ŽODŽIŲ FORMOS IR JŲ VARTOSENA LIETUVOS TSR MOKSLŲ AKADEMIJA

K. ULVYDAS

ИЗ ИССЛЕДОВАНИЙ ЛИТОВСКОГО НАРЕЧИЯ

1. Простые наречия творительного падежа множественного числа с -ais

§ 1. Творительный падеж балтийских и славянских языков отличается особым богатством обстоятельственных значений. Это облегчает адвербиализацию данной падежной формы. Богатство обстоятельственных значений особенно характерно для творительного падежа литовского языка. Обстоятельственные значения выражаются главным образом творительным падежом существительного. В литовском языке настолько много наречий, образованных от форм творительного падежа, и они так часто употребляются, что здесь окончание творительного падежа существительных (особенно множественного числа) нередко можно считать словообразовательным суффиксом наречий (по крайней мере в тех случаях, когда наряду с наречием на творительный падеж соответствующее существительное уже не употребляется).

Интересно, что в литовском языке творительный падеж множественного числа ничуть не уступает творительному падежу единственного числа по богатству обстоятельственных значений и тенденциям к адвербиализации. Наречия с застывшим окончанием творительного падежа множественного числа встречаются чаще, чем наречия с застывшим окончанием творительного падежа единственного числа. Поэтому вполне можно говорить о том, что застывшее окончание творительного падежа множественного числа в большей степени приблизилось к словообразовательному суффиксу наречий.

В целом наречия, образованные от творительного падежа, в литовском языке бывают двух типов: одни возникли непосредственно из форм творительного падежа в результате адвербиализации, другие образованы с окончанием творительного падежа в качестве суффикса по уже существующим образцам наречий. Строгую границу между первыми и вторыми провести невозможно. О суффиксальном образовании наречий от форм творительного падежа можно говорить лишь условно, то есть не забывая о том, что значительная их часть — не что иное, как адвербиализированные формы творительного падежа существительного или другого имени. Анализ словообразования наречий на основе творительного падежа трудно или даже невозможно отделить от анализа их структуры.

§ 2. Распределение наречий, образованных от творительного падежа, по основам пропорционально распределению имён по основам: чем чаще встречаются имена с той или иной основой, тем больше и наречий с этой основой.

Ниже перечислены основы, наиболее продуктивные и наиболее часто встречающиеся в образовании и структуре наречий с застывшим окончанием творительного падежа множественного числа: a, ia, o ir io. Среди них особой интенсивностью словообразования и частотностью употребления отличается основа o, от которой образуются целые ряды простых, приставочных и двусложных наречий. Среди всех остальных основ несколько большей продуктивностью и распространённостью отличается только основа ę. И наконец, основы i, u ir iu играют очень незначительную роль в образовании и структуре наречий с застывшим окончанием творительного падежа множественного числа. Согласная основа почти не представлена; уже само окончание творительного падежа множественного числа существительных с такой основой совпало с окончанием существительных основы i.

7

§ 3. Здесь уместно сделать несколько замечаний относительно словообразовательной и структурной классификации наречий творительного падежа.

Как уже могло выясниться из вступительных замечаний, при изучении функционирования и структуры наречий творительного падежа целесообразно прежде всего разделить их на две большие группы. Первую группу составляют наречия, соотносящиеся с формой творительного падежа единственного числа, вторую — наречия, соотносящиеся с формой творительного падежа множественного числа. Таким образом, по внешнему облику выделяются наречия творительного падежа единственного и множественного числа. Однако, разумеется, грамматическая категория числа совершенно чужда наречию и абсолютно не играет здесь никакой смысловой роли.

Далее каждую из названных здесь групп следует подразделить в зависимости от того, с существительными какого типа основ соотносятся сами наречия. Следовательно, можно говорить о наречиях творительного падежа единственного числа существительных основ a, ia, o, io и других типов, а также о наречиях творительного падежа множественного числа существительных тех же типов основ. Поскольку наречия творительного падежа соотносятся как с простыми, так и с приставочными, а также со сложными существительными, то внутри каждого типа основ следует вновь выделять группы простых, приставочных и сложных наречий творительного падежа единственного и множественного числа.

Классификацию наречий творительного падежа по типам основ диктует сам анализируемый материал. Такая классификация обусловлена именно тесной словообразовательной и структурной связью наречий творительного падежа с существительными, особенно с именами существительными. В целом все наречия, соотносящиеся с падежными формами существительных, легче всего распределяются по словообразовательным и структурным признакам, характерным для тех частей речи, от которых они произошли или по образцу которых были образованы.

Следует также добавить, что форма творительного падежа с предлогом может образовывать наречия, соотносящиеся с предложными конструкциями. Главный компонент таких наречий (застывшая форма творительного падежа), в свою очередь, может быть простым, приставочным или сложным.

Чтобы читатель мог составить хотя бы приблизительное представление о словообразовании и структуре наречий, соотносящихся с формами творительного падежа множественного числа, ниже приводится словообразовательное и структурное описание одной группы таких наречий с необходимыми иллюстрациями, взятыми как из различных письменных источников, так и из диалектов. К этой группе относятся простые наречия творительного падежа множественного числа, соотносящиеся с простыми (не имеющими приставки) существительными основ типа a. Это простые наречия творительного падежа множественного числа с -ais.

Как и рядом со многими другими, среди наречий творительного падежа множественного числа встречаются промежуточные случаи — переходные формы, которые следует отличать от собственно наречий творительного падежа.

Исследование простых наречий творительного падежа множественного числа с -ais показало, что наряду с ними существуют периферийные явления — периферийные слова, внешне совпадающие с этими наречиями, однако не связываемые или связываемые с формами творительного падежа лишь с большой осторожностью. Окончание таких периферийных слов -ais часто не имеет ничего общего или имеет очень мало общего с окончанием творительного падежа. В таких случаях это -ais чаще всего не что иное, как частица или сочетание частиц, встречающееся особенно часто в неизменяемых словах.

В описании не избегаются ни упомянутые здесь переходные формы, ни периферийные слова, поскольку вместе с ними собственно наречия рассматриваемой группы выступают более отчетливо.

8

§ 4. При рассмотрении функции наречий в простом (непрефиксальном) творительном падеже множественного числа существительных a-склонения прежде всего следует отметить, что наряду с полностью застывшими формами в языке имеется огромное множество форм творительного падежа множественного числа, употребляемых в значениях образа действия, места, времени и других обстоятельств и по-разному соотносящихся с наречиями.

§ 5. Некоторые из таких форм всё ещё сохраняют ясное объектное значение, и связывает их с наречиями лишь общность обстоятельственной функции. Эти формы ещё не обнаруживают никаких признаков семантической изоляции и легко отделяются от наречий. Они ясно воспринимаются как существительные в творительном падеже со значением образа действия (gab alais, kekulais, lapais, lašais, pipirais, pluoštais, pūdais, skatikais, skreitais, šmotais, vilkais, želmenais), места (keliukais, pėdais, purvynais), времени (metais, anais metais, tais pačiais metais), цели (savo reikalais) и другие формы творительного падежа.

Сахар нарублен кусками (rš.). Мясо носили кусками. ŽemR₂ II 174. Горе моё лист за листом распускалось, ветка за веткой ветвилось. JablLP 86. Пот с него каплями стекал. JablLP 86. Посеяли перцем, взошло монетками, расцвело невестами, состарилось девушками (гречиха). JablLP 86. Волосы у него пылят пучками. ŽemR₂ II 464. Носил пудами. ŽemR₂ II 253. Принёс кусками и набил мешочек, чтобы положить под голову. ŽemR₂ II 115. Грязь летит комьями. Don. Волками выли. TŽ V 143. Из них удобрения разлетаются вокруг ростками (Baran) JablLP 88.

Гнали просёлками… никуда в сторону не пускали. ŽemR₂ II 236. Начал гнаться следом. TŽ V 127. Бредя по грязи по колено рядом с телегой, от нетерпения только и хлещет измученных кобыл. ŽemR₂ II 297. (Ср. также творительный падеж, сохраняющий объектное значение, в сочетании, управляющем родительным падежом šonais ‘сторонами’: abiem šonais ‘с обеих сторон’ Lkm, Rgv.)

Договорились нанимать девушек на год. ŽemR₂ II 166. Если бы со мной обращались по-человечески, я бы и там год проработала. JablLP 82. (Ср. выражения anais metais ‘в прошлом году’, kitais metais ‘в следующем году’, tais pačiais metais ‘в том же году’, taikos metais ‘в мирные годы’, tarybinės santvarkos metais ‘в годы советского строя’, где согласованные и несогласованные определения ещё больше усиливают именное значение творительного падежа metais ‘годами’.)

Он уехал в Каунас по своим делам. JablLP 84. (Но ср. Моя хозяйка… ушла в городишко по делам. ŽemR₂ II 167, где уже заметно некоторое ослабление объектного значения творительного падежа reikalais ‘делами’, употреблённого без определения.)

§ 6. Объектное значение творительного падежа множественного числа у других существительных, хотя и сохраняется, уже несколько поблекло. Поэтому не всегда легко отграничить такие формы от наречий: из-за языкового контекста и лексического значения главных слов они нередко оказываются почти на промежуточной стадии между существительными в творительном падеже и наречиями. Такие переходные формы a-склонения также употребляются в значении образа действия (būriukais, čiūgais и т. п.; ср. польск. cug, нем. Zug, kelmais, perkūnais, pulkais, tunt ais), места (kra štais, r ūožais, r ūožtais, šmotais и т. п.; ср. польск. szmat «кусок»), времени (rytais, vakarais) и других обстоятельственных значениях.

Ветры жгут, будто палят, дождь хлещет крупными струями!.. ŽemR₂ I 281. Страшно сколько солдат — поля почернели, идут сплошной чередой. Ktk. Овечки идут по пашне вереницами. Kkl. Клял громами, пнями. ŽemR₂ II 260. Не по одному — мы падали толпами. SNėrP II 276. (Ср. tuntais «массами» SD 66).

Полосами прошёл дождь. Sv. Полосами опушка касается леса. TŽ V 128. Полосами дождит. Ldvn, Kp. Полосами желтели овсы, полосами лежала пшеница цвета мутной воды, пятнами розового и лилового оттенков поднималась на возвышенности болотная растительность. CvR VII 105.

9

Периодами… дождь. JabLLP 80. Местами обожжённое солнцем (обожжённые солнцем). Krtn. Местами и семени не осталось. ŽemR₂ I 399.

Утром рано встаёт, вечерами сразу ложится. JabLLP 81. По утрам долго по полям ходил туман. CvR VIII 164. По вечерам крестьяне видели Юргиса Стадалныка, ходившего по межам. CvR I 151. По вечерам от этого дома весело, приятно… ŽemR₂ II 373.

Ср. здесь также творительный падеж числительных: pirmais, antrais, šimtais, vienais и т. п. в предложениях: Pirmais antrais skaičiuok! (rš.); Jie mirė šimtais, tūkstančiais (TŽ V 107); Girtas penkiais šešiais (važiuoja), o pagiriomis nė vienais (JabLLP 78).

§ 7. Ещё другие формы творительного падежа множественного числа существительных в контексте речи приобретают настолько обобщённое и абстрагированное предикативное или образа действия (šmorais, šmuorais), места (šonais, tarpais), времени (šorais, šuorais, tarpais, tropais sl.; ср. польск. trafem «случайно, неожиданно», нем. sich treffen «случиться») значение обстоятельства, что их семантическое обособление от существительных совершенно нетрудно заметить. Такие формы творительного падежа словно перешли промежуточную ступень между существительными и наречиями и настолько приблизились к наречиям, что их почти невозможно от них отличить.

Крашеная одежда никому не нужна: солнце её выжгло — и она пошла šmorais. Ktk. Šmorais идёт дождь. Ldvn. Снег налетает šmorais, а потом снова исчезает. Ds. Да ведь дождь идёт не сплошь — набегает šmuorais, прольётся. Pg.

Шагай боком (рядом, вбок). PnmR. Два дня шонайс шёл дождь. Slm. И гремит, и дождь идёт шонайс. Lp. Среди всего этого, тесно прижавшись к столу, торчат ножи, а местами и вилки мешаются. ŽemR₂ III 216. Пашни сереют, рожь колышется, яровые и клевер зеленеют, местами зелёные луга, изрезанные речками и переправами. ŽemR₂ II 469. Местами посеяны овощи — свёкла, морковь, бобы… ŽemR₂ I 251.

То смеётся, то плачет. Kp. Нынче уже местами дождь прошёл. Lp. И здесь местами дождь идёт. Rd, VIkv. Время от времени люди наведываются и в колонию (на хутор), но всё же не в улицу (не в деревню). Vj.

§ 8. Таким образом, мы подходим к наречиям творительного падежа множественного числа простых (неприставочных) имён на основу a, которые, в свою очередь, неодинаковы по характеру и тенденциям своего образования, а также по степени закреплённости. Однако, чтобы хотя бы вкратце всё это обсудить и объяснить, прежде всего необходимо ознакомиться с конкретным материалом как в разговорной, так и в письменной речи, то есть с самими наречиями, их основными значениями и, насколько это помогает понять их образование и структуру, их употреблением в предложении (пока не в жанрово-стилистическом отношении). С этой целью здесь и приводится хотя бы часть примеров, собранных из различных источников.

