Ką Jablonskis padarė geografijai ir kas su tuo daroma

ТЕРМИНОЛОГИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ Jonas KLIMAVIČIUS Институт литовского языка ЧТО ЯБЛОНСКИС СДЕЛАЛ ДЛЯ ГЕОГРАФИИ И ЧТО С ЭТИМ ДЕЛАЮТ Юбилейные памятные мероприятия в честь Йонаса Яблонскиса радуют специалистов по терминологии (Piročkinas 2000; Gedrimas 2000). Вклад Яблонскиса в терминологию — тема не новая. Прежде всего следует упомянуть ещё живые свидетельства (Žemaitis 1956; Žemaitis 1966; Šikšnys 1962). Данные свидетельств, собранных по крупицам, и специальные исследования, хотя и не завершённые, имеют большое значение. Но это ещё не всё — необходимо изучать и постъяблонскисовский этап этого терминологического процесса, поддерживать и укреплять его, иначе хорошее начало может завершиться некрасиво. Поколения, пришедшие после Яблонскиса, могут и должны свидетельствовать о жизни созданной им терминологии. А она, в свою очередь, неотделима от судьбы народа и государства — как и труды Яблонскиса. На одиннадцатый год после смерти Яблонскиса Литву вновь постигли оккупация, истребление народа (геноцид), утрата государственности, языковое принуждение. Поэтому свидетельствовать следует, исходя из этого, и соответственно оценивать. Повод высказать давно вынашиваемые мысли появился как бы случайно: в это юбилейное время я бьюсь над подготовленным новым школьным словарём географических терминов. От терминологических основ, заложенных Яблонскисом, там почти ничего не осталось. Поэтому откладывать дальше никак нельзя. Разумеется, дело началось не с этого словарика: и географическая наука, и школьная география, и всевозможная переводная литература о географических путешествиях в своей терминологии подчас незаметно, а подчас и сознательно скатывались к русскому языку. Географическая терминография была довольно обширной, имела немалое значение и для науки, и для школы — как в предметном, так и в языковом отношении. В 1956 г. вышел «Словарь терминов геологии и физической географии» В. Гуделиса (ред. Ch. Lemchenas; русско-литовский, с литовским указателем; 220 с.), рассмотренный Комиссией по терминологии Института литовского языка и литературы [GirFGŽ]. Издательство «Šviesa» (педагогической литературы) выпустило три словаря — два переводных и один оригинальный: в 1972 г. — S. Agapovo, 7 энциклопедический «Географический словарь» S. Sokolovo, D. Tichomirovo (пер. V. Kvietkauskas, ред. E. Subačienė), дополненный литовскими терминами редактором перевода V. Gudelis; в издательской аннотации он предназначен для школьников, а в предисловии к литовскому изданию — также для студентов и преподавателей (272 с.) [GeogrŽ]; в 1987 г. — «Словарь-справочник по физической географии» A. Solovjovo, G. Karpovo (пер. F. Ylevičienė и J. Žukauskienė, перевод рецензировала A. Laigonaitė, ред. L. Junevičienė), отредактированный A. Basalykas (216 с.) [FizGŽŽ]; в 1994 г. — «Энциклопедический географический словарь» S. Vaitekūnas (ред. S. Drabavičius), рекомендованный Министерством культуры и образования (256 с.) [EncGŽ]. Ни один из этих трёх словарей не был утверждён и широко не рецензировался специалистами и языковедами в печати. Между тем существуют проблемы нормирования, а также противоречия между этими словарями. Литовское языкознание по праву гордится тем, что основные географические термины были в значительной степени литуанизированы Яблонскисом. Но продолжателям его дела несколько десятилетий спустя недоставало компаса Яблонскиса, и на них влияли другие ориентиры. И даже через 10 лет после восстановления независимости учёным нелегко осознать, что в советские десятилетия употреблением интернациональных слов литовский язык сближался с русским. Основные новообразования в географической терминологии Яблонскиса собраны в «Нашем словарике» Йонаса Рыгишкиса 1918 г.: меридиан, экватор, полюс, тропик, материк, ледник, вулкан, горизонт. Только ugnikalnis и vandenynas встречаются уже и в переведённом Яблонскисом в 1906 г. «Кратком описании Земли» S. Mečius (Piročkinas 2000 11: 16). Это видно и по данным LKŽ. Судьбу терминов Яблонскиса и отношение к ним довольно хорошо показывают литовские словарики и словари иностранных слов. Хорошее начало положил уже SNŽŽ Юргиса Шлапелиса 1907 г. Без синонимов и каких-либо пояснений приведено вулкан — ugnikalnis. Следовательно, литовский термин Яблонскиса был прочно принят. Можно лишь сожалеть, что в том же 1907 г. «Польско-литовско-русский словарь» J. Ambraziejus предлагает вариант ugniakalnis (с неподходящим соединительным гласным), который затем повторялся ещё в нескольких словарях (LKŽ XVII). Далее: океан, океан — vandenynas, didžiūris, большие моря. Большие моря следует считать пояснением, а не соответствием. Didžiūris в LKŽ II не зафиксировано, однако есть didžiūris — уже у J. A. Pabrėža, позднее у A. Lelio, а также 8 didmaris — у Л. Ивинскиса, didžmaris — в «Aušra» за 1884 г., didmarė — в других текстах. Синонимы вообще не нужны, а эти из-за недостаточной различительной способности не могут сравниться с vandenynas Яблонскиса. Слово «океан» в значении 2 — «обильное водное пространство, большая вода, воды» — приводится в LKŽ XVIII, хотя и с осторожной пометой nj.(?), со ссылкой на диалекты (Гришкабудис, Пагегяй, Мариямполе, Алитус, Тверечюс). Кстати, в местностях неподалёку от Гришкабудиса, родины Яблонскиса, — Славикай и Лекечяй — зафиксировано также слово sniegynas в значении 1: «большая масса снега; поле, покрытое снегом» (LKŽ XIII). Казалось бы, прямой путь ведёт к слову žemynas, но и тут не всё так просто: kontinentas — твёрдая земля, большой участок твёрдой суши. Слово «твёрдая земля» есть также в «Литовско-английском словаре» А. Лелиса (3-е доп. изд., Чикаго, 1915): kietžemis — continent (но также kontinentas — continent, continent — kontinentas, sausžemis; равно как terra firma — sausžemis, kietžemis. Слово sausžemis впервые употреблено (LKŽ XII) в «Литовско-латышско-русском словаре» М. Межиниса (Тильзит, 1894): sausžemis — sausžeme — ląd — мамерик. В SNŽŽ tropikai — grįžračiai; tropikų šalis, tropikališkas kraštas — tropikų arba grįžračių kraštas — šiltasai kraštas; grįžračiai arba tropikai — «пояса вокруг Земли по обе стороны экватора, до которых солнце доходит в дни зимнего и летнего солнцестояния. Между обоими тропиками круглый год стоит жаркая погода». Grįžratis употреблялось и в литовско-английском словаре А. Лелиса: grįžratis, -čio — tropic (и tropikas — tropic), tropic — геогр. grįžratis, tropikas; в значении «Большая Медведица» это слово связано