Jonas Jablonskis apie Jono Šliūpo knygą „Lietuviszkiejie rasztai ir rasztininkai“

GIEDRĖ ČEPAITIENĖ Шяуляйский университет ЙОНАС ЯБЛОНСКИС О КНИГЕ ЙОНАСА ШЛЮПАСА LIETUVISZKIEJIE RASZTAI IR RASZTININKAI КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: рецензия, Йонас Яблонскис, Йонас Шлюпас, литература, период, периодика. На труды Йонаса Яблонскиса обычно смотрят с точки зрения формирования и нормирования литературного языка. Другая его деятельность исследована мало; как правило, ограничиваются лишь упоминанием о ней: Я. Яблонскис — общественный деятель, переводчик, педагог. Рецензии, опубликованные языковедом, также чаще всего упоминаются лишь как работы, отражающие определённые критерии нормирования языка1. В этой статье рассматриваются две работы Я. Яблонскиса, в которых говорится о книге Йонаса Шлюпаса Lietuviszkiejie Rasztai ir Rasztininkai2. Книгу, изданную в 1890 году в Тильзите, финансировало Балтиморское общество любителей Литвы. Это первая история литовской письменности, в которой обозреваются литовские письменные памятники с 1547 года до конца XIX века; в заглавии указано, что книгу подготовил любитель Литвы. Я. Яблонскис рассматривал эту книгу в двух публикациях: в рецензии на упомянутую книгу, опубликованной в 1894 году в разделе «Критика и библиография» первого номера Varpo3 (V 1894 1: 10–11), и в статье «Жизнь и труды С. Даукантаса», опубликованной в одиннадцатом номере Varpo за 1893 год (V 1893 11: 165–168). Замечания Йонаса Яблонскиса о книге Йонаса Шлюпаса Lietuviszkiejie Rasztai ir Rasztininkai важны в нескольких отношениях. Эти статьи — первые рецензии Я. Яблонскиса; до этого он не писал работ в этом жанре. Следовательно, они раскрывают также определённые 1 Некоторые замечания о публицистике Я. Яблонскиса содержатся в книге Арнольда Пирочкинеса Prie bendrinės kalbos ištakų (1977: 80–85). 2 Так написано в заглавии книги. 3 В рецензии Я. Яблонскиса эта книга названа так: Lietuviškiejie Raštai ir Raštininkai. Исторический обзор подготовлен Lietuvos Mylėtojo. Тильзит, 1890, 234. G. ČEPAITIENĖ. Jonas Jablonskis apie Jono Šliūpo knygą Lietuviszkiejie Rasztai ir Rasztininkai 37 Взгляды Я. Яблонскиса, в то время работавшего учителем в гимназии в Митау и становившегося языковедом. Важно также, что это первые рецензии на труд по истории литовской литературы: в них показано, как издание оценивали современники. Поэтому следует выяснить, какими критериями руководствуется рецензент, что он считает достоинствами, а что критикует. Кроме того, рецензии раскрывают и некоторые черты личности самого рецензента. Цель этой статьи — показать, какими критериями тогда руководствовался Я. Яблонскис, рецензируя книгу Йонаса Шлюпаса Lietuviszkieji Rasztai ir Rasztininkai, какие требования он предъявлял к авторам литовских книг. Рецензия — сочинение аналитического жанра, передающее отношение ее автора к рецензируемому произведению и его оценку. Наиболее характерными чертами рецензии обычно считают ее критический характер, побуждающий читателя размышлять (Bitinienė 2007: 95; Marcinkevičienė 2008: 152). Хотя различают научные и публицистические рецензии, это различие, по-видимому, отражается в языковом выражении, поскольку хорошей считается только та рецензия, в которой раскрыты такие аспекты оцениваемого труда, распознать которые может лишь компетентный специалист в соответствующей области (Bitinienė 2007: 95). Как уже упоминалось, книга Lietuviszkieji Rasztai ir Rasztininkai вышла под псевдонимом «любитель Литвы», однако Я. Яблонскису личность автора была известна. В большей части текста он не называет фамилию автора, лишь говорит, что тот «известный наш эмигрант, поселившийся в Америке» (V 1894 1: 10). В рецензии Я. Яблонскис знакомит читателя со структурой книги, отмечает ее достоинства и недостатки. Рецензент обращает внимание на то, что письменность XVI–XVIII веков в книге рассмотрена кратко (с. 1–23), а изданиям XIX века