

О НЕЙТРАЛИЗАЦИИ ПЕРВОГО КОМПОНЕНТА СЛОЖНЫХ СУЩЕСТВИТЕЛЬНЫХ

В. ДРОТВИНАС

Сложные слова в литовском языке обычно возникают из словосочетаний. Словосочетание лишь очень редко по форме составляющих его элементов соответствует компонентам сложного слова: таких случаев сложения, когда члены словосочетания уже являются готовыми компонентами (ср. холодный борщ >šaltibarščiai¹), очень мало. Когда члены словосочетания становятся компонентами, их форма зависит от структурно-семантического типа сложного слова. Для превращения членов словосочетания в компоненты и объединения их в новое структурно и семантически целое образование применяются два способа: 1) соединение компонентов с помощью соединительных гласных и 2) соединение компонентов без соединительных гласных. Происхождение соединительной гласной чаще всего выясняется из происхождения первого компонента². Первый компонент сложных существительных (как и других частей речи) включает не только первую соединительную основу, но и средство, с помощью которого оба компонента соединяются в одно сложное слово, то есть включает также соединительную гласную³. Поэтому целесообразно выяснить, что происходит, когда члены словосочетания превращаются в компоненты сложного слова.

В школьных грамматиках утверждается, что соединительная гласная объединяет два слова в одно и что благодаря этому соединению мы получаем новое образование — сложное слово. Конечно, это верно. Функция соединения компонентов, прежде всего бросающаяся в глаза, морфоло-

¹ При соединении чаще сохраняется без изменений второй компонент сложного существительного, например: piktžolė, ср. žolė. Кроме того, словосочетание отличается от сложного слова ещё и тем, что последнее имеет одно ударение.

² Подробнее о словообразовании сложных слов с точки зрения составляющих их компонентов и употребляемых соединительных гласных см.: V. Urbutis, Dabartinės lietuvių kalbos sudurtinių daiktavardžių daryba, „Dabartinė lietuvių kalba“, Vilnius, 1961, p. 65—121; V. Drotvinas, XVI-XVIII a. lietuviškų raštų sudurtinių daiktavardžių daryba dėmenų atžvilgiu, „VVPI Mokslo darbai“, III, 1957, p. 203—220; V. Drotvinas, XVI-XVIII a. lietuviškų raštų sudurtinių daiktavardžių dėmenų jungimo būdai, „VVPI Mokslo darbai“, VIII, 1959, p. 59—90; V. Drotvinas, Lietuvių literatūrinės kalbos sudurtinių būdvardžių struktūriniai-semantiniai tipai (remiantis XVI-XVIII a. raštų medžiaga), „Kalbotyra“, VI, Vilnius, 1963, p. 75—97.

³ Впервые в литовском языкознании понятие соединительной гласной ввёл А. Шлейхер, см. Litauische Grammatik von August Schleicher, Prag, 1856, p. 132. Средство, используемое для соединения компонентов сложных слов литовского языка, первым назвал по-литовски К. Буга в 1910 г., первоначально обозначив его термином «jungiamoji balse». В работе 1911 г. «Apie lietuvių asmens vardus» К. Буга употребил термин «jungiamojo balsio». Закреплению этого термина способствовал и Й. Яблонскис, см. P. Kriaušaičio ir Rygiškių Jono Lietuvių kalbos gramatika. Etimologija, Vilnius, 1919, p. 186—187. Последний термин укоренился и получил всеобщее распространение в литовском языкознании.

14*

211

гическая, конструктивная: соединять члены словосочетания, превращающиеся в компоненты, в одно сложное слово. Однако использование соединительной гласной (как и непосредственного способа соединения компонентов) в стыке слов отнюдь не исчерпывается этой прямой функцией. Чтобы компоненты будущего образования были соединены, прежде всего необходимо иметь эти компоненты. Точнее говоря, первый компонент возникает тогда, когда благодаря стыку (в данном случае — соединительной гласной) первый член словосочетания приобретает такую форму, которой до того в литовском языке не было. Следовательно, соединительная гласная объединяет в одно образование не слова в тех формах, в которых они представлены в словосочетании, служащем основой сложного слова, а слова в таких формах, которые известны лишь как элементы соединения слов. Например, формы arkli-, dango-, pigy-, žvaka- воспринимаются не как формы падежей соответствующих слов, а только как первые компоненты сложных существительных arkli-gonė, dango-raižis, pigy-metis, žvaka-galis. Из этого можно заключить, что соединительная гласная на стыке слов в литовском языке выполняет и другую важную функцию, а именно функцию нейтрализации, или изоляции, грамматического значения первого компонента. Следует отметить, что функция нейтрализации распространяется и на сложные слова без соединительной гласной. При непосредственном соединении компонентов первый компонент (в том числе в случаях согласной основы) также приобретает грамматически нейтрализованную форму, как и компоненты, соединяемые соединительными гласными.

