150 Экономические науки
h p://nauka es nik. u/
УДК 37.012.3
DOI 10.5281/zenodo.17648123
Корабейников И. И.
Корабейников Илья Игоревич, ФГБОУ ВО «Уральский государственный экономический
университет», д. 62/45, ул. 8 Марта/Народной Воли, Екатеринбург, Свердловская область,
Уральский федеральный округ, Россия, 620144. E-mail: [email p o ec ed].
Доходы населения как фактор социально-
экономического неравенства: мировой и российский
опыт
Аннотация. Статья исследует влияние доходов населения на пространственное социаль-
но-экономическое неравенство в России в сравнении с мировыми моделями. На основе
сопоставительного исследования мировых моделей и эмпирического анализа российских
данных выявлены ключевые детерминанты региональной дифференциации: концентрация
природной ренты, диспропорции в стоимости жизни, институциональные особенности и
миграционные потоки. Методология включает расчет коэффициента Джини и индекса
Тейла с корректировкой на субнациональный паритет покупательной способности, а так-
же регрессионный анализ. Предлагаются адаптируемые меры политики для ресурсной
экономики, направленные на снижение межрегиональных диспропорций и укрепление
устойчивого развития.
Ключевые слова: пространственное неравенство, доходы населения, региональная
дифференциация, социальное государство, природная рента, стоимость жизни.
Ko abeyniko I. I.
Ko abeyniko Ilya Igo e ich, U al S a e Uni e si y o Economics, 62/45, 8 Ma a S ./Na odnaya
Volya, Yeka e inbu g, S e dlo sk Region, U al Fede al Dis ic , Russia, 620144. E-mail: ede-
[email p o ec ed].
Income o he popula ion as a ac o o socio-economic
inequali y: global and Russian expe ience
Abs ac . The a icle examines he impac o household income on spa ial socio-economic ine-
quali y in Russia in compa ison wi h global models. Based on a compa a i e s udy o global
models and empi ical analysis o Russian da a, key de e minan s o egional di e en ia ion ha e
been iden i ied: he concen a ion o na u al en s, cos -o -li ing imbalances, ins i u ional ea-
u es, and mig a ion lows. The me hodology includes he calcula ion o he Gini coe icien and
he Theil index adjus ed o subna ional pu chasing powe pa i y, as well as eg ession analysis.
Adap able policy measu es o he esou ce economy a e p oposed, aimed a educing in e -
egional imbalances and s eng hening sus ainable de elopmen .
Key wo ds: spa ial inequali y, popula ion income, egional di e en ia ion, wel a e s a e, na u al
en , cos o li ing.
Гуманитарный научный вестник. 2025. №10 151
опрос взаимосвязи между дохода-
ми населения и пространственным
неравенством приобретает особую
значимость в современных условиях, ко-
гда усиливается дифференциация регио-
нов, происходит глобализация и транс-
формация экономических моделей. Для
России эта проблема особенно актуальна
из-за высокой концентрации экономиче-
ской активности в отдельных регионах,
значительной роли государства и при-
родной ренты, а также выраженных раз-
личий в уровне и структуре доходов
между субъектами. В современных реа-
лиях актуальность темы усиливается
необходимостью повышения эффектив-
ности региональной политики и поиска
новых инструментов сглаживания соци-
ально-экономических различий, что
напрямую связано с устойчивым разви-
тием страны и снижением рисков соци-
альной напряжённости. Дополнительную
значимость исследованию придают со-
временные вызовы — пандемия, санкции,
технологические изменения, — требую-
щие постоянного обновления и адапта-
ции подходов к анализу и регулированию
пространственного неравенства.
Проблема исследования заключается
в выявлении факторов, определяющих
пространственное неравенство доходов, а
также в оценке применимости различных
международных моделей регулирования
к российским условиям. Несмотря на
успешные примеры снижения неравен-
ства в ряде стран, многие государства
сталкиваются с устойчивыми различиями
в уровне благосостояния между региона-
ми, что затрудняет формирование эффек-
тивной политики. В российских условиях
проблема усугубляется сложностями уче-
та теневых доходов, высокой ролью
бюджетной сферы и ресурсной ренты, а
также неоднородностью экономического
развития. Кроме того, важную роль игра-
ет миграция населения между регионами,
которая может как сглаживать, так и уси-
ливать территориальные различия в до-
ходах и уровне жизни.