áiktais — «прахом, впустую»: Bitys jo áiktais išėjo. J (LKŽ I 37).

áitais «прахом, впустую»: Áitais ėjo, áitais ir išėjo. Lnkv; Dirbau, dirbau, ir tas darbas áitais nuėjo. Rm; Áitais eina, išėjo. Kp.

almais 1. «потоком»: O, kad eina vanduo — almais, rumulais. Trk; 2. «сломя голову, гурьбой»: Almaïs puola vaikai praustis prieš pusryčius. J.

ankštainais «(очень) рано»: Geras buvo vaikis, ryto metą ankštainais pašokęs liuoba nubėgs prie arklių į lauką, pakylęs, suvežis. Šv.

ankštáinintais «(очень) рано»: Tėvukas ankštáinintais liuoba atsikels dar neprašvitus, pats pirmasis. Šv.

10

очень рано «(очень) рано»: Что ты теперь так рано поднялся (встал) очень рано.

Pgr; Ankstėinais kėliau, saulė dar negreit tekėjo. Kv; На следующий день рано вскочив, Гумбас прямо отправился к учителю детей Кеселене, Юргису. _ŽemR₂ II 15.

очень рано «(очень) рано»: Я встал очень рано, ещё задолго до рассвета. Vdk.

очень рано «(очень) рано» Vvr: Мы сегодня утром очень рано встали. Grg.

очень рано «(очень) рано» Šv: Семья сегодня очень рано вернулась с работы. J.

поблизости «рядом, неподалёку», поблизости «то же»: Не спросить ли здесь поблизости у кузнеца? Rm. Поблизости телеги поставили (на рынке…). Gs:

aukštynāikais „aukštynaikai, aukštieninkom“: Aukštynāikais gulėti. Užv.

вверх ногами «вверх, кверху»: Он лежал вверх ногами. BsV 273.

пустыми обещаниями «пустяками, одними намерениями, обещаниями» Šts, Krš, Užv: Обещал, обещал приехать, да, видно, так пустыми обещаниями и закончится. Akm; Обещаете уже третью неделю, но я думаю, что так у вас одними обещаниями и останется. Lž.

иногда (иногда) диал. «иногда», ср. польск. czasem «то же»: Иногда здоров, иногда болеет. Gs; Иногда весел, иногда печален. Gs¹.

местами Gs, Ldvn, Šd, RŽ 70 (daiktais): Иногда уже сухо. Skr; Корка пирога иногда уже черствеет, её смачивают водой. Skr; Иногда растёт осот, а иногда — нет. Vlkv; Иногда идёт дождь, иногда земля сухая. Knv; У нас иногда и хорошие земли бывают. Knv; Река иногда пересохшая. K.

даром диал. «зря, бесплатно», ср. польск. darmo «то же»: Даром там никто работать не будет. Pc.

с доказательством диал. «по расспросам», ср. польск. dowód «доказательство»: Пастух приходит к нам по расспросам, то есть спрашивая дорогу. J.

даром (ср. darmais) диал. «зря, бесплатно» Krtv: Даром раздавал [одежду]. Ktv.

dykais „veltui, dykai“: Dykais negausi. Gs.

dōlais — «пустяками» Ldvn, Krsn, ср. польск. *iść w dół* «ухудшаться, приходить в упадок»: Немного сена пропало даром! Rdm.

dūrmais — «сразу следом, вслед, по пятам»: Они шли за нами следом. Pn.

dvynais «двойнями, по двое (о двойнях)»: Gera avis dvynais veda. Kp.

džiugais «толпами»: Eina žmonės džiugais. Mžš.

gratomais «рядом»: Gratomis, gratomais stovėti. LKŽ III 522.

gratumais «рядом»: Abudu gratumais stovėjom. LKŽ III 522.

grečiumais «рядом» J II 469.

greitais «наспех»: Darbas greitais bieso vertas. Ad.

gretais «рядом»: Juodum gretais į svetlyčią įžengiant. TP 1881 38.

gretimais (gretymais) «рядом»: Petras gretimais stovėjo. Št; Stovi gretymais. Jn; Gretymais pasiubdavojo stubas. Gs.

gretōmais «рядом»: Bačkelės dvi sudėtos gretōmais. Pln; Gretomais jaunos eglėlės, skujų raudonais burbulėliais šakos apkibusios korulo. _ŽemR₂ I 188.

¹ В других случаях та же форма превращается в модальное слово: Не найдётся ли у тебя сейчас рублика? Gs., Нет ли у тебя сейчас овса на продажу? Pn., Не можешь ли сейчас одолжить денег? Ldvn. Далее ср. модальные слова с тем же корнем и тем же значением čėsmais, čėsumais: Не забрал ли ты сейчас мой нож? Pn. Не случалось ли тебе видеть лошадей? Ėr.

11

gretùmais «рядом»: Жили рядом. Šts; Их дома стоят рядом, то есть рядом J; Кровати у нас стояли рядом. Kal.

gretuomais «рядом»: Тот сосед живёт рядом. Grg.

grìžalais «возвращаясь, возвращаясь»: Я ехал, возвращаясь. Als.

grìžulais «возвращаясь, возвращаясь»: Я ехал, возвращаясь домой. Š.

juokais 1. «шутя, не всерьёз (со значением образа действия и дополнительными значениями цели и причины)»: Ты это здесь шутя делаешь или всерьёз? Lp. Мужчина плачет, а она — шутя. Šts; Я только шутя так сказал. Sv; Девочки шутя дразнят Домаса. ŽemR₂ III 144; Вероятнее всего, он сказал это шутя, будучи в хорошем настроении. CvR VIII 119². 2. «легко, без всякого труда»: Жизнь прошла легко. Prn; Зима прошла легко, без всякого мороза. Šts. 3. «от смеха (значение причины)»: Падать в обморок от смеха. Jabl; Все умирали от смеха. Lp; Я чуть не перевернулся от смеха. Šts; Он, глядя, падает от смеха. Vb; Умереть от смеха. Jabl; Даже не перестаёт смеяться — кто такую сказку будет читать? Šts; Не сдерживаться от смеха. Ss; У него глаза блестят, губы не смыкаются от смеха, он не стоит на месте и не усидит. ŽemR₂ III 139; Можно умереть со смеху. B; Все разразились смехом. Jabl; Разразиться смехом. Jabl; Мы лопнули от смеха. Šts; Дети, слушая эту сказку, даже катались от смеха. Jabl.

kàislais «впустую, зря»: Овцы пропали зря. Als; Сын ушёл зря. Slnt; Дети стали идти к худшему, то есть приходить в упадок. J; Его дочери пошли прахом. Tl; Гуси пропали зря. Ms; Работа пошла насмарку. Trk.

kàistais «временами, время от времени, не постоянно»: Временами помогают работать дети, которые учатся. Bržr.

kàrtais «иногда, время от времени» SD 34, R, K, RŽ 70, Kp, Ps, Krtn; Иногда враги так умеют скрываться, что, разыскивая их повсюду, не сможешь найти. Don. Иногда и волки умеют казаться ласковыми. JablLP 81. Иногда цокот копыт стихал, иногда раздавался громче. CvR VIII 164. Иногда и ястреб кукует кукушке. VienP 149. Вдали иногда грохочет и шумит. TilvBV 37³.

kebezdais «головой одного к ногам другого (лёжа)»: Они лежат валетом. Snt.

kepersais «косолапя, ковыляя»: Спутанный конь ковылял, косолапя. J.

keperzais «галопом»: Конь бежит галопом. J.

kevaldais (keveldais) «кувырком»: Покатился кувырком. Vkš.

klupstinais «спотыкаясь, ковыляя»: Хозяйка ксёндза снова бежала, спотыкаясь (рукопись).

kryžmais «крест-накрест, крестом»: Сложил руки крест-накрест. Gs. Она, не спеша, прошла мимо снопов, сложенных крест-накрест, а в тени под ними нашла стоящий кувшин. BaltRn 18.

lýgmais «наравне, одинаково»: Моя родина почти сравнялась с его родиной. J. lýgumais «наравне, одинаково»: Они теперь уже наравне: ни один ничего другому не делает. Šts. Мы теперь наравне (играя в карты). Slnt.

² Plg. не (nebe) juokais «не шутя, серьёзно, по-настоящему»: Тогда он уже не на шутку ломился в дверь. ŽemR₂ III 73; Хозяин трактира уже всерьёз вцепился в немца. CvR V 66; Тогда-то Канопа поверила, что она всерьёз отпускает её домой. Gud-GuzKIT₁ II 21 Черешка по-настоящему испугался: а вдруг сам инженер захочет зайти и проверить? BaltrPS 158.

³ Далее ср. ту же форму, превратившуюся в модальное слово: Неужели ты родом из Тельшяй? Als; Вайто́шка подозрительно посмотрел на кладовщика, не задумал ли и тот посмеяться над ним. BaltrPS 162.

12

mainaĩs «в обмен» Kp, Vlkv, Rm, Vad, Jnšk: Того коня получил в обмен. Sv. Я обменяю коней. Kal. Пойдём меняться. Gs.

mostais «попусту»: Обещал попусту (обещал, но не выполнил). Slm.

niẽkais (попусту Ldyn) «зря, впустую, попусту»: Попусту проводит время. DLKŽ 500. Вовремя посеяно, вовремя всё убрано, нигде ни зёрнышка не пропало зря. ŽemR₂ IV 215. Выброшенные зря деньги (рш).

nuõstais «попусту»: Попусту шёл, попусту и ушёл. LKŽ VIII 957.

õpstrigais «галопом, скачками»: Ей не надо цепляться, галопом бросается в глаза. Gs.

pálparybais (párbar ybais Slnt, pãuparybais ср., pauparýgais Ds) «попусту, впустую, зря (обычно с формами глагола eiti ‘идти’)»: Идти впустую (ничего не делать, бездельничать). Grg, Pln, Sd; Родители посылают ему последние деньги, а он себе идёт зря. Slnt.

piẽstais «на задних ногах» Slč: Его конь … встаёт на дыбы. ŽemR₂ III 136.

pilnais «полной телегой»: А как дела — едете полной телегой? Alk.

plėšais «изо всех сил, напористо, с надрывом»: Пока была молодой, изо всех сил шла на работу. Trg.

pliupsais «всей толпой»: Валились из дверей всей толпой. Trg.

põstais диал. «попусту, впустую, зря», ср. польск. pusty «пустой»: Вышло впустую. Ms.

priẽšais 1. «перед глазами, впереди (в значении места)» DLKŽ 623, Rž, Lsl 177: Впереди словно встали огромные стены — облака. ŽemR₂ III 6; Впереди в зеве зияла огромная дымящаяся расщелина. Gud-GuzKIT 688; Они с Бублисом остановились друг перед другом. SimonP 1324; 2. «наперекор (в значении образа действия)» Разве я говорил тебе что-нибудь наперекор? CvR IV 298; 3. «впереди (во временном значении)»: Вся работа ещё впереди. DLKŽ 623; Впереди время стоит помрачённое. JanR 124⁵.

puostais (pūstais Skd) Šl «попусту, впустую, зря», ср. польск. pusty «пустой»: Гуси ушли зря. Kri.

rētumais «редко, время от времени»: Выпиваю, но редко. Šts.

rōbrais «ползком, на четвереньках»: Так темно — домой доберётся только ползком. Všk.

rōžais — лит. «иногда», ср. польск. raz «раз, случай»: Rōžais geresnis, rōžais vos bedūsu oja. Sv.

rumulais «струёй, потоком»: O kad eina vanduo – almais, rumulais. Ttk.

saváimais «само собой»: Saváimais ėmė gyti ir išgijo. Jabl; Saváimais išmoko. Jabl; Votis saváimais išnyko. Jabl.

sėdimais (в речи пожилых людей) «рядом»: Jie sėdimais gyvena. Slm.

skubōtais «торопясь, поспешно»: Skubōtais bėgau bėgau, tai ir kojų netekau. Lš.

skundais «мало, скудно»: Pašaro šiemet skundais teturim. Ll. Теперь мяса ne skundais: paršą papiovėm. Ll.

striokais (strokāis) лит. «в спешке, второпях; из-за поспешности», ср. польск. strach «страх»: Viską striokais daro. Gs; Strokāis pamiršo rūbus išsivilkt. TŽ V 122.

štumulais (stumulais Sr) «толпами, всей гурьбой, кучами; сломя голову» Sr.

sūkais «прочь, ко всем чертям»: Eik sūkais K I 608, 502, II 103, 151.

šalìmais Šd, Rd, Sb (šalìmais RŽ), šalýmais (šalým ais Slm, šalýmais Vb) «рядом, по соседству»: Atsigulė šalìmais. Krkn; Su juo mes gyvenam šalìmais. Mšk; Vincas

⁴ Ср. в нижнелитовском диалекте prýšais: Veizu – prýšais zuikis keverst keverst ir atlek. Lkv.

⁵ Ср. priešais как предлог, употребляемый с винительным падежом, а в нижнелитовском диалекте — с родительным.