отведено почти в 10 раз больше места (с. 23–222). Он указывает, что в разделе книги о письменности XVI–XVIII веков «автор, как и следовало ожидать, не собрал всех материалов о нашей письменности»4 (V 1894 1: 10). Вместе с тем Я. Яблонскис оправдывает эту диспропорцию, «поскольку в настоящее время такой труд едва ли был бы выполним одним человеком, особенно живущим вдали от родного края» (V 1894 1: 10). Тем не менее к этому разделу предъявлено серьезное замечание: содержащиеся в нем сведения «нисколько не связаны с историей нашего народа» (V 1894 1: 10). Письменность XIX века в рецензии рассмотрена подробнее. По словам Я. Яблонскиса, здесь автор «говорит о 35 писателях, различающихся по значимости, начиная с Д. Пошки и священника А. Стразделиса и заканчивая жизнеописаниями М. Янкуса и князя А. Бур- 4 Везде цитируется оригинал. 38 KALBOS KULTŪRA | 85 боса» (V 1894 1: 10). В целом эта часть рецензии оценивается положительно. Я. Яблонскис пишет: «Тому, кто пожелает поближе познакомиться с нашей письменностью XIX века, непременно понадобятся сведения, собранные в описываемой книге» (V 1894 1: 10). Вместе с тем этот раздел подвергается и критике. Языковед считал недостатками издания следующие особенности: 1) автор во многих местах лишь пересказывает сказанное тем или иным человеком, внесшим вклад в литовскую письменность, но не дает никакой оценки, поэтому читателю остается неясной подлинная ценность описываемых трудов; 2) о некоторых авторах приводится необъективная или тенденциозная информация; 3) в литовской письменности есть важные сведения, известные автору книги, однако он умолчал о них. Хотя рецензируемое издание представляет собой обзор литовской литературы, Я. Яблонскис оценивает его не как литератор, а как языковед. Он указывает, что читателю неясно, как оценивать труды Микалоюса Акелайтиса или священника Миколаса Межиниса. Действительно, в книге Я. Шлюпаса без каких-либо комментариев приведены наивные этимологии слов М. Акелайтиса, поэтому читатель может принять их за научные факты. Например, Я. Шлюпас пишет, что, опираясь на лингвистическую науку, М. Акелайтис в книге Rzut oka na starożytności narodu litewskiego (Петербург, 1885) показал, что название горы Šatrija связано с санскритскими словами s’ath и adri, означающими «почтенная гора»; название Карпатских гор связывается с неизвестным народом карпов, а его название якобы означает «стригущие овец»; название фракийского племени сопоставляется с литовским словом draikus, что, по словам Я. Шлюпаса, означает «люди, рассеявшиеся и живущие без связи» (LRR 1890: 93–94); название русского народа М. Акелайтис выводил из названия острова Русне, что Я. Шлюпас также приводит как несомненный факт (LRR 1890: 94). Я. Шлюпас приводит примеры и из другой книги М. Акелайтиса — List otwarty do pana Leonarda Niedzwiedzkiego (Париж, 1887): в ней автор утверждает, что открыл закон чередования корней, показывающий, как могут меняться слова как в пределах одного языка, так и при переходе из одного языка в другой. Так М. Акелайтис полагает, что доказывает родство слов разных языков: «skargas, skundas, klage, lugeo». Этот раздел Я. Шлюпас завершает цитатой М. Акелайтиса о том, что его последователи «продвигают вперед науку языкознания, поднимаясь выше немецкой учености» (LRR 1890: 96). Понятно, что такие взгляды не могли быть приемлемы для Я. Яблонскиса, окончившего классическую филологию. G. ČEPAT tienė. Jonas Jablonskis apie Jono Šliūpo knygą Lietuviszkieji Rasztai ir Rasztininkai 39 В рецензии Й. Яблонскис обращает внимание на то, что в книге очень много места отведено Андрюсу Виштелису-Виштеляускасу, но никакой критики его трудов нет. Действительно, в издании этот человек предстает как самая важная фигура в истории литовской письменности XIX века: ему посвящено более 30 страниц (LRR 1890: 136–168), и лишь раздел о Йонасе Басанавичюсе на пару страниц больше. В книге Й. Шлюпаса подчеркивается, что