Статья опирается на обширный пласт
отечественных и зарубежных исследова-
ний, посвященных проблемам простран-
ственного неравенства и региональной
дифференциации доходов. В российских
источниках изучаются институциональ-
ные и ресурсные особенности формиро-
вания региональных доходов, вопросы
статистического учета и методологиче-
ские проблемы измерения неравенства, а
также влияние бюджетной структуры и
миграции на территориальные диспро-
порции [3–4; 8–9].
Зарубежные работы дают более об-
щее представление о механизмах агломе-
рации, эффектах масштаба, распределе-
нии природной ренты и роли фискальной
децентрализации в перераспределении
ресурсов по территориям [13–15]. Мето-
дологически в этих исследованиях при-
меняют широкий набор приёмов, в том
числе декомпозицию индексов неравен-
ства, пространственную эконометрию и
модели панельных данных, что позволяет
выявлять как статические, так и динами-
ческие компоненты неравенства.
Сравнительный анализ показывает,
что вопрос взаимосвязи доходов и про-
странственного неравенства последова-
тельно изучался многими авторами, при
этом в российском контексте сохраняют-
ся целый ряд практических и теоретиче-
ских пробелов, в числе которых учет те-
невых доходов, способы распределения
природной ренты и методики корректи-
ровки покупательной способности на
субнациональном уровне, и эти пробелы
обосновывают необходимость адаптации
международных методов к российским
реалиям [5; 11].
Под термином пространственное не-
равенство автор в данной работе понима-
ет систематическую и устойчивую вос-
производимую географическую диффе-
ренциацию уровня и структуры доходов,
а также возможностей доступа к эконо-
мическим ресурсам и публичным благам
между различными территориями, таки-
ми как регионы, города и периферийные
поселения. Это понятие включает в себя
как различия между регионами, так и
внутригрупповые диспропорции внутри
регионов. Пространственное неравенство
В
152 Экономические науки
h p://nauka es nik. u/
во многом перекрывается с понятиями
территориального неравенства и терри-
ториальной стратификации, но смысло-
вые акценты различаются. Территори-
альное неравенство чаще фокусируется
на различиях в развитии территорий по
экономическим и социальным индикато-
рам, тогда как термин территориальная
стратификация подчеркивает наличие
иерархий и социальных слоев внутри
территориальных единиц. Автор сделал
выбор в пользу термина пространствен-
ное неравенство потому, что он более яв-
но отражает предмет анализа, связанный
с распределением экономических резуль-
татов по пространству и с институцио-
нально-инфраструктурными факторами,
влияющими на эти результаты [4; 6; 11].
Теоретическое обоснование исследо-
вания строится на сочетании подходов
новой экономической географии, теории
естественной ренты и классических по-
ложений фискального федерализма. Под-
ход новой экономической географии
применяется для объяснения процессов
агломерации, локализационных выгод и
пространственной концентрации эконо-
мической активности, которые формиру-
ют устойчивые различия в доходах меж-
ду территориями [14]. Теория ренты слу-
жит для анализа особенностей ресурсных
регионов и механизмов распределения
доходов от природных ресурсов [13].
Концепции фискального федерализма
позволяют оценивать роль межбюджет-
ных трансфертов и налоговой политики в
перераспределении доходов на субнаци-
ональном уровне [15]. Методологически
используются измерения неравенства,
такие как коэффициент Джини и индекс
Тейла, а также их декомпозиция для вы-
деления межрегиональной и внутригруп-
повой составляющих неравенства. Для
учёта пространственной зависимости и
эффектов соседства применяются методы
пространственной эконометрики, в том
числе модели пространственных лагов и
ошибок, и при необходимости вводятся
переменные инструментального типа для
решения проблем эндогенности. Выбор
данных подходов обусловлен их доказан-
ной эффективностью в эмпирических ис-
следованиях и их способностью комби-
нироваться для комплексного анализа
причин и следствий пространственного
распределения доходов.
