О сочетаниях с родительным падежом в современном литовском литературном языке

СЕ ТО ро: К В OT YiROUS КА ами LITHUANIA TSR Academies of Science O СОЧЕТАНИЯХ С РОДИТЕЛЬНЫМ ПАДЕЖОМ В СОВРЕМЕННОМ литовском ЛИТЕРАТУРНОМ ЯЗЫКЕ Т. В. БУЛЫГИНА Настоящая статья посвящена некоторым вопросам, связанным C описанием функций литовского генитива — падежа, представляющего, несомненно, наиболышие трудности для исследователя падежного синтаксиса (не только литовского, но и других индоевропейских языков). Несмотря на то, что этот падеж получил в литовском языке чрезвычайно широкое синтаксическое распространение, до сих пор нет ни одного исследования, специально посвященного конструкциям с родительным. Что же касается общих работ, связанных C изучением падежного синтаксиса в 1) На сложность интерпретации употребления индоевропейского генитива обращали внимание многие исследователи — из последних работ см., напр., А. Heintz, Genetivus in the Indo-European w Random System, Warsaw, briick, Vergl. 1955, стр. 5. Не случайно то обстоятельство, что ни одно „общее“ определение значения родитель“ ного падежа (в разных индоевропейских языках) — начиная от древнеиндийских грамматиков [ср. негативное определение употребления родительного в грамматике Панини, цитируемое Дельбрюком (,,Родительный употребляется во всех остальных случаях“), которое дается после довольно точного установления обобщенного значения других падежей (см. В. Ре 1Synt., I ТЬ., Cap. III, I, A. Die Basic terms according to the Indian Grammar, стр. 180)] и кончая новейшими попытками в этом направлении — не являются удовлетворительными [ср., напр., предельно абстрактное определение общего значения родительного в русском языке у P. Якобсона (Contribution to the general Case study, TCLP, t. 6, Prague, 1936, стр. 255) и возражения А. В. Исаченко (Грамматический строй русского языка в сопоставлении со словацким, Братислава, 1954, стр. 139); в то же время выделение значений Genetivus subjectivus и Genetivus ‘bjectivus в качестве единственно синтаксических — т. е. независящих от семантики компонентов сочетания, — предлагаемое 10. Куриловичем в его замечательной статье „Le problėme du classification des саз“ (BPT), IX, Kraków, 1949, стр. 33) и вслед за ним A, В. Исаченко (указ. соч, <тр. 138), также не представляется достаточно последовательно аргументированным (подробнее об этом см. Т. В. Булыгина, Неглагольные сочетания с родительным падежом в современном литовском литературном языке, сб. ‚Славянское языкознание“, M., 1959, стр. 222—223]]. 2) Это обстоятельство, остроумно проиллюстрированное в свое время издателем Lithuanian fairy tales by Jurkštatas, who in one of his “language tricks” (Sprachkunststiicke) изложил целую историю, употребляя из косвенных падежей один родительный (Lithuanian Mirchen and Erzdhlungen. From the people gathered and in various Dialects especially in the Galbraster dialect communicated by C, Dress treasure, Heidelberg, 1898), a также, в особенности, тот факт, что синтаксис генитива в литовском языке сохранил очень многие черты древнейшего употребления, утраченные другими языками, заставляет предполагать, что исследование литовского родительного падежа могло бы оказаться полезным и для выяснения сущности родительного в других (в первую очередь — славянских) языках, 90 литовском языке, то они кроме недостаточно полного описания сочетаний < одним определенным падежом (что вполне объяснимо их общим характером) вызывают ряд принципиальных возражений — как в общетеоретическом плане (принципы классификации; излишняя дробность классификации в результате отсутствия различения между собственно падежными значениями и значениями частными, всецело определяющимися лексикой компонентов сочетания и пр.), так и в плане конкретного истолкования отдельных употреблений родительного (неадекватность термина ‘Genitivus’ partitivus’’; смешение под этой рубрикой разнородных типов употребления родительчого; неоправданность в ряде случаев принципа классификации глагольных сочетаний с родительным по значению глагола и т. п.). В данной статье мы намереваемся коснуться некоторых из этих BONросов на материале сочетаний с генитивом в современном литовском литературном языке, не ставя своей целью, из-за недостатка места, дать исчерпывающее систематическое описание употребления этого падежа. - Не подлежит сомнению, что при исследовании значения того или иного падежа необходимо в первую очередь обращать внимание на грамматическую принадлежность сочетающегося с данным падежом слова. Так, несомненно, следует различать в качестве двух основных типов генитивных сочетаний именные и глагольные конструкции, поскольку с различием в грамматической категории сочетающихся с родительным слов связано различие в синтаксическом значении соответствующих сочетаний, т. е. в характере отношения между их компонентами; присубстантивный родительный детерминирует, ограничивает именное представление, выражая разновидность определительных отношений, в то время