А. Виштелис-Виштеляускас — малоизвестная личность, хотя он оказал большое влияние на Юргиса Микшаса5, Мартинаса Янкуса6, Йонаса Басанавичюса и других литовских просветителей. Большую часть этого раздела составляют отрывки из писем А. Виштелиса-Виштеляускаса (в книге не указано, кому они адресованы), высказанные в них мысли как бы подкрепляются цитатами из стихотворений, опубликованных в Aušroje. Так фрагментарно представлена биография этого автора, рассмотрено его понимание литовской идентичности, литовско-польские отношения; указано, что А. Виштелис-Виштеляускас говорил о положении литовского языка и подчеркивал необходимость грамматики литовского языка. Й. Яблонскис оценивает этот раздел чрезвычайно строго. Можно сказать, что здесь он камня на камне не оставляет. Ему не нравятся даже цитируемые Й. Шлюпасом стихотворения А. Виштелиса-Виштеляускаса и комментарии к ним: «здесь мы находим указания, совершенно некритические, о песенках В-ко, по правде сказать, совершенно неудачных» (V 1894 1: 10). Различные мысли А. Виштеляускаса, цитируемые в книге, вызывают у Й. Яблонскиса чрезвычайно эмоциональную критику: «Болтовня В-о [Виштеляускаса] может показаться в глазах иного читателя настоящими рассуждениями и научными указаниями» (V 1894 1: 10). Рецензент направляет критику на две основные области утверждений А. Виштеляускаса: 1) необоснованные этимологии; 2) понимание взаимосвязей между различными языками. В качестве совершенно неудачных этимологий Й. Яблонскис приводит примеры из книги Й. Шлюпаса, согласно которым родственными якобы являются лит. motina, франц. matin «утро», польск. mowa «язык» (кстати, А. Виштеляускас привел и другие «родственные» этому слову формы: mutter, mater, madre, даже «литовское» слово muterkė). Й. Яблонскис также цитирует мысли А. Виштеляускаса, показывающие, как тот понимал взаимосвязи между различными языками. Сегодня они вызвали бы улыбку, однако читатель конца XIX века, особенно не имевший основ по языкознанию, мог принять их за чистую монету. Й. Яблонскис с иронией цитирует следующие мысли А. Виштеляускаса: «У поляков переработанный литовский язык, не иной. У немцев половина слов литовские в их государственном языке, только страшно переработанные; литовский язык, как мать польского, не может отвергнуть и презирать свою 5 Юргис Микшас (1862–1903) — деятель печати Малой Литвы, участник движения «Аушра», переводчик. 6 Мартинас Янкус (1858–1956) — деятель печати Малой Литвы, участник движения «Аушра», типограф. 40 KALBOS KULTŪRA | 85 дочь» (V 1894 1: 10). Рецензент делает следующий вывод: «В-с [Виштеляускас] принадлежит к тем нашим языковедам, которые считают литовский язык матерью всех языков, языком Адама и Евы» (V 1894 1: 10). Вместе с тем Й. Яблонскис критикует и Й. Шлюпаса. По его мнению, «[э]ту темноту и слабую сторону наших домашних языковедов автор „Lietuv. R. ir R.“ должен был непременно разъяснить и не называть все подобные бредни исследованиями» (V 1894 1: 10). Таким образом, Й. Яблонскис предъявляет к изданию требование научности. И все же здесь Й. Яблонскис в некоторой степени пристрастен. С его упреками по поводу наивных этимологий и взаимосвязей между языками можно согласиться. Однако в рецензии языковед совершенно ничего не говорит о других фактах, упомянутых в книге Й. Шлюпаса: взглядах А. Виштеляускаса на тогдашнее положение литовского языка, необходимости грамматики литовского языка и т. д. Значительная часть рецензии посвящена тому, как в книге Lietuviszkiejie Rasztai ir Rasztininkai рассматриваются личность Антанаса Баранаускаса и его труды. В этой части рецензии Й. Яблонскис не усматривает ничего положительного. Рецензент пишет, что автор рассматриваемой книги обещал не упоминать фамилий писателей, живущих в России (V 1894 1: 11), и одобряет эту позицию. Это понятно: и книга, и ее рецензия вышли в период запрета печати, когда преследовали как авторов литовских текстов, так