Заимствованные слова – один из источников обозначений нюансов цвета в латышском языке

216 Ac a Linguis ica Li huanica LXXVIII ANITRA ROZE Институт латышского языка Латвийского Университета Направления научных исследований: лексикология, семантика, ономастика, лексикография, цветообозначения, неологизмы (латышский язык). ЗАИМСТВОВАННЫЕ СЛОВА – ОДИН ИЗ ИСТОЧНИКОВ ОБОЗНАЧЕНИЙ НЮАНСОВ ЦВЕТА В ЛАТЫШСКОМ ЯЗЫКЕ Skolin i spal ų pa adinimai ienas iš la ių kalbos a spal ių žymėjimo būdų АННОТАЦИЯ Наряду с наречиями, которые в латышском языке обозначают различные нюансы des ode ande n Fa ben, zum Beispiel, gaiši (lich lo-), umši (dunklo-), koši (la ko-), bāli (bled- но-) и т. п., для названия оттенков цвета используется также целый ряд заимствован- ных цветообозначений. В статье представлены три группы заимствованных цветообозначений и характе- ризующие эти группы приметы. Отдельные заимствованные цветообозначения рас- смотрены автором более подробно: учтена их семантика, употребление в языке, а также первая регистрация в лексикографических источниках, в отдельных случаях – в других источниках, в основном – в периодических изданиях. КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: латышский язык, лексикология, семантика, заимствования, цветообозначения. ANNOTATION Besides modi izie en colou names wi h such ad e bs as gaiši, umši, koši, bāli, e c. which exp ess he in ensi y o colou , he La ian language also employs a wide ange o e ms bo owed om o he languages o deno e a ious colou shades and nuances. The a icle disku ie h ee g oups o bo owed colou names in La ian. Die cha ak e is ischen ea u es o each g oup as well as he seman ics o each o hese wo ds a e p o ided by also including hei i s men ion in S aipsniai A icles 217 / Заимствованные слова – один из источников обозначений нюансов цвета в латышском языке lexicog aphic publica ions o o he sou ces (mos ly mass media). KEY WORDS: La ian language, lexicology, seman ics, loan wo ds, colou names. Цвета – это один из способов восприятия окружающего нас мира, не- отъемлемая часть нашей повседневной жизни. Но каково определение по- нятия «цвет»? Ответ на этот вопрос можно найти в толковых словарях ла- тышского языка. «Словарь латышского литературного языка» слово цвет определяет как: ‘Ощущение зрения, восприятие, вызванное волнами види- мого света; чувство видения, восприятие, традиционно связанное с образом неких предметов, веществ’ (LLVV IV 398). Аналогичная концепция цвета auch ausged ück in Wö e buch de mode nen le ischen Sp ache (MLVV). Природа цвета нематериальна; Симона София Валке описывает это так: «Без света нет цвета, а сам цвет не имеет материального существования в реальном мире, это плод сенсорной интерпретации. Информация об элек- тромагнитных частотах наш мозг переводит как цвет, объект не имеет цвета, структура его поверхности позволяет отражать частоты, создавая Wah nehmung Fa be (Valke 2012: 133). Somi kann man nich leugnen, dass восприятие и интерпретация цвета основаны на весьма субъективных фак- торах и зависят в том числе от возрастной группы, к которой принадлежит индивидуум, от его пола, национальной принадлежности, культурной сре- ды, а также непредсказуемых психологических и эмоциональных особен- ностей конкретной личности. Многие области исследований – физика, психология, эстетика, искус- ство и многие другие – фокусируют внимание на цветах как на одном из основных средств восприятия мира. Цвета также можно рассматривать с лингвистической точки зрения – анализируя названия цветов, которые яв- ляются неотъемлемой частью словарного запаса и помогают нам выражать окружающий мир. Поэтому внимание многих лингвистов, особенно ис- следователей лингвистической семантики, было обращено к цветообозна- чениям и их семантике, выразить которую зачастую не так просто, а порой даже проблематично. Моника Михалишина выражает мысль о том, что названия цветов опре- деляет конкретное, в неязыковой реальности существующее явление, ко- торое можно охарактеризовать законами физики. Однако попытка опре- делять цвета с помощью терминологии физики не позволяет каким-либо образом правильно раскрывать семантику цветовых дескрипторов в опре- деленном языке. Исследование цветообозначений – это не просто описа- nie ih e physischen Eigenscha en (Mihališina 2002: 75). ANITRA ROZE 218 Ac a Linguis ica Li huanica LXXVIII Что же касается семантики цветообозначений, физические характери- стики фактически становятся объектом второго плана. Использование в языке названий цветов и их нюансов имеет более важное значение. В опре- деление цветообозначения должна быть включена информация о том, как цвет воспринимается в умах пользователей языка, а также о его специфи- scheschen Besonde hei en in kul u ellem Kon ex (Mihališina 2002, 75). К исследованию цветообозначений латышского языка в лингвисти- ческом аспекте обращалось сравнительно немного языковедов. Петерис Шмит среди прочего изучал цвета, описывающие древнелатышскую оде- ždu (Šmi s 1923: 733); Daina Zemza e un e such e Fa b öbzeichnungen, die besch eiben mas Kühe (Zemza e 1971: 189200); Inese Edelmane sch ieb об основных латышских цветах (Ēdelmane 1971: 73–85); Антония Ахэро сосредоточилась на сложных названиях цветов (Ahe o 1965: 31–38); Гунта Lainjice besch ieb die Fa benbe indung mēļš (Lejniece 1979: 153156); Rasma G īsle s udie e Fa ben масти P e de (G īsle 1995: 4043); a Laimu e Balode sch ieb übe den schwa zen Fa b in Hyd onimen (Balode 2001: 110122). Au o s a- тьи также во многих публикациях рассматривала названия цветов в линг- is ichem Aspek (siehe, nap ., Roze 2010a: 5767; Roze 2010b: 5061; Roze 2012: 292307). Отдельной группе цветообозначений посвящена и эта статья. С лингвистической