13

сидели на высокой скамье, а мы шли рядом и всю дорогу пели. BaltRn 38; На ночь диванчик отодвинули от стены, и братья легли на него рядом. Gud-GuzKLIT 170⁶. Эти два дома стоят рядом, то есть бок о бок. J. II 468⁷.

š nairais «искоса, косо»: Š nairais žiūrėti. Bru.

šūk a is «галопом; выкрикивая»: Arkliai bėga šūk ais. Šts; Arklys eit šūkais. Plt; Gyvatė šok šūkais. Šts.

tyliukais «тихонько, очень тихо»: Tyliukais išsprukau gatvėn (rš.).

tolimais «далеко, вдалеке»: Jiedu tai tolimais sėdi. Bsg⁸.

ubagais Sv, Ldv (ubagais TŽ V 141) в знач. «на ветер, в жертву, нищими»; ср. польск. ubogi «бедный, нищий»: Gerė, gerė, ubagais išėjo. Gs; Išvarys Sragys ubagais. ŽemR₂II 50; Ubagais vos tik pasivaikščiojo. ŽemR₂ II 179; O tu važiuok sau ubagais. ŽemR₂ I 285; Būblo pati atėjo su vaiku ubagais. SimonP 177.

ulduru, uldurais «водоворотами, вихрями»: Didžiai kriok, ulduru, uldurais ein vanduo. Škn.

ūmais «быстро, поспешно, внезапно»: Linkėjo, kad ūmais namo važiuotų. ValR 194; Ūmuotas vėjas ūmais užėjo (Žem).

ūpais DLKŽ 890 (ūpais Gs) «иногда, временами, время от времени»: Ūpais skauda, ūpais ne. Pc; Tris dienas lijo ūpais: pereina ir vėl užeina Tr; Ūpais sninga: nustoja ir vėl pradeda. Er; Ūpais pavažiuoja gerai (kur geresnis kelias), ale daugiau pėstom varos. Pg; Ūpais kad papučia vėjas. Pg.

ūpkais «в сердцах, в горячке»: Pasakiau: Marė gera, tai ir viena, ir kita, Utena ir ta, — ūpkais visos: „Pajuodmėšė, skūra…“ Mrk.

upstais «изо всех сил»: Upstais puls vaikas prie auklės. J.

ūrmais Gs (urmais Sr) в знач. «всем скопом, сломя голову, быстро», ср. польск. hurmem «большой толпой, вместе», белорус. гурmam «то же»

ūrmu ūrmais (ср. ūrmais) «всем скопом; сломя голову, быстро»: Ūrmu ūrmais padarėme supuolę, t. y. vienu kartu, vienu būriu. J.

urm ul ais «потоком, струёй, шумно, быстро»: O, kad ein vanduo urm ul ais (jei smarkiai bėga ir staiga krinta). Trk.

ūr stais «вихрями»: Su juo nekalbėk: ką pasakysi, tai ir nueis ūr stais. Km.

ū rtais в знач. «кучами, охапками, очень сильно, быстро; сломя голову», ср. польск. hurtem «в большом количестве, кучей, вместе», белорус. гурmam «то же», рус. гуртом «то же». Kai užėjo vėjas, tai tik eina šienas iš vežimo ū rtais. Užp.; Darbas ū rtais eina. Sv; Ū rtais išburbėjo iš gryčios. Ds.

valmais (valmais) Up «шарами; вереницами, стаями»: Как я дунул, пламя вырвалось целыми валами. Skr.

vargais «с трудом, еле-еле»: Выдаст дочь замуж без приданого… Что тут говорить о приданом, когда сами едва сводят концы с концами. MarcinkKP 59.

vargais negalais «с трудом, еле-еле; кое-как»: Летом ему кое-как удалось вырваться от разведчиков. VienP 387; Кое-как договорились. Lk.

zovadais (zovadais Ds, zóvedais диал.) слав. «вскачь», ср. польск. w zawody «соревнуясь», zawodem «т. же», w zawód «т. же»: Пустились мчаться вскачь. ŽemR₂

⁶ Далее ср. предложное употребление šalimais: Живут рядом друг с другом. Gs; Барсук рядом со мной. Lnkv.

⁷Ср. также предлог šalimais (с родительным падежом) Lkv.

⁸Ср. предложное употребление tolimais: Они далеко друг от друга. Bsg.

14

III 291; Голенький Йонелис, умчавшись вскачь, прибежал обратно с лоскутом — спинкой рубашки.

ŽemR₂ III 271.

žadais «пустыми обещаниями, одними обещаниями и намерениями» JabIL 92, Lž, Slnt, Kp, Vgr, Krš, Pp, Užv, Ll, Trk: Обещал, обещал — одни обещания так и остались. Gs; Так всё и осталось одними обещаниями. Vkš; Собирался, собирался работать — одни намерения так и остались. Tv.; Говорил, обещал — так всё обещаниями и закончилось. Grž.

žarais 1. «разойдясь в разные стороны, кто куда» Krž, Up: Ищи их кто куда. Kv; Как их прогнали, так все и разбежались кто куда. Šd; Коровы идут вразброд. Krkl; Люди бросились вниз по склону кто куда. Ll; 2. «разделившись, группами, стаями» MŽ 394: Охотиться группами, искать стадо. Jn; Идут солдаты группами через вспаханные поля. Up. 3. «иногда, временами» Svn.

§ 9. Общие черты всех приведённых здесь наречий таковы: они соотносятся с именами на ā-основу; их застывшее или (в более редких случаях) ещё только застывающее окончание -ais в определённых случаях может рассматриваться как словообразовательный суффикс; синтаксически для них характерны обстоятельственное или (реже) предикативное значение и функция. В остальном наречия этой небольшой группы весьма разнообразны как по аналогиям и соотношению с другими частями речи, так и по степени адвербиализации.

§ 10. В этой довольно многочисленной и словообразовательно стройной группе наречий прежде всего легко выделить две группы по происхождению: одну из них (несравненно более многочисленную) составляют литовские слова, корнями восходящие к древней лексике литовского языка, а ко второй относятся заимствования из славянских языков.

Для значительно большей части литовских наречий рассматриваемого типа наиболее характерно происхождение от существительных на ų, то есть тесная связь с существительными. Некоторые из этих наречий ещё наглядно отражают сам процесс адвербиализации. Именно на их примере мы видим, как множественное число творительного падежа существительного, постоянно употребляясь в обстоятельственной или предикативной функции, приобретает отдельное, самостоятельное, абстрагированное и обобщённое значение; таким образом, семантически обособляется и лексикализуется, переходит в наречие, хотя параллельно с этим лексикализованным, адвербиализованным падежом в языке с большей или меньшей интенсивностью в функции существительных употребляются все остальные падежи исходного слова (даже творительный падеж, но в ином, нежели у наречия, значении). Наиболее яркими примерами таких наречий могут служить: áiktais, áitais, baudais, dáiktais, juokais, kartais, mainais, niekais, pieštais, pliupsais, priešais, rumulais, uldurais, ūpais (ūpais), urmulais, valmais, žadais, žarais и др. Это наречия, рядом с которыми в языке чаще или реже вполне возможно употребление в функции существительного их исходных слов (то есть слов, от которых образованы эти наречия), разумеется, в более конкретном значении, чем у наречий, ср.: áitas «бродяга, шалун, непоседа» Kp, Ps, Brž, dáiktas, juòkas, kartàas, mainas (mainai), niẽkas «незначительная, плохая вещь, человек, животное; неважное дело; пустяк», piėštas «ступа, пест» Ds, priẽšas, rùmulas «поток, стремнина», uldùras «то же», ūpas 1. «буйство, ярость», Kv, 2. «настроение» Vad, urùmulas «поток, стремнина», vàlmas «поток, клубок» LŠ, žãdas (žadaĩ) «обещание» Grž, Trk žãras «стая» Up.

Таким образом, мы видим, что эти наречия всё ещё очень тесно связаны с существительными. В целом следует сказать, что и без того большинство простых (непрефиксальных) наречий — форм творительного падежа множественного числа имён на ā-основу — по существу можно было бы считать существительными, даже в тех случаях, когда рядом с ними не обнаруживаются соответствующие существительные и когда их легче связать с глагольными основами или с междометиями-

15

чем с существительными. Их связь с существительными наиболее ярко показывает окончание творительного падежа множественного числа -ais, которое в таких случаях уже следует считать суффиксом. В подобных наречиях ещё очень заметны признаки существительного. По крайней мере формально они ещё не полностью порвали связи с существительными. Поэтому не случайно даже в большом «Словаре литовского языка» можно заметить эту особенность: формы творительного падежа множественного числа (а также единственного числа), уже адвербиализировавшиеся, основные слова которых в других падежах в языке даже не засвидетельствованы, иногда трактуются как существительные, и для них восстанавливается именительный падеж единственного числа исходного слова.

Вот такую тесную связь с существительными мы по-прежнему наблюдаем у следующих наречий: almai (:almėti, al ma, -ėjo), džiaugais⁹, grįžulais, grįžulais (ср. grįžalas, grįžulas «dišilius»), kāislais (ср.? kāislauti, -auja, -avo «хотеть» BŽ 138), kāistais, kebezdais (ср. kē-bezdas «ничтожный человек или скотина, развалина, обломок» Ds), kepersais (: kepersuoti, -uoja, -avo «бежать вприпрыжку, прыгать, бежать некрасиво», ср. также междометия kepērs, kepersō), keperzais (:keperzuoti, -uoja, -avo) 1. «бежать подпрыгивая» Kv; 2. идти покачиваясь» Ms, ср. также kepērza «маленький неуклюжий человек, глиняный Мотей» Sv, Rdm), kevaldais, keveldais (ср. keveldra «развалившийся, совсем нерасторопный человек» Erž, kevelšis «нерасторопный, неуклюжий» J, klupstinais (ср. Klūpstas «колено» Mrc, klūpštis «то же» Sl, Al, Šl, Lš, Žln, Nč, Srj, Dg, klupstōm «споткнулись» Rod, Plk, Dgš), lýgmais, lýgumais (:lýgumas «ровное место, равнина» Ds, Rš), nuostais, plėšais (: plėšytis, -osi, -esi «очень стараться, рваться»), rētumais (:retumas), rōbrais (здесь второй r, вероятно, возник из 1 в результате ассимиляции, ср.: roblōm «roplōm, на четвереньках» Všk, Lnkv, roblōti, -ōja, -ōjo «ползти»), skundais (: skūndas, skųsti, skūndžia¹⁰, skūndė), stūmulais (stumulais) ср. stūmulas «1. мяч; 2. толпа, куча; 3. вихрь», stūmuras «большой кусок»; štāmaras «то же»), sūikais, sūkais (ср. šūku «прыжками»), tyliukais (ср. pa-tyliukais), ūpais (ūpais), ūpkais, upstais и др.

Хотя некоторые из только что перечисленных наречий нетрудно соотнести с соответствующими глаголами, это обстоятельство нисколько не ослабляет их теснейшей связи (по крайней мере в формальном отношении) прежде всего с существительными.

§ 11. Своеобразная «субстантивность» рассматриваемых наречий ощущается не только при наблюдении за застывшими формами творительного падежа бывших существительных или образованными по их образцу аналогическими производными, но и за явными формами творительного падежа множественного числа прилагательных, например: aukštynāikais (: aukštynāikas, -a), dykais (: dýkas, -à), gretais (:grėtas, -à), grėtimais (: grėtimas, -à), gretymais (: gretymas, -a), kryžmais (: kryžmas, -à), pilnais (: pilnas, -à), savāimais (: savāimas, -a), skubōtais (: skubōtas, -a), šalimais (: šalimas, -à), šalýmais (: šalymas, -a), šn a irais (: šnāiras, -à), tolimais (: tōlimas, -à). Наряду с такими наречиями, образованными от прилагательных в форме творительного падежа множественного числа, как видно из приведённых примеров, даже в современном языке продолжают употребляться соответствующие прилагательные. Наконец, эта своеобразная «субстантивность» ощущается у наречий, которые с точки зрения словообразования могут соотноситься не только с прилагательным, но иногда и с формами творительного падежа множественного числа существительных, например: ārtimais (:ārtimas, -à и сущ. ārtimas, -o), artymais (: ārtymas, -à и сущ. ārtymas, -o), dvynais (: dvynas, -à и сущ. dvynas, -o «близнец»).

Примеры наречий этого типа, образованных от прилагательных, иногда создаются и от причастий, например: sėdimais (: sėdimas, -à).

⁹ Это наречие могло бы быть также преобразованной формой славянского и германского заимствования čiūgais.

¹⁰ Ср. zem. указат. местн. ед. ч. 3-е лицо skund(a).

16

§12. Многие наречия творительного падежа множественного числа именных слов с основой на a имеют весьма индивидуальное словообразование и различные суффиксы, которые порой вообще не встречаются или встречаются крайне редко в современном литовском словообразовании именных слов. Поэтому такие индивидуальные слова труднее всего конкретно связать с изменяемыми частями речи. К ним относятся следующие: ankštinais, ankštainimais, ankštėnais, ankštėliais, ankštėnais, ankštienais, aukštynais, dūrnais, gratomais, gratumais, grečtumais, gretomais, gretumais, gretuomais. Некоторые из этих наречий гипотетически можно было бы связать с не употребляемыми ныне, но потенциально возможными прилагательными *ankstainas, *ankstainintas…, *dūrmas (: dur-ti), *grატomas, *gretomas, *gretuomas… Разумеется, такая связь была бы весьма искусственной и только предположительной. Наречия этого типа могли быть не только непосредственно застывшими формами творительного падежа множественного числа прилагательных, но и индивидуальными аналогическими образованиями, конечное -ais в которых можно было бы рассматривать как суффикс, по крайней мере по аналогии, например, с суффиксом наречий от прилагательных -ai.