с А. Татаре и В. Кудиркой (grįžratis — Плокщяй), а наиболее широко в значении «Большая Медведица» употребляется grįžoratas в Синтаутах, Расейняй, Кведарне, Калтиненай, Прекуле (grįžoratas — Гаргждай), а также grįžo ratas в Тильзите, grįžo vežimas в Шилуте, grįžulo (grįžulo в Дусетосе, Саламиэстисе) ratai в Шедуве, grįžulo ratai в Кудиркос-Науместисе, grįžalo ratai в Гружяй, grįžinio ratai в Гейстарае (соответственно grįžulas / grįžulas — словарь Ф. Куршайтиса, grįžalas / grįžalas — Бетигала, grįžas 1. / grýžas — словарь Ф. Куршайтиса: «стержень поворотного устройства повозки, к которому запрягают лошадь») LKŽ III. К числу усилий Шлапелиса по литуанизации международной терминологии следует отнести и saulėgrįža — grįžračių, спрятанное в статье, но не вынесенное отдельной словарной статьёй (нет и статьи solsticija). Ю. А. Пабрежа мотивировал слово tropiką словом solsticija — saulgrįžvieta (LKŽ XII). В SNŽŽ gletčeras — ледник, «большие массы льда на высоких горах, которые медленно сползают вниз по склону». Для экватора, меридиана и горизонта Шлапелис не предлагает соответствий, а только даёт толкования: 9 экватор — «воображаемый пояс вокруг Земли, который делит поверхность Земли на северное и южное полушария», меридиан — «воображаемая линия, проходящая по поверхности Земли от одного полюса к другому», горизонт — «вся видимая глазами земная поверхность до небес». Полюс, хотя, как мы только что видели, употребляется, в словарике не имеет ни соответствия, ни толкования. Хотя ещё остаётся кое-что специально выяснить и уточнить (это не тема данной статьи), уже сейчас следует отметить отчётливо литуанизаторскую направленность словарика Шлапелиса (примерно половина — международные слова, примерно половина — варваризмы, соответствия всевозможным заимствованиям, а также литовские слова, возможно, ещё не понятные в литературном языке): речь идёт не только о предложении новых литовских слов Яблонскисом, не только другими предшественниками или соратниками, но иногда и о его собственных усилиях. Более поздние словарики и словари добавили лишь кое-что, а то и топтались на месте, не продвигаясь дальше, насколько это было возможно и необходимо. В анонимном STŽŽ 1923 г. (только международные слова) даётся меридиан — dienovidinis, но также приводится толкование: «земной глобус разделён на 180 кругов, пересекающих оба полюса и <...>» (слово «полюс» не включено). Чаще всего ограничиваются только соответствиями: горизонт — akiratis, параллель — lygiagretė, вулкан — ugnikalnis; океан (oceanos) — есть ещё два варианта — jūros; vandenynas (это шаг назад); также kontinentas — sausuma, žemė, но слова žemynas здесь ещё нет. Экватор только толкуется как «срединный пояс земного шара, самое жаркое место», а слова pusiaujas ещё нет. В SNŽŽ Я. Норкуса за 1924 г. (литовских слов — около 6%) kontinentas — žemynas, sausuma; horizontas — akiratis — «та часть земной поверхности до небес, которую видишь глазами; только видимые вдали края, где земля словно сходится с небом; границы науки или знаний». А слов ekvatorius, meridianas, okeanas, paralelė, polius, tropikai, vulkanas нет. Означает ли это, что они уже утратили актуальность — что их замены уже приняты и вошли в употребление? Отсутствие в словарике математических терминов, заменённых литовскими благодаря усилиям Яблонскиса, делает такое предположение по меньшей мере отчасти вероятным. В обширном TŽŽ 1936 г. они представлены неодинаково: одни — только с соответствиями: экватор — pusiauja(s); океан — 1. vandenynas; вулкан — 1. ugnikalnis; параллель — lygiagretė; sugreitinimas; sulyginimas; другие — ещё и с толкованиями: горизонт — akiratis, «воображаемая линия, соединяющая землю с небесным сводом»; kontinentas — žemynas, «крупная часть суши, со всех сторон окружённая морями и океанами»; меридиан 10 — dienovidinis; «изображаемая длинная кривая линия, проходящая через оба полюса земного шара и пересекающая экватор под прямым углом; <…>»; полюс — 1. земной полюс; «воображаемый конец земной оси»; тропики — 1. atogrąžos, «линии географической широты, проходящие параллельно на 23° 28′ к югу и северу от экватора»; 2. «участки земной поверхности между этими линиями», atogrąžų kraštai; glėčeris — см. glėtčeris — ледник, «который медленно спускается с горных вершин в долину». В первом послевоенном издании TŽŽ за 1951 г. подача похожая, только литовское соответствие иногда выделено шрифтом: экватор — pusiaujas — 1) «мысленно проводимая на поверхности земного шара окружность, равноудалённая от обоих полюсов Земли; <…>»; 2) <…>; меридиан — dienovidinis, <…>; океан — 1) vandenynas, <…>; glėčeris — ledynas, <…>; но не выделены: kontinentas — žemynas, <…>; полюс — 1) ašigalis, <…>; solsticija — астр. saulėgrįža, <…>; вулкан — ugnikalnis, <…>. Соответствие для tropikų странным образом отрезано и перенесено в самый конец: тропики — 1) «два воображаемых круга, параллельных небесному экватору и отстоящих от него на 23° 27′ (…), на которых находится Солнце в дни солнцестояний»; 2) «страны, лежащие между тропиками и имеющие жаркий климат», atogrąžos; хотя tropinis — 1) atogrąžinis, находящийся между тропиками; <…>. Параллель — только 1) геом. lygiagretė, <…>, а 3) геогр. — «каждая из воображаемых окружностей, проводимых на земном шаре, <…>». Горизонт — 1) akiratis, <…> (видимый горизонт), но 2) <…> (истинный горизонт), только в значении 6) akiratis; horizontai — (будущие) перспективы. Примечательно противоречие: хотя полюс — 1) ašigalis, в толковании экватора стоит polius, а не ašigalis; хотя solsticija — астр. saulėgrįža, в толковании тропиков употреблено solsticijos (saulės stovėjimai). Слово Ekinokcija дано без соответствия. В TŽŽ 1969 г. существенного прогресса не видно. Только параллель — 2) геогр. lygiagretė — <…>. Более того, сделан шаг назад — добавлены ненужные толкования: вулкан — «геологические образования», ugnikalniai, возникающие <…>; solsticija оставлено уже без соответствия. Ни в одном случае не употреблена помета psn., впервые введённая в этом издании в истории литовских словарей международных слов (её не добавили даже к basketbolo, слову, вообще нежелательному в таком словаре). В TŽŽ 1985 г. существенного улучшения тоже нет. Без толкований приведены лишь kontinentas — žemynas, okeanas — vandenynas, polius — 1. геогр. 