Степень грамматической нейтрализации первого компонента сложных существительных неодинакова. Она определяется разнообразием соединительных гласных или, в более общем смысле, происхождением первого компонента. Различаются случаи полной и частичной грамматической нейтрализации первого компонента.

Полной грамматической нейтрализацией первого компонента характеризуются такие сложные существительные, в которых соединительная гласная возникла по аналогии, то есть не зависит от происхождения первого компонента, как мы видели на примерах arkligonė, dangoraižis, pigymetis, žvakagalis. Полностью грамматически нейтрализованы также существительные с согласной основой, выступающие первым компонентом сложных существительных: ни одна падежная форма этой парадигмы не употребляется в качестве первого компонента сложения, а вновь появившаяся соединительная гласная также не образует падежной формы; ср. šun(ia)galvis. Наконец, первый компонент сложных существительных без соединительных гласных также полностью нейтрализован, поскольку такие формы, как darb- в слове darbdavys, в литовском языке самостоятельно, отдельно не употребляются.

Лишь частично нейтрализован первый компонент в сложных существительных, образованных от основ. Например, первый компонент существительного darbadienis darba- в литовском языке практически не употребляется, однако эта форма служит показателем всей словоизменительной парадигмы слова darbas. Кстати, частично грамматически нейтрализованные первые компоненты сложных существительных употребляются очень часто, поскольку в современном литовском языке сложных существительных, образованных от основ, значительно больше, чем образованных от падежных форм.

А как обстоит дело с грамматической нейтрализацией первого компонента в тех случаях, когда им является падежная форма имени? В сложных существительных, образованных от падежных форм, первый компонент морфологически совершенно легко распознаётся, и при этом без труда (если не считать некоторых семантически более сложных исключений) восстанавливается и само словосочетание, служащее словообразовательной основой сложного существительного; ср. darbotvarkė «порядок работы, дел», darbovietė «место работы», kojūgalis «конец ноги», rytomiegis «утренний сон», vargovaikis «бедняк, человек, живущий в нужде». Формы такого происхож-

212

Следовательно, соединительная гласная, являясь органической структурной частью слова, выступающего в роли первого компонента, разумеется, не выполняет никакой функции нейтрализации. Итак, если с точки зрения современного языка соединительная гласная совпадает с падежным окончанием, то у нас нет оснований говорить о грамматической нейтрализации первого компонента такого сложного существительного.

Нетрудно понять, что соединительная гласная сложного существительного arkliaganvs,-ė (а также arkliagonis,-ė) -ia-, будучи гласной на конце основы существительного с основой на ia, принадлежит только первому компоненту. Однако первые компоненты таких сложных существительных, как arklaganas, arklagonė, уже не имеют характерных для существительных с основой на ia гласных на конце основы. Поскольку ни одна падежная форма существительного arklys не содержит форм arkla-, arkli-, соединительная гласная в существительных этого типа принадлежит первому компоненту не органически, по происхождению первого компонента, а лишь формально, по аналогии с образованиями иной природы, имеющими в первом компоненте ту или иную гласную. Следовательно, соединительная гласная в составе первого компонента обычно бывает двух типов: чередующейся, когда она имеет характер основы или падежного окончания, и словообразовательной, когда возникает по аналогии с другими гласными на конце основ⁴.

Однако не следует переоценивать выполняемую соединительной гласной функцию грамматической нейтрализации первого компонента. Ведь пока оба компонента сложного существительного сохраняют свой первоначальный структурный облик, или, иными словами, пока они еще не подверглись деэтимологизации, грамматическое значение компонентов обусловлено самим способом соединения слов (точнее, целым рядом причин, под действием которых словосочетание превращается в сложное слово), а не одним элементом соединения — соединительной гласной. Возьмем, например, две формы сложного существительного: более старую sielavartas PS I 106 (кстати, до сих пор употребляемую в восточноаукштайтском диалекте) и современную sielvartas. И компонент siela, и siel- морфологически застыли, то есть одинаково изолированы и нейтрализованы. Следовательно, здесь мы имеем дело со случаем, когда первый компонент, хотя и не имеет формального, морфемного выражения, нейтрализован. Как мы уже отмечали, важно, чтобы его форма не совпадала с формой слова, реально употребляемой в языке.

Итак, в литовском языке грамматически нейтрализованные первые компоненты возможны и без соединительной гласной. Следовательно, функцию грамматической нейтрализации первого компонента выполняет соединительная гласная различного происхождения, однако, поскольку она часто выпадает, эту функцию выполняет и сам способ соединения слов (основ) в литовском языке. Первый компонент сложных существительных подвергается еще большей нейтрализации в тех случаях, когда выпадает не только соединительная гласная, но вместе с ней и весь слог первого компонента, ср. kirvakotis > kirvkotis > kirkotis. Однако такие случаи относятся к деэтимологизации сложных слов и составляют отдельную тему, поэтому здесь мы их рассматривать не будем.

