Sinoniminis žodžių reikšmių aiškinimas „Lietuvių kalbos žodyne“

LIETUVIŲ KALBOTYROS KLAUSIMAI, V LIETUVOS TSR MOKSLŲ AKADEMIJA СИНОНИМИЧЕСКОЕ ТОЛКОВАНИЕ ЗНАЧЕНИЙ СЛОВ «В СЛОВАРЕ ЛИТОВСКОГО ЯЗЫКА» A. LYBERIS Академический «Словарь литовского языка» — первый обширный одноязычный толковый словарь литовского языка. В него включается не только лексика современного языка, но и слова, взятые из древнейших памятников литовской письменности, важнейших словарей, сборников фольклора и других источников. Особенно много в «Словаре литовского языка» народной лексики, различных диалектных и региональных слов, а также широко известных заимствований. Задача толкового словаря — определять значения слов, выявлять различные смысловые и стилистические оттенки, а также особенности их употребления в языке. Первые тома «Словаря литовского языка», подготовку которых начали ещё в годы господства буржуазии, не имели целью подробно описывать значения слов и разбирать все их нюансы. Стремились выявить только наиболее важные значения и объяснить их как можно короче и сжато, широко используя для этого синонимы и иллюстративные примеры. Многие слова, например, aklas, atviras, atbulas, badyti, baimė, baisus, dauba, dumdėti и др., толковались только с помощью синонимов. Вместе с тем старались привести как можно больше иллюстративных примеров из литературы и народной разговорной речи, предоставляя самому читателю возможность разобраться в различных смысловых оттенках. В этом отношении первые тома «Словаря литовского языка» во многом напоминают нам словарь знаменитого русского лексикографа В. Даля1. Тем не менее и в словаре русского языка В. Даля, и в первых томах «Словаря литовского языка» используется не только синонимический, но и описательный способ толкования значений слов. Во-первых, не все слова имеют синонимы; во-вторых, не всегда можно точно объяснить слова с помощью синонимов. Поэтому во многих случаях в упомянутых словарях значения слов толкуются описательно. Последующие тома «Словаря литовского языка» (III—VI), подготовленные уже в годы советского строя, во многом отличаются от первых томов способом толкования значений слов. 1 Plg. paties V. Dalio pažiūrą į žodžių reikšmių aiškinimą: «При объяснении и толковании слова вообще избегались сухия, безплодныя определения, порождения школярства, потѣха зазнавшейся учености, не придающая дѣлу никакого смысла... Передача и объяснение одного слова другимъ, а тѣмъ паче десяткомъ другихъ, конечно вразумительнѣе всякого определения, а примѣры еще болѣе поясняютъ дѣло. Толковый словарь живого великорусскаго языка, Владимира Даля, томъ первый, С.-Петербургъ, Москва, 1880, р. XXII. 199 В них стремятся расширить границы толкования слов, подробнее и детальнее рассмотреть значения слов и их оттенки, выделить фразеологические сочетания слов, применяя для этой цели методы толкования слов, разработанные советской лексикографией. На первый план выдвигается описательное толкование слов, позволяющее шире и точнее раскрыть семантику слов. Однако часть слов и далее толкуется соответствующими синонимами, широко известными и употребляемыми в литературном языке. Отсюда и возникает вопрос: когда в «Словаре литовского языка» следует использовать синонимический способ толкования значений слов? Прежде всего следует отметить, что нас пока будут интересовать лексические синонимы; грамматическая синонимика, то есть различные словообразовательные и другие варианты слов, например: kuoka и kuokas, gedulas и gedulys, brolybė и brolystė, gyvulys и gyvolis и т. д., рассматриваться не будет, поскольку она почти ничего нового не дает для уточнения мысли, а в «Словаре литовского языка» чаще всего объясняется отсылочным способом: например, gyvolis с пометой dial. (диалектное) сопровождается отсылкой «см.» к слову gyvulys. Если оба варианта одинаково широко употребляются и ни один из них не имеет преимущества перед другим в литературном языке, то один (первый по алфавиту) определяется, а второй только поясняется с помощью первого, например: gaiveliosis, -iojasi, -iojosi gaivelėtis. Иное дело — лексическая синонимика. Речь идет не о дублетных формах слов, различающихся определенными словообразовательными элементами, а о словах, различающихся звуковым составом, но имеющих одинаковое или близкое значение и употребляемых для обозначения определенных смысловых оттенков либо по стилистическим соображениям. В «Словаре литовского языка» лексические синонимы используются для толкования слов в двух случаях: 1) как вспомогательное средство при описательном определении и 2) как самостоятельное средство толкования. Чаще всего синонимы служат вспомогательным средством при описательном определении. В этом случае сначала значение слова