Rolandas Kregždys. „Baltų mitologemų etimologijos žodynas I: Kristburgo sutartis“

HARALD BICH LMEIER Martin-Luther-Universität Halle-Wittenberg Саксонская академия наук в Лейпциге Майнцская академия наук и литературы Научные направления исследований: индоевропеистика, ономастика (названия населённых пунктов и водоёмов), древнеиранская филология (синтаксис). Rolandas Kregždys СЛОВАРЬ ЭТИМОЛОГИИ БАЛТИЙСКИХ МИФОЛОГЕМ I: КРИСТБУРГСКИЙ ДОГОВОР Научная монография Vilnius: Lietuvos kultūros tyrimų institutas, 2012, 624 S. ISBN 978-9955-868-50-7 Настоящая монография (почему книга названа žodynas «словарём», в сущности, остаётся неясным, тем более что в подзаголовке она обозначена как «mokslo monografija») предлагает читателю впечатляющее собрание знаний автора об отдельных фрагментах мифологии балтов. Цель автора — этимологически раскрыть балтийские мифологемы. Под мифологемами — термином, ещё не получившим широкого распространения, — Роландас Крегждис понимает слова, обладающие сакральной коннотацией. Практическим значением своего труда он считает реконструкцию балтийских архимифологических мотивов и концепций (с. 14, 507). Основой исследований этого первого тома, за которым, несомненно, должны последовать ещё как минимум один том, призвано служить нечто вроде полного исследования материала; такую основу составляют соответствующие фактические сведения (особенно именной материал в широком смысле), содержащиеся в мирном договоре, заключённом 2.2.1249 в Кристбурге между Тевтонским орденом и пр(у)сскими племенами. Этот преимущественно ономастический материал, как и отражённые в нём мифологические представления западнобалтийских племён, рассматриваются в более широком контексте Прибалтики, а также сопоставляются со сведениями, которые встречаются, например, в Germania Тацита, в Historiae adversum paganos Орозия или в более поздних источниках, таких как Chronicon terrae Prussiae Петра из Дуйсбурга, а также в ещё более поздних трудах, например, Грунау. Эти результаты подробно и пространно сопоставляются прежде всего с соответствующими Recenzijos / Reviews 207 HARALD BICHILMEIER …соответствующие явления у германцев, италиков и других народов (особенно греков и индийцев). Цель при этом всегда состоит также в том, чтобы освободить взгляд на положение у (западных) балтов от всё ещё сохраняющейся, по мнению автора, при рассмотрении этих явлений отчасти снисходительной перспективы. Это ему неизменно удаётся. Он ясно показывает, что все явления мифологии в конечном счёте представляют собой индоевропейское наследие, которое можно обнаружить также у германцев, италиков и т. д. После литовского (с. 9 и след.) и английского (с. 11 и след.) предисловий и введения (с. 13–49), посвящённого предмету исследования, методам, применяемым для его изучения, а также разъяснению различных терминов, основная часть книги делится на четыре главы. В главе I представлены факсимиле Христбургского договора 1249 года, транслитерация латинского текста и перевод на литовский язык (с. 50–72). Глава II посвящена объяснению теонима Curche (с. 73–155). В главе III рассматриваются иеронимы Tulissones и Ligaschones (с. 156–229). Глава IV посвящена отражению культа солнца и луны в народной мифологии балтов, славян и других индоевропейских народов (с. 230–500). Все эти главы объединяет то, что тема, обозначенная в заглавии, служит лишь отправной точкой для значительно более широких исследований. Книга завершается резюме на литовском языке (с. 500–505) и на английском языке (с. 506–526), а также несколькими указателями и индексами (с. 527–623). Особо выделяется обширный список литературы (с. 527–579), который показывает, насколько основательно автор подготовился к написанию книги. Вместе с тем этот список литературы также свидетельствует о том, что необходимая литература по всем областям была доступна автору и известна ему, по-видимому, не в одинаковой мере. Однако с учётом широты исследования это неудивительно, а