„XXI a. pradžios lietuvių tarmės: geolingvistinis ir sociolingvistinis tyrimas: žemėlapiai ir jų komentarai“. Sudarytojos Danguolė Mikulėnienė, Violeta Meiliūnaitė

MIROSŁAW JANKOWIAK Институт славянских исследований Польской академии наук Направления исследований: белорусский язык, польский диалект «Кресы», белорусско-балтийско-польская языковая граница. ЛИТОВСКИЕ ДИАЛЕКТЫ НАЧАЛА XXI В.: ГЕОЛИНГВИСТИЧЕСКОЕ И СОЦИОЛИНГВИСТИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ: КАРТЫ И КОММЕНТАРИИ К НИМ Составители Дангволе Микуленене, Виолета Мейлюнайте Vilnius: Briedis, 2014, 459 p. ISBN 978-9955-26-468-2 В 2014 году в Вильнюсе был опубликован фундаментальный труд The Modern Geolinguistic Research in Lithuania: The Optimisation of Network Points and the Interactive Dissemination of Information, ставший результатом многолетней работы известных лингвистов, исследующих литовские диалекты, а также польский, белорусский и русский языки / диалекты в Литве. После Второй мировой войны литовцы создали сеть населённых пунктов, в которых фиксировался литовский язык, охватывавшую более 720 населённых пунктов. Собранный материал послужил основой для создания и издания «Атласа литовского языка» (Lietuvių kalbos atlasas). Как и следовало ожидать, собранный материал отражает ситуацию минувших десятилетий и не охватывает другие языки, на которых говорили в Литовской ССР. С другой стороны, в нём представлена классификация литовских диалектов (1966), разработанная Алексасом Гирденисом и Зигмасом Зинкявичюсом. С тех пор как был собран материал, прошло 60 лет; Литва восстановила независимость, изменились демографическая и социально-экономическая ситуации. Упомянутые выше факторы повлияли на языковую ситуацию в Литве. Литовские и латвийские лингвисты приступили к новым масштабным исследованиям, чтобы показать современное состояние литовских и латвийских диалектов на территории Литвы и Латвии. Это тем более важно… 392 Acta Linguistica Lithuanica LXXI XXI a. pradžios lietuvių tarmės: geolingvistinis ir sociolingvistinis tyrimas: žemėlapiai ir jų komentarai Sudarytojos Danguolė Mikulėnienė, Violeta Meiliūnaitė важно, поскольку на обоих языках говорит небольшое число жителей (в стране и в эмиграции на литовском языке говорят около 4 миллионов человек, на латышском — около 2 миллионов), а язык по-прежнему считается одним из важнейших элементов национальной идентичности в этих странах. В 2009 году The Atlas of the Baltic Languages. A prospect1 был издан Институтом латышского языка в Риге и Институтом литовского языка в Вильнюсе, а в 2014 году вышел первый том Atlas, посвящённый лексике растений (Baltų kalbų atlasas. Leksika 1: Flora2. Ещё одно чрезвычайно важное исследование — рассматриваемая здесь книга, подводящая итог многолетнему проекту «The Modern Geolinguistic Research in Lithuania: The Optimisation of Network Points and the Interactive Dissemination of Information». В течение трёх лет (2010–2013) профессор Дангуоле Микуленене вместе с 33 коллегами и студентами исследовала и анализировала литовские диалекты с геолингвистической и социолингвистической точек зрения. Участники проекта поставили перед собой несколько основных задач: собрать и опубликовать новейшие материалы, отражающие центральные и периферийные литовские диалекты; точно определить границы литовских диалектов и субдиалектов на основе анализа фонетических признаков; показать социолингвистическую ситуацию на всей территории литовского языка и провести предварительный анализ собранных материалов. Исследования охватили 735 населённых пунктов в Литве и 15 за её пределами (всего около 5 000 часов цифровых записей). При этом была обновлена сеть диалектологических пунктов (некоторые деревни уже исчезли, а также были добавлены новые населённые пункты) и создан современный архив диалектов XXI века. Первая часть издания посвящена теоретическим аспектам (теориям, методологиям, терминологии), а также роли и месту литовской диалектологии в мировой диалектологии. Авторы подчёркивают, что само понятие геолингвистика появилось в литовской диалектологии лишь в начале XXI века. Традиционная диалектология представляет языковую действительность статически, а геолингвистика — динамически. Литовские диалекты и субдиалекты требовали нового анализа и интерпретации, соответствующих достижениям современной лингвистики и учитывающих языковой, социальный и географический аспекты, а также новейшую терминологию. Например, авторы используют термин тополект (вслед за китайским исследователем Виктором Х. Мэйром), обозначающий код, который Baltu valodu atlants, Анна Стафецка, Дангуоле Микуленене, Рига / Вильнюс, 2009. Baltu valodu atlants. Leksika 1: Flora. Baltų kalbų atlasas. Leksika 1: Flora. Atlas of the Baltic Languages. Lexis 1: Flora. 