Unbekannte baltische Bezeichnungen aus dem Goldaper Kreis im Thorner Nachlass von Martin Gerss

LIETUVIŲ KALBOTYROS KLAUSIMAI, XXXII (1993) BALTŲ ONOMASTIKOS TYRINĖJIMAI KRYSTYNA SZCZEŚNIAK НЕИЗВЕСТНЫЕ БАЛТИЙСКИЕ ОБОЗНАЧЕНИЯ ИЗ ГОЛДАПСКОГО ОКРУГА В ТОРУНЬСКОМ НАСЛЕДИИ МАРТИНА ГЕРССА* Торуньское наследие Мартина Герсса, состоящее из 130 пронумерованных рукописных страниц, содержит, помимо немецких официальных названий, обозначения населённых пунктов и физиографических объектов, включая их формы родительного падежа, из областей Мазурии, Вармии и Опольской Силезии середины XIX века. Они были собраны в этих областях среди местных жителей по просьбе мазура Мартина Герсса (из его биографии лишь даты и места рождения и смерти не вызывают сомнений) евангелическими пасторами, большинство которых известно по подписям с именами и фамилиями в письмах. На необходимость изучения этого документа ещё в 1948 году указал профессор Людвик Заброцкий, однако до сих пор безуспешно. Ценность наследия неоспорима. Нельзя оставлять без внимания сборник такого большого числа обозначений с их соответствиями, употреблявшимися в упомянутой области, и формами родительного падежа, зафиксированными в середине XIX века. Эти обозначения достоверно и без противоречий отражают сложную историю именования в Вармии, Мазурии и Опольской Силезии. Сегодняшний доклад я хотела бы ограничить материалом по именованию из Голдапского округа, расположенного в Мазурии. Его прошлое было необычайно интересным; столь же сложной была и история заселения, следы которой до сих пор отражаются в названиях мест, хотя время и сознательная деятельность многих поколений, принадлежавших к разным национальностям и вероисповеданиям, несколько стёрли эти следы. В XIX веке на этой территории вместе жили литовцы, немцы и поляки, главным образом мазуры, предки которых прибыли из соседнего Мазовше. Проповеди в церквях для католиков и евангелистов читались на трёх языках: по-немецки по воскресеньям и праздникам, по-польски раз в две недели и по-литовски пять раз в год, а именно в приходе Dubeninki, тогда как в Zytkiejmy до конца XVIII века проповеди произносились почти исключительно по-литовски. * Здесь публикуется доклад, прочитанный на VI Международном конгрессе балтистов. 166 В прошлом в колонизации участвовали также древние пруссы и ятвяги. Доказательством могут служить некоторые существующие ныне названия мест в этом округе: Kalniszki, Garbaś, Wilkasy, Szyliny, Rominta, Mieduniszki, Goldap, Lenkupie, Grabowo или Jabłońskie, Szczki и Tatary. Торуньское наследие содержит 168 названий поселений Голдапского округа, за исключением общин Goldap и Zabin. Все обозначения относятся к 1861–1865 годам и образуют 8 отдельных списков, один из которых содержит только формы родительного падежа названий. Помимо немецких официальных обозначений, указывающих на характер поселения (Abbau, Köln. Dorf, Etablissement, Foersterei и аналогичные), в каждом случае приводятся употреблявшиеся на местности обозначение и его форма родительного падежа. Если встречается более одного официального или территориального названия, это отражается в перечне; так же поступали и в случаях, когда в данной местности отмечено несколько разных форм родительного падежа. Некоторые поселения внесены в два и даже в три списка. Их официальные обозначения не различаются, однако варианты, записанные на местности, отличаются разной степенью проявления мазурских диалектных особенностей, что служит ещё одним доказательством подлинности Торуньского наследия. О проявлении упомянутых мазурских диалектных особенностей в названиях этого округа я говорила на майской конференции в Белостоке, а о влиянии немецкой графики на написание территориальных названий — на непосредственно предшествовавшем конгрессе Colloquium Prutenicum в Варшаве. Сегодня я хотела бы обратить внимание на обозначения балтийского происхождения, которые в форме, записанной