В развитых странах Западной Европы
[7] доминирует парадигма социального
государства, предполагающая активное
перераспределение доходов через нало-
гообложение и социальные трансферты.
Исследования скандинавских стран пока-
зывают, что эффективная система пере-
распределения способна существенно
снижать как межличностное, так и меж-
региональное неравенство: коэффициент
Джини по располагаемым доходам в
странах Северной Европы составляет
0,25–0,27, что значительно ниже анало-
гичных показателей в странах с либе-
ральной моделью экономики.
В США и Великобритании преобла-
дает рыночная модель распределения, что
приводит к большей дифференциации
доходов, однако региональная политика
также направлена на предотвращение
чрезмерной концентрации экономиче-
ской активности — используются про-
граммы регионального развития, налого-
вые стимулы для инвестиций в депрес-
сивные регионы, поддержка малого биз-
неса.
В развивающихся странах и странах с
переходной экономикой, напротив, на
начальных этапах рыночных преобразо-
ваний наблюдается тенденция к углубле-
нию пространственного неравенства. Ки-
тайский опыт особенно показателен: не-
смотря на впечатляющие темпы роста,
неравенство между приморскими и внут-
ренними регионами остается значитель-
ным, индекс Тейла межрегионального
неравенства в Китае вырос с 0,08 в 1985
году до 0,24 в 2010 году [10].
В международной практике при ана-
лизе доходов населения широко приме-
няются несколько ключевых методологи-
ческих подходов:
учет реальных доходов с поправ-
кой на региональные различия в стоимо-
Гуманитарный научный вестник. 2025. №10 153
сти жизни (методология ОЭСР по пари-
тетам покупательной способности на
субнациональном уровне);
анализ распределения доходов
внутри регионов;
учет компенсирующих факторов
(стоимость жизни, длительность поездок
на работу, экологические проблемы);
включение показателей социаль-
ной мобильности.
Критический анализ применимости
зарубежного опыта к российским услови-
ям выявляет как возможности адаптации,
так и существенные ограничения. Модель
скандинавских стран, основанная на вы-
соком уровне доверия к государственным
институтам и готовности к высокому
налогообложению, трудно переносима на
российский контекст. Либеральная англо-
саксонская модель может усугубить не-
равенство в условиях слабых рыночных
институтов и значительной роли природ-
ной ренты. Наиболее релевантным для
России представляется опыт стран, стал-
кивающихся с проблемой ресурсного
«проклятия» и необходимостью распре-
деления природной ренты (например,
норвежская модель Государственного
пенсионного фонда).
Современные исследования также
подчеркивают влияние цифровизации и
инновационного развития на простран-
ственное распределение доходов, а также
необходимость междисциплинарного
подхода к анализу литературы. Важно
учитывать, что, как отмечают Габуева
В.А. и Галачиева С.В., структура доходов
населения тесно связана с принадлежно-
стью к различным факторам производ-
ства (труд, капитал, земля), а также с из-
менением соотношения между номи-
нальным и реальным доходом, что суще-
ственно влияет на уровень и структуру
потребления [1]. Актуальным становится
анализ не только экономических, но и
культурных, демографических, климати-
ческих факторов, влияющих на террито-
риальное распределение доходов и воз-
можностей.
Особое внимание в российской науч-
ной литературе уделяется причинам воз-
никновения социально-экономического
неравенства и путям его снижения. В ста-
тье Дендак Г.М., Ивановой Л.А., Афана-
сьевой Л.А., Афанасьева А.А. «Социаль-
но-экономическое неравенство в России:
причины возникновения и пути снижения
масштабов неравенства в современных
условиях» [3] анализируются институци-
ональные и структурные факторы, влия-
ющие на формирование неравенства, а
также предлагаются меры по его сниже-
нию, включая совершенствование нало-
говой политики и развитие региональных
программ поддержки.