и их распространителей. Поэтому в книге рассматриваются авторы, уже умершие к моменту ее выхода. Исключение — Антанас Баранаускас. Й. Яблонскис считает упоминание фамилии этого автора ошибкой автора книги, поскольку такое поведение подвергает рассматриваемого автора опасности. Й. Шлюпасу также ставится в упрек, что он обращает внимание не столько на А. Баранаускаса-поэта, сколько на А. Баранаускаса-священнослужителя, опираясь на свои детские впечатления. Й. Яблонскис указывает, что «в статье об этом человеке читатель напрасно стал бы искать критики его „Шилелиса“ и оценки самого писателя» (V 1894: 11). Действительно, в книге Lietuviszkiejie Rasztai ir Rasztininkai нет более подробной оценки поэмы Anykščių šilelis. Автор книги лишь говорит, что «[л]учшая из его песен по своему устройству — „Anykszsciu Szilelys“» (LRR 1890: 83). Здесь Й. Шлюпас цитирует собственное пояснение А. Баранаускаса о том, когда и где был написан «Шилелис», и перечисляет известные издания поэмы: опубликована в 1861 г. — в календаре Лауринаса Ивинскиса, в 1875 г. — усилиями Леопольда Гейтлера и в 1892 г. — Хуго Вебера (LRR 1890: 83). В рецензии говорится, что автор книги упрекает А. Баранаускаса в чрезмерном благочестии («несколько часов ежедневно тратить на науку, отдавая их чтению средневековых молитв» (LRR 1890: 82), словно не понимая его духовного сана. Й. Я- G. ČEPATIENĖ. Jonas Jablonskis apie Jono Šliūpo knygą Lietuviszkiejie Rasztai ir Rasztininkai 41 блонскис в рецензии не упоминает другие опубликованные Й. Шлюпасом сведения об А. Баранаускасе (о литовско-польских отношениях, о «дворянском» и «мужицком» поведении епископа), а лишь говорит: «Сколько тут правды и лжи, действительно ли тот человек так „ужасен“, пока нам трудно знать; <...> без этих поношений отдельных людей автору следовало непременно обойтись, ибо этого требовали польза и ценность самих „Raštų“» (V 1894 1: 11). Вместе с тем Й. Яблонскис упрекает автора книги в пристрастности: «По всему видно, что Л. М-яс, живя в доме кн. А. Б-ио (с. 82), проникся к нему особой ненавистью и, желая ему „отомстить“, воспользовался своими „Raštai ir Raštininkai“» (V 1894 1: 11). Таким образом, здесь проявляется еще одно требование Й. Яблонскиса к автору как рецензента — непременно сохранять объективность. Последний абзац рецензии посвящен литовским газетам. По мнению Й. Яблонскиса, в книге литовской печати уделено мало внимания (с. 223–229). В качестве положительного момента он отмечает, что в книге упоминаются газеты как Прусской Литвы, так и Америки (Keleivis, Tilžės Keleivis, Garsas, Nemuno Sargas, Aušra, Šviesa, Lietuvių Balsas). Однако вместе с тем Й. Яблонскис замечает некоторую пристрастность. С иронией говорится: «Больше всего хорошего сказано о Lietuv. Balsą и его бывшем редакторе г-не Й. Шлюпасе; автор „R. ir R.“ не пожалел слов, чтобы только г-н Шлюпас предстал возвеличенным, полностью оправданным и защищенным со всех сторон....» (V 1894 1: 11). Если знать, что Й. Шлюпас и есть автор книги, ирония становится понятной. Рецензенту досадно, что в книге ничего не говорится о Varpas и Ūkininkas (как известно, эти газеты пробуждали национальное самосознание и в то время издавались большим тиражом — от 1000 до 2000 экз.). Обиду выдает следующее замечание Й. Яблонскиса: «Видно, что в глазах Л. М-юса они стоят ниже всяких „Laiškai“, „Keleiviai“ и „Ceitungas“» (V 1894 1: 11). Подводя итог, рецензент говорит: «Этими словами я заканчиваю свои замечания о книге, вышедшей уже давно, содержание которой, так или иначе, весьма интересно» (V 1894 1: 11). Это краткое замечание прежде всего указывает на два обстоятельства: 1) рецензент считает старой книгу, вышедшую четыре года назад, тем самым косвенно сообщая читателю, что существует много более новых книг; 2) хотя в рецензии высказано немало критических замечаний, Й. Яблонскис заканчивает свой текст позитивно, призывая читателей Varpo заинтересоваться