как приглагольный родительный называет чаще всего объект действия и, таким образом, связан со ‚стержневым словом“ сочетания отношениями объектными). Поэтому трудно согласиться, например, с виднейшим исследователем Lithuanian syntax by D. Frenkel? ), which considers such четания, как, скажем, soduoti vandens, в одном ряду с такими, как water glass (под рубрикой ‘Gen. partitivus®), отделяя первые от других глагольных сочетаний, а вторые от других субстантивных сочетаний. Общее the traditional name under which D. Frenkel combines these two разнородных типа сочетаний, не является достаточным доказательством действительной общности значения падежной формы в сочетаниях того и другого типа. С другой стороны, вряд ли целесообразно во всех случаях класть в основу классификации признак грамматической принадлежности сочетающегося с родительным слова. Так, очевидно, нет оснований разделять глагольные сочетания с родительным и сочетания этого падежа с действительными причастиями, поскольку характер отношения между компонентами, так $) См, Е. Fraenkel, Syntax of the Lithuanian case, Kaunas, 1928. 91 же как ‚значение“ падежной формы (объект действия, выраженного стержневым словом) в тех и других сочетаниях тождественны. Неубедительным поэтому представляется, например, у Шлейхера, внесение в группу сочетаний с прилагательными и их наречиями* сочетаний с причастиями, образованными от глаголов с отрицаниями (напр., nebdjigs pinįgu), или OT глаголов, которые и в личной форме сочетаются с родительным объекта (напр., thirsty for water, afraid of death)5). Likewise, He seems to be thorough in the separation of combinations of native тельного с существительными количественного значения от аналогичных сочетаний с количественными наречиями или ‚„субстантивными“ числительными —с одной стороны, и с другой — объединение их с отличными по значению (и по форме! — речь идет о порядке следования компонентов) сочетаниями с подобными существительными, что имеет место в классификации D. Френкеля. Сопоставление различных сочетаний с постлозиtive parental - [cfr. for example,- ...рога greeting words, рога patting the lady's į hand, рога glasses of tea — т sudiev (Crackling) ,,...why приветственных слов, пара поцелуев ручки у госпожи, пара стаканов чая — и до свидания“ (род. пад. при существительных);.- ..water falls five hundred feet down, breaking billions of į small drops (Crackling) „›...вода низвергается с высоты в пятьсот футов, разбиваясь на миллиарды мельчайших капель“ (род. пад. при числительных);...- and many doctors took a lot of money (Crackling) ,,...H много докторов взяли много денег“ (род. пад. при наречиях); ...ёо knowledge: both killed and captured į (Crackling) „...приходили вести: столько-то убитых, столько-то взятых в плен“ (род. пад. при местоимениях)] — показывает, что значение родительного падежа („название класса или рода предметов, взятых в определенном количестве“) не зависит от принадлежности семантически однородных слов, сочетающихся с ним, к разным частям речи. В то же время формальное различие (различный порядок следования компонентов) между сочетаниями родительного падежа с существительными, обозначающими количество, меру и под., оказывается связанным с различием в их значении. Если в сочетаниях с препозитивным родительным (который можно было бы условно назвать ‚‚родительным содержания“) основным членом, темой“ высказывания является существительное, сочетающееся с генитивом (т. е. название формы‘), а название ‚,содержания“ представляет собой лишь необходимый дополнительный момент, определение к названию ‚‚формы“‘, то в сочетаниях с постпозитивным родительным (который можно было бы условно назвать „родительным количества“) главное — понятие, выражаемое родительным падежом, а название количества является менее существенным, оно представляет собой как бы опреде4 See. A. Schleicher, Handbook of the Lithuanian Language, t. 1, Grammatik, Prague, 1856. - Sar. V, Vom Gebrauche der Casus, $ 129 (all material is distributed, by the author according to OT grammatical category ‚‚core word —by three groupsprie karštų пам, включающим, кроме названной выше, группу сочетаний с существительными и сочетаний с глаголами ; впрочем, этот принцип не во всех случаях последовательно выдерживается), 5) Там же, стр. 273. 92 (not grammatical, of course) to the name of the substance та ит: IL). Для иллюстрации связи значения всего сочетания с тем или иным порядком сочетающихся слов сравним некоторые примеры, относящиеся к сочетаниям двух типов, о которых идёт речь. Так, например, ср. такое сочетание с постпозитивным родительным, как:... krosnių, lašas' ištirpini to plieno iš karto persigeria per Žmogaus -kaulus (Cvirka),,- ... раскаленным домнам, где [одна лишь; каждая] капля расплавленной стали сразу прожигает тело до костей“ (в ‘сочетании, как видно из контекста, внимание обращено именно на количество вещества) или не менее харакternoe’. Fae exhausted in mother's last drop of milk (Cvirka) ‚‚иссякла у матери последняя капля молока‘‘ с сочетаниями того же существительного с prepositional parental- :... all gone, evaporated, like a dewdrop (Cvirka) ‚...