11 ašigalis, bet 2. astr. – be ašigalio; paralelės geografinės reikšmės net nėra (tik 2. geom. lygiagretė). Šiame žodyne, be pažymos psn., įsivesta ir ntk. (t. y. neteiktina), bet tos pažymos nei pavartotos šiais atvejais (kaip kad aisbergas ntk. – ledkalnis – <…>), nei iš viso paaiškinta jų paskirtis ir vartosena. Į priekį pasistūmėjo tik horizontas – 1. akiratis (bet 6. „žinių, idėjų, galimybių ir veikimo platumas, perspektyvos“ – be akiračio). В ТЖЖ 1999–2000 гг. сделан шаг вперёд: океан, ледник отсутствуют — вероятно, как ненужные; без пояснений как синонимы приводятся: тропики, атогра́жос; солнцестояние, летнее/зимнее солнцестояние; континент, материк (но континентальный: 1. материковый, связанный с материком, континентом, напр., -ые отложения — <…>; -ый климат — <…>; -ый склон — <…>); также полиус: 2. астр., геогр. полюс; как равнозначные, но с пояснениями приводятся: меридиан, dienovidinis<…>; экватор, pusiaujas — <…>; вулкан, огнедышащая гора: 1. <…> (хотя 2. -ы мн. ч. астр. «действующие и потухшие вулканы на планетах и их спутниках; <…>»); экинокция, равноденствие — <…>; горизонт: 1. кругозор — <…> (хотя 7. перен.: а) «объём знаний, идей», кругозор, <…>); параллель и в этом словаре не имеет географического значения (только 1. геом. параллельная прямая). В отношении рассматриваемых слов ни разу не использована помета употребления не рек. И в этом словаре — как и во всех предшествующих словарях иностранных слов — ни каким-либо способом лексикографической техники, ни каким-либо общим указанием читателю даже мысли не подаётся о том, что литовский эквивалент может быть равнозначен иностранному слову или даже предпочтительнее его. А поскольку в словарях иностранных слов первым даётся иностранное слово, а эквивалент — только после него, читателю автоматически внушается, что и в языке эквивалент — лишь вторичный, вспомогательный, менее значимый. Ничем не отличается и школьный словарь иностранных слов, хотя, казалось бы, педагогические цели должны быть для него обязательны. В МТЖЖ 1995 и 1998 гг. без пояснений приведены пары: экватор — pusiaujas, континент — материк, океан — океан, параллель — 2. параллельная прямая, вулкан — огнедышащая гора; с пояснениями: экинокция — равноденствие (…), солнцестояние — solsticija (…), в обратном порядке: горизонт — 1. <…>, кругозор, меридиан — <…>, dienovidinis; эквивалент — только в пояснительном тексте: тропики — «пояса тропиков, расположенные по тропическим парал- 12 лелям» (по сути — idem per idem); без литовского эквивалента: полюс — 2. «место наиболее сильного проявления»: полюс холода; глетчер — «сползающий с гор ледник». Школа (даже гимназия) до сих пор не имеет учебного словаря литературного языка (хотя существуют школьные словари фразеологизмов, синонимов, антонимов), зато словарь иностранных слов уже есть! В школе повторяется общая ситуация: большой словарь иностранных слов общество получило ещё в 1936 г., а словарь литературного языка — только в 1954 г. (ДЖ1). Не только сам МТЖЖ, но и его «Предисловие» односторонне направляет учеников и учителей к иностранному, а не литовскому, даже не к равновесию. В «Предисловии» подчёркивается возможность через иностранные слова «влиться в среду явлений, объединяющих мир» (МТЖЖ 1998: 3), а также то, что «наука, являясь общей для всего мира, очень часто использует одни и те же слова в качестве терминов» (МТЖЖ 1998: 3). Литовский же язык представлен словно неполноценный — «язык крестьян с давних времён» (МТЖЖ 1998: 3). Здесь мы увидим, что крестьянское слово pusiaujas прекрасно подходит в качестве замены экватора, и таких примеров множество. Но МТЖЖ об этом ничего не говорит. Цель словаря определена узко и односторонне — «помочь выяснить значения наиболее употребительных слов» (МТЖЖ 1998: 3). Особенно необдуманно и неосторожно сказано, что родной язык, если и создаёт свои термины, то лишь «наряду с заимствуемыми иностранными словами» (МТЖЖ 1998: 3), и их ценность — «крестьянская»: «В научном языке чаще всего употребляется иностранное слово, а в разговорной речи говорят по-литовски» (МТЖЖ 1998: 4) — так действительно бывало, но уже не бывает: теперь иностранные слова употребляются в речи даже чаще, чем на письме. Только «иногда иностранное слово полностью вытесняется» литовским, например, уже lakūnas, а не aviatorius. Но автор «Предисловия» не знает, как теперь lakūną вытесняет pilotas. И в отношении стилистики даются неверные советы, невыгодные для литовских слов: «несмыслица — слово грубоватого стиля, поэтому его избегают в вежливой речи» — тогда уж нонсенс! (МТЖЖ 1998: 4). Однако в ДЖ3 и ДЖ4 слово nesąmonė никак стилистически не помечено и объясняется литовским словом — «бессмыслица», в отличие от ДЖ1 — «абсурд, бессмыслица», ДЖ2 — «бессмыслица, абсурд». Для К. Бугу и Ю. Балчикониса nesąmonė не было грубостью или невежливостью: Сегодня уже неприлично выступать с такими глупостями К. Буга. Он меня 13 красиво угостил и заметил, что глаза у меня совсем успокоились и в речи нет никакой бессмыслицы Ю. Балчиконис (LKŽ VIII). В словаре Стасиса Шалкаускиса «Общая терминология философии» (1937, 1938), рассмотренном в Терминологической секции Общества литовского языка, nesąmonė — фр. absurdité, non-sens, нем. Unsinn, рус. бессмыслица — термин (S. Šalk R II 164). П. Скаржюс в книге «Словообразование литовского языка» (1943) считает nesąmonę неологизмом (Skardžius 1996: 590), однако это не совсем точно. Разве что условно nesąmonė можно считать производным с приставкой не- (LKG I 1965: 428). Точное формальное соотнесение с sąmo-ne может быть вторичным — nesąmonė, вероятно, книжный вариант, возникший под влиянием диалектных вариантов: nesąmonis словарь А. Юшки (ср. также прил. nesąmonus — не только 1. «неразумный, необдуманный», но и 2. «несообразительный» словарь Ф. Куршайта), nesąmanis словарь А. Юшки, песенник А. Юшки, nesuomonė Наумистис, nesuomonis Сериджюс, nesuomanis словарь А. Юшки (LKŽ VIII). То, что nesąmonė не является зеркальным отражением sąmonės с отрицанием, ясно показывает различие значений: рядом с nesąmonės совершенно не подходит по значению «бессмысленный» прилагательное nesąmoningas (оно начало входить в употребление, но Ю. Шукис справедливо раскритиковал его в радиопередаче). А выдвижение нонсенса в МТЖЖ явно противоречит рекомендации ДЖ₃ и ДЖ₄: нонсенс — см. nesąmonė (в ДЖ₁ и ДЖ₂ нонсенс — «бессмыслица, несмыслица»). Недавно вышедший «Толковый словарь литовского языка» из 7000 наиболее употребительных слов (на обложке — «Толковый словарь литовского языка», составитель Алдонас Маккявичене. — Вильнюс, ООО «Gimtinė», 2001, 512 с.) — «первый литовский тезаурус с синонимами и антонимами» (ŠA 2001 36 11) — возможно, отчасти мог бы заполнить пробел, связанный с