точки зрения названия цветов можно разделить на простые и сложные; по принципу создания – на первичные и вторичные, а по признаку происхождения – на унаследованные и заимствованные. Среди первичных цветообозначений латышского языка обозначающих g undlegende Fa be (dzel ens ‘gel e , sa kans ‘ o ny, zaļš ‘g ünn, zils ‘si- ный’ и. др.), имеют место также первичные цветообозначения, обозна- чающие нюансы цвета. В числе этих названий подавляющая часть – за- Nich ungen, wie bēšs, d. e. beigewe […]leich -b aunwe […], palss, […]g ae ao -bled -gelb a ben; gel e , ša ens, d. h. scha en ‘Kas anowy, bo do, d. h. bo dewy ‘dunklo- o ny, ma engo, d. h. ma engo ‘ em- но-серый’ и др.1 К тому же эти цветообозначения имеют очень высокую степень обобщения, поэтому с лингвистической точки зрения определить названия первичных цветов достаточно трудно. Это доказывает метод раз- работки толкования подобных цветообозначений в толковых словарях, где вместо определения цвета мы наблюдаем описание цвета с помощью: 1 К тому же не всегда семантика заимствованного названия цвета соответствует семанти- ке названия в языке-доноре (или языке-посреднике). Это особенно относится к сло- ву маренго, которое в латышском языке имеет значение ‘темно-серый’, а во французском языке – ‘коричневато-красный’. S aipsniai A icles 219 / Заимствованные слова – один из источников обозначений нюансов цвета в латышском языке 1) названий реалий, которым данный цвет наиболее характерен (такой ме- тод используется для характеризования основных цветообозначений, на- пр., zils ‘Tāds, kam i , piem., skaid as debess, udzupuķu, neaizmi s ulīšu ziedu k āsa2 (MLVV)), 2) ande e Fa boo eboßenhei en (solche Me hode wi d e wende , um zu besch eiben Fa boo eboßenhei en, die Nuancen de Fa be bezeichnen, nap ., ozā ‘светло-розовый’3). Такой подход используется потому, что названия цвета являются од- ной из лексических групп, разсматриваемых экстралингвистически (ана- логичными являются группы лексем, описывающие сенсорные впечатле- ния (Schmack, Ge uch, Oßesanie, Hö ch) (übe diese F age siehe Bušs 2014). Порой границы цветообозначения, обозначаемого одним словом, очень широки, и конкретный нюанс можно определить лишь по контексту или на основе предыдущего опыта, а также на основе ассоциативной связи между цветом и реалией. Если предыдущего опыта нет, необходимо оставаться в пределах диапазона тонов и нюансов определенного цвета, которые рас- крывают толковые словари. В данной статье названия цветообозначений рассматриваются в лингви- стическом аспекте, автор фокусируется на одной из групп первичных цве- тообозначений – простых заимствованных цветообозначениях. Из всего диапазона названий цвета в латышском языке автором выбра- ны заимствованные цветообозначения, используемые для представления цветовых тонов и нюансов. Эти цветообозначения рассмотрены, сравнивая давность заимствования, а также распространение этих цветообозначений в современном латышском языке. Рассматриваемые в статье цветообозначения появились в языке в разное время, распространение их также весьма разное. Цель данного исследова- ния – собрать вышеупомянутые цветообозначения, чтобы выяснить, ко- торые из них лучше знакомы и чаще употребляемы пользователями язы- ка – более давние или более поздние заимствования, а также – каковы новейшие способы обозначения нюансов цвета. Задача, которую попытаемся достигнуть – собрать данные, полученые в ходе исследования, и сделать соответствующие выводы, чтобы понять, можно ли лексикографические источники считать надежным критерием для определения времени заимствования слова или же они не всегда пока- зывают реальное время возникновения данного слова в латышском языке. Другая задача – уточнить, изменилась ли семантика слова, сравнивая более 2 Синий ‘такой, который имеет цвет ясного неба, васильков, незабудок’. 3 Розовый ‘светло-алый’. ANITRA ROZE 220 Ac a Linguis ica Li huanica LXXVIII da liche (XVII - An ang XX ..) und mode ne (Ende XX - An ang XXI .) источники. Хотя, как уже упоминалось выше, некоторые статьи о различных цве- тообозначениях латышского языка были опубликованы, в подобной со- вокупности заимствованные цветообозначения, обозначающие нюансы цвета, негде ранее рассмотрены не были. Поэтому данное исследование следует рассматривать как первый опыт анализа упомянутых цветообозна- чений такого рода. Данные лексикографические источники были выбраны для исследова- ния потому, что именно они являются наиболее значимыми лексикогра- фическими источниками латышского языка данного периода. К тому же в этих словарях часто указана и семантика конкретного цветообозначения. Касательно определений, используемых в статье, должно пояснить, что под непроизводными словами подразумеваются простые цветообозна- чения, образованные без помощи префиксов и суффиксов. Язык-донор определен как язык, из которого заимствовано конкретное слово, а язы- ком-посредником назван язык, через посредничество которого слово было geliehen wo den (siehe VPSV 301, 373). In le ischem Sp ache da ges ell ziemlich zähe Zahl Fa b o- обозначений нелатышского происхождения. Наряду с наречиями, которые в латышском языке обозначают различные нюансы того или иного цвета, zum Beispiel, gaiši (lich lo-), umši (dunklo-), koši (la ko-), bāli (бледно-) und . p., для названия оттенков цвета используется также целый ряд заимствованных цветообозначений. Главное различие между теми и другими в бесспорной компактности заимствованных слов, в возможности одним словом описать нюанс цвета, для обозначения которого при помощи унаследованных лек- сем необходимо более детальное описание (аналогичную картину видим и в русском языке, например, бордовый – темно-красный, пурпурный – яр- кий