К слову, в только что перечисленных наречиях, можно сказать, почти не ощущаются следы значения творительного падежа множественного числа. В этом отношении они, с одной стороны, наиболее наречные слова, полностью оторвавшиеся от системы именных слов, а с другой — наиболее близки к тем периферийным словам, которые, хотя и имеют окончание -ais, всё же не связаны или связаны лишь весьма слабо с формами творительного падежа множественного числа.

§ 13. Среди таких собственно периферийных слов, заслуживающих упоминания рядом с наречиями, соотносимыми с обычными формами творительного падежа множественного числа именных слов с основой на a, главным образом лишь из-за своего окончания -ais, можно привести следующие: ándais «на днях», čianájonais (čianais, čionais, čiontais) «здесь», dabārais «сейчас», kadais «когда-нибудь», labais «очень», laūkanai «наружу», namōnais «домой», niekadais «никогда», nórmais nenórmais «хотя хочется, хотя не хочется», nuolatais «непрерывно», tenais «там», visadais «всегда» и т. д.

Ándais я согласилась с ним. Gs. Мы čianájonais разговариваем между собой. Jnšk. Čianais раньше было кладбище. JnšM. Čionais ничего не растёт. Ds. Dabārais уже можно косить. Šlu(LKŽ, II 200). Labais большая лошадь, прямо под облаками. Tvr. Laūkanai иди, не кури внутри. Šts. Namōnais ведёт. Jrk 90. Из дома никогдаис не можем выйти. Kal. Тем временем куратор постоянно отправлял телеграммы (рш.) Отнесите меня туда. Lnkv. Эти всегдаис держались вместе. BP I 414.

Окончание -ais у наречий, перечисленных и проиллюстрированных выше, по крайней мере в тех случаях, когда оно безударное или имеет циркумфлексное ударение (-aĩs), иногда можно объяснить подражанием наречиям, соотносимым с формами творительного падежа множественного числа обычных именных слов с основой на a. Так, например, можно было бы объяснить наречие nórmais nenórmais (ср.: nóromis nenóromis, nórom nenórom, nórom-ais nenórom-ais, nórmais nenórmais), где -ais, вероятно, было добавлено к окончанию творительного падежа множественного числа основы на o по аналогии с другими наречиями творительного падежа множественного числа на -ais. Однако сказать, повлияло ли такое подражание на образование окончания -ais у других перечисленных здесь наречий, просто невозможно, особенно поскольку эти наречия нередко встречаются с вариантными окончаниями (с -aĩs и áis), ср.: čianais и čianájs, tenais и tenájs, где -ájs из-за своего акутового ударения не может соотноситься с окончанием творительного падежа множественного числа.

§ 14. В литовском языке есть и другие периферийные слова на -ais — не наречия, а частицы, например: aurēnais «ауре, вот», aurēntais «то же», auriais «то же», aurionais «то же», dēltais «поэтому», kōnais «что», nōrintais «хотя» [в составных наречиях kadà (kaip, kamè, kiek, kuomèt, kur) nōrintais и местоимениях kàs

2. 520

17

(который) с «но́ринтайс», с «ра́сэтайс» — «может быть», с «ра́синтайс» — «т. п.», с «раситайс» — «т. п.»; модальные слова, например: с «ма́томайс» — «видимо», с «мушетайс» — «должно быть», с «мушинтайс» — «т. п.», с «мушитайс» — «т. п.», с «жиномайс» — «конечно»; очень образные сложные междометия, по значению иногда полностью переплетённые с наречиями, например: «джангу джангайс» — «дзянг-дзянг», «джингу джингайс» (джингу джингайс) — «дзинг-дзинг», «грабу грабайс» — «грабш крапш», «кледару кледарайс» — «кледарай кледарай», «клеру клейрайс» — «т. п.», «клиру клейрайс» — «т. п.», «кулду кулдайс» (для обозначения действия кулдави́ма, то есть быстрой или медленной ходьбы) ¹¹.

Вот, по-ауренски лежит под лавкой. Sr(LKŽ₁ I 499). Лежит по-аурентайс. Krž(LKŽ₁ I 499). По-де́лтайш они нехорошие. Er(LKŽ₁ II 397). Не пойду и не по-ко̌найс. Šd. Наплюй, а потом будешь жалеть с но́ринтайс. Lkv. Спи с ним где-нибудь, и хватит. Grg. С ра́синтайс и мама поедет на рынок. Slnt. С раситайс погнала [гусенят]. Pvn. Ночь длинная, дорога попалась плохая, а мужичок, ма́томайс, небогатый… Lkž. Ты завтра приедешь с мушинтайс? Y1. С мушитайс было плохо, что уже не хочет идти. Plt. Конечно, бери, лишь бы (лишь бы) давала. Skd. Эти колокольчики с такими бубенцами, как с сохами, джангу джангайс звеня, гонят их. LMD (Sln) (LKŽ₁ II 1009). Летит джингу джингайс. Krš. Едет джингу джингайс. Žg. Тот, встав, грабу грабайс открыл двери. Sln. Кледару кледарайс тарахтят колёса. Škn. Клеру клейрайс, кледару кледарайс крутятся [старые, изношенные, расшатанные колёса]. Škn. Колёса крутятся клиру клейрайс. Šts. Нищий, получив всяких благ, пошёл кулду кулдайс себе (ps.) Krp.

Периферийные слова иллюстрируемого здесь типа, по всей вероятности, вообще нельзя связывать с формами творительного падежа множественного числа имён существительных a-основы. В одних случаях окончание -ais в этих словах можно было бы объяснить как сочетание ai и s, где -ai можно связать с частицей ai или с наречным суффиксом -ai, а -s считать элементом другой частицы. В других же случаях (например, в звукоподражаниях džiñgu džiñgais, džiñgu, džiñgais, klėru klėrais и т. п.) -ais, весьма предположительно, можно было бы считать и результатом аналогии с наречиями, образованными от форм творительного падежа множественного числа имён существительных a-основы, особенно потому, что рядом с упомянутыми здесь звукоподражаниями имеются составные наречия совершенно такой же формы.

Подобным образом можно было бы объяснить и постпозицию linkais (то есть link-ai-s или link-ais). Иди по направлению к Тракай. Jabl.

§ 15. Как уже говорилось, в этом разделе статьи рассмотрены словообразование и структура лишь части простых наречий творительного падежа множественного числа a-основы, а также приведены основные сведения об их значении и употреблении. Автор надеется рассмотреть более обширный собранный материал в специальном исследовании, посвящённом образованию наречий творительного падежа множественного числа и наречиям, соотносящимся с формами творительного падежа множественного числа.

Анализ словообразования и структуры даже этой небольшой группы наречий творительного падежа множественного числа ясно показывает, насколько разнообразны связи этих наречий с другими частями речи и какое важное место они занимают в самой категории наречия в литовском языке.

¹¹ То, что составные звукоподражания такого типа могут полностью сливаться с наречиями, показывают следующие примеры: krivu krivais «очень криво», lyku lakais «очень сильно, очень быстро», vicu vācais «извилисто, зигзагами, криво», vytu vātai «неразрешимо, запутанно, сложно».

18

2. Наречия с -(i)uoju, -(i)ąja

§ 1. Отчасти к наречиям относятся и производные формы с -(i)uoju, например: bloguoju «со злобой, сердито» (:blõgas), doróju, «по-доброму» (:dõras), geruoju «любезно, не сердито» (:gė̃ras), gražiõju «красиво, без злобы» (:gražùs), greitõju «быстро» (:greĩtas), negėróju «нехорошо; не по-доброму» (:negė̃ras), piktóju «сердито, со злобой» (:piktas). Наиболее частотное из них — geróju, далее следуют gražiõju, piktúoju. К этой группе относится также ещё одно-два более редких наречия, например: aštrióju, «недружелюбно, не в ладу» (:aštras), grėčiúoju «рядом» (:grețùs), nesavúoju «1. в дурном настроении; 2. очень, чрезвычайно; 3. против своей воли» (: nesãvas).

У этих наречий -ым окончание единственного числа творительного падежа прилагательных мужского рода с местоименным склонением, приобретающее функцию суффикса. Наречия, мотивированные прилагательными с основой на a, имеют окончание -ым, а мотивированные прилагательными с основой на u — -ым. Наречие nesavúoju имеет местоименный корень. Это непродуктивный тип наречий.

В диалектах у этих наречий могла выпадать не только конечная -u, но и -ju, например: geriój, gražiój, gražū¹². Встречаются, однако, и более старые формы с -(i)uojuo, например: piktúojuo.

Наряду с отдельными наречиями обсуждаемого здесь типа в том же значении употребляется деадвербиализованная форма творительного падежа единственного числа соответствующего исходного слова (прилагательного мужского рода), самостоятельно или с предлогом su, например: (su) gerù, (su) piktù. Такие факты подтверждают, что падежное значение наречий с -(i)uoju ещё не утратилось.

Основу словообразования этих наречий составляют прилагательные, прямо или метафорически обозначающие внутренние качества, например: blõgas, dõras, gė̃ras, gražùs, piktas, и лишь одно-два прилагательных иного значения: greĩtas, grețùs. Поэтому и среди самих наречий больше таких, которые обозначают внутренние качества (aštrióju, blogúoju, doróju, geróju, gražiõju). Лишь некоторые имеют пространственное или временное значение (grėčiúoju, greitóju).

Рассматриваемые здесь наречия обычно примыкают в предложении к глаголам и выступают в качестве качественных обстоятельств образа действия.

Aštrióju живёт со всеми соседями. LKŽ I 277. Напрасно сестра пыталась уговорить его по-хорошему и по-плохому. LzPR VII 227. С ним по-хорошему ничего не добьёшься — придётся подраться. Šl. Если по-хорошему не договорятся, придётся разговаривать по-плохому. LKŽ II 416. Попробуй-ка теперь жить по-доброму с такими соседями — разве получится? SimonP 38. Жители острова хорошо встретили Колумба и его людей… BilR 63. Хорошо, что всё закончилось миром. CvR VIII 29. Давай договоримся по-хорошему (будем ладить). Ssk. Везде обошлось без драк, по-хорошему. CvR VIII 91. Ты не кричи, а говори по-хорошему. Klt. Nesavúoju (против своей воли) идёт. Dglš. Маменька сердито ругается и по-хорошему просит, плача. ŽemR II 125. Раз уж ты и по-плохому живёшь — молчи. Lp. Чёрт принёс кольцо на вечеринку и по-плохому велит Елене идти с ним танцевать. Lnkv. Видя, что Йонас не избавится от него по-плохому, он стал говорить по-хорошему (рукопись).

Ср. диалектные примеры:

Начала просить по-хорошему. TŽ V 106. Я с ними всё время говорю по-плохому. Pl. Будешь просить по-хорошему — получишь. Grž.

¹² Диалектные формы gražiój, gražū с твёрдым ž могли возникнуть под влиянием geróju (с твёрдым r).

2 *

19

Ср. также примеры, в которых употребляются сочетания (su) geru, (su) piktu со значением наречий на -(i)uoju, усиливающие падежное значение этих наречий:

Ведьма принялась по-хорошему (geruoju), просить, чтобы только не били. LKŽ III 242. Родители уговаривают её то по-хорошему, то по-плохому. LKŽ III 242.

Наречия на -(i)uoju со значением качественного обстоятельства образа действия могут употребляться и тогда, когда сказуемое предложения не выражено или выражено не полностью, то есть когда глагол, к которому должно примыкать наречие, лишь более или менее понятен из контекста.

Разве нельзя как-нибудь по-хорошему — проучить, посоветовать, сказать, кто он и кто она… VienP 245. Корова — не человек, с ней надо по-доброму, по-хорошему… BaltPV I 140. Чего ты всё на меня по-плохому (обращаешься)? Bien. Поступайте, сударь, как вам угодно. Если по-хорошему — вернём долг и без ребёнка, если нет — забирайте у нас скотину, ведь и у меня сердце есть. CvR VIII 152. [Žlibis] Конечно, лучше по-хорошему, а по-плохому — беда. ŽemR₂ I 496.

В некоторых случаях значение обстоятельства образа действия у наречий на -(i)uoju ослаблено: эти наречия не только обозначают обстоятельство образа действия, но и выполняют некоторую часть функции сказуемого. Таким образом, с точки зрения синтаксической функции они имеют как бы переходный характер. В таких случаях рядом с наречием на -(i)uoju легко подразумеваются формы глагола būti со значением «жить, ладить, сосуществовать».

