Kur veda užsienio lituanistikos kelias?

ILIJA LEMEŠKIN Пражский Карлов университет Направления научных исследований: литература и письменность древних балтов, сравнительная фольклористика, лексикография, история балтистики. КУДА ВЕДЁТ ПУТЬ ЗАРУБЕЖНОЙ ЛИТУАНИСТИКИ?* Название этого текста заканчивается вопросительным знаком, который сразу заставляет признаться: у автора нет (оптимистичного) ответа на поставленный вопрос. Вопрос Куда ведёт путь зарубежной литуанистики? — риторический. Он побуждает к размышлениям и общим рассуждениям, которыми поделились на конференции Литуанистика (балтистика) в современных образовательных процессах, состоявшейся 6 апреля 2017 г. (Вильнюс, LEU). Начать следует с конкретных вещей, то есть с предыстории проекта Содействие сотрудничеству центров зарубежной балтистики и научных и учебных учреждений Литвы. Я считал своим долгом вспомнить и напомнить о том, чему был свидетелем 10 лет назад. 27 ноября 2007 г. в Вильнюсе состоялась крупная конференция Балтистика в мире. Тогдашние власти Литвы проявили особое благосклонное отношение и интерес к судьбе балтистики в мире (чего нельзя сказать о нынешних властях). Возможно, это произошло и потому, что тогдашний президент Литовской Республики Валдас Адамкус долгие годы был представителем этого широкого зарубежного мира. Он ясно понимал значение центра литуанистики и его не только практическую пользу в жизни эмигрантов, например, в США. Президент принял участников и организаторов конференции и во время встречи заявил: «Только сильные исследования литуанистики в Литве могут способствовать сотрудничеству с зарубежными научными учреждениями и распространению литуанистики в мире». После окончания конференции, по-видимому, в тот же день, 27.11.2007, состоялось совещание в ШММ. Участвовали Йоланта Забяршайте, Грасильда Блажене, Дангуоле Микуленене (в то время ЛКИ было единственным литовским учреждением, которому были небезразличны центры балтистики и их внутренние экзистенциальные проблемы; позднее, когда начали выделять финансирование, таких заинтересованных учреждений стало больше). На совещание пришли Эугениюс Йовайша, Зигмас Зинкявичюс, Альгирдас Сабаляускас, которые ясно изложили свою позицию. Были представители центров. Помню Пьетро Умберто Дини, * Текст подготовлен на основе доклада, прочитанного на пленарном заседании конференции по мировой литуанистике (балтистике) Литуанистика (балтистика) в современных образовательных процессах 6 апреля 2017 года. Конференция была организована в рамках проекта, финансируемого ES SF: Содействие сотрудничеству зарубежных центров балтистики и литовских научных и учебных учреждений; она проходила в Вильнюсе, в Литовском университете образовательных наук. 266 Acta Linguistica Lithuanica LXXVI Kur veda užsienio lituanistikos kelias? Ванда Казанскене и другие. Именно тогда было принято решение о будущем проекте, финансируемом из структурных фондов Европейского союза, целью которого должна была стать помощь зарубежной балтистике в сохранении и развитии. Центры балтистики, будучи нерезидентами, не могли выступать получателями средств структурных фондов, поэтому на помощь были призваны литовские учреждения высшего образования, которые в качестве своего рода административного зонтика должны были «прикрыть» весь проект. Речь тогда шла только об администрировании. Нам и в голову не приходило, что это учреждение (со временем выяснилось, что учреждения: речь уже идёт об одном координаторе и его партнёрах, то есть других университетах LR) будет располагать собственными концептуальными представлениями, желаниями, стремлениями и решениями, которые, мало обсуждаясь и согласуясь с центрами, будут определять планирование и реализацию деятельности, важной для нас. Формальное включение литовского учреждения (учреждений) в проект, которое тогда казалось неизбежным и, в общем, взаимовыгодным, определило и продолжает определять характер проекта: со стороны зарубежья порой складывается впечатление, что ради нас (то есть центров) и нашего благополучия эти учреждения организуют деятельность для самих себя. Это происходит без нашего ведома и возможности на что-либо повлиять. За 10 лет не было проведено ни одного совещания с представителями мировых центров балтистики, на котором обсуждались бы концептуальные аспекты реализации проекта, например в министерстве или с координатором проекта и его партнёрами. Это ощущается и в общих обсуждениях проекта. Главная по-прежнему декларируемая