Вопросы избыточного неравенства,
депопуляции и потерь человеческого ка-
питала рассматриваются в работе Шевя-
кова А.Ю. «Экономическое неравенство
и проблемы социально-экономического
развития России: избыточное неравен-
ство, депопуляция и потери человеческо-
го капитала» [11]. Автор акцентирует
внимание на негативных последствиях
пространственного неравенства для де-
мографической ситуации и устойчивого
развития страны.
Влияние инфраструктурного фактора
на преодоление экономического неравен-
ства среди российских регионов, значи-
мость привлечения инвестиций в разви-
тие инфраструктуры, что позволит сни-
зить неоднородность экономического
пространства, сложившуюся в силу исто-
рических особенностей развития России,
рассматривались в работах отечествен-
ных ученых Квон Г.М., Поздеевой О.Г.,
Плисецкого Е.Л. [5; 8].
Методологические аспекты измере-
ния социально-экономического неравен-
ства подробно освещены в статье Шевя-
кова А.Ю. [11], где рассматриваются со-
временные подходы к статистическому
учёту и анализу неравенства, а также
проблемы достоверности данных в усло-
виях развитого теневого сектора.
Отечественная литература формиру-
ет комплексное представление о причи-
нах, проявлениях и механизмах регули-
рования пространственного неравенства,
154 Экономические науки
h p://nauka es nik. u/
что позволяет обосновать выбор методо-
логических подходов и направлений
дальнейших исследований [2; 4; 6]. Для
более глубокого понимания масштабов
пространственного неравенства в России
важно обратиться к статистическим пока-
зателям, отражающим различия в дохо-
дах между регионами. В таблице ниже
представлены ключевые индикаторы по
отдельным регионам России за последние
годы. Эти данные позволяют наглядно
оценить степень дифференциации дохо-
дов и выявить регионы с наиболее выра-
женным неравенством.
Выбор приведённых регионов обу-
словлен необходимостью показать как
крайние высокие значения среднего до-
хода, так и более низкие по уровню дохо-
дов регионы, а также и различия в степе-
ни неравенства внутри этих регионов,
отражённые коэффициентом Джини и
индексом Тейла. Данная выборка позво-
ляет комплексно оценить масштаб и спе-
цифику регионального неравенства в
России, учитывая как развитые, так и ме-
нее развитые территории с разной соци-
альной и экономической структурой, что
важно для понимания дифференциации
доходов в стране.
Таблица 1. Основные показатели регионального неравенства доходов в России за 2024 г.
Регион
Средний доход, руб./мес.
Коэффициент
Джини
Индекс Тейла
Москва
98 000
0,32
0,21
Санкт-Петербург
75 000
0,3
0,19
Тюменская область
70 000
0,29
0,18
Республика Дагестан
28 000
0,36
0,24
Республика Тыва
25 000
0,37
0,25
Свердловская область
55 000
0,31
0,2
Краснодарский край
48 000
0,3
0,19
Чеченская Республика
27 000
0,35
0,23
Среднее по России
45 000
0,32
0,21
Источник: Росстат, Wo ld Bank, расчёты по открытым данным.
Исследование основано на анализе
международных и российских статисти-
ческих данных, сравнении региональных
моделей распределения доходов, а также
критическом рассмотрении методологи-
ческих подходов. В качестве материалов
используются официальная статистика
доходов, данные по коэффициенту Джи-
ни и индексу Тейла, а также результаты
отечественных и зарубежных исследова-
ний по вопросам регионального неравен-
ства. Применяются методы сравнитель-
ного анализа, статистической обработки
данных, а также методы оценки реальных
доходов с учетом региональных различий
в стоимости жизни.