Рассмотрев функции соединительной гласной в литовских сложных существительных, мы видим, что они неодинаковы. Они зависят друг от друга и обусловливают друг друга. Какая из этих функций имеет большее значение при соединении слов? Несомненно, важнее функция грамматической нейтрализации первого компонента. И это понятно: соединение компонентов невозможно до тех пор, пока не выполнена грамматическая нейтрализация первого компонента, то есть пока первый член словосочетания в результате нейтрализации не стал первым компонентом сложного слова. Следовательно, можно сказать, что функция нейтрализации первична и что фактически лишь после ее выполнения может осуществляться и вторая функция — соединения компонентов

⁴ Соединительную гласную словообразовательного происхождения -o- имеет, например, и такое сложное существительное, как rankogalis, где -o- является остатком суффикса -o- (ср. rankovgalis).

213

компонентов. Следовательно, соединение компонентов происходит только после нейтрализации и невозможно без грамматической нейтрализации. Исключение составляют первые компоненты сложных существительных падежного словообразования: грамматическая нейтрализация на них не распространяется, однако соединение компонентов происходит. В тех случаях, когда компоненты сложного слова соединяются непосредственно, функция грамматической нейтрализации первого компонента сохраняется. Благодаря этому возможна и функция соединения компонентов. Итак, здесь функция нейтрализации, имея нулевое грамматическое выражение, как бы сливается с функцией соединения компонентов.

С функцией грамматической нейтрализации первого компонента тесно связан и вопрос о семантической пустоте соединительной гласной. Среди языковедов нет единого мнения относительно функций соединительной гласной. Некоторые языковеды так или иначе игнорируют выполняемую соединительной гласной функцию грамматической нейтрализации первого компонента и отводят ей лишь служебную роль соединения двух компонентов. Эти языковеды придерживаются мнения, что соединительная гласная не имеет в слове никакой семантики, и предлагают считать ее «асемантической морфемой». Так как же обстоит дело с семантичностью соединительной гласной в литовских сложных существительных? Семантичность зависит от происхождения соединительной гласной. Если соединительная гласная является падежным окончанием, у нас нет оснований говорить о ее асемантичности. Считать соединительную гласную такого происхождения асемантической морфемой означало бы считать асемантическими и падежные окончания, выражающие отношения между словами в предложении. Однако, как мы видели, происхождение соединительных гласных в литовских сложных существительных неодинаково. Поэтому все соединительные гласные, возникшие по аналогии, естественно, асемантичны, хотя и они выполняют как функцию грамматической нейтрализации первого компонента, так и функцию соединения компонентов. Асемантичность соединительной гласной неоспорима и в тех случаях, когда ее изменение или выпадение никак не влияет на значение слова. Итак, асемантичность соединительной гласной — весьма яркая черта соединения слов в литовском языке⁵.

В заключение можно сделать следующие краткие выводы:

1) соединительная гласная — один из морфолого-структурных (не фонетических) признаков соединения существительных (и, в целом, слов) в литовском языке, характеризующих природу первого компонента сложных слов и особенности объединения обоих компонентов в одно образование;

2) соединительная гласная (или ее отсутствие по тем или иным причинам, то есть непосредственное соединение компонентов) выполняет при соединении слов две функции: а) грамматической нейтрализации первого компонента и б) объединения компонентов в одно образование; и

3) семантичность соединительной гласной определяется ее происхождением, а необходимость выступать структурной частью первых компонентов сложного слова зависит как от происхождения соединительной гласной, так и от фонетических законов, действующих на все сложное слово.

5 В других языках, например в немецком, выпадение соединительного элемента (обычно согласного) изменяет значение сложного слова, тогда как в русском языке соединительные гласные вообще не могут изменяться, варьироваться или выпадать, как это происходит в литовском языке. В русском языке сложных слов без соединительной гласной встречается лишь несколько, ср. дурачок, поклонка, ночлег.

214

К ВОПРОСУ О НЕЙТРАЛИЗАЦИИ ПЕРВОГО КОМПОНЕНТА СЛОЖНЫХ ИМЕН СУЩЕСТВИТЕЛЬНЫХ

В. ДРОТВИНАС

Резюме

В статье говорится, что форма первого компонента сложных имен существительных в литовском языке часто отличается от формы первого члена словосочетания, из которого сложное слово образовано. Способ словосложения характеризует и природу первого компонента. Поэтому способ сложения в целом, как и в частности, словосложение при помощи соединительного гласного выполняет не только „служебную“ функцию соединения компонентов в одно слово, но и функцию грамматической нейтрализации первого компонента. От грамматической природы зависит и семантичность соединительного гласного, который обычно является асемантической морфемой (за исключением случаев, когда соединительным гласным служит падежное окончание). Асемантичность соединительного гласного подтверждается не только природой его, но также и такой особенностью литовских сложных слов, когда соединительный гласный может быть совсем пропущен или заменен другим без какого-либо влияния на семантику сложного слова.

215