Мы уже давно с ним опять по-хорошему (больше не ссоримся, ладим). Akm. Конечно, пока ладили, невестка молчала, хоть и скрипела зубами, и про кота она ничего не говорила. SimonP 33. Когда снова ладили, мать брала ребёнка за руку, поднимала её и грозила отцу за младшего. CvR VIII 32. Старики Пикчюрны разойдутся, разойдутся, бывало, а потом опять помирятся. SimonP 29. Со вчерашнего дня мы с ним в ссоре. Akm. Тут уже не по-хорошему (вероятно, случилась беда) — уже второй или третий день, а отец всё не появляется. Srv.

О том, что наречия на -(i)uoju могут выполнять по меньшей мере часть функции сказуемого, свидетельствуют приведённые ниже примеры, в которых эти наречия тесно связаны с выраженными в сказуемом глаголами būti, išeiti.

Оказывается, не хочет ладить с господином. ŽemR₂ II 214. Давайте жить дружно. ŽemR I 237. Просит таких вещей, которые не обернулись бы для них добром. LKŽ III 242. Одна радость у меня осталась — чтобы вы всю жизнь жили в согласии, как этим вечером. BaltPV I 336. Долго ли ещё мужу жить с женой в ссоре? Krš. Живём (мы двое) в ссоре. Krtn. Я с тем в ссоре. Klk.

К обычному значению обстоятельства образа действия у наречий на -(i)uoju могут добавляться другие значения — например, времени или условия, либо они могут его затенять. В таких случаях трудно или даже невозможно определить, какое из этих значений преобладает, и наречия выступают в роли неоднозначных обстоятельств.

По-хорошему всё хорошо, и никто ничего не знает; по-плохому всё плохо. ŽemR₂ I 138. [Stankienė] боялась, что муж, поссорившись и рассорившись с отцом, больше не сможет возить пчёл, поскольку тут же исчезли бы все ульи. ŽemR₂ I 249.

Засвидетельствованное в словарях наречие grečiuoju в предложении, несомненно, может выступать только в роли обстоятельства места.

Наречие greituoju., разумеется, выступает в роли более явного обстоятельства времени, не утрачивая при этом и наиболее характерного для наречий рассматриваемого типа значения образа действия.

Ведьма быстро одела старшую дочь и подсунула (подсунула) её королю, но тот её не принял. BsP II 226. Только позавтракать поскорее и бегом в путь. VaižgV 46. Это сделано быстро, поспешно. LKŽ III 562. Я быстро пообедал. LKŽ III 562.

20

Для наречий этой группы не вполне чуждо даже значение причины и функция обстоятельства причины.

Только здесь он так прыгает не по доброй воле. BsMt II 58.

§ 2. Наречия на -(i)ája также несколько приблизились к суффиксальным. Таких наречий немного, поэтому в литературном языке они не образуют сколько-нибудь заметной группы. Вот их примеры: greitája «наспех» (:greitas, -à), karštája «горячо, поспешно» (:kárštas, -à), negražíaja «некрасиво» (:negražùs, -ì), savája «в свою очередь» (:sávas, -à), nesavája «не своим голосом, очень (обычно с глаголами rėkti, šaukti и т. п.)»; 2. не вовремя» (: nesávas, -à), umája «внезапно, не дожидаясь» (:ùmas, -à).

Окончание -(i)ája этих наречий — не что иное, как приближающееся к суффиксу окончание творительного падежа единственного числа местоименных прилагательных женского рода; наречия, мотивированные прилагательными с основой на согласный, имеют -ája, а мотивированные прилагательными с основой на гласный — -íaja. Наречие nesavája имеет местоименный корень, хотя само это наречие приобрело качественное значение. Это совершенно непродуктивный тип наречий. Наряду с некоторыми наречиями этого типа чаще употребляются наречия той же основы на -(i)úoju с тем же или иным значением, ср.: greitája — greitúoju, negražíaja — negražúoju, nesavája — nesavúoju. Первые члены образованных таким образом пар в литературном языке несравненно более популярны.

Эти наречия обычно имеют значение образа действия и выступают в предложении в функции обстоятельства образа действия.

Но ты слышишь, там дерутся некрасиво (rš.). — «Дядя велел мне кое-что сделать по этой работе», — утверждает мальчик по-своему. BsP II 287. Вот почему Нина и кричит не своим голосом. BilR 222. Лев, не в силах сдержать досаду,… заставил секретаря и старосту (лису) в своих когтях — завопить не своим голосом и заскрежетать зубами. Jabl. Куда ты так поспешно несёшься? Trgn.

Некоторые из рассматриваемых здесь наречий могут выполнять функцию иного обстоятельства, например времени (с оттенком значения образа действия).

Я поспешно побежал к ним, но (=однако) уже уехали. Trgn. [Портной] поспешно забрался (лез) на ель. Bsp II 322. Внезапно не сделаешь. Ds (Būg). Услышал, что я пришёл (шёл), и поспешно спустился. Lkm.

3. Наречия, восходящие к личным и неличным формам глагола

§ 1. Личные формы глагола, за немногими исключениями, в литовском языке в целом не склонны переходить в наречия, поскольку сами по себе они не могут употребляться в предложении в функции обстоятельства, которая в наибольшей степени способствует адвербиализации отдельных слов. Несколько более заметные тенденции к адвербиализации иногда обнаруживают лишь некоторые неличные формы глагола.

§ 2. Из всех неличных форм глагола по значению и употреблению к наречиям несколько ближе всего причастная деепричастная форма (padalyvis), которая, вероятно, и могла стать основой для определённой группы наречий (правда, весьма немногочисленной). Вот несколько наречий, образованных от отдельных padalyvis: nebetrūkus «уже скоро, в скором времени, сейчас», nedelsiant «быстро, в скором времени, сейчас», negaištant «то же», netrukus «то же», bėregint «немедленно, очень быстро», bemàtant «то же», bežiūrint «то же» (ср. ниже.

21

bevéizdint, bevéizint), verkiant «непременно, очень». Их появление обусловлено главным образом обстоятельственной функцией и значением времени или образа действия. По частоте употребления среди них особенно выделяется netrūkus.

Корабль должен был появиться вскоре. BalčAŽ, 43. Вскоре у Тбилиси появились первые отряды солдат падишаха, а на следующий день прибыл и сам падишах. Vien UT 16. Миколас немедленно отправился в путь. VienP 298. Нужно немедленно взяться за дело и приступить к необходимым реформам. Myk-PutS I 87. Удачно вплетённая народная песня тут же вызвала неудержимый смех. Gud-GuzB I 156. Жаждущие коровы в полдень жадно бросаются к корыту во дворе и в мгновение ока вылизывают его досуха (rš.). Оглянулся — и вот уже оглянулся вокруг. Gs (Ср.: Как глянешь — весь лоб краснеет. ŽemR₂ II 28). Ячменю позарез нужен дождь. Kps. Надо без промедления разослать глашатаев. LKŽ III 41.

Ср. также такие формы padalyvis, почти полностью сблизившиеся с наречиями: pristojus «постоянно, не переставая», užeinant «временами, не слишком» и т. п.

Дрова хорошие, но если всё время топить, у меня не будет времени. Prk. Машина может косить только временами. Gs.

Как видно из примеров, в наречия в большей степени превратились лишь формы padalyvis с более общим, абстрактным обстоятельственным значением (чаще всего временным), особенно с аффиксами ne-, be-. Другие формы padalyvis сходного строения, хотя и выступают в роли обстоятельств времени, не могут полностью адвербиализироваться из-за узости и конкретности своего значения; ср. begirdint «в то время, когда слышно».

Просто ужас, что волосы встают дыбом, когда это слышишь. DonR 86.

Наряду с рассматриваемыми здесь наречиями, образованными от padalyvis с ne-, be-, иногда могут существовать омонимы — собственно формы padalyvis, ср.: bevéizdint, netrūkus.

Глаза целиком, пока смотрел. Val (LKŽ I 51). Пока пройдут годы, твой народ наверняка пополнится несколькими бастардами. SimonPA 107.

Слово netrukus ещё сохраняет довольно сильное значение формы padalyvis и с местоимением nieko, поскольку и в этом случае оно управляет родительным падежом.

Ничего также вскоре услышали о том, что упомянутый (=названный) кардинал умер (brš.).

Некоторые формы padalyvis вместе с другими словами (чаще наречиями и частицами) образуют устойчивые сочетания, которые либо лишь слегка фразеологизировались, либо стали полностью устойчивыми и перешли в наречия, например: akin bematant «немедленно, очень быстро», ilgai nedelsiant «быстро, в скором времени, сейчас», ilgai netrukus «то же», kaip (be)mātant «немедленно, очень быстро», kaip reikiant «хорошо, как следует», kaip vien reikiant «то же», kiek nereikiant «много, в изобилии», kiek reikiant «достаточно», kur (ne)reikiant «где (не) нужно», neilgai trukus «быстро, в скором времени, сейчас», nė kiek netrukus «немедленно, очень быстро», norint nenorint «в любом случае; непременно», toliau buvus «со временем».

Сейчас же вернусь. Jnš. Как только взглянул — собака пропала. Pš. День такой жаркий, что сейчас, подуй хоть лёгкий ветерок, сено мигом бы подсохло. KrėvRg 102. Немедленно вся молодёжь высыпала из изб и, припрыгивая и перекликаясь издали, поспешила за Миколюкасом. Вскоре щенки — арру-арру-арру — бросились на немчонка. Эти крики всё ближе раздавались. LKŽ, пример к слову trukti. На самом деле нынешней наукой как следует пользуется мало кто. Jabl. Епископ Йонас распоряжался священниками и всей епархией как ему заблагорассудится. Val. Камней здесь было очень много (rš.). Хоть не хочешь, а пошёл он на ту гору. BM 83 (LKŽ VIII 861). Хочешь не хочешь — надо идти в поместье. BM 26 (LKŽ VIII 861).

22

Ср. сложное наречие neilg(a)trūkus (< neilgaĩ trūkus):

Neilgatrūkus их позвали на свадьбу. Bien. Эта neilgtrukus прискакавшая воительница, вооружившись, выехала. Bs.

К перечисленным здесь сочетаниям следует отнести также такие сочетания, как kur nórint «где угодно», kaip nórint «как угодно», kuomet nórint «когда угодно», где компонент nórint представляет собой частицу, произошедшую от деепричастия, или, по крайней мере, деепричастие, очень близкое к частице (ср. частицу nórs, которая, в свою очередь, могла развиться из настоящего действительного причастия nóris), а основными компонентами выступают наречия kur, kaip, kuomet.

Вчера вечером она одна улетела спать, а этот лежебока, где угодно улёгшись, зарос червями. ŽemR₂ I 74. – «Молчи, молчи, со мной будет как угодно», – успокаивала мать. ŽemR₂ III 123. Ой, достанется ему от меня когда-нибудь. ŽemR₂ I 332.

Некоторые деепричастия, употребляемые не в функции обстоятельства, когда их лексическое значение полностью утрачивается, могут превратиться в союзы, например: nelyginant, nórint (ср. также союз nórs < nóris).

Рыбы просвистели мимо моих ушей, словно птицы в воздухе (рш.). Если бы не я, то только он и учился бы больше. ŽemR₂ I 20.

Ср. предлоги, непосредственно произошедшие или ещё только происходящие от деепричастий: išskiriant (с вин. п.), išskyrus (с вин. п.), nepaisant (с род. п.), neskaitant (с род. п.), nežiūrint (с род. п.).

Несмотря на то, что мелкий дождь перестал моросить, солнце снова показалось из-за облаков (рш.). Наконец, деепричастного происхождения частица диалекта bū sint «мол, дескать».

Ана просила, мол, съездить на рынок и привезти всё необходимое. J(LKŽ I 1209).

§ 3. От причастий как в литературном языке, так и в диалектах образуется больше всего наречий с суффиксом -(i)ai, например: abejojančiai, išglėbusi, deramai «как подобает», užtarnáutai, dirbtinai¹³. Однако это уже вопрос суффиксального словообразования наречий, который в данном разделе не рассматривается.

В жемайтских диалектах встречаются некоторые причастные наречия, образованные с суффиксами -ie¹⁴, -io(je), первый из которых совпадает с окончанием старого, ныне уже адвербиализованного беспостпозиционного инессива, а второй — с окончанием современного постпозиционного инессива, например: dūlkantie «когда много пыли, когда дорога пылит», lyñantie «когда идёт дождь, во время дождя», pašăliesie «когда подморозило»; lyñančioj «когда идёт дождь, во время дождя».

Причастные наречия другого словообразования, можно сказать, не встречаются, хотя отдельные формы причастий (самостоятельно или в сочетании с другими словами) довольно часто могут употребляться в предложении в функции обстоятельства, ср.:

Вот (так) ясно, расслабившись, рассказывает. Krt. Может, не успев (скоро) вернётся из того Радвилишкиса. Rd.

Ср. также такие частицы-союзы, как esą, bū sia, произошедшие от форм именительного падежа множественного числа действительных причастий мужского рода (от старых форм именительного падежа единственного числа причастий среднего рода), которые в лингвистической литературе нередко причисляют к наречиям, но на самом деле и по значению, и по синтаксической функции они отличаются от наречий.

Наконец, здесь необходимо упомянуть также диалектные (жемайтские) возвратные полупричастия, не имеющие никаких особенностей словоизменения, обычно употребляемые в функции обстоятельства и тем самым приблизившиеся к наречиям, например: duodamós, džiaugdamós, juokdamós,

¹³ Plačiau žr. „Lietuvių kalbos gramatika“, t. II, Vilnius, 1971, §§ 755–762.