всё исчезло, испарилось, ‘как капелька росы“‘ (собств. ‚росяная ка- "Raindrops" (feat. Mr. the following combinations of the same ‘lexicographical composition’:... nupirko dar gabalą žemės (Cvirka) “bought another piece of land” and išlindo auksinio rago pavida1о žemės gabalas (Cvirka) “a piece of land appeared to be like a golden horn” — в первой конструкции существительное, сочетающееся с постпозитивным родительным падежом, ‚определяет‘ предмет, называемый родительным, с количественной стороны; в значении второго сочетания © препозитивным родительным, характеризирующегося более тесной связью между компонентами, количественный оттенок отсутствует. Mr. еще: Now, hear, I have enough money to buy a manor and keep a regiment of soldiers armored (Cvirka) „Теперь, слышь, у меня столько денег, что мог бы купить имение и [целый] полк солдат с пушкаwe contain’’ (in combination B, the number of soldiers is underlined, as can be seen and из контекста) и то же существительное в сочетании с препозитивным родиteльным:- ... that the Red Army troops came to us (Jovaras- ),,... что красноармейские полки к нам приехали“. Показательно также сопоставление следующих пар сочетаний, в которых одни и те же слова имеют ,, количественное“ или ‚,неколичественное“‘ значение, в зависимости от пози1998-1999 Falling, Sr. : Šyvis... surado eilę gerbėjų (Suška) „Šyvis... pripirko [celý] rad (T. e. daug“) почитателей“ и Krukas...- nusišypsojo, rggaskleidęs auksinių dantų eilę (Suška) ‚,Krukas- ...ulybnuosis, atkrypdamas eilę [here proper meaning of the word is, “a number of”]. eilė) золотых зубов’; or: Šiandien razy aa jums partiją tautiečių (Сушка) ‘Today I sent you [a whole] party of compatriots’ and Amerikos socialistų partija (Cvirka) ‘the socialist party of America’; Wed. also:...raštuva, kojines ir dar roga smulkių daiktų (Cvirka) „šakutė, kojinės ir dar pora [T. e. ‚nedaug- ‘‘] smulkių Bellen‘ и... turiu dvi eilutes, keturis batų poras (Cvirka) ‚,...u man du kostiumai ir keturi kur tvanas пары башмаков““. Значение количества приобретают в сочетании с постпозитивным родительным и такие, напр., существительные, вообще далекие от этой семантики, но обозначающие предметы, с которыми связывается определен93 ный размер, как tvanas ,,moton‘‘, clouds ‚‚облако“ и под. Ср. употребление их с пости препозитивным родительным:... All kinds į of people. similar items, flood of beer, voices (Crackling) „,...где целый потоп всяких человекоподобных существ, потоп шума, гама“ (в сочетании с препозитивным родительным, то же существительное выступает в собственном значении, ср., напр., ...soak oil in coal ir flood (Crackling) „,,..мокнуть впотопе [из] масла и yras‘‘); ...siauté clouds of pistils (Crackling) „...кружились целые тучи GaGouek'* (в сочетаниях того же существительного с препозитивным родительным, отсутствует количественное значение, cp., drove a напр., light car, drowning the road workers in a cloud of dust. Mules (Morocco) „проезжала легкая машина, топя в пыльном облаке работающих у дороги батраков“; ...о geese whistling their — feathers. cloud (Crackling) ‚,...а когда кричат под ножом гуси— пуховое облачко‘). Число примеров, указывающих на зависимость значения сочетания от порядка следования составляющих его компонентов, можно было бы значительно увеличить. Однако, как кажется, и сравнительно небольшое число приведенных примеров, свидетельствующих об особом значении сочетаний собирательных и количественных существительных с постпозитивным родительным падежом, подтверждает неправомерность смешения таких сочетаний с сочетаниями существительных той же семантики с препозитивным родительным (так называемым ‚„родительным содержания“). Это различие и, с другой стороны, очевидная общность значения постпозитивного род. падежа в сочетаниях с семантически близкими существительными, наречиями, местоимениями и числительными говорят как о He-- обходимости учитывать при классификации падежных значений порядок the sequence of the components of the combination, as well as about the TOM, which is advisable to lay. в основу классификации грамматическую принадлежность сочетающегося с родительным слова только в том случае, если такое деление оправдывается функционально. Целый ряд спорных вопросов возникает в связи с изучением род. падежа в сравнительно ограниченной сфере его приглагольного употребления. Основную массу глагольных сочетаний с родительным составляют сочетания, называющие действие и его объект, т. е. имеющие значение, соотносительное со зпачением сочетаний переходных глаголов с винительным падежом. При этом в некоторых сочетаниях появление родительного падежа обусловлено семантикой глаголов, всегда сочетающихся с данным падежом, в то время как в других — глагол, входящий в состав конструкции, может сочетаться и с винительным падежом. Естественно, что