рецензируемой книгой. Текст статьи Й. Яблонскиса «Жизнь и сочинения С. Даукантаса» показывает, что ее появление также связано с книгой Lietuviškieji Raštai ir Raštininkai. В ней языковед пишет: «Как мало мы знаем о Симонасе Д., можно понять уже из того, что столь смелый автор „Lietuv. raštų ir raštininkų“ (Тильзит— 42 KALBOS KULTŪRA | 85 же, 1890 г.) ему и рассмотрению его трудов можно было уделить лишь пятую часть того места, которое было отведено А. Й. Виштеляускасу, малоизвестному нам, недавно умершему нашему писателю» (V 1893 11: 165). Таким образом, статья Й. Яблонскиса — своего рода дополнение к сведениям о жизни и трудах Симонаса Даукантаса. Й. Шлюпас лишь кратко рассмотрел важнейшие этапы жизни С. Даукантаса (учёбу в Вильнюсском университете7, работу в Риге и Петербурге) и перечислил подготовленные С. Даукантасом издания по годам выхода. Вместе с тем он сделал общий вывод о том, что история побуждает интересоваться своим народом (LRR 1890: 37). Й. Яблонскис говорит, что опирается на статью Эдуарда Вольтера, материалы, полученные от неназванного лица, и завещание самого С. Даукантаса. Так он дополняет биографию С. Даукантаса несколькими фактами. Й. Яблонскис пишет, что отец Юргис Д., королевский крестьянин, был лесником; обучение С. Даукантаса поддерживал алтариста из Трикин Ксёнз Сим. Лопацинскис; в 1814 г. С. Даукантас окончил четырёхклассную школу в Жемайчю-Кальварии; неизвестно, общался ли он во время учёбы в Вильнюсе со «знаменитым Ад. Мицкевичем и несколькими симпатичными студенческими кружками»; степень магистра философии получил в Дерпте (Тарту); всю жизнь оставался холостым. Й. Яблонскис обращает внимание на то, что С. Даукантас «был человеком весьма просвещённым, превосходным знатоком истории, был знаком и переписывался с известнейшими друзьями и исследователями своего народа своего времени, с Пабрежей8, Казим. Майгисом9, профессором Кёнигсбергским Фойгтом10 и многими другими»; сам С. Даукантас отказался писать биографию и библиографию (V 1893 11: 165–167). В статье Й. Яблонскиса впервые в литовской библиографии дано классифицированное описание трудов С. Даукантаса (издания разделены на исторические, филологические, книжечки с полезными чтениями для народа, книги духовного содержания). Язык сочинений С. Даукантаса рассматривается очень кратко. Указывается, что он жемайтский, со значительной примесью латышских слов и конструкций; иногда 7 Кстати, не из книги ли Й. Шлюпаса распространилась легенда о том, что С. Даукантас пришёл в Вильнюсский университет пешком (LRR 1890: 34). 8 Имеется в виду священник Юргис Амбразеюс Пабрежа (1771–1849), создатель литовской религиозной литературы, создатель ботанической терминологии, поэт. 9 Дворянин Казимерас Майгис (1800–около 1858) не только переписывался с С. Даукантасом, но и посылал ему народные песни, которые сам записывал в Восточной Аукштайтии. Управляя несколькими поместьями, он в письмах жаловался, что крестьяне не справляются с работой. Это побуждало С. Даукантаса готовить книжечки с хозяйственными советами (см. Merkys 1991: 135, 146). 10 Profesorius Johanas Voigtas (Johann Voigt) (1786–1863) – žinomas istorikas, išleidęs 9 tomų Prūsijos istoriją (Geschichte Preussens von den ältesten Zeiten bis zum Untergang der Herrschaft des Deutschen Ordens 1525), kryžiuočių ordino istoriją (Geschichte des deutsche Rittersordens). Šiais darbais S. Daukantas rėmėsi, rašydamas istorijos veikalus (žr. Kaunas 1996: 326, 438; Merkys 1991: 167). G. ČEPATITENĖ. Jonas Jablonskis apie Jono Šliūpo knygą Lietuviszkieji Rasztai ir Rasztininkai 43 видны несвободные сочетания. Сам Й. Яблонскис понимает, что это лишь скромные замечания, поэтому пишет: «исследование его языка и оценку его подлинных заслуг в нашей литературе оставляю на будущее. Пока же следует собирать всяческие материалы и публиковать их в „Варпасе“ — о его жизни, о его сочинениях, рукописях....» (V 1893 11: 168). Таким образом, в этой статье Й. Яблонскис не столько анализирует, что сказано о С. Даукантасе в книге Й. Шлюпаса, сколько стремится дополнить содержащиеся в ней материалы новыми фактами и собственными комментариями. ВЫВОДЫ 1. Йонасу Яблонскису были важны все литовские издания; ещё работая учителем гимназии в Минтауе, то есть в начале своей трудовой и общественной деятельности, он старался рецензировать их или дополнять новыми фактами. 