2-е переработанное издание. Под редакцией Дангуоле Микуленене и Анны Стафецки. Вильнюс: Latvijas Universitātes Latviešu valodas institūts, Lietuvių kalbos institutas. Институт латышского языка Латвийского университета и Институт литовского языка, 2013, 568 с. Recenzijos / Reviews 393 MIROSŁAW JANKOWIAK сосуществует на одной территории с другими взаимно непонятными языками, а тополекты не обладают самостоятельной языковой идентичностью. Поэтому применительно к Литве авторы относят к тополектам все местные варианты следующих языков: польского, белорусского, местного варианта русского языка и латышского. В этом издании правильное применение методологии (сбор материала и его обработка) и терминологии имело огромное, даже решающее значение. Поэтому в книге подробно анализируются и описываются эти вопросы (авторы соответствующих разделов: Дайва Алиукене, Виолета Мейлюнайте, Юргита Ярославене, Дангуоле Микуленене). Вторая основополагающая глава, написанная Дангуоле Микуленене, Астой Лескаускайте и Лаурой Герзотайте, посвящена геолингвистическим исследованиям в Литве. Авторы представили развитие исследований — от догеолингвистического этапа (конец XIX века) через интенсивное развитие лингвистической географии (Казимерас Буга) до наших дней — неогеолингвистического этапа. Крупнейшим достижением литовских диалектологов, несомненно, стало издание The Atlas of the Lithuanian Language в трёх томах (в них представлены лексика, фонетика и морфология на 376 картах). В издание вошли материалы, собиравшиеся в течение 15 лет более чем в 800 населённых пунктах (за пределами Литвы — ещё в 13 пунктах); архив включает 30 000 метров магнитной ленты и 15 000 страниц рукописных записей, подготовленных 600 участниками. Ещё одним важным событием стала публикация Atlas of the Baltic Languages, представляющего материалы по территории Литвы и Латвии. Новейший этап литовской диалектологии — неолингвистический — начался одновременно с упомянутым выше проектом, результатом которого стала рецензируемая здесь публикация. Далее авторы рассматривают традиционную классификацию литовских диалектов и субдиалектов и подчёркивают, что существовало как минимум три типа отбора, обусловленных правилами, принятыми разными исследователями (точнее, выбором соответствующих фонетических признаков). За многие годы почти пятая часть исследованных пунктов была скорректирована, однако это не привело к существенному изменению сети диалектологических пунктов. Новая классификация, подвергшаяся корректировкам, то есть изменениям названий субдиалектов, тем не менее не изменила геолингвистическую ситуацию в Литве, хотя некоторые её элементы отражают даже довоенное административно-территориальное деление. В третьей главе книги (Дангуоле Микуленене, Виолета Мейлюнайте, Янина Швамбарите-Валужене и другие) описываются геолингвистическая ситуация литовских диалектов в XXI веке и оптимизация пунктов полевых исследований. В отличие от традиционной диалектологии исследователи дополнили анкеты социодемографическими параметрами. Региональная вариативность анализировалась не только с точки зрения одного языка / диалекта; характер развития вариативности и её изменения не рассматривались как явление 394 Acta Linguistica Lithuanica LXXI XXI a. pradžios lietuvių tarmės: geolingvistinis ir sociolingvistinis tyrimas: žemėlapiai ir jų komentarai Sudarytojos Danguolė Mikulėnienė, Violeta Meiliūnaitė не как замкнутой системы, а как производной от межсистемных взаимодействий. Исследователи определили 7-ступенчатую шкалу региональности речи респондента, основанную, в частности, на таких критериях, как место рождения, место проживания до достижения 18-летнего возраста, происхождение родителей и нынешнее место жительства. Отдельные уровни региональности отражаются в языковом / диалектном качестве. Для оптимизации исследовательских пунктов были определены несколько факторов, учитывавшихся предыдущими исследователями: географические критерии определения пункта (расстояние между пунктами составляет 8–12 км), административно-территориальное деление (старые деревни и поселения, реже небольшие города), критерии чистоты диалекта — выбор деревни не по административной принадлежности, а по отнесению к определённой группе поддиалектов; название населённого пункта (избегали деревень с иностранными, нелитовскими названиями). Пункт не всегда представляет собой один город / одну