для установления специфического значения родительного падежа особый интерес представляют именно эти последние, прямо противопоставленные конструкциям с винительным, сочетания, ; Значение, выявляющееся при сопоставлении сочетаний с тем и другим падежом, одинаковых по своему лексическому составу (имеющих тождественное „лексическое наполнение“) очевидно, и будет собственно ‚„,грамма- , 94 тическим*‘ значением, присущим самой падежной форме, вполне свободным от влияния ‚семантической нагрузки“) компонентов сочетания. Именно в случае возможности прямого противопоставления тех и других сочетаний (т. е. в том случае, когда в сочетании с одним и тем же глаголом может выступать и тот, и другой падеж одного и того же существительного} формальное различие между винительным и родительным падежами является синтаксически значимым. Реализация этой возможности ограничена со стороны существительного, называющего объект глагольного действия, — указанное противопоставление касается глагольных сочетаний с существительными, объединенными общим значением ‚,непредметности“‘, „‚веществен- “spacelessness”’” (i.e., with the names of substances) ными, собирательными и отвлеченными, а также с существительными во множественном числе, обозначающими ‚„пространственно-неограниченную“ совокупность предметов). Что касается глаголов, способных выступать в рассматриваемых сочетаниях, то они не образуют какой-либо однородной семантической группы; в качестве „стержневого слова‘‘ может выступать любой переходный глагол, если только его значение не предполагает с необходимостью связь с „предметным“, ‚пространственно-ограниченным“, имеющим определенный объем объектом. Возможность выделения целых групп сочетаний с лексически однородными глаголами объясняется только тем, что некоторые из них естественно сочетаются с определенными объектами; напр., большая употребительность в данных сочетаниях глаголов принятия пищи определяется тем, что продукты питания часто обозначаются именами вещественными. Между тем, сочетания этих глаголов с родительным падежом имен вещественных ничем существенным не отличаются от соответствующих сочетаний, в состав которых входит любой другой переходный глагол. Поэтому представляется совершенно неоправданным ставить появление родительного падежа всегда в зависимость от определенных глаголов, как это делает, напр., Э. Френкель, который в указанной выше работе рассмаthe genitive case is used separately for the verbs,,von etwas essen, trinken- ““ and for the verbs,jmd. App etw. Give share etc. gewinnen, erlangen- ““9 (that is, separates such cases as, for example, „walgiti duonas“ —p. 43, of such as, say, „Kig gaut pinigų“ —p. 44), while combining сочетания с этими глаголами и сочетания, в состав которых входят глаgoals "apRacep, volladen usw. Shi, etw." 44 (i.e. pripildyti and so on), verbs expressing the subject’s satisfaction with the action: „,sich satt $) Пользуемся выражением проф. А. В. Исаченко (Грамматический строй русского языка в сопоставлении со словацким, Братислава, 1954, стр. 136), употребляющего его в связи с тезисом о необходимости разграничения „синтаксического“ и ‚„несинтаксического“ (,‚адвербиального““) значения падежа, не сопровождаемым, однако, к сожалению, определением условий максимальной ‚свободы от семантической нагрузки““. 7) The meaning of these, perhaps, quite successful, terms, which we, however, find it difficult to replace, is explained in the work of A. I. Thomson, “K syntax und semantiлогия русского языка“, Одесса, 1903, стр. 36 и след. 8) Как показывают эти названия параграфов, Э. Френкель значение действия, охватывающего объект, лишь отчасти, приписывает (без оснований) самому глаголу. 95 oessen, zai trinken” – p. 44 (i.e. priėsti, apsigerti and so on), verbs gentigen, hinreichen, ermangeln, bedūrfen —p. 45 (i.e., e.g., suffice, suffice, lose, etc.; need, require, etc.) —T. e: such verbs, meaning HOторых действительно обусловливает родительный падеж, — в одну группу ,,Gen. part. bydeterminant, mostly trans. Verbs (разрядкз наша — T. Б.). In view of the foregoing, it seems appropriate to classify B основу классификации рассматриваемых сочетаний значение имени, выступающего в форме родительного падежа (при`этом можно внутри полученных групп — для удобства изложения — располагать сочетания с глаgoals close together). | No5 Сочетания с именами вещественными. В отличие от названий’ пространственно-ограниченных, имеющих определенный объем предMETOB, которые в сочетании с переходными глаголами всегда выступают в форме винительного падежа, имена вещественные (и под.), обозначая ‘объект действия, выраженного переходным глаголом, часто употребляются в форме родительного падежа. | 'Как уже отмечалось, возможность сочетания с родительным падежом имен вещественных в общем не связана с какими-нибудь определенными группами глаголов, если не считать того, что она естественно ограничена ‘реальной возможностью связи каких-либо действий с определенной группой объектов, обозначаемых вещественными именами. Естественно также, что наиболее употребительными являются сочетания с глаголами, обозначающими действия, с которыми объекты указанной группы связаны по ‘самой своей природе. Это, напр., сочетания с глаголами To eat to „есть“, drink ‚пить‘‘, srēbti „хлебать“ и под., напр., After she had eaten warm batviniai left over from breakfast, she srēb sour milk (Singing) ‚Вернувшись, поела теплой, оставшейся от обеда ботвиньи, похлебала простокваши“‘; boiled ‘BapHTb’, for baking ‚печь“, (в знач. „приготавливать пищу“), напр., "There's a fire on the ground, one boils food, one cooks shish kebab" (The lonely man) "Одни, ле огонь, варят пищу (род. пад.), жарят шашлыки (род. пад.)