красновато-фиолетовый, хаки – зеленовато-коричневый, оранжевый – яркий красновато-желтый или желтовато-красный и т. п.). Заимствован- ные слова дают подробную характеристику нюанса цвета, обладая четкой возможностью характеризовать внешность среды или реалии, к тому же части из них присуща некоторая экзотика и необычность. Являющиеся объектом исследования данной статьи прилагательные, обозначающие нюансы цвета, были разделены на три группы: – самые ранние и / или наиболее известные и распространенные заим- s owania (lillā ‘lilowy, iole s ‘ iole owy, o anžs ‘o angewy, ozā ‘pinkowy) de inie in die e s e G uppe; spä e e und ode wenige bekann e Leihungen (bēšs ‘bejewy, blonds ‘blondin, b une s ‘b üne , ša ens ‘scha en, palss, pāls, / S aipsniai A icles 221 / Заимствованные слова – один из источников обозначений нюансов цвета в латышском языке pā s ‘bleichne , gelbo a e , gelo o a -g aue , ka mīns ‘ca minne , pu pu s ‘pu pu ne ) bes imm sind in die zwei e G uppe; und die spä es en und am wenigs en bekann en Leihnahmen (indigo ‘indi- go, bo do ‘bo do, bo dowy, haki ‘haki, ma engo ‘ma engo) in d e- тью группу. В данной статье они рассматриваются, во-первых, с учетом первой ре- гистрации в лингвистическом источнике, которая (по крайней мере, при- близительно) помогает определить время заимствования, т. е. появление слова в латышском языке; во-вторых, указывается происхождение слова (что иногда показывает семантическую связь со словом языка-донора), а также учтено употребление слова как в более древних, так и в современ- ных источниках, что делается с целью выявления возможных семантиче- ских различий. Первую группу заимствованных цветообозначений латышского язы- ка составляют, как уже упоминалось, относительно давние заимствования, которые также часто воспринимаются органичной частью латышского языка и прочно вошли в повседневное употребление, редко воспринима- ehende als emdie. Es is Fa bbezeichnungen o anžs ‘o angewy, ozā ‘pinkwy, sowie lillā ‘lilowy und iole s ‘ iole wy (die in de Essenz обозначают один и тот же цвет). Blü e obe öznochung lillā ‘Lilowy in le ischem Sp ach en lehn on немецкого языка4. Впервые в лексикографическом источнике на латыш- skom Sp ache es inde in de zwei en Häl e des XIX. Jah hunde s in 1880 Jah , in Deu sko-la ischen Wö e K. Ullmans und G. B aje, wo nem. lila übe se z a kani sils, lila (Ulmann, B asche 1880: 490). E was ühe a öbzeichnung lillā зафиксировано в периодических изданиях, как например, [...] silgans lilla ibe meh elis [...] ‘синевато-lilaвое тибетовое пальто (La iešu A īzes), [...] gabals paschaus as d ahnas, klei es eesa, pelleka un lilla [...] ‘отрезок самотворенного сукна для платья, серый и лиловый (Mājas Viesis). В современном латышском языке значение цветообозночения lillā ‘ли- ловый’ почти не изменилось. Как и рассматриваемое в дальнейшем iole s ‘фиолетовый’, оно обозначает красновато-синий (или синевато-красный) цвет и в толковых словарях даже объясняется аналогичным заимствован- inem Fa b ebezeichnung iole s ‘ iole o wy (LLVV IV 712). Diese Me hode de In e p e a ion als ob da au hindeu e , dass lillā ‘lilowy wenige pass для употребления в литературном языке. Однако с такой трактовкой не wü de man ge ne zus immen, wo on zeug de e wendung lillā in sp ache, 4 в том числе и в литературных источниках. Schauen wi mi dem deu schen lila ‘ liede blau, d. e. de Fa be Si eni (Kluge 1975: 441). ANITRA ROZE 222 Ac a Linguis ica Li huanica LXXVIII Fü Flo hoßense zung lillā cha ak e is isch als Ve wendung in di ek e Bedeu ung (naeb ., lillā i ši ‘lilowy wie sk, lillā ce iņi ‘ilobaya siрень), so und в переносном смысле: • mi de Bedeu ung ‘ unkene (in Kon ex : [...] biju gluži lillā. Kad ad u neesi lillā? Līze upji iesaucās. Kauns gan i , kad apdomā, ka ik jauns cil ēks jau ik liels dzē ājs! ([...] ich wa öllig (buch .) lilow. A когда же ты не (букв.) лиловый!» Лизе грубо вскликнула. «Стыдно по- zu denken, dass so ein junge Mensch schon so eine T unke in! (Blaumanis 1993: 377))5; • со значением ‘(жить) легко, без препятствий, без проблем’, напр., leben opā lillā! (leben lilo o!). Fa b oebe önung iole s ‘ iole owy in la ischisch Sp ache auch leim- ствовано из немецкого языка6. Впервые в лексикографическом источнике au le ischisch sp ach es inde sich in An ang XX. Jah hunde in 1906 Jah in dem Wö e buch emde Wo e E. D a nieka S ešu ā du g āma ā: iole s, d. e. iole e e ‘iezils, zils kā ijolī e (‘cine a ige , Fa ben Vialki) (D a nieks) 1906: 289). Uploede wi d es nu ü die Cha ak e isie ung Fa be (naeb., iole as ēnas ‘ iole wei e Scha en, iole i ī isi ‘ iole wei e I is, iole i saul ie a mākoņi ‘фиолетовые тучи заката’). E ymom de nächs en Fa ba oo enigung o anžs ‘o angewy is das anzösische o ange ‘apelsin (SVV 1999: 538). Es lo hochnisch- чение, обозночающее красновато-желтый или желтовато-красный цвет и имеющее словарное толкование ‘красновато-желтый, цвета апельсина’, в латышский язык вошло сравнительно недавно. В двуязычных словарях, вы- gehedischen mi XVII bis XIX Jah hunde , es lo hobe osnung, so iel bekann , nich begegne ; es e s mals зафиксиe wu de nu in de e s en Häl e XX ка. В словаре К. Дуцмана «Политическая и общая книга иностранных слов» находим прилагательное o anžs ‘оранжевый’ с толкованием ‘желто-алый’ (Ducmanis 1921: 265), а в словаре La iešu kon e sācijas ā dnīcа к слову eo anžs hinzuge üg Anweisung, dass Wo geliehen is aus dem F anzösischen Sp ache, 5 По мнению автора, у этого переноса значения имеется два предположительных обьяснения: 1) Ve bindung au G und phone ische S immigkei mi dem Wo pilns ( a sächlich ozg. pillā) Buchs aben. ollne co Bedeu ung in einem Zus and s a ke Be unkenhei ; 2) me apho ische Ve bindung c Fa be Gesich s (Nase) inkenden Menschen (s . mi dem Wo ziliķis (LLVV VIII 633 zildegunis) ‘sinušnik mi Bedeu ungen- ем ‘алкоголик, пьяница’). 