¹⁴ См. K. Ulvydas, Vienaskaitos vietininko prieveiksmėjimo klausimu, «Lietuvių kalbotyros klausimai», т. IX, Vilnius, 1967, с. 18.

23

раскачивая, пошатывая, разрывая, собирая, подталкиваемые. Подобные деепричастия встречаются и в произведениях художественной литературы, созданных представителями жемайтских говоров.

Везде идут, раздавая (раздаваясь). Krš. Дети, радуясь, побежали в церковь. ŽemR I 19. Вернулся весь, смеясь. Krš. Свиньи роют осот, разбрасывая его. Šts. Поднимешь хвост — так и раздирая. Krš. Попрыгал, попрыгал, попрыгал — в хлев панич, пошатываясь. Šts. Ходит по свету, собирая. Krš.

Такое употребление деепричастий этого типа в говорах очень распространено и интенсивно. Превращению в наречия препятствует очень сильное значение вторичного действия или состояния, а также то обстоятельство, что наряду с такими возвратными деепричастиями в соответствующих говорах сохраняется стройная система изменяемых невозвратных деепричастий, например: идя (м. р.), идя (ж. р.), идя (мн. ч., м. р.), идя (мн. ч., ж. р.).

§ 4. Среди других неспрягаемых форм глагола изредка встречаются случаи адвербиализации инфинитива, например: непалыгинти «значительно, гораздо», žūt būt «во что бы то ни стало, изо всех сил», ср. также žūt ar būt «то же».

Но он похож не на кукушонка, а на щебечущего в саду мастера хромого щегла, только несравненно крупнее. CvMS 34. Юрас, видя старание ребенка, во что бы то ни стало хотел сделать из него если не инженера, то хотя бы образованного человека. CvŽM 135. А задачу нам выполнить надо, во что бы то ни стало!.. Gud-GuzB I 326.

§ 5. Наречия, образованные от спрягаемых форм глагола, встречаются еще реже, чем наречия, образованные от неспрягаемых форм. О наречном характере спрягаемых форм глагола обычно можно говорить лишь тогда, когда они вместе с другими словами или частицами образуют определенные адвербиализованные, полуадвербиализованные или только переходящие в наречия сочетания. Ср., например, наречие bematai «вдруг, неожиданно» и адвербиализованные и полуадвербиализованные сочетания kaip matai «то же», kur pakliūk «куда попало; наугад, поверхностно», а также полуадвербиализованные сочетания или сочетания, употребляемые в значении наречия: kaip reik(ia) «как следует, должным образом», kaip stovi «как надо», kaip švinta «на рассвете, ранним утром», kiek nereik(ia) «очень много, больше, чем нужно».

Людей в коллективе много, эта уборка ржи скоро закончится. Skr. Он и явится, как видишь. ŽemR₂ I 235. — Снег идет! Снег идет! — кричали мы с Степукасом, колотя друг друга кулаками куда попало. BaltPV I 115. Перелистывая книжку, начала читать первую попавшуюся статейку. ŽemR₂ I 306. Земли сколько нужно. Ad. У меня сил (= мощи, крепости) больше чем достаточно — могу тяжело работать. Lk. А набожницы ошеломлены… радуются, что избежали печи антихриста, хотя к смерти были как следует готовы. Vencl Rn 177. Сестра уже совсем взрослая девушка. Iš. И он тоже, вскочив, ранним утром вышел к скотине. ŽemR₂ I 136.

От приведенных выше сочетаний по значению и по отношению к наречию ничем не отличаются и такие сочетания, в которые вклинились частицы, например: kiek tik nereik(ia) «очень много, больше, чем нужно».

Дров сколько угодно. Ėr.

Приблизительно значение наречия «во что бы то ни стало, что бы ни случилось, в любом случае; с величайшим трудом» имеют и такие устойчивые или полуфиксированные сочетания спрягаемых форм глагола: lūš (ar) plīš, lūžt(a) (ar) trūkst(a), ar lūžt(a) ar trūkst(a), plīš (ar) trūks, ar plīš ar trūks, rūks (ar) trūks, ar rūks ar trūks, trūko (ar) lūžo, ar trūko ar lūžo, trūk (ar) plīšk, ar trūk ar plīšk, trūko (ar) plīšo, ar trūko ar plīšo, trūks (ar) lūš, ar trūks ar lūš, trūks (ar) plīš, ar trūks ar plīš.

Ср. диал. trūks plīš.

24

Казалось, он был готов во что бы то ни стало выполнить каждое приказание (trš.). Ломайся, но надо сделать. Jnš. Если Бусе чего-нибудь захочется, она во что бы то ни стало должна это получить. SimonP 25. Хоть сломайся, хоть тресни — поезжай, и всё. Sln (LKŽ VII 718). Во что бы то ни стало уедем отсюда (Ik.). Ни за что не признаюсь. ValP 6. Хоть ломайся, хоть тресни, в другой раз идёшь на четвереньках и делаешь. Btg. Вот это работник — хоть тресни, но сделал. Rod. Во что бы то ни стало должно быть сделано (рш.). Хоть тресни — ему всё хорошо. Ds. Не работай кое-как (как попало, поверхностно, небрежно). Blnk. Хоть тресни, но должен сделать. Lp. Во что бы то ни стало куплю. Kps. Мы решили пригласить его обратно и во что бы то ни стало выпускать газету (рш.). Эта цель во что бы то ни стало должна быть достигнута. LKŽ kart. s.v. trūkti.

Ср. диал.: Во что бы то ни стало должен сделать! Dkš.

Ср. модальные слова или модальные частицы, восходящие к личным формам глагола: būdau (<būdavo), būdavos (<būdavosi), būsis «словно, будто, дескать», gal, galėt «может быть», gal būt, girdi, rasit «может быть, возможно» (форма 2-го лица ед. ч. будущего времени изъявительного наклонения глагола rasti «найти»), rastum (rastum̃) «может быть, возможно, должно быть; вероятно», rodos, tur būt, частицы-союзы taryt, tarytum, tarši, tartum, союз dėstis (диал. dąstis) «в зависимости от, смотря по» (3-е лицо ед. ч. настоящего времени изъявительного наклонения атематического глагола dėtis).

Būdau, прежде годы были лучше. LKŽ₁ I 1118. Būdavos, мы много играли в карты. LKŽ₁ I 1119. Она вернулась (пришла), būsis, она здесь нужна. J (LKŽ I₂ 1209). Только теперь Елена яснее поняла, почему брат так хотел, чтобы они познакомились и, может быть, подружились. VenclGD₁ 73. Они, дескать, везут не невестку, нет, — а только белого гуся в золотой повозке. SNėr (LKŽ III 332). Есть такие, кто, может быть, и знает [о старине]. Užv. Pāstum (может быть) вы уже готовитесь к весне? Pāstum (должно быть) ты, детка, устал, пока пробирался через сугробы? Sld. Шатается, rastum (словно, будто) пьяный. Svn. Rastum̃ (должно быть) и ты вчера был на базаре? Švnč. Что это, кажется, за ноша такая, а пока я дошёл, дескать, плечи оттянула. Plt (LKŽ III 332). Он, должно быть, придёт. DLKŽ 879. Говорю, так у меня taryt (словно) жилы болят. Vrn. Её глаза были такими глубокими, словно полуприкрытые. SimonOBT 151–152. Все замолчали, словно застигнутые неразгаданными загадками. VenclGD 473. Дорого платят за свиней? — Dėstis kokios kiaulės. Jb (LKŽ II 293).

Вероятнее всего, от форм второго лица глаголов произошли диалектные сложные наречия amat (< ar matai) «сейчас же, в мгновение ока», kabėrgi (< kaip bėregi) «сразу же, очень быстро», kabežiūrai (< kaip bežiūrai) «то же».

Так он что ни увидит, так kabėrgi и готово. Pns. Подожди, говорю, kabežiūrai вернутся мужчины, пойдём все есть. Pns.

§ 6. Глагольные наречия или глагольные компоненты адвербиализованных сочетаний могут утрачивать исходный вид, деформироваться или приобретать определённые конечные форманты, а также иные неэтимологические элементы, например: bemat «не успев», bematõs «то же», kabemāt «то же», kąbemāt «то же», kaip bemāt «то же», kaip māt «то же», kaip reik «как следует», kur kliūt «куда попало, повсюду», kur nekliūt «то же».

Понятно, что глагольные наречия такого типа или глагольные компоненты адвербиализованных сочетаний могут происходить как от личных, так и от неличных форм глагола. Например, bemāt можно возводить к bematai и bemātant. То же следует сказать и о kabemāt, kąbemāt (ср.: kaip bematai, kaip bemātai, kaip bemātant, ką bematai, ką bemātai, ką bemātant). У bematõs окончание -õs, по всей вероятности, такое же, как в наречиях nuolat-õs, visad-õs,

25

«никогда» и т. п.; вторые компоненты сочетаний «kur kliūt», «kur nekliūt» могли возникнуть из третьего лица сослагательного наклонения.

Я тебе сейчас шкуру спущу. LKŽ I 606. Вот-вот пойдёт дождь. Grž. Я сейчас вернусь. Pns. Подожди, сейчас я схожу. Km. И Витаутас тут же примчался. Sdk. Отец ушёл, но тут же пообещал вернуться. Jnš. Куда ни посмотри — всюду несчастья. Vaikščioju kur nekliūt. LKŽ VI 135.

Следует сказать, что и наречия, возникшие из усечённых глагольных форм, и усечённые глагольные компоненты адвербиализованных сочетаний встречаются очень редко.

§ 7. От наречий необходимо отличать усечённые, деформированные или иным образом приобретшие неэтимологические конечные элементы глагольные модальные слова, модальные частицы и частицы-союзы, а также их варианты, например: būsià «как будто, словно, слышишь», būsiam «то же»; kažì «кто знает, неизвестно, вряд ли», kažin «то же», kažina «то же», kažinc «то же», kažinec «то же», kažino «то же», kažna «то же», kažnai «то же», kažnė «то же», kažnec, kažno «то же», kažnoc «то же», kužne «то же»; mar̃dos (márdos) «мне кажется»; ràšek «может быть, возможно», ràšet(ais) «то же», ràšik «то же», ràšint(ais) «то же», ràšit(ai) «то же», ràšitais «то же»

Частицы būsià, būsiam, вероятно, произошли от действительного причастия будущего времени būsią в результате фонетического изменения или даже деформации.

Особенно сильно фонетически изменены и деформированы варианты частицы kažin, этимологической основой которой служит сочетание kas žino. Примечательно, что среди вариантов этой глагольной частицы, имеющих с наречиями весьма мало общего в семантическом отношении, встречается и kažnai, получившая фонетическую форму наречия. Элемент -ai в этом варианте, вероятно, неэтимологичен и возник случайно либо по аналогии с наречиями на суффикс -ai.

Примечание. Глагольный компонент модального сочетания kas žino после kas в сложном местоимении или наречии может сокращаться до одного ž, ср.: kažkas, kažkaip.

Частицы ràšek, ràšet —ek, —ėt, вероятнее всего, объясняются лишь деформацией, тогда как конечное -k частицы ràšik — неэтимологическое добавление, как и -ais, -ai в частицах ràšintais, ràšitai, ràšitais (ср. наиболее распространённый наречный суффикс -(i)ai и окончание -(i)ais творительного падежа множественного числа у некоторых склоняемых слов, которое переходит в наречный суффикс).

Завтра другой священник оттуда сюда переедет. Сходи одолжить миску для завтрашнего дня, а заодно и увидишь сватов. J(LKŽ I₂ 1209). Vdk (LKŽ I₂ 1209).

Интересно, найдёшь ли ты? Jrb(LKŽ V 462). Интересно, зачем там дорогу перегородили? Als(LKŽ V 463). Интересно, когда мы встретимся. LKŽ V 464. Ему показалось, будто кто-то. Nmn (LKŽ V 464). Как принесли масло, так уж неизвестно что. Неизвестно кто такой человек принёс спирт. Интересно, завтра не будет дождя? Интересно, какие (злаки) лучше? Интересно, кто мог это сделать? Интересно, когда это будет? Интересно, сегодня не будет дождя? Интересно, где ты бродил? Мне что-то (страшно, тревожно) становится. Arm(LKŽ V 464). Plt. Klt. Dbk(LKŽ V 465). Švn (LKŽ V 465). Pns. Klt. Krok. Brž(LKŽ VI 1022).

Мардос, он пошёл домой. Plv.

Ра̀шек, и придёт. Krtn. Ра̀шет, и этот наш ребёнок придёт в себя. Kl. Ра̀шетай встречу человека, который купит. Ра̀шик, тебе не нравится эта каша? Ра̀шинт — ещё не пропало. Ра̀шинтай так и будет. Литовец, наверное, и поймёт, но не всегда. Ра̀шитай, будешь пить молочко? Ра̀шинтай и придёт, обещал. Rt. Grd. Slnt. Krtn. Jn. Pj. Kv.