отсутствием школьного толкового словаря. Однако в его «Предисловии» ни о назначении, ни об отборе синонимов и нормативном представлении синонимичных терминов не сказано ни слова. Рассматриваемые нами термины подаются неодинаково: dienovidinis + meridianas (такова техника представления синонимов), lygiagretė (только «параллельная прямая») + paralelė (откуда?! — Й. К.); ašigalis + polius, но экватор + pusiaujas; атогра́жос + тропики; вулкан + ugnikalnis; кругозор + горизонт, а горизонт + → кругозор; океан + океан, didžiūris книжн., а океан + → океан; материк + континент — океан (такова техника представления антонимов); леднико (и 14 ледника) нет; подсолнух 1. + 1. солнцестояние, а равноденствия (и эквинокции) нет [бессмыслица + абсурд, нонсенс, бессмысленность, а абсурд + → бессмыслица; бессмысленный + лишённый смысла, пустой, абсурдный – осмысленный; пустой 4. + → бессмысленный; абсурдные + → бессмысленный]. Совершенно обделён экватор; чрезмерно возвышен океан. Самые быстрые нормирующие пометы ntk. = в словаре нет. Стоит немного посмотреть на подачу других международных слов — и видна необоснованная отдача им предпочтения перед литовскими, хотя обычно эквивалентами не скупятся. Особое место в процессе создания литовских соответствий международным словам — как в содержательном, так и в специальном отношении — занимает LTŽA Пранаса Скарджюса (1973). Правда, книга была издана в Чикаго, а в Литве перепечатана лишь в 1998 г. (Skardžius 1998: 425–507). Это не какой-нибудь словарь международных слов, а специальный труд по внедрению и развитию литовской лексики. Однако в его «Предисловии» цель сформулирована и узко, и не вполне ясно — желание помочь тем литовцам за рубежом, которые «хотят вспомнить литовские слова, вместо которых всё чаще употребляются международные слова» (Skardžius 1998: 433). Различия между соответствиями и заменами здесь не видно. В «Предисловии» и «Введении» оперируют только терминами новообразований и замен либо выражением употребляются вместо. Однако специалисту по примерам ясно, что в одних случаях это соответствия международным словам — синонимы, в других — полные замены. Но ясно ли это обычному пользователю? Кстати, к новообразованиям отнесены и случаи, когда «слова из народной речи и их значения получили специальное значение» (Skardžius 1998: 435), но среди примеров — не только браслет (согласно LKŽ I, «специализировано» уже в словарях П. Руигиса и Ф. Куршайтиса), уровень (согласно LKŽ VII, употреблялось от Й. Бреткуна до Ф. Куршайтиса), типография (согласно LKŽ XIII, из живой речи — только сырная типография в Мариямполе, в различных значениях — с древнейших письменных источников, а в рассматриваемом значении «предприятие печати» — уже в словаре К. Сирвидаса), но и … орфография (Skardžius 1998: 435–436). Скарджюс различает только «широко укоренившиеся» и «употребляемые реже» (Skardžius 1998: 436). Неплохим противовесом служит лишь вторая часть LTŽA — указатель литовских соответствий, где международные слова уже оказываются на втором месте, словно на месте соответствий. Из интересующих нас слов в этом труде Скарджюса неизвестно почему отсутствуют вулкан, эквинокция, солстис; только с соответствием приведено океан 15 — океан; все остальные — также с пояснениями (сначала пояснение, затем соответствие); экватор — <…>; экватор; ледник; горизонт — <…>; кругозор, обзор; континент — <…>; материк; меридиан — <…>; меридиан; полюс — <…>; полюс; тропик — <…>; тропик; а параллель — <…>; параллель — только геометрический термин. Представление литовских соответствий после пояснений, а не наоборот, авторской цели — литуанизации лексики — определённо не помогает. Любопытно, что среди 85 слов, о которых говорится, что они «широко укоренились ещё до войны», большинство составляют слова, о которых мы говорим, — кругозор, полюс, тропик, ледник, экватор, вулкан, океан (Skardžius 1998: 436). Теперь уже можно подытожить: ни в одном литовском ТЖС, даже в LTŽA, нет ни малейшего указания на то, что представляют собой соответствия международным словам и каково их назначение; тем более нет разграничения соответствий и замен. Литовские ТЖС специально не ставили перед собой ни цели нормирования лексики, ни цели развития языка — только объяснительную. Благодаря пояснениям международные слова распространялись ещё шире и быстрее. Разумеется, необходимые языку слова должны были распространяться, но распространялись все без разбора, поскольку никто не заботился о разграничении. Видимо, ни лингвисты, ни терминологи-нелингвисты ещё не поняли (а нередко, возможно, даже не задумывались), что до 1954 года — до выхода первого нормативного словаря литературного языка, к тому же весьма несовершенного, — лексические потребности пользователей литературного языка удовлетворялись крайне односторонне, главным образом словарями и словариками международных слов (не считая двуязычных). Как делали — таковы и плоды. Международных слов стало ещё больше из-за советской установки, согласно которой пролетарской культуре необходимы интернационализмы (ведь это слово уже начало вытеснять привычный термин «международные слова»). В десятилетие независимости некоторую преграду для новых международных слов — подлинных, чаще всего произносимых — поставила Государственная комиссия литовского языка постановлением № 42 «О списке недопустимых новых иноязычных слов», позднее включённым в общий Список грубых языковых ошибок (LKKN 1998: 130–132); следует отметить одну специальную работу — VKNS 1998, а также обширную терминографию и множество статей. Результаты есть, но их недостаточно, решительного перелома не произошло. Теперь посмотрим, что происходило почти полвека в нормативной лексикографии и географической (а также смежной) терминографии. Трудно сказать, какая сторона больше опиралась на другую. DŽ1 1954 16 ir GirFGŽ 1956, pirma, yra beveik bendralaikiai, antra, mūsų kalbamu atveju – beveik viena: GirFGŽ autorius V. Gudelis yra DŽ₁ konsultantas: „Žodyną ruošiant ir korektūrą skaitant konsultavo keliolika atskirų sričių specialistų: <…> moksl. bendr. J. [=V. – J. K.] Gudelis <…>“ (DŽ₁ 1954: IV), o GirFGŽ „peržiūrėjo Mokslų akademijos Lietuvių kalbos ir literatūros instituto Terminologijos komisija“ (GirFGŽ 1956: 2). DŽ₃ 1993 ir EncGŽ 1994 irgi beveik vienalaikiai, tačiau be ryšio. Žinotina, kad DŽ₁ bent kalbininkų nebuvo labai vertinamas, nebuvo jo aklai laikomasi, o tada nesilaikymo gali būti (ir būdavo) ir pagrįsto, ir nepagrįsto, savavališko. Lietuviškos leksikos ugdymo požiūriu DŽ iš