6 De deu sche iole bezeichne auch die Fa be zwischen blau und o (in de Fä bung zwischen Blau und Ro liegend ‘ eilchen a ben lila, d. h. ocke as zwischen blau und o em lilowy, Fa ben i- alki (EW 1517)). S aipsniai A icles 223 / Заимствованные слова – один из источников обозначений нюансов цвета в латышском языке und in e p e a ion ‘na Gold ähnliche Mischung o e und gelbe Fa be (LKV XV 29914). Иллюстративный материал показывает, что „визуальных“ нюансов у этого цветообозночения довольно много. Они охватывают тона, начиная on nahen zu o em bis nahen zu gel em Blume. Anlagliches o anžs ‘оранжевый’ в латышском языке в основном используется для обозначения цвета окружающих реалий. Гамму оранжевого цвета приходится считать довольно ограниченной; ограничено и количество реалий, которые харак- e izue en a тооbezeichnung o anžs ‘o angewy. Das komm aus- за того, что, как только цвет, присущий какой либо реалии, более близок zu gel em ode o em, s a Wo o anžs e wende e Bezeichnungen o anždzel ens ‘o angewa -gel e ode o anžsa kans ‘o angewa - o . Namlich sel ene o anžs ‘o angewy wi d in einem übe agenen Sinne e wende , k тому же и в этих случаях сохраняется связь с обозначением цвета. Оран- je en und e bunden mi o ange om (o anžie, o anžis i) in le ischem sp ach- ке называют партии, организации и т. п., которые цветом своего логотипа выбрали оранжевый цвет. Самые распространенные случаи употребления Bezeichnungen o anžs, o anžie in le ischem Sp ache e bunden mi : • Bezeichnung de demok a ischen K ä e de Uk aine im An ang XXI. Jah hunde (o an- жевая революция, оранжевые партии, оранжевые силы, в Украине побе- ду празнуют оранжевые и т.); • Le ische Volkspa ei (Tau as pa ijaa) und ih en Mi gliede n (o ange- вое правительство, оранжевые министры, оранжевые депутаты, оран- chewa Le land und . p.); abe nach dem Abgang diese Pa ei c poli ische сцены Латвии данное обозначение стало неактуальным. Das nächs e geliehene Fa ben heue ung ozā ‘ osowy, das diese G uppe abschließ , geliehen aus dem deu schen osa ‘ osowy. Обозначение алого или красноватого цвета ozā впервые в лексикографи- ческих источниках латышского языка зафиксировано во второй половине 19. Jah hunde s in Knige emde Wö e (S ešu ā du g āma ā) (1878) F. Mekonas mi In e p e a ion ožu ē igs ‘zвета oz, gaišisa kans ‘ályj (Mēkons 1878: 33), где оно довольно тесно связано по значению с одной конкретной реа- лией – розами. Такой тесной связи в современном латышском языке нет, с osamen, a be osen meh eng e bunden ande e a oobezeichnung ožains ‘цвета роз, розовый’. «Толковый словарь латышского литературного языка» и «Словарь со- временного латышского языка» этому цветообозначению дает толкование gaiši sā s ‘lich lo-alıj (LLVV VI2 699; MLVV). ANITRA ROZE 224 Ac a Linguis ica Li huanica LXXVIII Ta sächlich ozā bezeichne denselben selben Ton Fa be, dass und Fa b oeinweisungen sā s ‘ályj, gaiši sa kans ‘leich - o ny, алый, iesa kans ‘ o no- ватый’ и. т. п.7. Нельзя не упомянуть, что этот цвет имеет довольно широкую гам- му, которая расширяет восприятие цветообозначения, на что указывают komplexe Fa bbezeichnungen mi Komponen e ozā ‘ osig im zwei en Teil des Wo es, z.B., gaiš ozā ‘leich - osig, umš ozā ‘dunkel- osig, ec ozā ‘ osig a ben mi g auwa em ode lilawa em Fa b on, bēbīš ozā ‘lich -, ярко-розовый, характерный для детской одежды, детских вещей’. Fa bbezeichnung ozā wi d auch im übe agenen Sinne e wende : ska ī ies • обозначая что-то светлое, радужное, возможно, нереальное, напр., du ch ozā b illēm ‘sehen du ch osenb ille, auklē ozā ce ības ‘leeleie en; • ‘связанный с девочками, девушкам, женщинами, с чем-то девичьим, женственным’, например, розовая коммуна ‘женское общежитие’, пример в контексте: Сейчас мы обратимся к более женственной ча- сти Украины, к более сексуальной части, к розовой части, к украин- skim Scheidüben (LTV1); • ‘связанный с женским гомосексуализмом’ (напр., розовые девочки, ро- зовая любовь). Во вторую, самую большую, группу заимствованных цветообозначе- ний латышского языка определены цветообозначения, которые не в та- кой мере, как уже упомянутые, но все же достаточно продолжительно и стабильно являются частью лексики латышского языка. Несмотря на свое прочное место в языке, они все же психологически воспринимаются как geliehenen und ziemlich emde. Das sind Namen de Fa be: bēšs ‘bej, beigewy, blonds ‘blondyn, b une s ‘b üne , ša ens ‘scha en, palss, pāls, pā s ‘bäldy, ‘bledd-g au, ‘bledd-gel y, ka mīns ‘ka minny, pu pu s ‘пурпурный’. В лексикографических источниках латышского языка эти цветообозна- chennia e s mals zaebe sind in de Zei on 1638-go (palss, pā s) bis 1980's Jah (ša ens ‘ša en). O diese Fa bbesch eibungen in de le ischen Sp ache 7 Wendend sich an die Fa bbesch eibung ožains ‘alliy, osa og (analogem kwo- um is die Wo - ossammlung ožu k āsa ‘ lö e de Rose), muss beme k we den, dass, nach Meinung des Au o s, ožains ‘alliy, pinkowy und ožu k āsa ‘ lö e de Rose denken einen on Nuancen de pinkigen Fa be und nich iden ische Bezeichnung diese Fa be sind. Ve mu lich möglich o, dass a oeinse zung ožains ‘allij, pinkowy (auch abgelei e e Fo m ozīgs ‘ ozau y) являe sich le ischem Analogom geliehenen a oeinse zung ozā ‘ ozewy. Nach Meinung des Au o s, ähnliche, wenn nich iden ichnu Seman ik ha und Fa b oeinse zung sā s ‘alyj (siehe. 