*“*, а также с глаголами, обозначающими ,,универсальные“ — в смысле направленности на различные объекты — действия: разведя ‚‚давать“, Ha „одалживать“, zemduti loan offer „предлагать“, напр., Jonas, give me iodine, give me cotton wool (Singing) ‚Йонас, дай ‘иоду, дай ваты“; ..can you lend me some bread? (Jasiukaitis),,...MOXeT, одолжишь мне xJIeOa?”*; One even offered tobacco (Crackling) ‚Один даже предложил. Take get баку“; shipped „брать“, buy „получать““, „доставлять“, „‚покупать“, напр., Change your Кага tu name, you get land (Crackling) ‚,Меняй фамилию, раз ты получаешь землю (род. пад.); Ir took a liqueur (Crackling) „И взяли ликеру“‘; ...погз ourselves had to transport bread further iš Кга$- tų (Singing) ‚,...хотя сами должны были доставлять себе хлеба из более отдаленных краев“; ..first we decided to buy some sweet lambs (Сушка) „прежде всего мы решили купить себе сахарных GapaluKOB“ ; nešti vežti „нести“, „везти“ и под., e.g., Women aunt brought slaughterhouse, flour, butter, cheese, herbs seeds themselves o ir (Crackling) ‚Женщины приносили тетке мяса, муки, масла, сыру, а сами уносили с собой семян и травок“; brought he many books, a microscope otherwise ir various scientific materials (Jurgina96 s) ‘carried with him many books, a microscope and various scientific materials’; turėti ‚‘have,‘ e.g., Džiaukis duonos turėti, ne sviesto (Zemaitė) ‚Rejoice that you have bread (born), not just butter (born) пад.)**. Однако, широко употребительны и сочетания с другими глаголами, например: To not angry pagan gods, slightly threw them food and crusaders (Vienuolis) „Чтобы He разгневать языческих богов, незаметно бросали им пищи и крестоносцы“;...zue4ё высокин мульга (Cvirka) „..швырнул вверх илу“; Often his mother would tie eggs, wool, sometimes pig bristles or old rags (Cvirka) into a bag for him. мать завязывала ему в узелок яиц, шерсти, иногда приходилось относить pig bristles or old rags (n.p.)’*;...- jeigu meškai duoti pauostyti tabako... (Cvirka) ‘...if you give a bear to smell tobacco.- ..’ ; Žemės 2аda, pinigų (Gudaitis- -Guzevičius) ‘Zemli promises, money...’;- ...Kиг1з jau iš anksto buvo sėklos pažadėjęs (Baltušis) ‘,...which already promised seeds in advance’; Dirgelevičius... from the closet pulled out... krupniko (Cvirka) 'Dirgyaljavičius... pulled out of the closet liqueur' (original); The men sat the boy at the table, found him paper (Cvirka) ‚Посадили мужики парнишку за стол, нашли ему бумаги...‘ [ср. сочетание с „предметным‘‘ объектом: (Ass.)...(Cvirka) „Учитель, приготовив листок (вин. пад.) бумаги для преферанса...“];...- jtraukiau oro ir taip pat —panériau (Cvirka) ‚„Втянул воздуха и тоже —нырнул*- ‘; having sent several hats and condensed milk... (Cvirka) ‘послав несколько шляп и сгущенного MOJIOKa’- ’; The father left a penny, he left full buckets of grain and a Solomonic instruction on how to live and store wealth (Cvirka) ‚Отец оставил деньжат, оставил полные амбары зерна и соломоновы поучения, как жить to multiply wealth.” Rašo vis laiškus, įdeda vis pinigo (Cvirka) ‘He sends all the letters, puts all the money in them’; The brightest man wearing cognac and cheese (Cvirka) „Светлейший захватил с собой коньяку и сыра“ and many other гие другие. Сопоставление рассматриваемых сочетаний с соответствующими конструкциями с винительным падежом, выявляет в значении тех и других различие, которое состоит в характере представления объектов, противопоставляемых по линии определенности --неопределенности, или ‚предметности“‘ — ,, вещественности‘‘ (последние термины в высшей степени условны). Так, в родительном падеже выступает название объекта, представляемого ,,неопределенно‘‘, неиндивидуального, привлекающего внимание не с ?) Любопытно, что сходное явление наблюдается и в других, неродственных, язы“ ках, в которых отсутствует артикль. Ср., напр., противопоставление аккузатива и партитива для выражения ‚‚специса“ в финском языке: аккузативом в некоторых случаях можно выразить определенность прямого объекта, партитивом — его неопределенность: Указанное противопоставление касается здесь тоже только имен вещественных, собирательных и абстрактных — или слов в форме множественного числа — см. Л. Хакулинен, Development and Structure of the Finnish