При анализе формирования доходов
населения в российских регионах учиты-
ваются следующие особенности:
доминирующая роль государства в
экономике (значительная часть населения
занята в бюджетном секторе, а уровень
их доходов определяется решениями гос-
ударственных органов);
существенное значение природной
ренты (особенно в регионах, специализи-
рующихся на добыче природных ресур-
сов);
пространственная концентрация
экономической активности и доходов
(наибольший уровень экономического
развития и благосостояния сосредоточен
в крупных городах и административных
центрах);
значительные различия в стоимо-
сти жизни между регионами,
Гуманитарный научный вестник. 2025. №10 155
заметная роль неформального сек-
тора и теневых доходов, что затрудняет
достоверную оценку реального уровня
благосостояния.
Анализ показал, что международный
опыт предоставляет широкий спектр ин-
струментов для снижения простран-
ственного неравенства, однако их эффек-
тивность зависит от институциональных
условий. Для России наиболее перспек-
тивным является адаптация моделей,
учитывающих специфику ресурсной эко-
номики и высокую роль государства. В
регионах с преобладанием бюджетной
сферы наблюдается меньшая дифферен-
циация доходов, но и более низкий сред-
ний уровень. В ресурсодобывающих ре-
гионах высокая ресурсообеспеченность
не всегда приводит к высоким доходам
населения из-за особенностей распреде-
ления ренты.
Существенное влияние на уровень и
структуру доходов оказывают различия в
доступе к инфраструктуре, образованию
и здравоохранению, что определяет воз-
можности повышения доходов и качества
жизни населения в регионах [9]. Про-
странственная концентрация экономиче-
ской активности приводит к значитель-
ным различиям между столицами субъ-
ектов и периферийными территориями, а
различия в стоимости жизни требуют ис-
пользования сопоставимых показателей
доходов. Развитие теневого сектора за-
трудняет достоверную оценку реального
уровня благосостояния, что необходимо
учитывать при анализе межрегионально-
го неравенства.
Эмпирический анализ подтверждает
значительную межрегиональную диффе-
ренциацию доходов в России. По данным
таблицы за 2024 год средний доход варь-
ирует от 25–28 тысяч рублей в наименее
обеспеченных субъектах до 98 тысяч
рублей в Москве при среднем по стране
около 45 тысяч рублей (таблица 1). Ко-
эффициенты Джини по регионам нахо-
дятся примерно в интервале 0,29–0,37,
при этом более высокие значения наблю-
даются в регионах с низким средним до-
ходом, что свидетельствует о выражен-
ном внутригрупповом неравенстве. Ре-
грессионные оценки показывают, что
природная рента повышает средний уро-
вень дохода региона, но не гарантирует
снижение внутригруппового неравенства,
так как распределение ренты часто носит
асимметричный характер. Инвестиции в
инфраструктуру и улучшение человече-
ского капитала оказывают статистически
значимое снижательное влияние на нера-
венство.
На основе полученных результатов
рекомендуется повысить прозрачность
распределения природной ренты, концен-
трировать инфраструктурные инвестиции
в уязвимых регионах и корректировать
межбюджетные трансферты с учётом
внутреннего неравенства и различий в
покупательной способности. Исследова-
ние ограничено неполнотой данных о те-
невом секторе и необходимостью допол-
нительной калибровки субнациональных
индикаторов стоимости жизни.
Перспективы дальнейших исследо-
ваний связаны с поиском эффективных
механизмов распределения природной
ренты, совершенствованием статистиче-
ского учета доходов, а также развитием
региональных программ, направленных
на повышение социальной мобильности и
снижение различий в качестве жизни
между регионами. В будущем особое
внимание следует уделять развитию че-
ловеческого капитала, межрегиональной
мобильности, поддержке инноваций и
предпринимательства на местах, а также
совершенствованию системы социальной
поддержки, чтобы минимизировать риски
возникновения новых форм территори-
ального неравенства.
156 Экономические науки
h p://nauka es nik. u/
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Габуева В.А., Галачиева С.В. Уровень жизни населения: дифференциация доходов населения
в России // НТК-2016: Научно-техническая конференция обучающихся и молодых ученых.
Владикавказ: Северо-Кавказский горно-металлургический институт (Государственный техно-
логический университет), 2016. С. 136–137.