2015: Roze 215, 216, 229, 300, 301). S aipsniai A icles 231 / Заимствованные слова – один из источников обозначений нюансов цвета в латышском языке Рассматривая латышские лексикографические источники, мы находим das wo ka mīns in einem Wö e buch S ešu ā du g āma à on F ied ich Macon, wo ka mīns (onno auch ka mezins; s . mi deu schem das Ka mesin ‘ka mīns) angegeben is als Bezeichnung de Fa be und in e p e ie als ‘leuch - o ny (Mēkons 1878: 16). Soe толкование совершенно не соответствует тому цвету, который обозначает- ся Wo em ka mīns in mode nem le ischem Sp ache, d. e. dunklo- o ny цвет. В русско-латышско-немецком словаре К. Валдемара находим слово ka minъ, la . ka mins (ļo i sa kana k ahsa, . e. ‘la ko- o nische Fa be), nem. ca min (Valdemā s 1872: 199). E läu e ung in Klamme n seh sa kana k ahsa ука- зывает на насыщенность цвета, но не дает полной уверенности в том, что имеется в виду именно цвет, а не красящее вещество. По отношению к слову карминъ (также как и к последующему пурпуръ) надо отметить, что по крайней мере в русском языке в конкретном слу- чае имеется в виду красящее вещество, а не цвет, поскольку для обозначе- ния цвета обыкновенно используются прилагательные карминовый и кар- минный, в основе которых лежит имя существительное кармин (Садыкова 2008). Aus allen Wö e büche n de mode nen Le ischen Sp ache nu in MLVV ka mīns de inie sich als Name de Fa be ‘dunkel- o a sie ende mi - ство, которое получают из особей женского пола нескольких пород щи- Tocke; en sp echende Fa be, O eink (MLVV). A LLVV und LVV 2006 Wo ka mīns in e p e ie nu als ä sie ende Subs anz (LLVV IV 166; LVV 2006: 487). Mi de Bedeu ung de Fa be ka mīns am häu igs en komm als Teil des komplexen Wo es ka mīnsa kans ‘ca minno- o ny o . Namlich sel ene es используется в роли обозначения цвета само по себе; такое употребление inden wi , z.B., in de Bezeichnung des Pilzes ka mīna bē zlape [Russula ca minea] ‘Ruh- ежка карминная’. Помимо этого автономное употребление цветообозна- чения ka mīns manchmal inde sich in küns le ische Li e a u , pe iodischen Ausgaben, Ka alogen: K ēl ozes ka mīnā es dze u sma žas kā i Aiz loga kokos ka mīns, o anžs, zel s [...] (Da bs) ‘Pülauen Rosen ka minliche ich страстно пью их запах – В деревьях за окном карминное, оранжевое, зо- lo o [...] Ziedi ein ach pu pu a, iole i, ka mīna. / (www. idzemesce ini.l / l /ce inu-ka alogs) ‘Flächen ein ach pu pu ne, iole öwe, ka minne. Die Bezeichnung Fa be ka mīns o iziell bezeichne als Fa be des Flags de Le ischen Republik, напр. : Vals s ka oga sa kanajai k āsai (ka mīns) [...] jāa bils [...] likuma pielikumā do ajam pa augam (www.saeima.l /simbolika/ ka ogs) ‘Ro ne Fa be de s aa lichen Flagge (ka minny) [...] muss so- ответствотать […] образцу, указанному в приложении к закону’. ANITRA ROZE 232 Ac a Linguis ica Li huanica LXXVIII Заимствованное цветообозначение pu pu s произошло от латинского pu pu a ‘iглянка (la . pu pu gliemezis); o e Fa be, in de G undlage dessen g iechisches po phy a ‘dunkel- o ne Fa be (SVV 1999: 648). In le ischem Sp ache pu pu s inde sich schon in de Übe se zung de Bibel E. Glik (XVII-XVIII jah hunde ) ка), но по текстам не ясно, употребляется ли оно для обозначения цвета или ткани. Первая регистрация в лексикографическом источнике на латышском Sp ache en deck auch im XVII. Jah hunde in einem Wö e buch G. Manzels (Mancelius 1638: 13 jedoch do es ha nich Bedeu ung Fa be: deu sche Pu pu 8), übe se z (is olko ano) als dah gha D ehbe swescha D ehbe . e. / ‘Dea aya emdenzem- ная ткань’. В качестве цветообозначения оно впервые встречается в словаре К. Вал- dema a (1872), being pa o complex wo d: uss. багръ, la . pu pu peh we, niem. Pu pu a be; uss. багряный, la . pu pu sa kans, umschi sa kans, nem. pu pu o h (Valdemā s 1872: 6). Ein paa Jah e spä e in dem Wö e buch F. Macons S ešu ā du g āma ā Wo pu pu s de inie sich als ‘skais s sa kanums . e. k assige o e Fa be (Mēkons 1878: 31), und in dem Wö e buch K. K. Ullmans und G. B aje deu sche pu pu n und pu pu o h au le ischsch Sp ache übe se z a kans kà pu pu s, pu pu a kans . e. ‘pu no- o ny (Ulmann, B asche 1880: 583). Различие между обозначением цвета, красителя и ткани в употреблении Wo e pu pu s bis je z es zus ellen manchmal is es e schwe end. Толкования, которые включают понятие ткани определеннного цвета, красителя, которым красили данную ткань, а также самого цвета, можем sehen, zum Beispiel, in Wö e buch de le ischen li e a ischen Sp ache (LLVV), in Wö e buch de le ischen Sp ache (LVV 2006) und in Wö e buch de mode nen le ischen Sp ache (MLVV). Als Beispiel schauen wi au die In e p e a ion des Wo pu pu s in LLVV: 1) ‘dunkel- o e Fä be mi leich em Viole - вым оттенком (в древней Греции, Риме), который добывали из иглянки и использовали для окрашивания тканей; определенный цвет, оттенок’, 2) ‘темно-красная ткань с легким фиолетовым оттенком; одежда, которая изготовлена из такой ткани’ (LLVV VII2 445). Подобное употребление видим и в примерах из художественной лите- aa u en: Mila Melka [...] ģē busies līdz zemei gaišā pu pu ā [...] (Repše 1998: 142) ‘Mil Melka [...] in lich -pu pu nem [...] Cau šau o logu lija iekšā sa kana ī a blāzma, ē pdama jaunekļa plecus pu pu ā [...] (G īns 30) ‘Du ch ein schmales Fens e / брезжила утренняя заря, окутывая плечи юноши в пурпур […]’. Это двоякое (или троякое) значение слова, которое мы можем наблю- zu geben in Wö e n des XVIII. Jah hunde s, bewah e sich und in mode ne le ische Sp ache. S aipsniai A icles 233 / Заимствованные слова – один из источников обозначений нюансов цвета в латышском языке В последнюю – третью – группу заимствованных цветообозначений определены заимствованные слова, которые появились в лексике латыш- ского языка относительно недавно и продолжают восприниматься как в некотором роде чужие и не совсем усвоенные в системе языка; это цве- тооbohenennung haki ‘haki, indigo ‘indigo, ma engo ‘ma engo und, in e was ge inge em Maße, bo do ‘bo dowy. Diese Fa b oeinweisungen sind in die Sp ache