26

От наречий следует также отличать следующие слова славянского происхождения — глагольные или в некоторых случаях косвенно связанные с глаголами: варианты модальных слов bevėly «лучше, предпочтительнее», vėlyk «то же», а именно bevėly «то же», vė́lent «то же», vály «то же», vėl’ «то же», velė «то же», vėlei «то же», vė́leik «то же», vė́leit «то же», vė́lek «то же», vėlek «то же», vėl’gu «то же», vel’gu «то же», vė́ly «то же», vė́ly «то же», veli «то же», vėli «то же», vėliau «то же», vėliau «то же», vėliaut «то же», vėlyj «то же», vėlyk «то же», vėlik «то же», vėlikos «то же», vėlink «то же», vėlint «то же», vėliot «то же», vėlyt «то же», vėliuk «то же»; частицу maž «может быть» и её варианты mažak, mažalai, mažām, mažì, mažĩn, mažolai, mažù, mažūk, mažūm; модальное слово musėt «вероятно» и его варианты musė, musėt, musėt, musėk, musėtai, musėtais, mūsi, musik, musinkėt, mūsintais, mūsit, mūsitais, mūst, mūstais, mūsti.

Первоначальным источником всех этих слов, безусловно, являются белорусский или польский языки, ср. белорус. и рус. диал. вале́й «лучше, предпочтительнее», белорус. диал. валі́й «то же», ве́ле́й «то же», вале́й «то же», рус. диал. боле́й «то же», польск. wolej «то же», белорус. веліць «хотеть, желать», рус. диал. волить «то же», польск. woleć «желать больше»; польск. może «может быть», белорус. можа «то же», рус. может «то же»; польск. musi «вероятно», белорус. мусіць «то же».

Варианты упомянутых здесь слов следует считать преимущественно уже результатом развития самого литовского языка.

Примечательно, что среди вариантов слова musėt встречается самый обычный и распространённый суффикс наречий -ai (musėtai), а также окончание творительного падежа множественного числа существительных на -a, -ais (mūsėtais), которое перенимает функции суффикса. Здесь оно добавлено лишь по аналогии с наречиями, образованными от творительного падежа множественного числа, возможно, чтобы подчеркнуть, усилить значение слова или просто ради ритмики речи. Конечные звуки или целые слоги других вариантов не только слова musėt, но и прочих рассматриваемых здесь слов не имеют какого-либо этимологического значения и, вероятнее всего, возникли либо по аналогии, либо потому, что говорящий хотел подчеркнуть значение слова, либо просто ради ритмики речи.

Пойдём лучше купаться. Jrb. Лучше дома (дома) выйти замуж, чем идти в невестки. JV 867. Я пешком лучше пойду. SmIn. Ты лучше сходи и принеси дров. Vdš. Лучше к серому камешку, чем к твоему отцу (п.). Dl. Боженька мой, лучше бы я умерла (умершей). Pls. Лучше без головы, чем без чести. Šmn(LTR). Не иди, лучше подожди. Blb. Лучше бы умер, чем такую жизнь прожил. Nč. Лучше бы быть убитым. Jnšk. Куда ты носишься, лучше бы прилёг. Ėr. Лучше повеситься, чем идти за вдовца! Sdb. Лучше без головы, чем без власти. Gs. Лучше катить камешки в гору, чем оставить девушку, которую любил. Sl. Лучше с умным потерять, чем с дураком найти. Erž. Лучше бы я копала глубокие ямы на горе, чем ласково разговаривала с парнем (п.). Kp. А ты лучше оставайся дома, а я поеду. Žsl. Лучше бы ты, парень, повесился на суку, чем соблазнял меня, девушку. Ppr. Лучше бы старика обнять, чем пьяницу. Rod. Лучше намотай на вал пару ниток. Alv. Лучше один воробей в руке, чем десять на крыше. Лучше сто родственников, чем сто рублей. Gs. Лучше больше, чем меньше. Plv. Лучше мне жать рожь, чем ходить по саду. Mrk. К чему нам — лучше бы глаза друг другу выцарапать по-хорошему. Ds. Лучше иди ты с моим отцом. BsMt II 70.

Пойду посмотрю, может, увижу. Klvr (LTR). Может, сегодня и будет дождь. Žž(LKŽ VII 960–961). Ты посмотри, может, ещё там что найдёшь. Azr (LKŽ VII 976). Может, у тебя есть что поесть? Vlkv (LKŽ VII 976).

27

Знаете, вероятно, каких-нибудь [сказок]. Krn. Вероятно, придёт. J(LKŽ VIII 437). Он, вероятно, пришёл. J(LKŽ VIII 437). Вероятно, голова закружилась. Kal (LKŽ VIII 439). Вероятно, завтра приедешь домой. YI(LKŽ VIII 439). Вероятно, ты взбесился. SInt(LKŽ VIII 440). Вероятно, пошёл купаться. Lp (LKŽ VIII 40). Вероятно, было плохо, раз больше не хочешь идти. Plt(LKŽ VII 440). Вот тут Кнабикайте, вероятно, спит. Vkš(LKŽ VIII 443). Сегодня, вероятно, уже не приедет. Als(LKŽ VIII 442). Вероятно, мог бы мне немного помочь. Šv(LKŽ VIII 442).

О том, что в отдельных диалектах слова bevėlyk, vėlyk и их варианты по происхождению и словообразованию могут быть связаны не только с упомянутыми соответствующими частицами славянских языков, но и с личными формами заимствованного из славянских языков глагола vėlyti «хотеть, желать; позволять; советовать, желать добра» и его приставочных производных, свидетельствуют приведённые ниже предложения.

Лучше бы ты не родился, чем сгубил Касиуле! JD₁ 844. Лучше бы мне копать холмики, чем бросить того, кого любила. Tt(LTSR). Я лучше, лучше лежала бы под землёй, чем, мой милый парень, видела бы тебя перед глазами. JD₁ 614. Я лучше бы копала высокую гору, чем бросила любимого, самого дорогого. KlvD 59. Лучше бы ты, матушка, бросила меня в море. LB 50.

Личные формы приставочных производных заимствованного глагола vėlyti, встречающиеся в диалектах (например: atvėlyti «позволять», bevėlyti «желать сильнее», išsivėlyti «добиться для себя разрешения», įvėlyti «упросить», pavėlyti «позволять», privėlyti «позволять; советовать, сватать», užvėlyti «позволять»), также могли облегчить образование и распространение вариантов слов bevėlyk, vėlyk.

Gauta 1973. VI.1.

К. УЛЬВИДАС

ИЗ ИССЛЕДОВАНИЙ КАТЕГОРИИ НАРЕЧИЯ В ЛИТОВСКОМ ЯЗЫКЕ

Резюме

I. Простые наречия на -ais, соотносительные с творительным падежом множественного числа

Творительный падеж в балтийских и славянских языках отличается богато развитой системой обстоятельственных значений, что облегчает адвербиализацию этого падежа. Многообразие обстоятельственных значений особенно характерно для творительного падежа в литовском языке. Поэтому не случайно литовский язык изобилует наречиями, соотносительными с творительным падежом, окончания которого в определенных случаях могли бы рассматриваться как словообразовательные суффиксы. О суффиксальном образовании этих наречий можно говорить лишь условно, так как многие из них представляют собою не что иное, как адвербиализованные формы творительного падежа единственного и множественного числа, и лишь часть из них образована по аналогии, т. е. по уже имеющимся примерам.

Предлагается следующая словообразовательная и структурная классификация этих наречий.

28

Прежде всего целесообразно разбить все эти наречия на две группы, первую из которых составляют наречия, соотносительные с творительным падежом единственного числа, вторую — наречия, соотносительные с творительным падежом множественного числа. Далее каждая из этих групп распределяется по основам имен, с которыми соотносятся сами наречия. И так, можно говорить о наречиях, соотносительных с творительным падежом единственного числа имен, имеющих основу на -a, -ia, -o, -io и др., а также о наречиях, соотносительных с творительным падежом множественного числа имен, имеющих такие же основы.

Распределение этих наречий по основам имен является прямо пропорциональным распределению самих имен по основам.

Так как эти наречия соотносятся не только с простыми, но и с приставочными, а также сложными словами, то и они сами могут быть простыми, приставочными и сложными. Еще следует упомянуть наречия, соотносительные с предложной конструкцией (состоящей из творительного падежа и предлога), основной компонент которой в свою очередь может быть простым, приставочным и сложным.

Такую именно классификацию определяет анализируемый материал, тесная связь этих наречий с именами, а особенно с именами существительными.

Настоящий раздел статьи посвящен словообразовательному и структурному анализу простых наречий на -ais, соотносительных с творительным падежом множественного числа.

Наряду с наречиями исследуемого типа в языке имеются формы переходного характера, которые, насколько это возможно, следует различать от настоящих наречий. В этом разделе охвачены и периферийные явления — слова, своей внешней формой совпадающие с наречиями исследуемого типа, но на самом деле ничего общего не имеющие или очень мало общего имеющие с этими наречиями.

Из форм переходного типа следует упомянуть такие, как kraštāis „по краям“, rūožāis „местами“, rytāis „по утрам“, vakarāis „по вечерам“. Когда такие формы приобретают более абстрактное и обобщенное значения, они приближаются к категории наречия в такой степени, что уже трудно поддаются отграничению от последних, напр.: tārpais „временами“, šōrais „местами“, šmorais „то же“.

Прежде чем охарактеризовать тенденции образования или структуру исследуемых наречий в разделе выявлены их основные значения и проиллюстрировано их употребление в предложении.

По своему происхождению наречия исследуемого типа составляют две группы, в одну из которых входят исконно литовские слова, во вторую — заимствования из славянских языков.

Большинство исследуемых наречий происходят от имен существительных. Некоторые из них отражают процесс адвербиализации, ср.: dāiktais „местами“ и dāiktas „предмет, вещь; место“, kārtāis „иногда“ и kārtas „раз“, žarāis „врассыпную; кучами“ и žāras „отряд, куча (народу)“.

Следует отметить особенно тесную связь анализируемых наречий с именами существительными. Эта связь чувствуется даже в тех случаях, когда наряду с наречием не имеется соответствующего имени существительного,

29

когда наречие соотносительно с глаголом, напр.: almaís „струей, струями“ (: álma, -ėjo, -ėti „течь, литься струей“), keperzais „вскачь“ (: keperžioti, -úoja, -ávo „бежать вскачь“, plėsais „изо всех сил“ (: plėšytis, -osi, -ėsi „стараться изо всех сил“).

Тесная связь исследуемых наречий с именами существительными явствует даже в тех случаях, когда они соотносятся с именами прилагательными, напр.: dykais „попусту; даром“ (: dūkas, -à „пустой; праздный“), pilnais „полной телегой, автомашиной и т. п.“ (: pilnas, -à „полный“), saváitmais „само собой; произвольно“ (: saváitmas, -à „самопроизвольный“), tolimais „далеко, вдалеке, вдали“ (: tólimas, -à „далекий, дальний“).

Часто образование исследуемых наречий носит чисто индивидуальный характер. Такие индивидуальные образования имеют различные суффиксы, иногда даже не встречающиеся в образовании имен современного литовского языка. Поэтому эти индивидуальные образования не легко поддаются или вовсе не поддаются соотнесению их с изменяемыми частями речи. Примеры: ankstáinintais „очень рано“ (ср. ankstì „рано“), dū́rtais „по пятам, по следам“ (ср. dūrti, dūria, dūrė „колоть, тыкать резко прикасаться к чему, к кому“), greičiū́mais „рядом“ (ср. gretà „рядом“, grẽčiūm „рядом“, grẽčiūmai „рядом“). Указанные здесь наречия не имеют соответствий в именах современного языка, поэтому они могут рассматриваться не только как застывшие (лексикализованные) формы творительного падежа имевшихся в языке, а впоследствии вышедших из употребления имен прилагательных, но и как индивидуальные аналогические образования, конечное -ais которых может рассматриваться как своеобразный суффикс.

Из периферийных слов, своим конечным -ais напоминающих застывшие формы творительного падежа, можно указать следующие: añdais „недавно, несколько дней тому назад“, čianájonais „здесь“, dabārais „теперь“, niekadais „никогда“. Конечное -ais в этих наречиях, особенно тогда, когда оно не ударяется или имеет восходящую интонацию, можно было бы объяснять влиянием наречий на -ais, соотносительных с творительным падежом множественного числа. Так, например, можно было бы объяснить -ais в наречии nórmais nenórmais „волей-неволей“ (ср.: nóromis nenóromis, nóróm nenórom, nórómais nenóromais, nórmais nenórmais), где -ais (по примеру наречий на -ais) скорее всего получила в начале форма nórom nenórom. Однако влиянием форм творительного падежа множественного числа нельзя объяснить конечное -áis, по интонации не совпадающее с окончанием творительного падежа множественного числа, напр. čianáis „здесь“.

Кроме периферийных слов, принадлежащих к наречию, в литовском языке нередки другие периферийные слова: частицы (aurēntais „вон там, вон где“, dēltais „все-таки“, nórintais „хотя“), модальные слова (mātomais „видимо“, žinómais „разумеется, конечно“, mūšetais „вероятно“), подражательные слова, своими значениями переплетающиеся с наречиями (džingu džìngais „дзинь“, grabu grabais для обозначения нащупывания, искания ощупью, klėdaru klėdarais для обозначения шатания, качания). В этих периферийных словах конечное -ais вряд ли можно во всех случаях соотносить с окончанием творительного падежа множественного числа -ais. Конечное -ais этих слов скорее всего состоит из частицы -ai или самого популярного суффикса наре-

30

чий -ai и частицы s. Это -ais как результат аналогии или влияния окончания творительного падежа множественного числа могло бы гипотетически рассматриваться лишь в подражательных словах типа džingu džingais, которые, как уже указывалось, и своими значениями переплетаются с наречиями.