2. Глазырина И. П., Клевакина Е. А. Неравенство доходов, темпы и качество экономического
роста в регионах России // XIV Апрельская международная научная конференция по пробле-
мам развития экономики и общества. в 4 кн. М.: Издательский дом НИУ ВШЭ. 2016. С. 41–54.
3. Дендак Г.М., Иванова Л.А., Афанасьева Л.А., Афанасьев А.А. Социально-экономическое не-
равенство в России: причины возникновения и пути снижения масштабов неравенства в со-
временных условиях // Экономика и предпринимательство. 2018. № 9(98). С. 506–511.
4. Зубаревич Н. В., Сафронов С. Г. Неравенство социально-экономического развития регионов и
городов России 2000-х годов: рост или снижение? // Общественные науки и современность.
2013. № 6. С. 15–26.
5. Квон Г.М., Поздеева О.Г. Преодоление экономического неравенства субъектов макрорегиона:
инвестиционно-инфраструктурный аспект // Вестник Белгородского университета коопера-
ции, экономики и права. 2021. № 4(89). С. 92–102.
6. Лавровский Б. Л., Шильцин Е. А. Российские регионы: сближение или расслоение? // Эконо-
мика и математические методы. 2009. Т. 45. № 2. С. 31–36.
7. Мишина Е.А., Маякова А.В. Уровень дохода населения в Курской области, как критерий
оценки качества жизни населения // Экономика, менеджмент, сервис: современные проблемы
и перспективы : материалы V Всероссийской научно-практической конференции (Омск, 09–
10 ноября 2023 г.). Омск: Омский государственный технический университет, 2023. С. 420–
423.
8. Плисецкий Е.Л., Плисецкий Е.Е. Инфраструктурный потенциал территории как фактор
устойчивого регионального развития // Вопросы государственного и муниципального управ-
ления. 2020. № 3. С. 165–186.
9. Поздеева О.Г., Виноградова Е.Ю. Динамика и структура изменения доходов населения в про-
мышленном регионе (на примере Свердловской области) // Вестник экономики, права и со-
циологии. 2024. № 2. С. 54–57.
10. Портнова Л.В., Золотова Л.В. Проблемы дифференциации населения по доходам и оценка
бедности населения // Финансы, денежное обращение и кредит: теория и практика: сборник
материалов международной научной конференции. Краснодар: Международный центр науч-
но-исследовательских проектов, 2015. С. 52–58.
11. Шевяков А.Ю. Экономическое неравенство и проблемы социально-экономического развития
России: избыточное неравенство, депопуляция и потери человеческого капитала // Безопас-
ность Евразии. 2004. № 1 (15). С. 63–75.
12. Anselin L. Spa ial Econome ics: Me hods and Models // Kluwe Academic Publishe s. 1988.
13. Kanbu R., Venables A. J. Spa ial Inequali y and De elopmen // Jou nal o Economic Geog aphy.
2005. Vol. 5, no. 1. P. 3–15.
14. K ugman P. Geog aphy and T ade // Camb idge, Mass.: MIT P ess, 1991.
15. Oa es W. E. Fiscal Fede alism. New Yo k : Ha cou B ace Jo ano ich, 1972.
16. Theil H. Economics and In o ma ion Theo y. Ams e dam : No h‑Holland. 1967.
REFERENCES (TRANSLITERATED)
1. Gabue a V.A., Galachie a S.V. U o en' zhizni naselenija: di e enciacija dohodo naselenija Ros-
sii // NTK-2016: Nauchno- ehnicheskaja kon e encija obuchajushhihsja i molodyh uchenyh. Vladi-
ka kaz: Se e o-Ka kazskij go no-me allu gicheskij ins i u (Gosuda s ennyj ehnologicheskij uni-
e si e ), 2016. S. 136–137.