определяется описательно, а затем (после точки с запятой) приводится большее или меньшее количество синонимов. Например, слово gabalas сначала определяется описательно — «отдельная часть предмета», а затем добавляются синонимы: luitas, lustas, grumulas. Подобным образом определяется и слово kampas — «место, где пересекаются две линии, плоскости, стены или предметы», после чего добавляется синоним kertė. Здесь синонимы дополняют описательное определение значения, иногда довольно краткое и сжатое, и показывают, что для обозначения того же понятия употребляется и ряд других слов, толкования которых читатель найдет в соответствующих статьях. Возможно, значение приводимых синонимов будет читателю известно лучше, чем значение толкуемого слова, и это поможет ему лучше понять и толкуемое слово. Само собой разумеется, что толкование одного слова через другое не всегда может быть точным и правильным, поскольку в языке мало слов с абсолютно совпадающими значениями. Однако в этом случае синонимическое толкование является лишь вспомогательным, так как его основу составляет описательное определение значения слова. При использовании синонимов как самостоятельного средства толкования значение слова уже не определяется описательно: толкуемое слово просто сопоставляется с другими словами, близкими или тождественными ему по значению. Лексические синонимы используются как самостоятельное средство толкования в «Словаре литовского языка» в следующих случаях: 1) при толковании терминов и региональных слов, например: терминологическое слово kėltuva толкуется с помощью широко известных литературных слов galvijas, gyvulys; gorūs — kartus, aitrus, gaižus; dagà — derlius, branda; kaikinti — erzinti, pykinti, tyčiotis и т. д.; 200 2) при объяснении устаревших слов или слов, ставших архаизмами, например, atakia объясняется синонимом kerštas; ašmas — aštuntas; godonė — pagarba; 3) при объяснении заимствований, жаргонизмов и других слов, не употребляемых в литературном языке, например, glūšas (польск. głuszy) — 1. глухой... 2. глупый, тупой, несообразительный; kačėrga (белор. кацапра) — кочерга, мешалка. Исключение составляют слова, не употребляемые в литературном языке и не имеющие литовских соответствий. В таком случае их значение описывается, например, karabelė (польск. karabela) — короткая, широкая, слегка изогнутая сабля; 4) при объяснении не прижившихся или неудачно образованных неологизмов либо калькированных слов, например, apystova (рус. обстановка) — обстоятельство; ainis (неудачно образовано от слова atainis) — потомок, наследник, сынишка; gintuvė (образование К. Ширвидаса) — крепость; gerbūvis (польск. dobrobyt, нем. Wohlsein) — благополучие; išguldyti (польск. wykładać) — объяснить, изложить; dangūtyra (не прижившееся образование) — астрономия и др.; 5) при объяснении некоторых переносных значений слов, например, слово karštas в «Словаре литовского языка» имеет также переносные значения: 2. искренний, ревностный, сильный (горячее желание, одобрение, горячая любовь, сердце); 3. вспыльчивый, порывистый, быстрый (горячий человек, горячая кровь, горячая лошадь); 4. срочный, неотложный (срочная работа). Эти значения слов трудно определить точнее: в языке они недостаточно отчетливы, обособлены и самостоятельны, а выявляются лишь из фразы, в которой употребляются. Поэтому для их объяснения достаточно синонимов. Таким образом, синонимы как самостоятельное средство объяснения в «Словаре литовского языка» используются только для объяснения слов со стилистической окраской или не употребляемых в литературном языке. Все остальные слова объясняются описательным, указательным или иным способом. Если не соблюдать это правило, возникает ошибка, называемая в логике «кругом в определении» (например, слово gražus объясняется синонимом puikus, а последнее — снова словом gražus). Такое объяснение нисколько не прояснит, что означает каждое из этих слов и есть ли между ними какое-либо различие в значении. Объяснять одно слово другим можно только в том случае, если последнее имеет в «Словаре литовского языка» описательное определение. Следует упомянуть и другие случаи, когда синонимические толкования в «Словаре литовского языка» не используются: 1) слова литературного языка не объясняются диалектными, устаревшими, заимствованными словами или словами, не употребляемыми в литературном языке. Например, слово gaisas в «Словаре литовского языка» сначала получает описательное определение: «краснота неба от восходящего или заходящего солнца, светлая полоса от далекого пожара», а затем (после точки с запятой) в качестве дополнительного средства объяснения приводится синоним pašvaistė, но не диалектные слова žiora, pažiora, kaisra или заимствование pazaras; слово