цель — укрепление сотрудничества с научными и учебными учреждениями LR и мобильности преподавателей. Но возникает вопрос: знакома ли литовская сторона с реальной ситуацией за рубежом? Существуют различные соглашения между университетами, министерствами отдельных стран, академиями наук; мы пользуемся программой Erasmus и т. д. Эти соглашения, которые были и всегда будут, предусматривают обмен по соответствующим квотам, которые иногда оставались и остаются неиспользованными. Действительно ли стоит направлять на эту деятельность столько сил и средств (5,8 млн евро)? Конечно, хорошо иметь возможность направить способного студента, но и это предложение чрезмерно раздуто и не подкреплено реальностью. В западных центрах балтистики просто нет так много студентов; кроме того, мы привязаны к своим учебным программам, учимся по второй специальности или ещё в другом вузе и в течение семестра не можем в любой момент уехать за границу. Иная ситуация, как отметили участники других конференций, в Грузии и других центрах балтистики Восточной Европы, где сталкиваются с иной мотивацией к учёбе и иным типом студентов. Также нелегко согласиться с мнением, resp. с целью проекта, которая заключается в укреплении общения и сотрудничества зарубежных балтистов с литовскими научными учреждениями. Неужели кажется, что нам не хватает сотрудничества? Различные научные проекты, в которых участвовали и участвуют представители центров балтистики, имеют свои истоки, ритм и графики, которые нельзя менять, ускорять или как-либо регулировать в соответствии с ещё только зарождающимся сотрудничеством Įžvalgos / Insights 267 ILJA LEMEŠKIN проект содействия. Расписание поездок в Вильнюс всегда было и остается очень плотным даже без обсуждаемой проектной деятельности. Другая интересующая нас сфера деятельности — организация курсов повышения квалификации. Цель благородная, но в 2012–2015 годах таких курсов уже было действительно много. Лекторы и преподаватели, работающие за рубежом, судя по всему, по уровню квалификации далеко превосходят своих коллег, работающих в Литве. Сколько можно ездить на курсы профессионального развития? Иногда нужно и работать, то есть применять на практике, в своей работе, усовершенствованные компетенции. Говоря об этой работе и конкретных задачах, которые нас интересуют, могу сказать следующее. Центры балтистики сами прекрасно знают, что, когда и как им нужно (а иногда и необходимо) делать. Инициатива должна исходить только от них (за исключением, пожалуй, тех мест, где центры балтистики только формируются). Официальные распорядители проекта не должны иметь права по собственному усмотрению решать, что нужно зарубежным балтистам, а что нет, поскольку им, возможно, не хватает знаний о центрах балтистики в мире, их состоянии и потребностях. Литовская сторона должна контролировать целевое использование средств. Упомянутая ранее работа, которую центры балтистики запланировали и с готовностью выполнили бы, требует компетенций и финансирования, однако накопленный опыт показывает, что именно эта работа по какой-то причине кажется учреждениям науки и образования Литовской Республики неинтересной и ненужной. Центры заинтересованы в работе, связанной с деятельностью студентов, докторантов, преподавателей и научных сотрудников, которая обеспечила бы существование и развитие центров; иными словами, все то, что можно назвать потребностями центров, постоянно и интенсивно меняется. Идеально было бы, если бы представители Литвы спрашивали о необходимых, то есть полезных для нас, работах, проводимых в рамках проекта, — желая, чтобы проект оставался жизнеспособным, — хотя бы раз в семестр, а не в виде исключения и в спешке один раз в два года, перед началом проекта. Всё это вызывает у представителей центров балтистики принципиальный вопрос: стоит ли в сложившихся обстоятельствах оставаться в проекте и каким должно быть в будущем сотрудничество между литовскими учреждениями науки и образования и центрами балтистики? Ведь очень не хотелось бы видеть ситуацию, когда ради блага зарубежных центров балтистики и их пользы (но без их ведома) какое-либо литовское учреждение или малоизвестный зарубежным балтам его представитель тайком составляет «подходящий» план деятельности, к выполнению которого любезно приглашают присоединиться. Поступила 21 апреля 2017 г. ИЛЬЯ ЛЕМЕШКИН Карлов университет в Праге Jana Palacha 2, 116 38 Praha 1, Czech Republic [email protected] 268 Acta Linguistica Lithuanica LXXVI