Language (Russian translation), Part II —Lexicology and Syntax, 7. М., 1955, стр. 189. Colloquial questions IT, 97 days in prison точки зрения формы, а с точки зрения содержания, в то время как название объекта индивидуально-определенного (,,пространственно-ограниченного“, по терминологии А. И. Томсона) выступает в аналогичных сочетаниях в винительном падеже. Ср., напр., следующие конструкции: Апиа brought him a bottle of milk bread ir (Crackling) „На второй день заключения ему принесли бутылку молока и хлеба‘‘, несколькими предложениями ниже тот же объект обозначается винительным падежом: In the morning he ate bread (Асс.), drank a bottle of milk all ir day straw iš something рупё (Crackling) „утром он съел [этот принесенный] хлеб, выпил бутылку молока и весь день что-то плел из соломы“; или: Take, priest, sausages (Crackling) „Берите, батюшка ксендз, колбасы...‘‘ — ср. сочетание с винительным падежом того же существительного, обозначающим индивидуально-определенный объект: I had to order a sausage in one of your restaurants (Acc.), Капа after perpiated, the air went out (Crackling) ,,,..MHe случилось в одном вашем салуне заказать такую колбасу, из которой, когда ее разрезали, вышел воздух“ — ср. с этим последним примером сочетание того же глагола с родительным падежом „„неопределенно-представляемого“ объекта: Every day I ate delicious lunch, in iš the evening I could order my favorite broths, puddings, sweets (Singing) ‚Каждый день ел вкусные обеды (букв. „вкусных обедов*‘), с вечера мог заказать (букв.) любимых бульонов, пуддингов, сладостей...“; Antanélis gets chocolate (Crackling) ‚,Антанелис получает шоколад [букв. „„шоколаду“‘]“ — cp. сочетание с винительным падежом того же существительного, называющее конкретное действие, направленное на определенный, ‚ предметный“ объект: The antenna rocks, the chocolate falls on the floor, the Quintet tilts the dotted head, the chocolate is squeezed (Acc.) ir soon also closes (Crackling) ‚,Антанелис вздрагивает, шоколад падает на пол, Квинтет поворачивает пятнистую голову, обнюхивает шоколад, но вскоре опять закрывает глаза“‘. Ср. противопоставление родительного падежа ‚‚вещественного“‘, неопределенно-представляемого объекта винительному „предметного“ объекта (выраженного тем же субстантивированным прилагательным) в одном предложении ... brought me bitter began to ask me to ir tell, to turn on the ground bitter о aš (Асс.) ir I say ...(Crickling) ,,...npHHecJiH мне горькой и стали просить, чтобы я рассказал, а я опрокинул горькую на землю и сказал...“‘; ...Jocius ... just poured a glass of į fresh beer to ir the pigпа (Acc.) pushed closer (Baltušis) ‚,...Йоцюс только наливал в стакан свежего пива и свинину поближе придвигал“ —С первым приведенным COчетанием глагола images с родительным падежом „вещественного“ объекта ср. сочетание того же глагола с винительным падежом „определенного“, „предметно-представляемого“‘ объекта (выраженного тоже существительным вещественного значения): Pouring coffee, Oberleutnant Griffel reported that this is real coffee real ir Russian liqueur (Crackling) ‚Разливая [поданный] кофе, оберлейтенант Грифелис объявил, что это настоящий кофе и настоящий русский ликер“, со вторым приведенным сочетанием, называющим действие, направленное на предметный“ объект, ср. сочетание с родительным падежом того же существительного: ...I brought pork to the muscles, išvipri-, ap-, at-, za-, 98 Среди сочетаний второго типа можно выделить следующие группы: 1. Сочетания, в состав которых входят производные от соответствующих переходных глаголов глаголы среднего и действительного залога с приставками выражающими между прочим удовлетворенность субъекта действием (в основном — глаголы среднего залога), полноту, исчерпанность действия (ар-, pri-), либо частичный характер действия at-,pri-,uz-). Эти глаголы выражают действие, преимущественно или исключительно связанное с ‚нёопределенным“, ‚‚вещественно-представляемым“‘ объектом (этот оттенок вносят в значение глагола перечисленные приставки). Объект при этих глаголах, следовательно, может быть выражен родительным падежом ‚вещественного“* (напр., ...you there, Боба, after eating ir pork and drinking beer (Crackling) ,,...Bbl там, боши, нажрались свинины, напились пива“°), или отвлеченного, (напр., ...a language whose spirits have become heavy iš Anthem of Lithuania (Crackling) ‚,...языку, дух которого он впитал в себя из of the Lithuanian national anthem**), or substantive plural. Numbers (Hamp. ...read your books tu (Jasiukaitis) ‚,...начитаешься ты своих книг“). 