деревню; это могут быть центральные и периферийные населённые пункты. Авторы этого проекта и издания также определили понятия действующего и исчезнувшего пункта. Действующий пункт — это место, где представители всех трёх поколений живут и в повседневной жизни говорят на одном диалекте или поддиалекте. В случае изменений (например, если деревня исчезла или соседний город/посёлок стал центром) номер пункта оставался прежним, но его название менялось. Исчезнувший пункт — это место, где в конкретном городе/деревне (центре) или поблизости от него нет коренного населения. Анализ собранного материала подтвердил традиционное деление территории Литвы на два основных диалекта — жемайтский и аукштайтский, соответствующее этногенетическому делению. Материалы также показали происходящие изменения: для западных жемайтских поддиалектов уровень активности был оценён как очень низкий, в отличие от южной, восточной и северной частей Жемайтии, где исчезнувших пунктов мало. Среди аукштайтских поддиалектов также заметно, что их структура у респондентов очень хорошо сохранилась. Исключение составляют пункты за пределами страны — например, в Беларуси: там они исчезают. Положительным исключением, по мнению Авторов, являются литовские поддиалекты в районе Пуньска в Польше, где они активны и имеют большие перспективы сохранения в ближайшем будущем. Национальная однородность в большинстве районов Литвы способствует языковой однородности и хорошей сохранности структуры литовских поддиалектов. Там, где распространено многоязычие, изменения в структуре литовских поддиалектов происходят быстрее, как, например, в Вильнюсском крае. Особого внимания заслуживает глава IV (Местные варианты других языков в Литве). В большинстве стран при работе над диалектными атласами конкретного языка другие языки, на которых говорят в этом регионе, обычно вовсе не упоминаются. Авторы не только учли другие языки и поддиалекты, но и описали их на основе новейших полевых исследований. Таким образом Recenzijos / Reviews 395 MIROSŁAW JANKOWIAK читатель получает полное представление о языковой ситуации на всей территории Литвы. Латышский язык описан в статье Гинтаре Юджентите (Латышский язык в Литве). Польский язык северного приграничья описывает Кристина Рутковска, белорусские поддиалекты — Лилия Плыгавка, а русский язык — Надежда Морозова. Польский язык представлен в трёх регионах: Вильнюсском, Каунасском и Игналинско-Зарасайском. Поляки в Литве составляют значительную часть населения — около 200 тысяч человек; в самоуправлении Шальчининкского района их доля достигает 79,5%, в Вильнюсском крае — 61,3%, в самоуправлении Тракайского района — 33,2%, а в самоуправлении Швенчёнского района — 27,4%. Они очень хорошо сохраняют свои традиции, в том числе родной язык. В Каунасском и Игналинско-Зарасайском регионах ситуация хуже. Белорусские поддиалекты довольно широко употребляются старшим поколением жителей юго-восточной части страны. Что касается русского языка, следует говорить о диалекте старообрядцев (их деревни литовские исследователи отдельно не изучали) и о речи русских, живущих во многих городах. Исследование позволило не только задокументировать современное состояние литовских диалектов, а также других языков и поддиалектов, на которых говорят в Литве и соседних регионах, но и проводить долгосрочные диалектологические исследования и анализ языковой ситуации на этой территории, а также прогнозировать изменения в ближайшем будущем. Результаты работы лингвистов над этим проектом представили языковую ситуацию в Литве многослойно и всесторонне и обладают значительным потенциалом для анализа не только отдельных диалектов и поддиалектов, но и общего языка, а также других языков (польского, белорусского, русского, латышского), на которых говорят в различных регионах страны. Авторы обращают наше внимание на изменения языковой ситуации вблизи крупных городов (развивающийся процесс урбанизации), в том числе на расстоянии десятков километров от центров. В этих местах трудно говорить о диалекте. Наличие других языков делает ситуацию более разнообразной — особенно в Вильнюсе и Клайпеде (русский язык). С другой стороны, в Каунасском регионе диалектная структура сохранилась очень хорошо, что объясняется, среди прочего, однородностью состава населения. В этой главе Авторы представили современную классификацию диалектов с указанием соответствующих групп поддиалектов и их центров. Поддиалекты лучше сохраняются там, где говорящие обладают более выраженным символическим осознанием диалекта; оно сильнее, например, в Жемайтии, чем в Аукштайтии. В частности, в восточной Аукштайтии трудно говорить о хорошей сохранности структуры поддиалектов: сосуществование разных языков (польского, белорусского) привело к конвергенции — взаимному влиянию языков и их ассимиляции. 