2. Glazy ina I. P., Kle akina E. A. Ne a ens o dohodo , empy i kaches o jekonomiche-skogo os a
egionah Rossii // XIV Ap el'skaja mezhduna odnaja nauchnaja kon e encija po p oblemam
az i ija jekonomiki i obshhes a. 4 kn. M.: Izda el'skij dom NIU VShJe. 2016. S. 41–54.
Гуманитарный научный вестник. 2025. №10 157
3. Dendak G.M., I ano a L.A., A anas'e a L.A., A anas'e A.A. Social'no-jekonomicheskoe
ne a ens o Rossii: p ichiny oznikno enija i pu i snizhenija massh abo ne a ens a so -
emennyh uslo ijah // Jekonomika i p edp inima el's o. 2018. № 9(98). S. 506–511.
4. Zuba e ich N. V., Sa ono S. G. Ne a ens o social'no-jekonomicheskogo az i ija e-giono i go-
odo Rossii 2000-h godo : os ili snizhenie? // Obshhes ennye nauki i so emennos '. 2013. № 6.
S. 15–26.
5. K on G.M., Pozdee a O.G. P eodolenie jekonomicheskogo ne a ens a sub#ek o mak- o egiona:
in es icionno-in as uk u nyj aspek // Ves nik Belgo odskogo uni e si e a koope acii, jekonomiki i
p a a. 2021. № 4(89). S. 92–102.
6. La o skij B. L., Shil'cin E. A. Rossijskie egiony: sblizhenie ili assloenie? // Jekonomika i ma-
ema icheskie me ody. 2009. T. 45. № 2. S. 31–36.
7. Mishina E.A., Majako a A.V. U o en' dohoda naselenija Ku skoj oblas i, kak k i e ij ocenki
kaches a zhizni naselenija // Jekonomika, menedzhmen , se is: so emennye p oblemy i pe spek-
i y : ma e ialy V Vse ossijskoj nauchno-p ak icheskoj kon e encii (Omsk, 09–10 nojab ja 2023 g.).
Omsk: Omskij gosuda s ennyj ehnicheskij uni e si e , 2023. S. 420–423.
8. Pliseckij E.L., Pliseckij E.E. In as uk u nyj po encial e i o ii kak ak o us ojchi ogo egion-
al'nogo az i ija // Vop osy gosuda s ennogo i municipal'nogo up a lenija. 2020. № 3. S. 165–186.
9. Pozdee a O.G., Vinog ado a E.Ju. Dinamika i s uk u a izmenenija dohodo naselenija p omysh-
lennom egione (na p ime e S e dlo skoj oblas i) // Ves nik jekonomiki, p a a i sociologii. 2024. №
2. S. 54–57.
10. Po no a L.V., Zolo o a L.V. P oblemy di e enciacii naselenija po dohodam i ocenka bednos i na-
selenija // Finansy, denezhnoe ob ashhenie i k edi : eo ija i p ak ika: sbo nik ma e ialo mezhdu-
na odnoj nauchnoj kon e encii. K asnoda : Mezhduna odnyj cen nauchno-issledo a el'skih
p oek o , 2015. S. 52–58.
11. She jako A.Ju. Jekonomicheskoe ne a ens o i p oblemy social'no-jekonomicheskogo az i ija
Rossii: izby ochnoe ne a ens o, depopuljacija i po e i chelo echeskogo kapi ala // Bezopasnos ' E -
azii. 2004. № 1 (15). S. 63–75.
12. Anselin L. Spa ial Econome ics: Me hods and Models // Kluwe Academic Publishe s. 1988.
13. Kanbu R., Venables A. J. Spa ial Inequali y and De elopmen // Jou nal o Economic Ge-og aphy.
2005. Vol. 5, no. 1. P. 3–15.
14. K ugman P. Geog aphy and T ade // Camb idge, Mass.: MIT P ess, 1991.
15. Oa es W. E. Fiscal Fede alism. New Yo k : Ha cou B ace Jo ano ich, 1972.
16. Theil H. Economics and In o ma ion Theo y. Ams e dam : No h‑Holland. 1967.
Поступила в редакцию: 13.10.2025.
Принята в печать: 21.11.2025.