2. Рецензии показывают, что Й. Яблонскис смотрел на книгу шире: он стремился к тому, чтобы история книги была неотделима от общей истории народа. 3. Рецензент рассматривает рецензируемое издание по истории литовской литературы с точки зрения лингвиста. В рецензиях проявляются языковедческие наблюдения, которые находят отражение в дальнейшей деятельности Й. Яблонскиса. Важны его замечания об этимологии, взаимоотношениях языков и т. п. 4. Для Й. Яблонскиса важны принципы объективности и научности; именно этого он и не находит в рецензируемой книге (ср. замечания о месте, отведённом отдельным авторам, разделе об А. Баранаускасе, периодической печати и др.). 5. Рецензии завершаются позитивными установками: авторов книг и других деятелей культуры призывают создавать важные для литовского народа труды. ИСТОЧНИКИ И ЛИТЕРАТУРА LRR – Литовские письмена и писатели: исторический обзор, подготовленный Литовским патриотом, Тильзит, 1890. V – «Варпас» – ежемесячная газета литературы, политики и науки (выходила с января 1889 г. по 1906 г. в Тильзите и Рагните). Bitinienė A. 2007: Publicistinis stilius, Vilnius: Vilniaus pedagoginio instituto leidykla. Kaunas D. 1996: Mažosios Lietuvos knyga: Lietuviškos knygos raida, Vilnius: Baltos lankos. 44 KALBOS KULTŪRA | 85 Marcinkevičienė R. 2008: Žanro ribos ir paribiai: Spaudos patirtys, Vilnius: Versus aureus. Merkys V. 1991: Simonas Daukantas, Vilnius: Vyturys. Piročkinas A. 1977: Prie bendrinės kalbos ištakų, Vilnius: Mokslas. Получено 2012 12 02 ЙОНАС ЯБЛОНСКИС О КНИГЕ LIETUVISZKIEJIE RASZTAI IR RASZTININKAI (ЛИТОВСКИЕ ПИСЬМЕНА И ПИСАТЕЛИ) Йонасом Шлюпасом Аннотация Труды Йонаса Яблонскиса обычно рассматриваются с точки зрения формирования литературного языка и его нормализации. Другие стороны его деятельности изучены недостаточно. Комментарии Яблонскиса к книге, подготовленной Йонасом Шлюпасом, — первой истории литовской письменности, охватывающей литовские тексты с 1547 года до конца XIXth века, — были опубликованы в газете Varpas в 1893–1894 годах. Комментарии Яблонскиса — важный исторический факт, показывающий, как современники оценили это издание. Эти статьи являются также первыми рецензиями Йонаса Яблонскиса. Во время написания рецензий Йонас Яблонскис работал учителем в гимназии в Митау. Кроме того, они раскрывают некоторые особенности взглядов Яблонскиса как совершенствующегося языковеда. Комментарии Яблонскиса позволяют сделать следующие выводы: 1) Яблонскис заботился обо всех литовских изданиях; работая в Митау, он старался рецензировать их или дополнять новыми фактами; 2) как рецензент Яблонскис стремится быть объективным: он говорит о книге, не принимая во внимание свои отношения с её автором; 3) рецензии показывают, что Яблонскис рассматривал книгу в более широком контексте: он стремился к тому, чтобы история книги соотносилась с общей историей народа; 4) рецензии завершаются положительными оценками, тем самым побуждая как автора, так и других представителей культурной среды создавать труды, важные для литовского народа; 5) в рецензиях проявляются лингвистические идеи, которые сыграют важную роль в дальнейшей деятельности Яблонскиса. КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: рецензия, Йонас Яблонскис, Йонас Шлюпас, литература, периоды, периодические издания. GIEDRĖ ČEPAITIENĖ Шяуляйский университет ул. П. Вишинскио, 38, LT-76352 Шяуляй [email protected] G. ČEPAITIENĖ. Jonas Jablonskis apie Jono Šliūpo knygą Lietuviszkieji Rasztai ir Rasztininkai 45