esmės nesiskiria nuo TŽŽ – kalba tik apie tarptautinių žodžių dėjimą į žodyną (DŽ₁ 1954: VI; DŽ₂ 1972:V; DŽ₃ 1993: VII), o apie jų atitikmenų ir pakaitų pateikimo tvarką nieko nesako. Для географии Яблонскис создал литовский термин меридиан. Советизм склонял к меридиану — ведь русским никто не дал русского слова, а пролетарская культура благоволила интернационализмам. Самый крупный анти-Яблонскисовский шаг, к сожалению, сделала нормативная лексикография: DŽ₁ 1954 и DŽ₂ 1972 приводят их как совершенно равноценные: меридиан — «воображаемая линия, проходящая через полюса земного шара [! — J. K.] и пересекающая экватор под прямым углом»; меридиан DŽ₁ (весьма сходно в DŽ₂); а меридиан — «воображаемая линия, проходящая через полюса земного шара и пересекающая экватор под прямым углом» DŽ₁ (весьма сходно в DŽ₂); меридиан. Географическая терминография даже более литовская: GeogrŽ 1972 и EncGŽ 1994 отдают предпочтение своему слову (но международное выделяют шрифтом: меридиан, меридиан; а меридиан — см. меридиан. Можно добавить, что «Словарь метеорологических терминов русско-литовских языков» М. Микалюнаса и «Словарь астрономии», составленный Антанасом Юшка, идут в разных направлениях: меридиан – меридиан, меридиан MeteorŽ 1975; меридиан, меридиан и небесный меридиан, небесный меридиан AstrŽ 1984. DŽ₃ 1993 отдаёт предпочтение литовскому термину: меридиан — см. меридиан, хотя международное слово полностью ещё не отвергает. Параллель пришла в географию вполне закономерно из геометрии. В «Нашем словарике» Йонаса Рыгшкиса есть только прилагательное параллельный, продолжение и его абстрак- 17 такое равномерное расположение (всё с геометрической иллюстрацией). К сожалению, как географический термин даже не зафиксировано в LKŽ VII. То же и в DŽ1 – lygiagretė 1. «прямая, лежащая в одной плоскости с другой прямой и не пересекающаяся с ней»; paralelė; а для географии предлагается paralelė 3. «воображаемая линия на глобусе, параллельная экватору» (1. геом. «прямая или плоскость, параллельная другой прямой или плоскости»; lygiagretė). DŽ2 lygiagretė – тоже 1. «прямая, <…>», но без синонима paralelė в толковании (хотя в словаре есть и paralelė 1. геом. «<…>»; lygiagretė); а геогр. – paralelė 2. GeogrŽ – lygiagretės, paralelės, paralelės – см. lygiagretės, EncGŽ – только lygiagretės, paralelės. MeteopŽ параллель – paralelė, lygiagretė, AstrŽ – lygiagretė, paralelė, также небесная, или суточная, lygiagretė; земная, или географическая, lygiagretė. DŽ3 отдает предпочтение литовскому термину: paralelė 3. геогр. см. lygiagretė 2 (а paralelė 2. устар. = lygiagretė 1). MatŽ 1994 предлагает литовский термин lygiagretė (а paralelė – см. lygiagretė), а также lygiagretainis (а paralelogramas устар. – см. lygiagretainis), хотя в этой микросистеме есть и неизбежные интернационализмы – paralelizmas, paralelizuojamumas, paraleloedras, paralelोगonas, paralelotopas. Сосуществование в микросистеме терминов различного происхождения – литовских и интернациональных – вполне обычное, нормальное явление. Когда термины так смешивают, всегда страдают литовские, и тогда происходят вещи совсем нежелательные. Вот доктор наук пишет в газету meridianas, газета берется литуанизировать, но употребляет не нужный слегка измененный вариант dienovidinis, а его антоним lygiagretė: <…> было решено разделить поверхность Земли параллелями (меридианами) через каждые 150 на 24 зоны. Нулевая зона находится между параллелью 7,5° к востоку и параллелью 7,5° к западу от Гринвича LA 1998 212 5 (исправление – 213 5). Для географии Яблонскис приспособил слово живой речи (диалектов) pusiaujaс (ср. pusiaujaс 1. «пояс», а также pusiauji, pusiaujuс и несклоняемое существительное ³pusiau LKŽ X). У русских своего русского слова нет, поэтому так называемое двуязычие, то есть ограничение прав родного языка, склоняло к ekvatoriaus. DŽ1 и DŽ2 приводят оба варианта как равноправные: pusiaujaс 2. геогр. – <…>; ekvatorius, а ekvatorius – pusiaujaс. GeogrŽ отдает предпочтение pusiauju, но к pusiaujo добавляет также и ekvatorinę juostą (где есть интернациональное слово, там скорее уж не остается и литовского родительного падежа – ekvatoriaus juosta), а EncGŽ приводит уже оба прилагательных: по- 18 ясовая полоса, экваториальная полоса. FizGŽŽ приводит также: ekvatorius – см. pusiau-jas, но уже экваториальная полоса, пояс экватора; экваториальный климат, «pusiau jūrinis klimatas», и уже только экваториальные леса, экваториальный воздух. MeteorŽ экватор – экваториус, полушария, AstrŽ – полушария, экваториус; небесный экватор, экватор небесной сферы; экватор Галактики, экватор Галактики. Окончательно не упорядочил сбившуюся норму и DŽ₃ – pusiaujas 2. геогр. <...>, но и ekvatorius – геогр. pusiaujas. Яблонскису, возможно, не встретился термин subekvatorinis. Слово pãpusiaujė (pãpusiaujės sritis) создал А. Вирелюнас (LKŽ IX). Поскольку существительного subekvatorius на самом деле нет, лучше было бы слово priepusiauinis, оно и легче. Но если мы, смиренные почитатели Яблонскиса, но часто не слишком верные и некреативные его ученики, не сделаем этого небольшого шага, то и pusiaujui грозит опасность. Для географии Яблонскис приспособил слово живой речи ašigalis (ašigalis 1. «конец оси» Дусетос, Даугаиляй – LKŽ I₂). В русском языке своего слова нет, поэтому ašigalis, по мнению Скаржюса, до войны уже широко вошел в употребление, а после войны его вытесняли из употребления. DŽ₁ ašigalis – 2. земной полюс, а polius – 1. земной ašigalis, DŽ₂ ašigalis – 2. земной полюс, а polius – 1. ašigalis – следовательно, норма никак не устанавливается, хотя отходит от Яблонскиса. GeogrŽ предпочитает литовский термин: ašigalis, географический полюс, EncGŽ также – ašigaliai, полюса, AstrŽ – ašigalis, полюс; небесные полюса, полюса небесной сферы; полюса Галактики, полюса Галактики. Даже MeteorŽ полюс – ašigalis, полюс: земные полюса, но уже полюс мира, полюс эклиптики; другое дело – магнитный полюс, полюс холода, полюс мороза – термины ašigaliai не могут применяться там, где нет противоположного им pusiaujo. В DŽ₃ проводится различие: ašigalis 2. геогр., астр. «конец оси небесного тела», а polius 2. «место, точка наиболее сильного проявления»: полюс холода, тепла, льда, ветров. Есть и прилагательное ašigalinis: полярное путешествие DŽ₁, полярная ночь DŽ₂, DŽ₃, хотя есть и полярный DŽ₃ (AstrŽ полярное сияние, полярное расстояние – недоразумение), а также полярник, полиарятис DŽ₃ – сосуществование. Создав термин, Яблонскис дал географии atogrąža. Но у русских нет собственного русского слова, поэтому и в литовском из-за двуязычия хлынули tropikai. Начальная статья DŽ не по-яблонскисовски: atogrąžos – «теплый пояс Земли, по обе стороны от экватора»; dausos; но и tropikai – 1. <...