ДИСПРОПОРЦИИ РАЗВИТИЯ СТРАН ЕАЭС И ПЕРЕХОД С ИНСТИТУЦИОНАЛЬНОЙ МОДЕЛИ ИНТЕГРАЦИИ НА ПРОИЗВОДСТВЕННУЮ

INTERNATIONAL SYMPOSIUM “ADVANCED RESEARCH IN ECONOMICS AND BUSINESS MANAGEMENT”, SEPTEMBER 19, 2025 362 ДИСПРОПОРЦИИ РАЗВИТИЯ СТРАН ЕАЭС И ПЕРЕХОД С ИНСТИТУЦИОНАЛЬНОЙ МОДЕЛИ ИНТЕГРАЦИИ НА ПРОИЗВОДСТВЕННУЮ Сейткалиев Роман Максутович г.Москва, Российская Федерация, ИНИОН РАН, Научный сотрудник https://doi.org/10.5281/zenodo.17266418 По сравнению с прошлым годом совокупный ВВП ЕАЭС в 2024 году показал незначительный рост (4% против 3,8% в 2023 году), что, однако, выше среднемировых показателей (3,2% и 3,3% соответственно). В России и Беларуси за рост ВВП отвечала переориентация потребителей на внутренний рынок, а в Армении, Казахстане и Кыргызстане, как и двумя годами ранее, драйвером остался внешний спрос, спровоцированный реэкспортом товаров в Россию. Однако, показатели 2024 года уже не показывают такой рост как в 2022-2023 годах, а зависимость от крупнейшего члена организации России (если Россия чихает, то простужается весь ЕАЭС) ранее привела к дублированию проблем, связанных с высокой инфляцией. Из всех стран только в Армении было зафиксировано значительное сокращение инфляции за счет двух составляющих, одно из которых сейчас наличествует в России, а именно укрепление национальной валюты. Другим фактором стала стабилизация совокупного спроса, что говорит скорее о потребностях страны, соотносимых с ее масштабами. Самые крупные страны члены (Россия и Казахстан), наоборот, в 2024 году приблизились к предельному значению уровня инфляции. Фактор масштаба и соответственно поддержания обширной инфраструктуры дает о себе знать, поэтому они единственные в 2024 году увеличивали ключевую ставку. Для ЕАЭС характерна ситуация, когда показатели выравниваются, но одна или реже две страны показывают отрыв от остальных. Например, безработица в России, Беларуси, Кыргызстане и Казахстане находилась в диапазоне от 2,4% до 4,6%, а в Армении она достигла 13,3%. Темпы прироста кредитования колебались от 18,6% в России до 23,1% в Кыргызстане с особенным положением Беларуси с 13,2%. Беларусь также вместе с Кыргызстаном стали лидерами по приросту реальной заработной платы (13% и 10,2%). В России – 7,2%, прирост в Армении и Казахстане ниже. А положительный вклад в прирост ВВП со стороны потребления домашних хозяйств увеличился во всех странах, кроме России и Армении. В новых условиях экономики стран не только сохранили устойчивость, но и смогли увеличить свой товарооборот и стоимостный объем. Объем взаимных инвестиций также немного вырос, но основная проблема в том, что в условиях санкций обнародование ПИИ не входит в интересы российских компаний, исторически являющихся главными инвесторами в страны СНГ, тем более некоторые компании перестали публиковать отчетность. Потому объем взаимный ПИИ может быть больше. Вложения из третьих стран ограничились, при этом только в России и Беларуси заметны шаги по созданию и модернизации собственной технологической базы, что может в ближайшем будущем повысить в их экспорте долю товаров с более высокой добавленной стоимостью. В 2024 году именно Россия и Беларусь преимущественно INTERNATIONAL SYMPOSIUM “ADVANCED RESEARCH IN ECONOMICS AND BUSINESS MANAGEMENT”, SEPTEMBER 19, 2025 363 сформировали положительную динамику взаимной торговли ЕАЭС. На внешнем рынке в ответ на снижение удельного веса ЕАЭС в импорте Европы интенсифировались поставки в страны Азии и Африки. Дальнейшее развитие торговли с ними зависит от выстраивания международного коридора «Север-Юг». Сегодня одна из главных задач состоит в концентрации финансов для повышения промышленного потенциала. Следом стоит говорить об инвестировании сетевых отраслей, об улучшении инвестиционного климата, налоговой политики и мобильности рабочей силы (порядок рекомендаций взят из выводов Аналитического доклада Евразийской экономической комиссии за 2024 год). 1 Что свидетельствует о переходе с институциональной модели интеграции (рынок  технологии  финансы  производство) на производственную (производство  рынки  финансы  технологии). Институциональная модель интеграции — это путь ЕС, но копирование данного примера не предусматривает простого переноса положений, так как техническое оснащение и логистические вводные серьезно отличаются. Переход к производственной модели интеграции позволяет сгладить диспропорции развития не только стран, но и отдельных внутренних районов. На примере российский прямых инвестиций в страны Центральной Азии прослеживается структурная трансформация и перенос ориентиров развития. Так ПИИ до 2022 года главным образом были сконцентрированы на проектах топливноэнергетического комплекса. Затем следовали проекты в горнодобывающей промышленности, машиностроении, транспортной логистике, финансовом секторе и ритейле. Теперь акценты сместились и на первое место вышли торговля и логистика, затем IT, промышленность и обработка, финансовый сектор, строительство. Это свидетельствует не только о процессе релокации российского бизнеса, но и активном поиске площадок для производства товаров, развитии транспортных коридоров, и промышленной и технологической кооперации. 1 Аналитический доклад «О макроэкономической ситуации в государствах-членах Евразийского экономического союза и предложениях по обеспечению устойчивого экономического развития» ЕЭК. М.: 2025. URL:https://eec.eaeunion.org/upload/files/dep_makroec_pol/doklad_2025.pdf