eingegangen в тесной связи с реалией, которая имела тот или иной цвет; они не всегда сразу четко отделимы от этой реалии и продолжают сохранять изначаль- ную тесную связь с ней, как в быте, так и в языке. De Name haki haki kam on dem englischen khaki, das le z e on dem u dischen khāki lo a s auli (SVV 1999: 264). In lexicog aphischem U sch- нике латышского языка впервые слово зарегистрировано в 1975 году – в «Словаре латышского литературного языка»: в первом значении ‘зелено- вато-коричневый цвет; ткань такого цвета’, и во втором значении, обычно in Ve bindung mi dem Wo schwe , in Funk ion Adjek eilnogo ‘g ünowaa o-b aunwy (LLVV III 188). WSp uche e des mode nen le ischen Sp a- ка» толкование более точное и объемное: ‘коричневато-желтый, коричне- a o-g üne Fa be; Gewebe solche Fa be, und in Funk ion Adjek i nogo ‘ соединении со словом «цвет»: коричневато-желтый, коричневато-зеленый’ (MLVV). De Beg i a öbzeichnung haki in dem Bewuss sein de Sp ach äge haup sächlich образом визуально связано с представлением о внешности конкретной тка- ни или одежды из этой ткани, что, в свою очередь, ассоциативно связыва- ется с опознаваемостью цвета, и, следовательно, вариации в тоне являются незначительными8. Такое предположение поддерживают и толковые сло- a i, in denen haki besch ieben is als: zaļganb ūna k āsa; audums šādā k āsā ‘ze- леновато-коричневый цвет; ткань такого цвета’. В то же самое время – в 1975 году – в лексикографическом источнике латышского языка впервые упомянуто и цветообозначение indigo ‘инди- го’ со значением ‘темно-синее кристалическое вещество; соответствую- läche Fä schende Subs anz, en sp echende Fa be, Ton (LLVV III 455), En leihung aus dem spanischen indigo, in Basis dessen la einisches indicum ‘indische (Flech ) (SVV 1999: 302). In das le ische sp ach es kam du ch 8 Diese associa i e Ve bindung e schein als haki ‘haki → a mee o m ode kleidung soma engo ‘ma engo in seine u sp ünglichen, wie, alle dings, und ответвующего цвета. ANITRA ROZE 234 Ac a Linguis ica Li huanica LXXVIII посредничество немецкого или русского языка9. Со значением цвета оно am häu igs en e wende in Wo e knüp ungen indigo zils ‘sinn, als indigo und indigo k āsa ‘ a be indigo. Ohne bezeichnende a ben Name Adjek i zils ‘sinig a oeinweisung indigo ‘indigo komm ziemlich sel en o , in indigo bē ns, d. h. основном со значением красящего вещества или когда речь идет о цветах радуги. В последнее время indigo часто употребляется в словосочетании indigo Kind besonde s emp indliches Kind, das die Wel au ih e A und Weise wah nimm (MLVV). Вопрос о происхождении следующего цветообозначения этой группы – heu igeß- тике является довольно проблематичным. В основе названия лежит то- pohnim Ma engo in I alien, Name de Gegend, wo s a ge unden g ausame битва с армией Наполеона. По легенде в этой битве было пролито так мно- го крови, что вся земля стала коричневато-красной. С тех пор, например, im anzösischen Sp ache Wo ma engo bezeichne b aunewa o- o ne Fa be. Позже у этого слова появились и другие значения напр., пестрый (без ука- зания на конкретные цвета). В латышском языке (как и, напр., соответству- juisches Wo in ussisch) ma engo bezeichne dunkel-g au ein Fa be. Spä e Fa be ma engo ‘ma engo begannen zu benennen schwa ze Fa be mi kleinen weißen ode g auen Punk chen, und im XVIII. Jah hunde in Russland Wo ma engo bezeichne e- ли каштановый цвет, который соответственно был синонимом коричнево- go, Analogom des anzösischen ma engo ou b un (siehe ISGRJA 2010). Впервые в лексикографическом источнике латышского языка это цве- тообозначение упомянуто в 1978 году в «Словаре иностранных слов», где цветообозначению маренго с указанием этимологии (т. е. произошло от Toponym Ma engo in I alien) gegeben In e p e a ion ‘dunkel-g aue Fa be (SVV 1978: 449). Связь этого цветообозночения с реалией выражена особенно ярко. Принимая во внимание происхождение слова и его тесную связь с 9 In de deu schen Sp ache Indigo bezeichne blaue e ä schende Subs anz, die e hiel en on P lanzen- ния индиго (в восточной Индии); с посредством греческого языка оно попало в Европу и seinen Namen e hiel on dem O seines U sp ungs on dem g iechischen Indikón (νδικόν) ‘indische , aus Indien. In la einische Sp ache übe nomm e die Fo m Indicum wei e üh zu spä em mi enniesnedeu schem indich, ühem neuübe deu schem endich, endi . Sei XVII. ставшая доминирующей форма Indigo не произошла (как принято считать) от испанского índigo, а от верхнеитальянского indigo, indaco, поскольку торговля с Востоком велась че- Jah hunde ez i alienische Hä en (EW 19891995). In die ussische Sp ache indigo iel en wede on dem deu schen Indich (ISGRJA 2010), ode , wie weis eine ande e Quelle, on dem spanischen indico, la inischen indicum (SIS). In eine ande en Quelle angegeben, dass ussisches indgo ‘sinnige Fä be und en sp echende P lanze, höchs wah scheinlich, geliehen is on dem la einischen indicum, dem g iechischen νδικόν du ch Ve mi lung des deu schen Indigо ode des spanischen indigо (ESSRJA 19641973). S aipsniai A icles 235 / Заимствованные слова – один из источников обозначений нюансов цвета в латышском языке реалией, которой этот цвет характерен, т. е., с тканью маренго, малове- роятным в латышском языке является употребление обозначения цвета ma engo ge enn on dem Namen konk e en Gewebes. Da übe zeug und die Besch eibung ma engo in Tolko ym Wö e buch de le ischen Sp ache ‘ emno-se- рый цвет; шерстяная ткань такого цвета (обычно для костюма или пальто)’ (LLVV V 93). In Wö e buch de mode nen le ischen Sp ache beide Bedeu ungen объединены в одном: ‘темно-серый цвет; шерстяная ткань такого цвета’ (MLVV), ielleich weil, dass an Beispielen schwe zu bes immen Rede идет о ткани или