>, 2. обычно мн. ч. <...>; atogrąžos DŽ₁ (весьма похоже и в DŽ₂). GeogrŽ тоже колеблется – atogrą- 19 жос, тропики; пояса тропиков, тропические пояса; только тропический климат, тропический воздух. FizGŽŽ: хотя atogrąžos, tropikai, но уже тропическая пустыня, пустыня тропиков; тропические пояса, пояса тропиков; тропические леса, леса тропиков; только тропические редколесья; масса тропического воздуха, тропический воздух; тропический климат; зоны пустынь тропических поясов; полупустыни тропических поясов. И в EncGŽ примерно так же. MeteorŽ mponuk – тропик, атрога; AstrŽ – атрога, тропики; тропический год, тропический год; тропический месяц, тропический месяц. Только DŽ₃: tropikas – см. atogrąža, а atogrąža – геогр. <…>, -os мн. ч. <…>. Любопытно, что даже защищая термин atogrąžos и прилагательное atogrąžinis, опираются уже не на заложенный Яблонскисом фундамент, а только на принцип системности: «<…> если <…> мы называем atogrąžinis, то хочется и в производных терминах найти это красивое литовское слово, а не тропики (влажные тропические леса, масса тропического воздуха, тропические пояса, леса тропиков)» Jėrinaitė 1995: 94. Хотя это не самый сильный аргумент: как уже упоминалось, сосуществование интернациональных слов с литовскими в микросистеме нередко, а то и неизбежно. Почти везде встречались subtropikai, subtropinis – ведь Яблонскис здесь ничего не оставил, слово А. Вирелюнаса paatogrąžė забыто, paatogrąžys LRKŽ II 1951 появилось в более далеком зарубежье. А рядом был живой пример – субтропики, субтропический. Лишь в 1972 г. DŽ₂ спохватился и включил термин paatogrąžys, даже добавив помету геогр. – «область, близкая к тропикам»; subtropikai; но и subtropikai – геогр. «области, близкие к тропикам» (paatogrąžys или paatogrąžiai здесь не добавлено). Нет предпочтения литовскому термину и в DŽ₃: paatogrąžys «область у тропиков», subtropikai; а subtropikai – геогр. «пояса по обе стороны от тропиков», paatogrąžys: окраины субтропиков; также subtropinis: субтропический климат. Для географии Яблонскис предложил термин vandenynas (возможно, из родного говора). В DŽ₁ и DŽ₂ vandenynas – <…>; okeanas (в DŽ₃ – без синонима okeanas), а океан – океан (и в DŽ₃). GirFGŽ океан – океан, vandenynas. Только GeogrŽ приводит один вариант – vandenynas. FizGŽŽ приводит vandenynas и vandenyno guolis, vandenynų srovės, vandenynų vidurio kalnagūbriai, хотя okeanas – см. vandenynas, но только океаническая кора Земли, океанические впадины, океанические острова, глубоководные океанические желоба, океанический желоб, океаническое полушарие. MeteorŽ океан – vandenynas, океан, но океаничность – океанишкумас, морской характер: океа- 20 ничность климата – океаничность [морской характер] климата, океанический климат – океанический климат. Яблонский дал литовской географии термин материк (по предварительным данным LKŽ XX, материк 2. «хозяйство, земля» Струнайтис, Кинтай; 3. «насыпанная земля, земляной холм» словарь А. Юшки, Румишкес). Даже у русских есть русское материк, однако пролетарская культура требовала от литовцев и русских интер-! Нормативная лексикография ничем не помогла материку: DŽ₁ и DŽ₂ материк – <…>; континент; а континент в DŽ₁ – материк, <…>, в DŽ₂ – <…>, материк. DŽ₁ и DŽ₂ еще и «поясняют» в скобках материковый климат – континентальный; а континентальный в DŽ₁ – материковый, <…>, в DŽ₂ – <…>, материковый. GirFGŽ континент – континентас, материк – материк, континент. GeogrŽ: континенты – см. материки; также материковые острова, материковый лед; но материковый климат, континентальный климат. FizGŽŽ: континент – см. материк, но только континентальное подножие, континентальный остров, континентальные отложения, континентальная земная кора, континентальная отмель, континентальный лед, континентальное полушарие, континентальный склон; синонимами приводятся только континентальный климат, материковый климат. EncGŽ – материк, континент, но только континентальные отложения, континентальный климат, континентальный склон. В MeteorŽ термина материк нет; континентальность – континентальность: континентальность климата – континентальность климата, но континентальный климат. В DŽ₃ предпочтение отдается по крайней мере материку и материковому, но и международные синонимы не приводятся в литовских словах: континент – материк, континентальный – материковый. Теперь и многие литовцы склоняются к интер- («5 континентов» процветает!). Яблонский дал термин вулкан, а русским никто не дал русского слова. DŽ₁ и DŽ₂ отдают предпочтение литовскому слову: вулкан – <…>; вулкан; однако вулкан тоже не отвергается – объясняется синонимом «вулкан»; только в DŽ₃ вулкан – см. ugnikalnis. Но GirFGŽ вулкан – vulkanas, ugnikalnis (все русские термины – с международным словом вулкан). GeogrŽ – наоборот: вулкан, vulkanas, хотя только вулканические острова; FizGŽŽ – вулкан, vulkanas, но только вулканическая бомба; вулканические газы; вулканический остров; вулканические породы, вулканиты; вулканический пепел; вулканическое стекло; вулканический туф. Можно 21 вспомнить, что «Литовская энциклопедия» умела образовывать прилагательное вулканический: вулканический остров (1939 VII 1433), у П. Славенаса – вулканическая земная кора. И у вулканизма есть соответствие – вулканическая деятельность. Разумеется, согласно принципу сосуществования есть также вулканология, вулканизация. Яблонский дал термин ледник (ср. снежник, океан, материк). Даже в русском языке есть слово ледник. Но в DŽ₁ термин глечер – геогр. «спускающийся с горы ледник», хотя уже в его толковании используется литовское ледник; в словаре есть и ледник, но без пометы геогр. – «огромное скопление ледяной массы, отличающееся самостоятельным движением»: северные ледники. Но географы опередили лексикографов: GirFGŽ глетчер – ледник – ledynas; GeogrŽ – ледник; FizGŽŽ – глечер – см. ледник; EncGŽ – ледник. К сожалению, и в DŽ₂, и в DŽ₃ всё законсервировано как было, только толкование «уточняет» ледник: «огромное, обычно движущееся скопление ледяной массы». Наряду с литовскими терминами ледообразование, оледенение, ледниковый период, ледогенез, гляциология, ледяное море, айсберг (уже в словаре Ф. Куршайтиса), ледовое поле, ледорез, ледокол немецкий глечер (нем. Gletscher < лат. glacies – «лёд»; также англ. glacier) совершенно не