kovą не объясняется неудачным неологизмом С. Даукантаса karmuša, а kaliošai — purvabridžiai и т. д.; 2) слова в прямом значении не объясняются словами в переносном значении — синонимами. Например, слово bijoti не объясняется метафорическим синонимом drebėti; слово daugybė — словами в переносном значении baisybė, galybė, kalnai, marios или идиомами gyva bala, gyvas kelmas (galas, velnias); 3) нейтральные в стилистическом отношении слова не объясняются словами с экспрессивной, эмоциональной или иной стилистической окраской. Например, слово gerti не объясняется такими синонимами, как maukti, kli aukti, riaukti, sriaubti, vempti, bizyti и т. п., имеющими 201 выраженный уничижительный оттенок; слово arklys не объясняется словом žirgas, поскольку последнее означает хорошую, обычно верховую лошадь, часто упоминаемую в народных песнях. Слова, обладающие каким-либо экспрессивно-эмоциональным оттенком, могут объясняться стилистически нейтральными словами — синонимами. Но этого не всегда достаточно: иногда необходимо также указать экспрессивно-эмоциональный оттенок объясняемого слова, расширив синонимическое толкование до описательного. Например, слово milžiniškas объясняется словами labai didelis («очень большой»): к синониму didelis («большой») добавляется помета labai («очень»). Аналогичным образом объясняются слова geisti — labai norėti («очень хотеть»); kimšti — godžiai ir daug valgyti («жадно и много есть») и др. Такой способ толкования можно было бы назвать синонимико-описательным, поскольку здесь одно слово объясняется другим, обычно более широким по значению, с добавлением слова, указывающего на смысловой или стилистический оттенок объясняемого слова. Смысловые оттенки синонимов не всегда легко определить, хотя их можно почувствовать из контекста. Они могут проявляться по-разному: 1) в градации какого-либо признака, например: baisus, išgąstingas, siaubingas; 2) в широте значения, например: слово artimas имеет более широкое значение, чем его синоним gretimas; 3) в степени конкретности или абстрактности, например: daiktas yra konkretesnės reikšmės žodis kaip dalykas; 4) в каких-либо смысловых особенностях, например: daina обозначает любое небольшое вокально-музыкальное произведение, исполняемое хором или одним человеком, а его синоним giesmė обозначает торжественное произведение того же рода. Такие и подобные синонимы в «Словаре литовского языка» объясняются синонимико-описательным способом. Понятие близости и сходства значений слов довольно относительно: то, что одному кажется близким или похожим, другому может казаться даже различным. Близость значений синонимов иногда понимается в очень широком смысле. Например, неуместно проявленную drąsa, связанную с опасностью для жизни, кто-нибудь может назвать beprotybe, а родительское lepinimas детей — их gadinimu. Очевидно, что между этими словами нет никакой синонимичности. Это лишь потенциальное, зависящее от ситуации сходство значений слов. Синонимы охватывают не индивидуальные или случайные случаи сходства значений, а устойчивые отношения между значениями слов, сложившиеся в языке за длительный период его развития. Определить синонимичность слов помогает определённый критерий — взаимозаменяемость слов, то есть возможность употребить одно слово вместо другого в том же контексте, не слишком меняя саму мысль. Там, где такая замена невозможна, обычно нет и синонимов, а есть лишь слова с разными значениями. Хотя этот критерий не является абсолютно надёжным и многими оспаривается, в лексикографической работе он необходим. Лексикографу необходимо проверять, могут ли синонимы, приводимые в толкованиях, заменить объясняемое слово в контексте. Если не могут, от них следует отказаться, поскольку они не только не помогут лучше понять объясняемое слово, но в некоторых случаях даже введут читателя в заблуждение. При подборе синонимов в «Словаре литовского языка» руководствуются именно этим критерием; например, слово kaimenė толкуется так: «стадо животных; banda» (добавленный синоним banda может полностью заменить слово kaimenė). Равнозначных синонимов, то есть таких, значения которых полностью совпадают, в языке немного. Это главным образом терминологические дублеты и близкие к ним слова, например: lėktuvas – aeroplanas, trūkumas – defektas, kepenys – jaknos и т. п. Язык не любит бесполезных слов, ничего нового не добавляющих для уточнения мысли. Длительное существование в языке параллельных слов с одинаковым значением неудобно. Со временем одна из параллельных форм может исчезнуть или приобрести иной смысловой оттенок — 202 либо стилистический оттенок; например, aeroplanas уже имеет оттенок устаревшего слова и употребляется не во всех стилях. Поскольку литовский литературный