о названии цвета. Примеры, которые однозначно бы подтвердили использование маренго только в качестве названия цвета, автором не обнаружены. Конечно, мож- abe heo e isch e mu en die exis enz wo zeichen ma engo māja ‘haus a be ma engo ode ma engo au omobilis ‘au obahn a be ma en- го’, но все же такое употребление только гипотетично и могло бы рассма- триватся лишь как окказиональное. Во всяком случае, такое употребление по данным языка не является актуальным, что, в свою очередь, дает повод предположить, что столь специфическое и тесно связанное с конкретной реалией употребление цветообозначения в языке довольно ограничено. Le z en in diese G uppe is Fa b oeinsch eibung bo do ‘bo dowy. Es e olg e on anzösischem bo deaux10, und das le z e on Toponym Bo deaux (l sch. Bo do) in F ank eich (SVV 1999: 112). Die Bezeichnung Fa be bo do ‘bo dowy is nich ü es gehal en in einem de lexicog aphischen Quellen XVII-XIX Jah hunde e. E s mals in Lexicog a- фическом источнике слово зарегистрировано в «Толковом словаре латыш- s igen li e a ischen sp aches in 1973, wo bo do ‘bo dowy in e p e ie nu als a oeinweisung umši sa kans ‘dunklo- o ny (LLVV II 109 110). Позже у слова появляется и другое значение ‘сорт красного вина; вино этого сорта’ и только вторым упоминается цветообозночение ‘тем- no- o ny (SVV 1999: 112), somi wi d indi ek da au hingewiesen, dass bo do ‘bo dowy denk genau so einen Ton dunkel- o he Fa be, In de le ischen который характерен для вина этого сорта. Sp ache Fa bbesch eibung bo do ‘bo dowy wa bekann mo, wenigs ens, sei An ang XX. Jah hunde , es häu ig o komm in pe iodischen изданиях того времени – 20-ые, 30-ые годы, а также в 40-ые, 50-ые го- ды, напр., Lie ošanas ga a ībā ogām jābū [...] umši bo do sā ām [...] ‘Spähle Bee en müssen sein [...] dunklo-bo doweisen [...] (Da ba Zemnieks) Tē pi i 10 Фр. / bo deaux ‘Dune couleu p oche de celle des ins ouges de Bo deaux ( ouge ance), d. h. de Fa be Wein, das e hal en wu de aus dem o en T aubeng aube de So e Bo deaux (Hache e 1999: 221). ANITRA ROZE 236 Ac a Linguis ica Li huanica LXXVIII e schiedenās k āsās bo do, b ūnā, bēšā. ‘Kleidung e schiedene Fa be bo do aia, ko- ichewa, bejewa (Cīņa). Als Bezeichnung de Fa be bo do ‘bo dowy e wende und als Teil de Wo e knüp ung bo dosa kans ‘bo do o- o ny, und als Namen bei- лагательного, напр., bo do klei a ‘бордовoe платье’, bo do žake e ‘бордовый пиджак’. В заключение хотелось бы отметить еще одну интересную тенденцию в появлении новых цветообозначений в латышском языке. Она не связа- на непосредственно с заимствованными словами, но, по мнению автора, является следующей ступенью в развития цветообозначений. Речь идет о появлении цветообозначений, в которых вовсе не упоминается название цвета и которые вообще не являются прилагательными. Для обозначения цвета в подобных случаях используются лишь названия реалий (к тому же, надо отметить, часто не обладающих конкретным цветом или поэтичных), zum Beispiel, saullēk s ‘ oschgang de sonne, aniļa ‘ anil, dzelzs ‘ze zo, udens ‘he bs , ce iņi dūmakā ‘siрень in dimke und e c. О перспективе этой тенденции пока судить трудно, но субьективно ка- жется, что упомянутый способ обозначения цвета занимает все большее и все более значительное место в пространстве языка. Что характерно – встречаются эти условные цветообозначения лишь в литературных текстах и различных каталогах, а не в разговорной речи. Автор предполагает, что таким образом язык с помощью говорящих на нем людей пытается решить затронутую в начале этой статьи проблему – когда обозначение цвета ис- пользовано как бы само по себе, то, даже если оно упомянуто в контексте, без подробнейших пояснений непосвященному читателю или слушателю не открываются нюансы цвета. Способ, при котором для обозначения цве- та использованы названия реалий без названия цвета, опирается на ассоци- ативное восприятие носителей языка и, возможно, эффективнее достигает желаемый результат. В противном случае, т. е., если бы желаемый резуль- тат остался недостигнутым, вряд ли упомянутый способ обозначения цве- та нашел бы столько последователей. ВЫВОДЫ Обобщив материал, рассмотренный в данной статье, можно сделать следующие выводы: 1) часть заимствованных цветообозначений, которые наиболее ра- но вошли в словарный запас латышского языка, носителям язы- ка хорошо известны; однако специфические цветообозначения (по S aipsniai A icles 237 / Заимствованные слова – один из источников обозначений нюансов цвета в латышском языке большей части это обозначения масти лошадей, заимствованные в XVII-XVIII Jah hunde palss, pāls, pā s) auße halb des K eises Spezialis en konk e en индустрии (напр., коневодство, конный спорт) малоизвестны и до- вольно редко употребляемы; 2) более поздние заимствования употребляются реже; от части это про- исходит потому, что не распространена и реалия, для характеристи- ки которой используется данное цветообозначение (напр., марен- го), а отчасти потому, что вместо заимствования чаще используется komplizie, nich en lehn e Fa boo ebezeichnung (na ., s a ša ens e wende wi d kas aņb ūns ‘kaš anowy, s a b une s umši b ūns ‘темно коричневый’); 3) первая регистрация цветообозначения в лексикографическом источ- нике не всегда указывает на время возникновения этого обозначе- ния в латышском языке; в отдельных случаях первое употребление слова зафиксировано не в лексикографическом источнике, а в пери- одическом издании; 4) при рассмотрении употребления цветообозначения в более давних и более современных источниках семантические различия между ни- ми практически не обнаружены (за исключением прилагательного ka mīns); in mode nen Quellen einige Fa b öbzeichnungen (nab ., o anžs, ozā) we den häu ige im übe agenen