в Торуньском наследии, не встречаются ни в более ранних, ни в более поздних доступных источниках. В докладе речь пойдёт как об официальных обозначениях, так и о названиях мест. А. Среди 168 названий поселений округа Голдап, упомянутых в Торуньском наследии, есть 6 названий поселений, которые сегодня находятся за пределами Польши. Это: Czelsnershute zu Rogainen-Kielery, Kielerow, Kelerow, Krageningen (Kraginnen), Kraginy, Kragin, Kruginnen, Ribbenischken, Rybeniski, Rybenisk, do Rybenischk, Sausleszuwen-Sausleziewo, Sausleziewa, do Sauslesziewa, Warlin (Poggenkrug), — do Warlini, na Warline, do Warlina, Wyszuponen-Wyzupony, do Wiszuponen. Они обращают на себя внимание заменой первичного суффикса -ininkas в топонимах Krageninki (Krageninken) вторичным -inas в Kraginy, что можно усмотреть в немецких официальных названиях мест. На мой взгляд, это было сделано административным путём, тогда как в разговорной речи зафиксирована только форма с -inas. В остальных группах обращает на себя внимание немецкая калька обозначения литовского происхождения: Warlin-Poggenkrug. Литовскому апеллятиву varlynė, «место, где водится много лягушек», соответствует шутливое название Poggenkrug. В сельской местности была записана полонизированная литовская форма с неустойчивым грамматическим родом: do Warlina (мужской род). Это явление характерно для упомянутой территории, поэтому здесь я… 167 колебания склонения в названии Goldap. В то время как в именительном падеже возможны формы der Goldap или die Goldap, в родительном падеже возможна только форма der Goldap! Другое название этой группы — Rybeniski, Rybenisk (в другом письме мягкое (s) было передано через (sch), отсюда написание Ribenischk). Мазуризация отмечена также в названии Sausleziewo, которое в официальной форме, приведённой в торуньском наследии, звучит как Sausleszuwen, а в предложении Густава Лейдинга изменилось на Leszczowo вследствие фонетической замены второго компонента и опущения первого (с общепольским суффиксом -owo вместо исходного суффикса -ewo, характерного для данной территории). В названиях этой группы встречается также литовское ùpė (в отличие от более частотного типа), записанное как Jodupeny, Wyżupeny, тогда как встречаются формы Bahupiany, Jodupiany. B. Два балтийских топонима, записанных в «Ланге» и отличающихся от встречавшихся ранее, имеют явно литовское происхождение. Это Pablindzie, do Pablindziow, Blindiszki (оба можно связать с литовским blindė «salix caprea», используя разные суффиксы). Следует указать ещё на одно следствие стремления сохранить балтийский характер названий: в них отсутствует влияние мазурского языка. Несколько иная картина наблюдается с названием, зафиксированным среди местных жителей как Presławka, Presławki. Здесь хорошо сохранилось pres + lauks — древнепрусская форма, закономерно адаптированная в польском языке как ławk. Влияние мазурского языка, обычно проявляющееся в сельских вариантах написания названий, в данном случае позволило сохранить древнепрусское (s) вместо литовского (š). C. Все остальные названия, не встречавшиеся мне в известных до сих пор источниках, сохраняют свою отчётливо балтийскую сущность со всеми её важнейшими диалектными особенностями. Это: 1) Мазуризация, часто сопровождаемая палатализацией. Она проявляется в таких вариантах написания, как Absiermyńki, Absiermyńkow, Absiermyńik; Dobawiski, Dobawisk, Dubawiński, do Dobagiśk, do Dubagiśk (причём, на мой взгляд, (g) следует читать как (j)); эти формы были записаны рукой пастора, привыкшего к немецкому письму. Подробнее об этом явлении я говорил на конгрессе, непосредственно предшествовавшем Colloquium Prutenicum. Я истолковал это явление как фиксацию палатализации (v) перед гласными переднего ряда и перехода полифонемной группы (vi, v’e) в (j), выполненную человеком, для которого запись (j) через (g) была совершенно обычной. (Это написание восходит именно к немецкому письму.) Под влиянием мазурского языка записаны также названия: Wielkie i Małe Kalnuśki, do Kalnuśk, Kulsy; Markawiski, do Markogiśk; Mazutki; Miciule; Zitkiemy, do Zitkiem, Zitkiemy Małe и Płockieny. 