язык по сравнению с другими языками ещё довольно молод, в нём значительно больше параллельных слов, чем в других языках. Например, параллельно употребляются слова drebule – epušė, kadagys – eglis, gandras – gužutis, vieversys – vyturys, kiškis – zuikis, antinas – gaigalas, banga – vilnis, klojimas – kluonas, baslys – kuolas – mietas и др. Синонимы этого рода во всех случаях могут заменять друг друга. В «Словаре литовского языка» они широко используются для толкования других слов; например, слово kiškis определяется так: «дикое животное из семейства грызунов; zuikis» (в конце добавлен равнозначный синоним zuikis). Однако большинство синонимов — неравнозначные слова: они различаются хотя бы незначительными смысловыми или стилистическими оттенками. Поэтому при толковании слов синонимами нужно пользоваться осторожно, поскольку всегда есть опасность ошибиться — приписать слову такое значение или оттенок, которого у него нет. А синонимов в литовском языке очень много. Богатство и разнообразие синонимики нашего языка отмечал ещё Pilypas Ruigys. Он писал: «В нашем языке нет недостатка ни в синонимах, ни в уменьшительных словах, ни в причастиях, ни в изменяемых приставках для обозначения разных предметов… Если немцы, говоря о мужчине, лошади, пиджаке, горохе, используют одно и то же слово grau, то литовцы для обозначения серого цвета используют разные слова: мужчина — žilas, лошадь — širmas, горох — raini или būri. Wie viel? передаётся словами: keli? kiek? kaip daug? keletas? (последнее — когда речь идёт о живых существах). Grob, о сене — stambus, о дровах — storos, о полотне — kieta. Waschen переводится как mazgoti rankas (мыть руки), prausti veidą (умываться), skalbti drabužius (стирать одежду)»2. Рассмотрев словарный состав литовского языка, можно заметить, что не все категории слов одинаково богаты синонимами. Поэтому при толковании значений слов синонимические объяснения можно использовать не одинаково часто. Синонимы особенно часто используются при толковании глаголов, поскольку эта часть речи особенно богата синонимами: например, у слова lyti в литовском языке около 20 синонимов, у слова valgyti — около 25, а у глагола eiti со всеми его смысловыми оттенками — более полусотни синонимов. Очень много синонимов имеют и прилагательные. Например, понятие «уродливый» в литовском языке выражается такими синонимами: darkus, dar gus, grasus, koktus, atšižžus, šlykštus. Последнее слово обозначает высшую степень уродства. В «Словаре литовского языка» прилагательные особенно часто стремятся толковать с помощью синонимов. Однако в некоторых случаях такие толкования неточны; например, слово geras толкуется словами meilus, malonus; gailestingas; nepiktas. Как видим, это слова с очень разными значениями, они не являются синонимами (хороший не обязательно должен быть милосердным или незлым). Возможно, эти слова подошли бы для объяснения отдельных смысловых нюансов, но не общего значения. У существительных значительно меньше синонимов, чем у глаголов и прилагательных. Такие названия конкретных предметов, как žemė, vanduo, oras, saulė, medis, žolė и др., вообще не имеют синонимов. Больше синонимов у некоторых абстрактных существительных, например: baimė, džiaugsmas, noras, ginčas, daugybė и т. п. Числительные и местоимения практически не имеют синонимов. Если иногда у слов этой категории и встречается какой-либо синоним, то он лишь стилистический; например, вместо septintas 2 Ph. Ruhig, Betrachtungen der Littauischen Sprache, Königsberg, 1745, p. 70. 203 иногда употребляется архаический синоним sekmas; вместо местоимения jis иногда для создания местного колорита употребляется диалектный синоним ãnas. В целом синонимы для объяснения значений слов следует использовать достаточно умеренно. Двух-трёх синонимов вполне достаточно, чтобы объяснить одно значение слова. Чрезмерное их употребление не только не помогает лучше понять значение слова, но иногда даже затемняет его. Ведь синонимы, помимо общего значения, имеют, как уже упоминалось, и определённые, пусть и незначительные, смысловые различия и оттенки, которые могут помешать точному пониманию значения слова. В «Словаре литовского языка» для объяснения значения слов отбираются самые точные, наиболее близкие по значению синонимы. Умение различать смысловые оттенки синонимов и умело пользоваться ими при объяснении слов — важное условие успешной лексикографической работы. СИНОНИМИЧЕСКОЕ ТОЛКОВАНИЕ ЗНАЧЕНИЙ СЛОВ В «СЛОВАРЕ ЛИТОВСКОГО ЯЗЫКА» А. ЛИБЕРИС Резюме 1. В многотомном «Словаре литовского языка», который по своему объему и характеру близок к словарям thesaurus типа и включает диалектизмы, архаизмы, заимствования и другие в современном литературном языке не встречающиеся