Sinn e wende , abe Ve wendung einzelne Fa b öbzeichnungen (nab ., lillā) in übe agem Sinn inde schon in Tex en An ang XX. Jah hunde ; 5) часть современных источников показывает тенденцию вместо заим- ствованных цветообозначений использовать название самой реалии, которой тот или иной цвет более характерен; но это явление неод- нородно во всех проявлениях языка – оно наблюдается в основном в текстах с конкретной спецификой – в товарных каталогах, в описа- нии товара (напр., одежды, бытовой техники) на этикетках, упаков- ке, в магазинах и. т. п. СОКРАЩЕНИЯ лтш. – латышский нем. – немецкий фр. - французский рус. - русский ANITRA ROZE 238 Ac a Linguis ica Li huanica LXXVIII ИСТОЧНИКИ Bal akmens Raimonds, S ukuls Vilis 1978: La ijas zi gi. Rīga: Liesma. B asche G. 1875: Bels Albe s 1987: Cil ēki lai ās. Rīga: Liesma. Blaumanis Rūdol s 1993: Kopo i aks i 1. Rīga: Cī ulis. Alle e s e Anlei ung zum Geb auche de le ische Sp ache ü Deu sche on G. B asche. Libau: Ve lag on G. L. Zimme mann. Cīņa 09.10.1956. Da ba Zemnieks 27. 09.1940 Da bs 15.09.1927 D a nieks J. 1906: S ešu ā du g āma a. Jelga a. D a nieks J. 1914: S ešu ā du g āma a. Jelga a. Ducmanis K. (K. D.) 1921: Poli iska un ispā ēja s eš ā du g āma a. Pā labojuši un papildinājuši K. Dēķens un V. De manis. Rīga: Komandi sgesellscha Daile un Da bs apgādībā. EW 19891995: E ymologisches Wö e buch (nach P ei e ). Zugänglich: www.dwds.de. EW E ymologisches Wö e buch des Deu schen. München: Deu sche Taschenbuch Ve lag, 1997. G īns Aleksand s: Nameja g edzens. Rīga: Z aigzne ABC [jah nich angegeben]. Hache e 1999: Dic ionnai e Hache e Encyclopèdique. Hache e 1999: Dic ionnai e Hache e Encyclopèdique. Hache e 1999: Dic ionnai e Hache e Encyclopèdique. Edi ion 2000. Pa is: Hache e Li e. Heming ejs E nes s 1971: Kopo i aks i 1. No angļu alodas ulkojusi Vizma Belše ica. Rīga: Liesma. Jaunākās Ziņas 31.03.1938. Jaunākās Ziņas 18.06.1938. jauns.l / aks s/zinas Kluge F. 1975: E ymologisches Wö e buch de deu schen Sp ache. Be lin, New Yo k: Wal e de G uy e . Lange J. 1773: Le isch Deue sche Theil des olss andigen Le ischen Lexici. Schloβɑ Obe =Pahlen. La iešu A īzes 27.06.1857. LBV La iešu alodas biežuma ā dnīca 4. Rīga: Zinā ne, 1976. S aipsniai A icles 239 / Заимствованные слова – один из источников обозначений нюансов цвета в латышском языке LKV XV La iešu kon e sācijas ā dnīca 15. Rīga: A. Gulbja apgādība, 1937. LLVV IVIII La iešu li e ā ās alodas ā dnīca 18. Rīga: Zinā ne, 19721996. LTV1 TV Übe agung Kul o oye eide. Uk aine, 27.11.2014. LVSV 2006 La iešu alodas slenga ā dnīca. Rīga: No den AB. LVV 1987 La iešu alodas ā dnīca. Rīga: A o s. LVV 1993 La iešu alodas ā dnīca. Ame ikas La iešu ap ienība. LVV 2006 La iešu alodas ā dnīca. Rīga: A o s. Mājas Viesis 05.09.1860. G. 1638: Mancelius Le us das is Wo buch Samp angeheng em äglichem Geb auch de Le ischen Sp ache; / Allen und jeden Außheimischen die in Chu land Semgallen und Le ischem Lie lande bleiben und sich edlich neh en wollen zu Nu ze e e ig Du ch / / Geo gium Mancelium Semgall de H. Sch i Licen ia um &c. E s e Theil. Cum G a . & P i . S. R. M. S ec. Ged uck unnd e leg zu Riga du ch Ge ha d Sch öde Anno M. DC. XXXVIII. ME IIV Mīlenbahs (Mülenbachs) Kā lis. La iešu alodas ā dnīca 14. (Le ischdeu sches Wö e buch). Rediģējis, papildinājis, u pinājis J. Endzelīns. 1.: Rīga Kul ū as onds, 19231925; 2. Rīga: Kul ū as onds, 19251927; 3. Rīga: Kul ū as onds, 1927 1929; 4. Rīga, 19291932. Mēkons F. 1878: S ešu ā du g āma a. Rīga. MLVV Mūsdienu la iešu alodas ā dnīca. Zugänglich: www. ezau s.l /ml /. OED Online E ymology Dici ona y. Douglas Ha pe , 20012014. Zugänglich: www. e ymonline.com. Rainis Jānis 1948: Kopo i aks i 3. Rīga: La ijas als s izde niecība. Repše Gundega 1998: Sa kans. Rīga: P eses Nams. Laiks Rīgas N . 1, 2002. Rī s 19.05.1936. spoki. ne .l . S ende G. F. 1789: Le isches Lexikon. Mi au: J. F. S e enhagen. SVV 1978 S eš ā du ā dnīca. Rīga: Liesma. SVV 1999 S eš ā du ā dnīca. Rīga: Juma a. ANITRA ROZE 240 Ac a Linguis ica Li huanica LXXVIII C. C. Ulmann ; B ache G. 1880: Le isches Wö e buch on Ulmann und B asche. Zwei e Theil. Deu sch=le isches Wö e buch [...]. Riga u. Leipzig: B u ze . Waldema s K. 1872: K eewu-la weeschu-wahzu wa dnize isdo a no Tau as Apgaismoschanas Minis e ijas. Moskau. Valdības Vēs nesis 06.11.1930. VPSV Valodniecības pama e minu skaid ojošā ā dnīca. LU: Rīga La iešu alodas ins i ū s, 2007. www.a ena.l . www.dzeja.in o. www.google.l . www.ku bijku ne.l /dailda bi. www.saeima.l /simbolika/ka ogs. www. ne .l /apollo/a hi s/327979-pa _pi mo_la iesu_sabied ibas_elku. www. idzemesce ini.l /l /ce inu-ka alogs. Zebe iņš Mod is: Zel a lielceļi. Rīga: Sol Vi a [jah nich angegeben]. Ziedonis Iman s 1997: Raks i 12 sējumos 8. Rīga: No dik. ИСГРЯ 2010 – Исторический словарь галлицизмов русского языка. Москва: Сло- варное издательство ЭТС. Доступно: h p:// gallicismes.academic. u, h p://dic. academic. u/. СИС – Чудинов А. Н.: Словарь иностранных слов, вошедших в состав русского Sp ache, 1910. Zugänglich: h p://dic.academic. u/. ЭСРЯ 1964–1973 – Фасмер М. Р. Этимологический словарь русского языка. Мо- squa: P og ess. Zugänglich: h p://dic.academic. u/. ЭСРЯ 2004 – Крылов Г. А. Этимологический словарь русского языка. Санкт-Пе- e bu g: OOO Vic o ia plus. Zugänglich: h p://dic.academic. u/. ЛИТЕРАТУРА Ahe o An onija 1965: Salik eņi a no obežo u nozīmi. La iešu alodas kul ū as jau ājumi. La iešu alodas kul ū as jau ājumi. La iešu alodas kul ū as jau ājumi. La iešu alodas kul ū as jau ājumi. La iešu alodas kul ū as jau ājumi. 1. laidiens. Rīga: Liesma, 3138. Balode Laimu e 2001: ki sn-/juod-melnbal u hid onīmijā. Linguis ica Le ica 9. LU: Rīga La iešu alodas ins i ū s, 110122.