полноты, вероятно, едва ли можно достичь: речь идёт о сравнительно-историческом языкознании балтийских, славянских и других индоевропейских языков, мифологии, этнографии, истории и т. д. Особенно заметно отсутствие новейшей литературы, а также некоторое незнакомство с научными традициями в области индологии и иранистики: здесь полностью отсутствуют труды Яна Гонды, а работы Пауля Тиме и Майкла Вицеля цитируются лишь в исключительных случаях. Не представлены также труды Томаса Оберлиса по ведийской тематике и вовсе отсутствуют работы Жана Келленса и Эрика Пирара по авестийской тематике; из работ Мартина Л. Уэста упомянута лишь одна. Необычна ссылка на KEWA как на «EWA I–III», а на EWA — как на «EWA Ia–IIIa» (с. 529 и passim). В целом по указанной области тем отсутствует значительная часть новейшей литературы на немецком, английском и французском языках. Само по себе это не обязательно означает, что её учёт привёл бы к иным выводам, однако на фоне весьма подробного списка, включающего более 1500 названий, её отсутствие остаётся недостатком. 208 Acta Linguistica Lithuanica LXX Rolandas Kregždys Baltų mitologemų etimologijos žodynas I: Kristburgo sutartis В указанной области тем отсутствует значительная часть новейшей литературы на немецком, английском и французском языках. Само по себе это не обязательно означает, что её учёт привёл бы к иным выводам, однако на фоне весьма подробного списка, включающего более 1500 названий, её отсутствие остаётся недостатком. Следует также отметить, что при транслитерации древнеиндийского текста Крегждис использует давно вышедший из употребления знак <ç> вместо принятого сегодня <ś>. Главное достоинство книги, несомненно, заключается в анализе выявленных мифологических связей. Они наглядно представлены во множестве довольно компактных схем, которые, однако, порой требуют от читателя значительных аналитических усилий именно из-за своей компактности. В разделах, посвящённых этимологии в узком смысле, особенно следует отметить скрупулёзность, с которой Крегждис перечисляет и обсуждает более ранние гипотезы: его обзор истории науки по каждому вопросу образцовый. То же относится и к анализу литературы по мифологии и этнографии (особенно балтийской и славянской). Некоторые затруднения, впрочем, вызывает его подход к методам этимологии в целом. Поскольку исследуемые слова относятся к сфере сакрального в широком смысле, где нередко наблюдаются также табуистические искажения словесного материала, Крегждис исходит из того, что такие явления, как метатезы (фонем или целых слогов), (нерегулярные) синкопы и т. п., следует с самого начала систематически учитывать в анализе. Между тем подобные процессы звуковых изменений, не укладывающиеся в общепринятое в индоевропеистике со времён младограмматиков допущение о звуковых законах и их исключительности, должны, по идее, служить лишь самым крайним средством при установлении этимологий. Иначе мы вновь возвращаемся к раннему периоду этой науки в XIX веке, когда (с современной точки зрения) возможным было почти всё. Следовательно, предпочтительна прежде всего этимологизация, позволяющая получить осмысленный результат без подобных дополнительных допущений. Однако область пересечения мифологии, этнографии и этимологии кажется мне в данном случае особенно опасной: здесь легко попасть в ловушку логического круга. Так, элемент обряда или чего-либо подобного может привести к этимологизации связанного с ним имени божества определённым образом, после чего делается вывод, что соответствующий обряд восходит к имени этого божества, и т. д. Recenzijos / Reviews 209 HARALD BICHLMEIER В рассматриваемой книге такой случай, например, представлен словом Ligaschones, которое возводится к древнепрусскому *gali-šōnīs «жрецы умерших» (с. 221 и сл., 503, 523). Однако это возможно лишь при допущении ничем не мотивированной метатезы первого компонента и одновременно его семантического сдвига, который нигде более не