396 Acta Linguistica Lithuanica LXXI XXI a. pradžios lietuvių tarmės: geolingvistinis ir sociolingvistinis tyrimas: žemėlapiai ir jų komentarai Sudarytojos Danguolė Mikulėnienė, Violeta Meiliūnaitė Рецензируемое исследование имеет первостепенное значение, поскольку в нём представлена система не только лингвистических и географических факторов, но и социальных и культурных особенностей. Применённая методология позволила проанализировать языковой континуум Литвы как на вертикальном, так и на горизонтальном уровнях, освободив литовскую диалектологию от классических методов исследования, показывавших лишь фрагмент языковой действительности. Литовские диалекты сохраняются в большинстве мест, отмеченных ранее в The Atlas of the Lithuanian Language, однако в настоящее время для них характерны изменчивость и динамичность, а не стабильность, как несколько десятилетий назад. Наименьшей жизнеспособностью отличаются говоры западной Жемайтии и южной и восточной Аукштайтии, наибольшей — жемайтские диалекты. Исследование, проведённое авторами, превосходно показывает исчезновение диалектов, их употребление и возникновение новых, так называемых производных диалектов. Старшее поколение носителей лучше всего представляет статичную модель диалекта (горизонтальная изменчивость), поколение среднего возраста — высокую динамичность (вертикальная изменчивость), сближение с другими языками или сходство с литературным языком. Наиболее многомерен язык носителей младшего поколения, и именно он будет формировать языковую ситуацию в ближайшем будущем. Спустя десятилетия этот язык следует исследовать повторно, чтобы проследить происходящие в нём изменения. Представленная книга — чрезвычайно важная публикация, имеющая для литовской диалектологии решающее значение. Это не только большой объём материала, тщательно и профессионально собранного опытными лингвистами, но и обширный анализ и интерпретация, выполненные с применением новейших методик. За три года проекта авторы проделали колоссальную работу. Они собрали материал со всей территории Литвы, что позволило сопоставить современную языковую ситуацию с результатами прежних исследований; он также послужит превосходной основой для будущих полевых исследований. Помимо новаторского подхода к геолингвистическому исследованию, особого внимания заслуживает то, что авторы учли другие языки, на которых говорят на территории Литвы: белорусский, латышский, польский и русский. Всё перечисленное позволило представить реальную языковую ситуацию в Литве, учитывая все лингвистические, социальные и административные факторы. Публикация имеет большое архивно-познавательное значение. Авторы приложили немало усилий, чтобы дополнить каждую главу многочисленными красочными картами, диаграммами и графиками, которые вместе с несколькими приложениями дают прекрасную возможность сопоставить современную ситуацию в деревне XXI века с положением несколько десятилетий назад. В публикации представлены 14 карт (для сравнения — прежняя, из The Atlas of the Lithuanian Language, и современная), показывающих новейшие тенденции в структуре литовских диалектов и говоров, в том числе одна карта, отображающая распространение белорусского, латышского, польского и русского языков. Recenzijos / Reviews 397 MIROSŁAW JANKOWIAK пунктов. В конце издания помещено обширное приложение (о методологии исследования, анкетах, перечне обследованных пунктов — вместе с названиями и нумерацией из The Atlas of the Lithuanian Language и новых пунктов, введённых для целей этого проекта). Представленная работа: XXI a. pradžios lietuvių tarmės: geolingvistinis ir sociolingvistinis tyrimas. Žemėlapiai ir jų komentarai — также превосходный и обстоятельный свод знаний для исследователей литовских диалектов и языка, специалистов по польскому, белорусскому и русскому языкам, функционирующим на территории Литвы, а также по вопросам языковых границ, и для студентов-балтистов. Часть собранных и обработанных авторами материалов размещена на специально созданном сайте www.tarmes.lt, где читатели могут легко ознакомиться с результатами работы литовских диалектологов (представленными на литовском и английском языках). Передано в редакцию 5 сентября 2014 г. MIROSŁAW JANKOWIAK Instytut Slawistyki PAN ul. Bartoszewicza 1B / 17, 00-337 Warszawa, Poland [email protected] 398 Acta Linguistica Lithuanica LXXI