2. Ко второй группе сочетаний второго типа можно отнести конструкции с глаголами определенных лексических групп (так наз. глаголы „духовного и физического стремления“, глаголы ‚просьбы, вопроса“, глаголы ‚отрицательных эмоций“, глаголы ‚‚удалительной“ семантики, глаголы длительного чувственного восприятия, рлаголы ‚недостатка, лишеHHSC et al. ). ‚Сфера влияния“ таких глаголов шире, чем у глаголов предыдущей группы, т. к. действие, выраженное ими, не связано с каким-либо особым представлением объекта, и, таким образом, в сочетании с ними может выступать родительный падеж как ‚вещественных“‘ или отвлеченных, так и „предметных“ существительных, а также местоимения. Ср., напр. : — Hello — rattled Frank to him, you — want coffee? (Crackling) „Хелло, — крикнул ему Frank, do you want coffee (born)?” and: - I can! puoduko kavos?,,- XoŽuvis gilumos ieško, Žmogus чешь стаканчик (род. пад.) кофе?“‘; gerumos ... (Gud.-Guzevičius) о “Fish... — seeks depth, man - goodness”; so he'll need your own .. (Crackling) ‚,...и поэтому ему будет нужна жена“‘ (lit. ‚,...будет нужно жены“‘);...always enough to entertain his company (Crackling) ,,...Bcerja его было достаточно, чтобы компания развеселилась*““ 12. 3. Наконец, к третьей группе сочетаний второго типа относятся сочетания родительного падежа с глаголами, имеющими отрицание. Эти сочетания, в отличие от сочетаний двух первых групп имеют „универ12) Последние два примера показывают несостоятельность предлагаемого Э. Френкелем толкования родительного падежа при глаголах ‚‚нужды, недостатка, лишения“‘ и при verbs expressing sufficiency“, as Genitiv“a partitiv- “a (see uk. soč., p. 45-§43) — независимо от того, понимается ли этот термин в плане частичности или в плане неопределенности объекта. Ясно, что в том случае, когда в родительном падеже выступает ‚‚предметное‘‘ существительное единственного числа или м стоимение, представление об объекте, испытывающем действие лишь в какой-то своей части (или даже о „„неопределенном“ объекте —в случае местоимения), является совершенно несообразным. 105 сальный“ характер: в состав их могут входить глаголы и имена любого лексического значения (напр., He didn't make a torch, he didn't throw bowel residue to ir the crows, he didn't blow the bladder (Crackling) „Он He потрошил уже пеструхи, не бросал остатков кишок или хвостика воронам, He надувал Ny3bIpsl..." Ar *; Did you not hear the herd wandering (вм. Асс. cum part.), the horse roaring in the fields, the jaguar raging in the o hills? (Crackling) ,,He слышали ли вы там мычания стада (род. с причастием), ржания лошадей в полях, а на холмах — шелеста хлебов?“ и т. д.). * * * Значения, выражаемые сочетаниями второго типа, обычно выделяются в качестве особых значений родительного падежа, причем эти сочетания рассматриваются в одном ряду (иногда под одной рубрикой) с сочетаниями первого типа. Так, напр., выдающийся литовский языковед И. Яблонскис в своей интересной по материалу книге ‚,Падежи и предлоги. Их употребление в нашем языке“‘18) наряду с ‚родительным неопределенности или части“ (cm. $19, который объединяет сочетания как первого, так и второго типа) выделяет ‚родительный полноты или множественности“ ($18, включающий наряду с другими и глагольные сочетания), ‚родительный цели“, при помощи которого обозначается „искомый или желаемый предмет“ (8 21), ‚родительный недостатка или отсутствия“, которым обозначаем чего нам не хватает, недостает, в чем мы нуждаемся, чего нет“ ($ 22). „родительный отрицания“* ($ 23), ‚родительный отделения и под.“ ($ 29). В самом деле, все эти значения можно наблюдать в соответствующих сочетаниях. Так, в сочетаниях, отнесенных нами к первой группе, оттенок ‚полноты или множественности“‘ объекта, с одной стороны, и, напроTHB, ‚частичности объекта“ —с другой, вполне отчетлив. Ср., напр., такие сочетания, как... ризиаЯаи papers... to cut off my right Каз hand then! (Crackling) ,,... понаписал бумажек..., хоть бы кто-нибудь мне тогда правую руку отрубил!“; ... caught fish (Crickling),,... наловил рыбы“, и такие, как: The ruler drank the mead (Crackling) ‚Властелин. .. отпил мёду“‘; They drank a large bottle of wine while they were eating the bread that jį lay nearby. iš (Crackling) ‚Отламывая себе хлеба, который лежал тут же, они запивали его из большой бутылки“. Нет оснований, однако, приписывать тот или другой оттенок значению самой падежной формы, поскольку он заключен в семантике глагольного компонента, всегда вступающего в сочетание именно с родительным падежом названия объекта, и поскольку рассмотренные сочетания не противопоставляются, таким образом, сочетаниям (тех же глаголов) с каким-нибудь другим падежом (напр., с винительным), в которых данный оттенок отсутствовал бы. То же самое с полным основанием можно отнести к сочетаниям второй группы. Cp., напр., сочетания с глаголами „духовного стремления“, 13) |. Jablonskis, Linkski ir prefiksai, Jų vartojimas mūsų kalboje, Kaunas, 1928, 106 в которых родительному падежу как будто бы присуще значение „искомого или желаемого предмета“, с одной стороны, и сочетания с глаголами, выражающими противоположные душевные эмоции, в именном компоненте которых следовало бы, будучи последовательным, усмотреть значение „избегаемого, внушающего страх, нежелательного объекта“, — с другой: What kind of curses are you looking for? "I'm looking for curses, O truth" (Singer) "Каких зацепок ты здесь ищешь? —Я не зацепок ищу, а справедливости- “‘;... kiekvienas laukia pirmojo kliento, kaip laukia jaunvedžių roga savo pirmojo vaisių (Cvirka),,- ... kiekvienas ždeta pirmojo kliento, kaip pora jaunų žmonų ždeta savo pirmojo peGeHka- ‘‘;... norėjo viso tėvo ūkio vyresnysis (Vienuolis.),,... старший хотел [получить] все отцовское хозяйство (rod. pad.)