засвидетельствован: древнепрусское вин. п. gallan, им. п. *galis, -as означает, как и лит. gãlas, латыш. gals, прежде всего «конец, край» и лишь вторично «смерть», но никогда не «умерший». Здесь уже обнаруживаются определённые пределы правдоподобия. В конечном счёте то же относится и к Tulissones < *d/tulinōsīs «владыка душ» (с. 218 и сл., 503, 523). Ещё один пример — этимологизация теонима Curche (ср. также PKEŽ² 491–493). Он интерпретируется как /Kurkē/ < древнепрусск. *Kurkis/-īs/-as «бог крупного рогатого скота» и возводится к прабалтийскому (?) *Kur-va-ka- «тот, кому принадлежит крупный рогатый скот» (с. 108 и сл., 502, 522). При этом основа *kur-v- объясняется как диалектная форма, возникшая, возможно, в результате регрессивной ассимиляции из ожидаемого *kar-v-. Среднее *-va-, как предполагается, выпало. По этому поводу следует отметить следующее: для выпадения среднего *-va- Крегждис не приводит убедительных параллелей, поскольку во всех его примерах выпадение происходит в иной фонетической позиции, чем в данном случае. Нет необходимости считать, что *kur-v- (древнепрусск. curwis «бык»; ср. также PKEŽ² 497–499) — вторичная диалектная или экспрессивная форма: она может, подобно кимр. carw «олень», восходить к праиндоевропейскому *k̑r̥h₂-uo- «рогатый, снабжённый рогами» (Nussbaum 1986, 8). Поскольку указанная выше синкопа среднего слога не может быть доказана окончательно, в качестве основы теонима можно, в конечном счёте, допустить и образование праиндоевропейское *k̑r̥h₂-ko- > прабалтийское *kurka- «рогатый, снабжённый рогами». Этих двух примеров, пожалуй, достаточно. В книге такого широкого замысла, как рассматриваемая, можно было бы отметить и другие моменты (особенно касающиеся отдельных этимологий), однако это не изменило бы общей оценки: Крегждису удалось создать действительно обстоятельный и основополагающий обзор предмета. Впечатляет обилие приведённых данных из самых разных областей знаний; широко использованы более ранние работы по этой тематике. Изложение логично и хорошо структурировано. С предложенными Крегждисом этимологическими объяснениями не каждый (индоевропеист) захочет согласиться во всех отношениях; это обусловлено тем, что исходная предпосылка о безысключительности звуковых законов с самого начала в некоторой степени оставлена без действия. На фоне прочих результатов этой работы данный момент не столь существенен, если только из-за него где-либо не возникло логического круга в вышеупомянутом смысле. Автору следует пожелать успеха в дальнейшей работе над этим масштабным проектом, а читателю — скорейшего его завершения, а возможно, и краткого изложения всего этого достойного изучения комплекса, действительно имеющего характер словаря. 210 Acta Linguistica Lithuanica LXX Rolandas Kre gždys Baltų mitologemų etimologijos žodynas I: Kristburgo sutartis ЛИТЕРАТУРА EWA – Mayrhofer Manfred. Этимологический словарь древнеиндоиранского языка. 3 тома. Гейдельберг: Winter, 1992–2001. KEWA – Mayrhofer Manfred. Краткий этимологический словарь древнеиндийского языка. 3 тома. Гейдельберг: Winter, 1956–1976. Nussbaum Alan Jeffrey 1986: Head and horn in Indo-European. (Untersuchungen zur indogermanischen Sprach- und Kulturwissenschaft 2) Berlin – New York: de Gruyter. PKEŽ2 – Mažiulis Vytautas. Этимологический словарь прусского языка. Второе исправленное и дополненное издание. Вильнюс: Mokslo ir enciklopedijų leidybos centras, 2013. Поступила 5 апреля 2014 г. ХАРАЛЬД БИХЛЬМАЙЕР Martin-Luther-Universität Halle-Wittenberg Институт востоковедения: кафедра индоевропеистики и общего языкознания Heinrich-und-Thomas-Mann-Str. 26, 06108 Halle (Saale) [email protected] Саксонская академия наук в Лейпциге Отделение в Йене: этимологический словарь древневерхненемецкого языка Zwätzengasse 12, 07743 Jena [email protected] Майнцская академия наук и литературы Цифровая книга фамилий Германии Geschwister-Scholl-Str. 2, 55131 Mainz [email protected] Recenzijos / Reviews 211