Анализ этого сравнительно немногочисленного разряда простых наречий на -ais, соотносительных с творительным падежом множественного числа имен, раскрывает многообразие связей этих наречий с другими частями речи и выявляет целые серии периферийных слов, по своей внешней форме напоминающих исследуемые в этом разделе наречия, но по своему происхождению не связанных или очень слабо связанных с этими наречиями.

2. Наречия на -(i)úoju, -(i)ája

Отчасти к наречию следует причислить и образования на -(i)úoju, -(i)ája, напр.: blogúoju „не в ладах, по-плохому“, gerúoju „по-хорошему“, gražiuoju „добром, полюбовно“. Конечно -(i)úoju этих наречий — окончание творительного падежа единственного числа местоименных имен прилагательных — приобретает функции суффикса. С суффиксом -iúoju образуются наречия от имен прилагательных с основой на -a, с суффиксом -iúoju — от имен прилагательных с основой на -u. Наречие nesavúoju „1. в плохом настроении; 2. очень; 3. не по своей воле“ произошло от nesàvas, -à.

В диалектах может отпасть не только конечное -u, но и -ju этих суффиксов, напр.: gerúoj, blogúoj, piktuõ; иногда встречаются более древние формы с -(i)úojuo, напр., piktúojuo „злом, лихом“.

Наряду с отдельными из упомянутых наречий в том же значении употребляются формы творительного падежа единственного числа прилагательных с предлогом su или без него, напр.: (su) gerù „по-хорошему“, (su) piktù „злом, лихом“.

Основой образования этих наречий являются имена прилагательные, прямо или метафорически обозначающие внутренние свойства и качества, напр.: gẽras, -à „хороший, -ая“, dõras, -à „нравственный, -ая“, blõgas, -à „плохой, -ая“, gražùs, -ì „приятный, -ая, хороший, -ая“, piktas, -à „злой, злая, плохой, -ая“. Только в очень редких случаях в основу образования этих наречий могут лечь прилагательные других значений, ср.: greitúoju „наскоро, наспех“ (: greĩtas, -à „скорый, -ая, спешный, -ая“).

В предложении исследуемые здесь наречия выступают в значении качественных обстоятельств, а иногда в предикативном значении, напр.: Salos gyventojai sutiko Kolumbą ir jo žmones gerúoju „Жители острова встретили Колумба и его людей по-хорошему“; Gerúoju viskas gerai „Если по-хорошему, то все хорошо“; Greitúoju pavalgiau pietus „Я пообедал наспех“.

Имеются случаи, когда обстоятельственное значение наречий на -(i)úoju бледнеет, когда эти наречия не только выполняют функцию обстоятельства образа действия, но также перенимают часть предикативной функции. В таких случаях наряду с наречием на -(i)úoju легко подразумеваются формы глагола būti „быть“, напр.: Nuo vakar aš su juo piktuoju „Со вчерашнего дня я с ним по-плохому (я злюсь на него)“.

31

Наречия на -(i)ája также приближаются к суффиксальным образованиям. Они очень редки. В литературном языке они даже не составляют более яркого разряда. Из них можно указать следующие: greitája «наспех» (: greitas, -à «скорый, -ая, спешный, -ая»), karštája «быстро, на скорую руку» (: karštas, -à «горячий, -ая»), savája «в свою очередь» (: sàvas, -à «свой, своя»), nesavája «1. не своим голосом; очень; 2. несвоевременно» (: nesavas, -à «не свой»), umája «сразу же, внезапно» (: ùmas, -à «внезапный»).

Конечное -(i)ája этих наречий представляет собою не что иное, как превращающееся здесь в суффикс окончание творительного падежа единственного числа местоименных прилагательных женского рода. Наречия, мотивированные именами прилагательными с основой на -o, оканчиваются на -ája, а наречия, мотивированные именами прилагательными с основой на -io, оканчиваются на -iája.

Некоторые из этих наречий создают параллели с наречиями на -(i)úoju, ср.: greitúoju – greitája.

Наречия на -(i)ája, как и наречия на -(i)úoju, в предложении чаще всего употребляются в обстоятельственном значении.

3. Наречия, образованные от спрягаемых и неспрягаемых форм глагола

Спрягаемые формы глагола, за исключением единичных случаев, в литовском языке не склонны к адвербиализации, так как они не могут употребляться в обстоятельственном значении, от которого обычно начинается процесс адвербиализации.

Изо всех неспрягаемых форм глагола по своему значению и употреблению в некоторой степени приближаются к наречию лишь полупричастия, которые и легли в основу образования таких наречий, как nedėłsiant „скоро, немедля“, negaištant „то же“, netrūkus „то же“, bėregint „сейчас же, немедленно“, bemàtant „то же“, bežiūrint „то же“, (ср. жямайтское bevėizdint, bevėizint „то же“), vėrkiant „непременно, обязательно; очень“.

Некоторые деепричастия вместе с другими словами (обычно с наречиями и частицами) образуют адвербиализующиеся или уже адвербиализованные сочетания, напр.: akìm bemàtant „сейчас же, скоро“, ilgai nedėłsiant „скоро, в скором времени“, ilgai netrūkus „то же“, kaip (be)màtant „сейчас же, скоро“, kaip reikiant „как следует, хорошо“, kaip vien reikiant „то же“, kiek nereikiant „много, щедро“, kiek reikiant „достаточно“, kur reikiant „где (куда) надо“, kur nereikiant „где (куда) не надо“, neilgai trūkus „скоро, в скором времени“, ne kiek netrūkus „сейчас же, очень скоро“, nórint nenórint „обязательно, в каждом случае“, toliau bùvus „впоследствии, с течением времени, со временем“.

Отдельные деепричастия перешли в частицы или союзы, напр.: nelyginant „словно, как, подобно“, nórint „хотя“ (ср. также союз nórs < nóris).

Ср. предлоги, происшедшие или происходящие от деепричастий: išskiriant, išskyrus (ką) „за исключением (кого, чего)“, nepaisant (ko) „несмотря

32

(на что)“, neskaitant (ko) „не считая (кого, чего)“, nežiūrint (ko) „несмотря (на что)“.

От причастий, как в литературном языке, так и в диалектах образуются наречия чаще всего с суффиксом -(i)ai напр.: abejojanciai „сомнительно“, išglebūsiai „вяло, безжизненно“, deramai „подобающим образом“, užtarnautai „заслуженно“, dirbtinai „искусственно“. Такое образование наречий следует считать чисто суффиксальным¹.

В жямайтских диалектах встречаются наречия, образованные с суффиксами -ie², -io(je), первый из которых совпадает с окончанием адвербиализованного инессива без послелога, а второй — с окончанием инессива, имеющего послелог, напр.: dàikantie „когда много пыли, когда дорога пыльная“, lýnantie „когда идет дождь“, pašàlusie „когда подморозило“, lýnançioj „когда идет дождь“.

Ср. еще частицы-союзы esą „будто“, būsia „то же“, происшедшие от соответствующих действительных причастий.

Здесь еще уместно упомянуть застывшие формы жямайтских возвратных полупричастий, употребляемые в обстоятельственном значении и этим приближающиеся к наречиям, напр.: dziaugdamós „радуясь, радостно, с радостью“, juokdamós „смеясь, со смехом“, pašūkėdamos „подпрыгивая, вприпрыжку“.

Встречаются также единичные адвербиализованные неопределенные формы глагола, напр.: nepalýginti „несравненно, намного, значительно“, žūt būt „не на жизнь, а на смерть“.

Еще реже происходят наречия от спрягаемых форм глагола. Об адвербиализации спрягаемых форм глагола может быть речь лишь тогда, когда эти формы вместе с другими словами образуют адвербиализованные или адвербиализующиеся сочетания. Ср., например, наречие bematai „немедленно, сейчас же“ и адвербиализованные или адвербиализующиеся сочетания kaip matai, kur pakliūk, kaip reik(ia), kaip stóvi, kaip švìnta, kiek nerėik(ia), kiek tik nereik(ia) „то же“, „куда ни попало, поверхностно“, „как следует“, „то же“, „чем свет, на рассвете“, „очень много, больше чем надо“, „то же“.

Адвербиальное значение „во что бы то ни стало“ имеют и такие сочетания застывших спрягаемых форм глагола, как lùš (ar) pliš, lùžt(a) (ar) trūks-t(a), pliš (ar) trūks, ar pliš ar trūks, rùks (ar) trūks и т. д.

Ср. модальные слова или частицы, происшедшие от спрягаемых форм глагола или имеющие эти формы в качестве компонентов: būdau (< būdavo), būsis, gal būt, girdi, ràsit, ràstum „бывало“, „будто, мол“, „может быть“, „мол“, „может быть“, „то же“.

По всей вероятности от форм 2 лица глаголов произошли и следующие диалектные наречия: amàt (< ar matai), kabėrgi (< kaip bėregint), kabežiūrai (< kaip bežiūrai) „сейчас же, немедленно“, „то же“, „то же“.

Наречия, происшедшие от форм глагола, или глагольные компоненты адвербиализованных сочетаний могут обкрошиться, деформироваться, приобрести различные форманты или неэтимологические элементы, напр.: be-

¹ Шире об этом см. „Lietuvių kalbos gramatika“, т. II, Vilnius, 1971, §§ 755—762.

² См. K. Ulvydas, Vienaskaitos vietininko prieveiksmėjimo klausimu, «Lietuvių kalbotyros klausimai», т. IX, Vilnius, 1967, p. 18.

3. 520

33

màt „сейчас же, немедленно“, hematōs „то же“, kabetmàt „то же“, kqbemàt „то же“, kaip bemàt „то же“, kaip reīk „как следует, как надо“ и др. Наречие bemàt произошло от bemataì или bemàtant, наречие kabetmàt — от kaip bemataì или kaip bemàtai, kaip bemàtant, наречие kqbemàt — от kq bemataì или kq bemàtai, kq bemàtant. Конечное -os в наречии bematōs неотделимо от конечного -os в наречиях nuolatōs „постоянно“, visadōs „всегда“, niekadōs „никогда“.

От наречий следует различать открошившиеся, деформированные глагольные модальные слова и частицы или частицы-союзы со всеми их вариантами, напр.: bùsia „будто, мол“, kàžì „кто знает, неизвестно“, kàžina „то же“, kàžin, kàžine, kàžino „то же“, màr̄dos (màr̄dos) „мне кажется“, ràšek „может (быть), ràšet (ais) „то же“ и др.

Интересно, что глагольный компонент žino после первого компонента kàs в сложных местоимениях и наречиях может сократиться до одного ž, ср.: kažkàs „кто-то, некто, что-то, нечто“, kažkaìp „как-то, неизвестно как“.

С наречиями не следует смешивать также такие глагольные или в какой-то мере связанные с глаголами модальные слова, происшедшие из славянских языков, как vèlyk „лучше, охотнее“, bevèlyk „то же“. Само собою разумеется, что и все многочисленные варианты этих слов не входят в категорию наречия, ср.: bevèly „лучше, охотнее“, vàlent „то же“, vàly „то же“, vèl „то же“ и т. д. От наречий необходимо отграничить как частицу màž „может (быть)“, так и модальное слово musèt „должно быть, вероятно“ со всеми их вариантами, напр.: mažàk, mažàlai, mažàm, mažì и т. д.; musè, musèt, musèk и т. д.

Первыми источниками перечисленных здесь слов являются славянские языки, ср. русск. диал. валей „лучше, охотнее“, белорусск. диал. валі́й „то же“, велей „то же“, вялей „то же“, русск. диал. волей „то же“, польск. wolej „то же“, белорусск. вялець „желать, хотеть“, русск. диал. волить „то же“, польск. wolej „предпочитать, больше хотеть“; польск. może „может (быть)“, белорусск. можа „то же“, русск. может „то же“, польск. musi „должно быть, вероятно“, белорусск. мусіць „то же“.

Многочисленные варианты этих слов чаще всего образовались уже на литовской почве.

Интересно отметить, что среди вариантов слова musèt находятся и такие, как musètai, musètais, где конечные -ai, -ais совпадают с такими же конечными наречий. Конечные -ai, -ais в упомянутых здесь вариантах, как и вообще в частицах или модальных словах, возможно, выполняют лишь эмфатическую или ритмомелодическую функцию.

Слова vèlyk, bevèlyk и их варианты могут быть соотносительны и с глаголом vèlyti „хотеть, желать; разрешать; советовать“, происшедшим из славянских языков.

Употребляемые в диалектах приставочные образования atvèlyti „разрешить“, bevèlyti „больше хотеть, предпочитать“, išsivèlyti „получить разрешение“, ivèlyti „упросить“, pavèlyti „разрешить“ и т. п. также могли способствовать образованию вариантов слов vèlyk, bevèlyk.

Поступило 1. VI.1973