нужен. К сожалению, здесь по-прежнему не хватает последовательности. Так, LTE VI приводит термин ледник – «движущееся скопление ледяной массы на поверхности Земли» (в LTE IV нет даже гле(т)чера), но рядом ледниковый период, гляциал; LTE XI – межледниковый период, интергляциал. Название науки гляциология допустимо (и ученый – гляциолог), хотя появляется уже и ледоведение. Наряду с ледниковым совершенно излишне гляциальный. Яблонский предложил литовский термин кругозор, гораздо лучший, чем также неологизм regratis, употреблявшийся Вайжгантасом и Ю. Янонисом, в переносном значении – В. Кудиркой и Видунасом (LKŽ XI), и более точный, чем akiplotis у М. Шалчюса, А. Венуолиса (LKŽ I₂) (по варианту akiplotas, известному в литературном языке только по наречию akiplotu; хотя в DŽ₃ есть только akipločiu – «на глаз»), которое теперь является не столько «видимой площадью» в DŽ₂ и DŽ₃, сколько термином физиологии – campus visionis – «поле периферического зрения» в MedŽ. В DŽ₁ кругозор и горизонт приводятся как синонимы, но это не вполне равнозначные термины: кругозор 1. «охватываемая глазами п л о щ а д ь, горизонт» (2. «объем, широта знаний, интересов»), горизонт – 1. «л и н и я соприкосновения видимого неба с землей и поверхностью моря»; кругозор (2. «всё видимое п р о с т р а н с т в о вокруг наблюдателя»; 22 3. перен. «круг знаний, идей», 4. перен. «круг возможностей и деятельности»; 5. «уровень воды в реке или бассейне»). По существу так и в DŽ₂ и DŽ₃. Но в географической терминологии кругозора нет: GirFGŽ горизонт – горизонт, GeogrŽ, FizGŽŽ, EncGŽ – горизонт. Только MeteorŽ: горизонт – 1. горизонт, кругозор (но видимый и истинный – только горизонт), кругозор – также оба: кругозор, горизонт. В AstrŽ кругозора нет, только горизонт, математический горизонт – «линия пересечения небесной сферы и плоскости, перпендикулярной направлению силы тяжести (плоскости горизонта). Отделяет видимое полушарие неба от невидимого», горизонтальная система и направления горизонта, иначе ↑ стороны света. Завершая анализ, можно признать уже очевидное: здесь несколько выходят за пределы географической терминологии (вулкан, ледник; только что упомянутый айсберг) – этого требовали некоторые стороны неологизмов Яблонского. Из практических соображений можно было бы упомянуть здесь и два неологизма не Яблонского – астрономические термины солнцестояние и равноденствие. Литовское соответствие solstitium, солнцестояние, солнцеворот, в литературном языке переработано из жемайтского слова saulėgrąža – Саугос, Кведарна, Лаук ува, Павандене, Векшняй (варианты saulėgrąžas Плунге, saulėgrąžai Прекуле, saulėgrąžis DūnŽ, saulagrižtis Субачюс и др.), чтобы оно отличалось от литературного названия растения Helianthus saulėgrąža, также известного из жемайтских источников – Кведарна, Л. Ивинскис, М. Миежинис, и имеющего в различных диалектах и письменных источниках множество вариантов: saulėgrąžas Акмене, saulėgražė Лейпалингис, Друскининкай, saulėgražis Таураге, Шяуляй, saulegrežis NdŽ, saulegrežė Видунас; saulegriža словарь Ю. Рытера; saulegrižė Кельме, saulegrižis LBŽ, saulagraiza Славикай; saulagrazė западные диалекты, Клайпеда, saulagrazis Линкменис, saulagrazte Рудишкес, saulagrąžtis Валкининкай, saulagrižčia Лазунай, saulagrįžė Йежнас, Крюкай, saulagrižis Обеляй; sauliagrižis Дусетос; sauliadryžis Пильвишкай; saulograža Паломене, saulogražas Тиркшляй, Вардува, Жемале, Ю. А. Пабрежа, saulogražė Ю. А. Пабрежа, saulogražis Симнас, saulogrižis Кетурвалакяй, Бартнинкай; а также sáulýžolė, saulàžolė, sáulàžolis, sáulàžolynis; saulėžolė, saulėžolis, saulėžolynis; sáuliažolis, sáuliažolynis; saužolė; sáuline žolė словарь К. Сирвидаса, даже sáulìne словарь Ф. Куршайтиса (LKŽ XII). Соответствие слова «равноденствие» lygiadienis даже не включено в LKŽ VII; зато там есть lygdienis: Lygdie- 23 nis eina lygiai žemės viduriu A 1884, 255 (žodyne aiškinama „pusiaujas, ekvatorius“ – veikiausiai aiškinant nesuprastą sakinį: Žemės viduriu – pusiauju eina amžinas lygiadienis). Выводы Создатель литературного языка Йонас Яблонскис был также весьма продуктивным и успешным создателем терминов, безвозвратно литуанизировавшим немало так называемых международных терминов. Одну их группу составляют термины географии (и смежных областей): dienovidinis — вместо meridianas, lygiagretė — вместо paralelė, pusiaujas — вместо ekvatorius, ašigalis — вместо polius, atogrąža — вместо tropikas, vandenynas — вместо okeanas, žemynas — вместо kontinentas, ledynas — вместо glečeris, akiratis — вместо horizontas (сюда можно добавить и не принадлежащие Яблонскису замены: ledkalnis — вместо aisbergas, saulėgrįža — вместо solsticija, lygiadienis — вместо ekvinokcija). Здесь Яблонскис пошёл дальше, чем русский язык (только материк – земныс, ледник – ледунас, кругозор – akiratis; солнцестояние, солнцеворот – saulėgrįža, равноденствие – lygiadienis). Его подход здесь больше сходен с польским языком (południk – dienovidinis, równoleżnik – lygiagretė, równik – pusiauja, biegun – ašigalis, zwrotnik – atogrąža, ląd (staty) – žemynas, lodowiec – ledynas; wiadnokrąg – akiratis; równonoc – lygiadienis) и немецким языком (Längenkreis, astr. Mittagskreis – dienovidinis, Breitenkreis – lygiagretė, Gleicher – pusiauja, Wendekreis – atogrąža, Festland ir Erdteil – žemynas; Sonnenwende – saulėgrįža, Tagundnachtgleichung – lygiadienis). Литовская географическая терминология Яблонскиса (и других) не получила достаточной поддержки. Главное — вовремя не был издан словарик географических терминов (как это было сделано для математических терминов). Лексические потребности пользователей литературного языка долгое время удовлетворялись только словариками и словарями иностранных слов, в которых никаким способом лексикографической техники, никакими общими указаниями не сообщалось, что какой-либо литовский эквивалент предпочтительнее или даже является заменой; вообще эквиваленты и замены долгое время строго не разграничивались. Таким образом, через эти словари быстрее распространялись международные слова, а не литовская лексика — такого фильтра, какой изначально был у Яблонскиса, больше не было. Поздно возникшая нормативная лексикография отошла от Яблонскиса в сторону и назад, порой отставая даже от географической терминографии. 