*°;... jaunikliai vengė jo ir $аНпоз1 (Cvirka),,- ... jaunuomenė vengė ir šalinosi ero‘‘;... bijojo gąsino, bijojo platų laukų tylos, bijojo ir svetimų žmonių (Vienuolis) ‚,... боялась гусака, боялась тишины широких полей, боялась и чужих людей“‘. Или сочетания, подобные тем, которые Яблонский приводит в паunder the heading “parent of shortage or absence”: Čia reikėjo ir drąsos, ir greitumo, ir sumanumo (Vienuolis) ‘Here it was necessary to have both courage, speed and ingenuity’; Ūkis stokojo arklių ir įrankių (Avyžius) ‘The farm experienced a shortage of horses and tools’; Stigo visur žmonių, trūko rankų (Cvirka) ‘Everywhere people were lacking, there was a lack of hands’ and combinations of opposite meaning:..- .ižepka ir kitų pasityčiojimų (Jasiukaitis),,... достаточно и издевательств со стороны других“;.. užteks ir dešimties kapeikų (Jasiukaitis),,...XBaTHT и десяти копеек“; Pakako akimirkos, kad tas veidas...pasiliko mano akyse (One moment was enough for this face...to remain in my eyes); Then it was enough a little word, a smile, a laugh (Cvirka) ‚Tогда достаточно было одного словечка, усмешки, шутки“. Совершенно очевидно, что различие в значении соответствующих „противоположных“ групп сочетаний, объясняется не противоречием заложенных в значении генитива оттенков, а различием семантики входящих в состав сочетаний глаголов. Подобным же образом усматривать в самой форме родительного падежа значение объекта, не подвергающегося действию, в сочетаниях третьей группы можно было бы лишь в том случае, если бы было возможно сочетание отрицаемого глагола с каким-нибудь другим падежом (напр., с винительным), в котором соответствующее значение отсутствовало бы (или если бы родительный мог обозначать не подвергающийся действию объект в сочетании с глаголами без отрицания). Анализ сочетаний второго типа приводит к заключению, что родительный падеж выражает здесь лишь общее значение объекта действия, а частные оттенки, присутствующие в тех или иных сочетаниях, всецело определяются значением глагольного компонента. Таким образом, значение родительного падежа при глаголах определенных групп (ограниченных в большей или меньшей степени) оказывается тождественным значению винительного падежа. При этом винительный падеж не может, 107 как правило, выступать в TOM же ‚‚синтаксическом окружении“ (т. e, в сочетании с теми же глаголами), что родительный падеж. Пользуясь. терминологией фонологических исследований, можно сказать, что родительный падеж находится по отношению к винительному в ,‚дополнительном (или ‚‚комплементарном‘‘) распределении“. Эти два обстоятельства (функциональное тождество названных двух падежей и факт ‚„комплементарного распределения‘‘) являются достаточными для признания родительного падежа в сочетаниях второго типа позиционным (комбинаторным) вариантом винительного. Многозначность приглагольного род. падежа оказывается, таким образом, мнимой. Все сказанное не следует понимать в том смысле, что сочетания, в которых появление данного падежа обусловлено принадлежностью осHOBHOTO компонента K лексически ограниченной в той или иной степени группе, представляются нам объектом, не достойным внимания исследователя падежного синтаксиса. Напротив, подобно тому, как при описании фонетической системы языка необходимым является тщательное описание всех вариантов фонемы во всем их конкретном многообразии и точное определение всех позиций, в которых может выступать тот или иной комбинаторный вариант, так и при исследовании синтаксиса определенного падежа, в частности — родительного, необходимо всесторонее описание всех частных употреблений падежной формы и выявление условий ее функционирования. į Решительные возражения, однако, вызывает широко распространенное недифференцированное рассмотрение ‚,‚свободных“ и лексически ограниченных со стороны основного компонента сочетаний, и (иногда связанное с этим) выделение произвольного числа ‚,значений“, якобы присущих падежной форме. 14) Как видно из сказанного, этот, заимствованный из фонологии, термин употребляется здесь в ином смысле по сравнению с тем, какой придает ему в своей известной работе о русской падежной системе (ТСГР, 6) P. Якобсон, выделяющий ‚общее значение“ падежа и ‚ комбинаторные варианты“‘этого значения. В таком виде — обращение к терминологическому арсеналу фонологии не кажется плодотворным, т. к. соответствуюшее фонологическое понятие (функционально тождественные, но формально различные элементы) отнюдь не представляют строгой аналогии с его синтаксическим переосмыслением (как нам кажется — в отличие от сопоставления) предлагаемого в настоящей статье.