2) Сближение (a) с (o), наглядно представленное в таких написаниях: do Uśkolniow (Nom. Uszkalnie do Markogiśk (Nom. Markawiśki). 3) Палатализация типа miotła=nietła, в названии Nieskrupie, do 168 Nieśkrupih (!) и в официальном названии Meszkrupien (сегодня Meszno). 4) Появление в качестве продолжения более раннего (o) — -o, которым обычно передаются родительные падежи исследуемых названий: do Pablindziow, Tuniow, Pablow, do Kepurdegow. 5) Мягкое произношение (k, g) перед гласными переднего ряда подтверждают написания: Zitkiemy, Plockieny, Skajzgierki, do Skajzgierk. D. Die Namen von zwei Siedlungen aus dem Goldaper Kreis haben zweifache Amtsbezeichnung. Man schreibt sie als Rominté (Binnenwalde) und Kalweitschen Gross (Miesiszken), wobei für die erste Siedlung drei auf dem Lande notierte Namen angegeben wurden: Rominté, Rominta, Binnewald // Bunnenwalt (Bunnenwaltu) und Tertak (Tertaku), mit dem masurischen Übergang von ar>er. Zum Falle der anderen Siedlung wurde auf dem Lande Kalweycie Duze, Kalweycie Male, Kalweycioa, Kalweyciow Małych notiert. Die zweite Amtsversion war als vermeintlich belegt, weil sie auf dem Lande nicht mehr bekannt war. Обозначения торуньского наследия в свете форм, действующих в настоящее время. Большинство анализируемых обозначений, особенно записанных в сельской местности, имеет ярко выраженный балтийский характер. Очевидными доказательствами этого служат: Absiernyńki, Absiernyńk, в отличие от современных форм: Obszarniki; Uszkalnie, do Uśkolniow против современной кальки Podwyżna. В качестве интересного факта можно привести то, что действовавшее с 1938 года немецкое официальное название Bergerode. Подобно упомянутым выше названиям, современные Bledziszki, Pobłedzie, Pełkowo, Dobowo, Markowo, Będzieszewo и Meszno восходят к балтийским корням, что подтверждают записанные в торуньском наследии формы: Blindiszki, Pablindzie, Pełkawiszki, Dubawiśki, Markawiśki, Padyniszki и Nieśkrupie. Следует отметить, что балтийское происхождение уже затушёвывалось или скрывалось немецким официальным названием, которое иногда выступало единственным, а иногда было дублетом другой формы. Это уже отмечено в торуньском наследии: Abschrinen рядом с разговорными названиями мест: Absiernyńki; Dobawen — наряду с Dobawski; Markowen — наряду с Markowischken. Во всех этих случаях немецкое официальное название оказывало сильное влияние на закрепление современных названий. Примечательно, что мазур Густав Лейдинг-Мелецкий, живший на полвека позже Герсса, в своих лексических материалах зафиксировал не балтийские формы, а только Obszarniki, Pełkowo, Dobowo, а в немецких названиях уже не осталось и следа балтийского происхождения. Однако в торуньском наследии встречаются такие официальные названия, как: Kalckaunen, Macznorkehmen, Matzukehmen, Pauczkehmen, Staczausen, Thewelkehmen, наряду с записанными в том же источнике названиями: Kalkowo вместо современного Kolkowo, Mocnarki, do Mocnark, ныне Maciejowięta, Mażutki, ныне Mażucie, Plockieny, Staciowka или Bordzie, ныне Barcie, — всё это позволяет лучше выявить этимологию обозначений и их первоначальный облик, забытые как в практике именования XIX века, так и в современной топонимии. Есть также поселение, которое в торуньском наследии имеет два официальных названия- 169 вания, а именно Klein Jeralischken, Herzogstal, тогда как в разговорной речи употребляется Hercogstal, do Hercogstalu. Возможно, это связано с новой волной немецкого заселения данной местности, куда в это время переселялись немцы из Зальцбурга. Выводы 1. Торуньское наследие Мартина Герсса содержит достоверные топономастические сведения с территории Вармии, Мазурии и Оппельнской Силезии. Они отражают ситуацию в области именования упомянутых земельных районов: приводятся официальные названия (с их дублетами, если таковые имеются), разговорные названия (также с учётом возможных дублетов), включая их формы родительного падежа. 