24 (Только DŽ₃ ближе к Яблонскису.) Проявлялись даже двойные стандарты: работа, проделанная Яблонскисом, была известна и признавалась, ею гордились, но на практике от неё беспечно отходили. Даже лингвисты не осознали, что в условиях советского русско-литовского двуязычия литовский язык сближался с русским по употреблению иностранных слов. Теперь необходимы особые усилия, чтобы накренившийся корабль выпрямился и снова поплыл литовским курсом. Необходимо отметить существенное отличие судьбы литовской географической терминологии от математической: statinis — вместо kateto, statmuo — вместо perpendikuliaro, įžambinė — вместо hipotenuzės, pusiau kampinė — вместо bisektrisės, pusiau kraštinė — вместо median os, lygiagretė — вместо paralelės, spindulys — вместо radiuso, skersmuo — вместо diametro) — это замены, а не параллельные варианты. Кстати, и здесь литовский язык отстаёт от польского (różniczka – diferencialas, różnicowanie – diferenciavimas; całka – integralas, całkowanie – integravimas, хотя в экономике — integracija). Эта группа почти полностью сохранила свой исконно литовский облик. Это нельзя объяснить только порядком и логикой математического мышления. В основном сыграли роль социолингвистические причины — замкнутость употребления этой группы терминов. То, что из этой группы вошло в широкое употребление, сближалось с русским языком: diametras, radiusas. СОКРАЩЕНИЯ ИСТОЧНИКОВ AstrŽ – Astronomijos terminų žodynas. Sudarė A. Juška. Vilnius, 1984. DŽ – Словарь современного литовского языка. DŽ₁ – 1-е изд., Вильнюс, 1954; DŽ₂ – 2-е дополненное изд., Вильнюс, 1972; DŽ₃ – 3-е исправленное и дополненное изд., Вильнюс, 1993; DŽ₄ – 4-е изд., Вильнюс, 2000. EncGŽ – V a i t e k ū n a s S. Энциклопедический географический словарь, Каунас, 1994. FizGŽŽ – S o l o v j o v a s A., K a r p o v a s G. Словарь-справочник по физической географии, Каунас, 1987. GeogrŽ – A g a p o v a s S., S o k o l o v a s S., T i c h o m i r o v a s D. Географический словарь, Каунас, 1972. GirFGŽ – G u d e l i s V. Словарь терминов геологии и физической географии, Вильнюс, 1956. LA – Летувос айдас (ежедневная газета). LKKN – Lietuvių kalbos komisijos nutarimai, 1977–1998. Vilnius, 1998. LKŽ – Словарь литовского языка: 1 (2-е изд.) – 1968; 2 (2-е изд.) – 1969; 3 – 25 1956; 7 – 1966; 8 – 1970; 9 – 1973; 10 – 1976; 11 – 1978; 12 – 1981; 13 – 1984; 17 – 1996; 18 – 1997; 20 (в статье используются также сокращения этого словаря, который ещё готовится), Вильнюс. LRKŽ – Словарь литовского письменного языка. Составили M. Niedermann’as, A. Senn’as, A. Salys. Heidelberg, 1951. LTE – Литовская советская энциклопедия: 4 – 1978; 6 – 1980; 11 – 1983, Вильнюс. LTŽA – S k a r d ž i u s P. Lietuviški tarptautinių žodžių atitikmenys, Čikaga, 1973. MatŽ – Matematikos terminų žodynas. Mokslinis red. J. Kubilius. Vilnius, 1994. MedŽ – A s t r a u s k a s V., B i z i u l e v i č i u s S., P a v i l o n i s S., V a i t i l a v i č i u s A., V i l e i š i s A. Словарь медицинских терминов, Вильнюс, 1980. MeteorŽ – M i k a l a j ū n a s M. Словарь метеорологических терминов на русском и литовском языках, Вильнюс, 1975. MTŽŽ – Школьный словарь интернациональных слов. Подготовили I. Erm anytė, O. Kažukauskaitė, J. Paulauskas, J. Pribušauskaitė, J. Žiemytė. Каунас, 1995. 2-е исправленное и дополненное издание, Каунас, 1998. SNŽŽ – Словарик иностранных и непонятных слов: помощь читателям. Составил J. Šlapelis. Тильзит, 1907. – N o r k u s J. Словарик иностранных и непонятных слов, Каунас, 1924. STŽŽ – M. ir S. Svetimų ir tarptautiškų žodžių žodynėlis, Šiauliai, 1923. ŠA – «Северные Афины» (еженедельник). S. ŠalkR – Š a l k a u s k i s S. Сочинения 2, Вильнюс, 1991. TTŽ – Словарь интернациональных слов. Составили K. Boruta, Pr. Čepėnas, A. Sirutytė-Čepienė. Каунас, 1936. – Словарь интернациональных слов. Редактировали I. V. Liochinas и F. N. Pet rovas, литовское издание — Ch. Lemchenas. Вильнюс, 1951. – Словарь интернациональных слов. Редактировали I. Liochinas, S. Lokšina, F. Petrovas и L. Šaunianas, литовское издание — Ch. Lemchenas. Вильнюс, 1969. – Словарь интернациональных слов. Ред. V. Kvietkauskas. Вильнюс, 1985. – V a i t k e v i č i ū t ė V. Словарь интернациональных слов 1, 2. Вильнюс, 1999, 2000. VKNS – R u d a i t i e n ė V., V i t k a u s k a s V. Новые заимствования из западноевропейских языков, Вильнюс, 1998. LITERATŪRA G e d r i m a s R. 2000: Jonas Jablonskis ir lietuviškoji gamtotyros terminologija. – Gimtoji kalba 12, 4–8. 26 Jėrnaitė J. 1995: Enciklopedinis geografijos žodynas [rec.]. – Terminologija 2, 92–96. LKG I 1965: Lietuvių kalbos gramatika 1, Vilnius. Piročkinas A. 2000: Jonas Jablonskis – naujų žodžių kūrėjas. – Gimtasis žodis 10, 2–6; 11, 14–16; 12, 7–12. Skardžius P. 1996: Rinktiniai raštai 1, Vilnius. Skardžius P. 1998: Rinktiniai raštai 3, Vilnius. Šikšnys M. 1962: Mano lietuvių kalbos pamokos ir atsiminimai apie J. Jablonskį. – Kalbotyra 5, 81–87. Žemaitis Z. 1956: Iš atsiminimų apie J. Jablonskį. – Literatūra ir kalba 1, 32–39. Žemaitis Z. 1966: Lietuviškosios matematikos terminologijos istorija. – Lietuvių kalbotyros klausimai 8, 195–201. WHAT JONAS JABLONSKIS DID FOR GEOGRAPHY AND WHAT IS BEING DONE WITH IT Summary In 1918 the father of standard Lithuanian (and terminology) Jonas Jablonskis met the first independence of the Republic of Lithuania by coining Lithuanian terms of geography dienovidinis (meridian), pusiauja (equator), ašgalis (pole), atogrąža (tropic), vandenynas (ocean), žemynas (continent), ledynas (glacier), ugnikalnis (volcano), akiratis (horizon). However, at that time there was no dictionary of terms of geography and no dictionary of standard Lithuanian, therefore these terms did not have the time to take root. In soviet times, when in its usage of international words the Lithuanian language was getting closer to the Russian language, so called international terms meridianas, ekvatorius, polius, tropikas, okeanas, kontinentas, glečeris, vulkanas, horizontas started choking out those terms. Jablonskis had made them in a way which was closer to Polish and German languages where purification of the language is noticeable. The Russian language has fewer Russian equivalents – only материк – континент, ледник – глетчер, кругозор – горизонт. During the second independence inertia can be observed – good changes require much effort. Terms of mathematics lithuanised by Jablonskis remain almost untouched. It was predestined not so much by the strictness of mathematical thinking, but more by sociolinguistic reasons – the isolation of the usage of terms of this group. Jonas KLIMAVIČIUS Lietuvių kalbos institutas Antakalnio g. 6, 2055 Vilnius E. paštas [email protected] Gauta 2001 09 26 27