слова, чаще чем в других современных словарях используется синонимический способ толкования значений слов. 2. В первых двух томах «Словаря литовского языка», подготовленных в буржуазное время, к синонимическому толкованию часто прибегали и в тех случаях, когда более уместно было описательное определение значений слов. При этом руководствовались тем, что описательные определения будто бы часто трудно формулируются, бывают путаными и не являются совершенно точными и исчерпывающими. Ввиду того, что объяснение одного слова другим редко бывает точным, при объяснении приводилось довольно много синонимов, которые лучше выявляли те или иные оттенки значения. Этим первые два тома «Словаря литовского языка» во многом напоминают словарь русского языка В. И. Даля, в котором синонимический способ толкования значений слов используется очень широко. При разъяснении значений слов в последующих томах Словаря (3, 4, 5, 6) ориентировались больше на способы толкования значений, применяемых в советской лексикографии. Все основные слова литературного языка объясняются описательным способом. И лишь слова со стилистической экспрессивной окраской или не употребляемые в литературном языке объясняются синонимами (см. ниже). Используется и указательный способ толкования значений слов. 204 3. Лексические синонимы в Словаре в настоящее время употребляются в двух случаях: 1) в качестве вспомогательного средства в описательном определении и 2) как самостоятельное средство толкования слов. Чаще всего синонимы в Словаре используются как вспомогательное средство в описательном определении. В этом случае сначала описательно определяется значение слова, а потом (после точки с запятой) приводится большее или меньшее количество синонимов, если они есть в языке. 4. При использовании синонимов в качестве самостоятельного средства толкования значений слов описательного определения не дается, а объясняемое слово просто сопоставляется с другими словами, близкими или идентичными по значению с синонимами. Синонимы для самостоятельного толкования в «Словаре литовского языка» используются в следующих случаях: а) при объяснении диалектизмов и областных слов, напр., gorus (горький) kartus, aitrūs, gaižus; б) при объяснении устаревших или ставших архаизмами слов, напр., ataka (месть) kerštas; в) при объяснении варваризмов, жаргонных и других не употребительных в литературном языке слов, напр., glūšas (польск. gluszy) 1. kurčias (глухой)... 2. paikas, kvaišas, žioplas (глупый); г) при объяснении неудачных и не вошедших в употребление новообразований, напр., apvstova (русск. обстановка) aplinkybė; gerbūvis (польск. dobrobyt, немецк. Wohlsein) gerovė; д) при объяснении некоторых переносных значений слов или таких значений, которые недостаточно ясны и самостоятельны, напр., karštas (горячий) имеет ещё такие переносные значения: 1. nuoširdus, uolus (усердный); 2. staigus, ūmus (вспыльчивый, запальчивый); 3. skubus, neatidėliotinas (спешный, неотложный). 5. Синонимами не объясняются: а) синонимические слова, различающиеся особыми смысловыми оттенками, напр., слово daina (песня) не объясняется словом giesmė, так как daina обозначает «небольшое словесно-музыкальное произведение для исполнения одним лицом или хором» вообще, а giesmė — «торжественное вокальное произведение подобного рода»; б) синонимические слова, различающиеся яркими стилистическими или экспрессивными оттенками, напр., pluožmus (жестокий, свирепый) не объясняется словом žvėriškas (зверский); в) слова прямого значения — словами переносного значения, напр., bijoti (бояться) не объясняется переносным значением слова drebėti (дрожать); г) литературные слова — диалектными, устаревшими, жаргонными или словами, заимствованными из других языков, напр. слово kamuoti (мучить) в Словаре объясняется словом литературного языка varginti, но не диалектным stekenti или заимствованием tėsyti. 205 6. Синонимы, являющиеся словообразовательными вариантами и идентичны по значению, толкуются отсылочным способом, напр., диалектальный словообразовательный вариант guvulis ссылается на литературное слово guvulys. 7. Синонимические толкования чаще всего употребляются при определении значений глаголов и имён прилагательных, реже они применяются к существительным и совсем редко — к именам числительным и местоимениям. 8. В Словаре применяется и промежуточный способ толкования значений слов, который можно условно назвать синонимико-описательным. Иногда одно слово объясняется другим синонимом с дополнительными словами, указывающими на смысловые и стилистические оттенки объясняемого слова, напр., слово geisti (сильно желать; жаждать) объясняется словами labai norėti (очень желать; к синониму norėti прибавляется уточняющее слово labai).