2. Такое представление топономастического материала позволяет установить языковую ситуацию того времени, исходя из материалов XIX века, а также косвенно — национальный состав населения. В Голдапском уезде жили три народа: литовцы, поляки и немцы; при этом численность и значение литовцев сокращались, а поляков, а именно мазуров, соответственно возрастали. Это ясно отражают записанные в сельской местности названия, в которых присутствуют многие особенности мазовецкого диалекта, в том числе столь характерное для него мазурение и далеко зашедшая палатализация. В этот период начинается новая волна немецкого заселения, о чём свидетельствует принятие нового топонима — полонизированного немецкого названия, не совпадающего с параллельно существовавшим балтийским названием. 3. Топономастический материал, содержащийся в наследии, включает ранее не фиксировавшиеся обозначения. Отражая ряд диалектных особенностей и содержащий формы родительного падежа названий, он, на мой взгляд, представляет собой важнейший материал, который связывает сведения, извлечённые Войцехом Кентшиньским из местных документов (как известно, оригиналы были утрачены во время эвакуации архива в Кёнигсберге), с материалами, собранными в сельской местности Густавом Лейдингом-Мелецким. Эти материалы ценны для топономастов, историков-лингвистов и исследователей прошлого этого края. 4. Большинство исследованных балтийских названий утратило своё происхождение в результате сложной литовско-немецко-польской транспозиции, осуществлявшейся в различной последовательности. О нём напоминают, в частности, следующие существующие ныне названия: Podwyżna, Kolki, Kolkowo, Markowo, Dobowo, Maciejowięta и Stachowięta, Meszno и Czarne. 5. Упомянутое изменение происходило: а) самостоятельно — на территории с преимущественно литовским населением начинает развиваться заселение выходцами из Мазовии. Жители деревень, которых косили болезни, эпидемии и войны, нередко пополнялись переселенцами из Мазовии или соседних мазурских уездов. 170 б) сознательно, посредством деятельности: 1) немецких властей, например Dobauen, тогда как в сельской местности записывали только Dobawiski, Dubawiski. 2) комиссии по установлению географических названий, действовавшей в Польше после окончания войны в 1945 году. Своим решением она утвердила Podużyzna, предложенное Густавом Лейдингом-Мелецким вместо Absiernyńki, Uszkalnie, хотя Užbały оставили. Так появились Kiejsty и Markowo, Dobowo, ориентированные на немецкие административные названия Markowen, Dobawen. Здесь следует добавить, что эта тенденция проводилась не всегда последовательно. В Голдапском уезде сохранили многие названия на -iszki, поэтому названия Markowo, Dobowo и Pełkowo не были необходимы. 6. Таким образом, торуньское наследие и содержащиеся в нём материалы предостерегают прежде всего от поспешных выводов относительно первичного образования названий в районах со смешанным языковым населением и подтверждают мою прежнюю осторожность в применении классификации названий Ташицкого при исследовании географических названий упомянутой территории уезда. НЕИЗВЕСТНЫЕ БАЛТИЙСКИЕ ТОПОНИМЫ ГОЛДАПСКОГО РЕГИОНА В ТОРУНЬСКОМ НАСЛЕДИИ Резюме В торуньском наследии (середина XIX века) содержатся названия 168 населённых пунктов Голдапского региона. Значительная их часть — явные балтизмы, например Poblindzie, Kalniszki, Wilkasy, Garbas. Балтийское происхождение части ойконимов трудно проследить из-за позднейших изменений, возникших под влиянием немецкого и польского языков. Встречающиеся случаи перевода (например, Warlin — нем. Poggenkrug) свидетельствуют о существовании в этих краях ситуации билингвизма, или даже полилингвизма. 171